Надо записать еще два сна, иначе забуду.
Хотя не очень-то хотелось их вспоминать.

Один.
Издалека возвращается отец, который умер, когда мне было тринадцать. Он весел, каким я его никогда не видел в последние годы жизни. Мы разговариваем как друзья, но он, как более опытный, учит меня многим вещам, которые я не знал.

Второй.
Я играю в игру. Поначалу она напоминает компьютерную военную стратегию. Я нажимаю кнопки, щелкаю по иконкам с нарисованными шестеренками, пулеметами, танками. Принимаю решения и выбираю пути развития.
Постепенно игра затягивает, становится более изощренной и реалистичной, я вижу, как движутся войска, могу прочитать, что написано на черно-желтом корпусе взлетающей ракеты. Я боюсь проиграть, мне не хочется терять свои позиции.
Нежелание проигрывать усиливается. Я уже не играю в игру, я ползаю в траншее, пытаясь зарыться поглубже в грязь, слыша свист и разрывы мин, чувствуя, как нащупывает меня взгляд через оптический прицел - я знаю, что где-то там далеко сидит снайпер, который сейчас меня достанет, не с первого выстрела, так со второго. Я не хочу умирать, чувствую, что мне нельзя сейчас умирать, я испытываю первобытный ужас.

Снова лень записывать, ну да ладно уж.
Снилось, что приезжаю жить в город, где натыкаюсь на здоровенный заброс. Знаете, что такое заброс? Окруженная забором никому не нужная и не интересная территория, сплошь заросшая кустами и деревьями - не продерешься. Кое-где, однако, протоптаны свежие дорожки, за кустарником угадываются разваливающиеся двухэтажные здания советской постройки, а вдалеке виден силуэт недостроенного гигантского госпиталя.
Мы с женой гуляем вдоль забора, а я ей рассказываю, что много раз бывал здесь и потом часто видел это место в своих снах. Когда я был ребенком, мы часто появлялись здесь с другими детьми, тогда люди отсюда только-только ушли и никаких зарослей еще не было. Среди детей бродили слухи о живущем здесь страшном существе - длинной тощей женщине со спутанными волосами и длинными костлявыми руками со скрюченными пальцами, которая якобы похищает проникающих за забор детей. Об исчезновениях в самом деле ходили слухи и пару раз (мы несмотря ни на что постоянно лазили за забор) я видел издалека саму ее - или мне лишь показалось, что это она.
- Подожди, это правда или тебе приснилось? - спрашивает жена. Мы сидим на кухне, пьем кофе. - Слушай дальше, - говорю.
Я выхожу прогуляться как раз по этим местам. Иду вдоль забора и натыкаюсь на брешь, как раз чтобы пролезть человеку. Забираюсь внутрь.
Двухэтажные здания гниют и разваливаются, крыши просели, асфальтовые дорожки между ними почти разрушились, но видно, что по ним ходят, не давая растительности захватить их. Все остальное - сплошной колючий скрэб, как в Австралии. Или как шиповник у Шарля Перро. Вдали мрачно высятся бетонные клетки госпиталя, перекрестия перекрытий.
Я вижу женщину. За прошедшие годы она ничуть не изменилась, все так же патрулирует дорожки, спутанные седые волосы, тощее безумное лицо баньши. Меня она, к счастью, не замечает.
Вижу людей - из одного здания в другое проходит старуха, затем идет пожилой мужчина. В голове возникает слово "пансионат". Я выхожу из кустов и подхожу к старику. Тот пугается: "Да, пансионат. Обычный. У нас тут церковь, если хотите. Пойдемте, я вас отведу к выходу. Не смотрите по сторонам. Нет, не надо, не подходите к ней, не разговаривайте, она вас пока не видит. Надо идти быстрее, с минуты на минуту может пойти дождь, начнется охота за кровью. Вы не представляете, сколько каждый раз в городе исчезает людей".

Я смотрю, блоггеры внезапно озаботились существованием ЧВК.
Вот ролик о бравых русских наемниках, собравшихся поехать в Ирак конкурировать с блеквотер. Датируется октябрем, а я слоупок.
И обсуждение (ганза, естественно).
sigtryggr, я думаю, не все для вас потеряно, судя по тому, что там показывают, нас всех можно хоть завтра отправлять в Ирак.

У вчерашнего сна было продолжение (поленился писать сразу) - после уничтожения города нам приходится под видом мирных жителей поселиться в той же высотке, откуда мы запустили процесс. Она выстояла, и теперь в ней расквартированы немецкие войска. Немцы веселые, вечно пьяные, играют на гармониках и вообще похожи на тех, что мы видели в фильмах с Луи де Фюнесом в детстве. Особенно капеллан. Капеллан толст, краснонос, жаден и постоянно рыщет в поисках жратвы, все перерывает. Из-за него мы постоянно на взводе, приходится перепрятывать оружие, чтобы он не нашел.

Во сне нас было трое - маленькая диверсионная группа на крыше высотки где-то на дальних окраинах мирно спящего Берлина. Связи нет и решение надо принимать самим.
Решили. В центре города заложено три заряда, взорвем все три. Я стою с маленькой любительской камерой в руках, чтобы официально задокументировать процесс. Мы все напряженно смотрим на запад, где теряется в дымке центр города.
На горизонте появляется солнце. Оно растет, не отрываясь от земли, я ловлю его в видоискатель. Затем перевожу взгляд вместе с камерой чуть ниже и вижу, как кольцами расходятся пожары, как автомобили загораются на ходу, теряют управление и останавливаются. Наконец - уже устал ждать - вижу, как расширяется темное кольцо спрессованного воздуха, в труху ломая дома. Налетает первый порыв ветра, я опускаюсь на колени за парапетом, продолжая снимать. Ветер крепчает, становясь нестерпимо горячим, здание ходит ходуном, я вжимаюсь в бетон под защитой парапета, закрывая голову руками.

Шленский хорошо написал:

Англичане -- колонизаторы-профессионалы. Это очень (чудовищно!) старая страна, из доиндустриальной эры. У них экономика основана на том, чтобы поплыть куда-нибудь, дать там кому-нибудь по башке и отнять у него сокровища.

Германия это индустриальная страна. У них экономика основана на том, чтобы построить завод и извлечь прибавочную стоимость. Колониализм возможен как придаток к индустриализму: приплыть в Африку, построить завод там и извлечь прибавочную стоимость из негров.

Еще я купил на оптовке рулет и пью чай.
А в рулете (вкусно) попался кусок настоящей яичной скорлупы от живой курицы. Знак качества, так сказать, типа ногтя в котлете.
Яйца - это круто, одна из немногих вещей которые нельзя подделать, разбавить и обколоть агар-агаром с формальдегидом пополам. Ешьте яйца.

"Дети редко жалуются на боль, потому что болью сопровождается их способ познания мира"

И еще:

"Мы живем в стране, где помощь не придет"

Спасатель говорил, на курсах. Вспомнилось вот.

Вот "Дорога", http://lib.rus.ec/b/157209/read, кажется, похожа на правильный БП-роман.
Герои всю "Дорогу" собираются помереть.
Думаю, помрут ближе к концу.
Хотя "На берегу" в этом смысле вне конкуренции, конечно.

UPD Кажется, не помрут, нашли нычку какого-то параноика. Параноики, создавайте нычки, они помогают хорошим людям после вашей смерти!

Poll #380 Онтологический выбор
Open to: All, results viewable to: All

Вархаммер или ДнД?