Дмитрий Беломестнов
Recent Entries 
6th-Jul-2018 06:03 pm - Вил Мирзаянов про новое отравление "Новичком": это свежая атака
Вил Мирзаянов про новое отравление "Новичком": это свежая атака

Наталка Писня
Би-би-си
5 июля 2018




В начале 1990-х годов проживающий в США химик Вил Мирзаянов рассказал миру о засекреченной советской программе создания класса отравляющих веществ, известного как "Новичок".

Именно таким нервно-паралитическим веществом, как считают британские власти, были отравлены в марте этого года в городе Солсбери бывший сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь Юлия, а несколько дней назад двое обычных британцев из соседнего городка Эймсбери - Чарли Роули и Дон Стерджесс.

Мирзаянов дал в марте обширное интервью, где рассказал о создании этого химоружия, его воздействии на организм человека и о том, зачем он пытается сделать эти сведения достоянием гласности.

По следам нового отравления Русская служба Би-би-си вновь обратилась к Мирзаянову с просьбой прокомментировать развитие событий.

"Новичок" в Солсбери и его окрестностях: краткая хроника

Похожим на "Новичок" ядом отравили банкира. Что об этом известно?

Что такое "Новичок"? Версии трех разработчиков


Би-би-си: Вил Султанович, как могло произойти, что практически в одном и том регионе произошли два отравления одним и тем же веществом?

В.М.: Ну, на свете бывают удивительные вещи, тут только остается развести руками и сказать, что же это делается на этом свете, ведь какая-то банда продолжает эту работу. Я раньше говорил и теперь говорю: отравление боевыми отравляющими веществами - это не дело рук одиночек, любителей-террористов.

Это только на государственном уровне подготовлено, и люди могут сделать это только с помощью химического оружия, подготовленного с помощью государства. В этом у меня нет никаких изменений моей позиции. Я настаиваю на этом, как и на том, что "Новичок-234" был произведен только в Советском Союзе или России, его могли продолжать делать, и продолжают. Потому что ведь "Новичок", он же не запрещен к производству и не подпадает ни под какую конвенцию.

Более того, они же отказались включить "Новичок" в этот лист запрещенных химических отравляющих веществ...

Би-би-си: Могло ли произойти так, что "Новичок" нанесли один раз, еще в марте, и сначала были отравлены Скрипали, а затем другая пара?

В.М.: Я думаю, что это разные [инциденты], конечно, разные. Потому что этот "Новичок", это вещество - оно неустойчиво, тем более во влажной атмосфере. Он влагонеустойчив, он разлагается. За четыре месяца со дня отравления Скрипалей все должно разложиться, это свежая атака.

Би-би-си: Каким образом, по-вашему, его нанесли - распылили, нанесли в виде геля?

В.М.: Распылен или нанесен на какую-то поверхность, этого достаточно; просто, чтобы он на кожу попал. Обычно это не распыление, это нанесение, потому что это опасно. Потому что нет гарантии, что ветер не подует случайно, и тебя же не поразит.

Вряд ли террористы используют этот самый газовый баллончик. Можно, конечно, использовать, если ты - террорист, ты защищен, снабжен одеждой, противогазом, перчатками.

Би-би-си: Возможна ли утечка из британской лаборатории Портон-Даун? Она расположена неподалеку, возможно, спустя более десятилетия после публикации вашей книги там восстановили спектр вещества?

В.М.: Утечки [из британской лаборатории] быть не может. Какая утечка? Какая утечка может быть, когда нет такого производства [в Великобритании]? Если есть производство, можно ожидать утечки, если там люди работают в лаборатории, то они получают какие-то граммы для того, чтобы изучать их свойства. Какая это может быть утечка? Такое не может быть, такое исключается, мы даже [когда] в Москве работали, мы тогда имели дело с килограммами. Утечка - тактическое исключение.

Би-би-си: Какое количество вещества необходимо, чтобы убить одного человека?

В.М.: Для того, чтобы убить человека, вот этого вещества, 234, достаточно два миллиграмма на человека. Два миллиграмма - это две тысячные грамма. Это ничтожное количество, увы.

Би-би-си: Как это технически должно было происходить?

В.М.: [Для того, чтобы это сработало] нужно нанести его.

И распылить - это разные вещи. Распылять - дело рискованное, не знающий человек не пришел туда в химическом костюме, понимаете. Террорист не может афишировать себя, надев противогаз, это сразу будет видно, все заметят. Значит, он должен быть без противогаза. Если человек работает без противогаза, распыление - это очень опасное занятие для самого себя. Это как будто бы вы распыляете лак для волос - вы стараетесь, а он все равно попадает на лицо. Распыление просто исключается, потому что защититься от него практически невозможно, на тебя тоже точно попадет.

Он должен быть нанесен тампоном или защищенным тампоном, он же раскрывается - особенно та часть, где содержится раствор или вещество. И если дотронулся рукой - нанесен слой, там больше ничего не надо. Дальше дверь закрывается, рука идет в сумку или куда-то еще, с небольшим дозатором. Можно фантазировать, но скорее всего, так и сделано - с помощью защищенного тампона или другой материи снаружи.

Би-би-си: Возможна ли ситуация, которую вы описывали в нашей предыдущей беседе, когда в России сдавался нужный объем по весу, но меньший по концентрации?

В.М.: Везде эти учреждения защищаются, и ведется учет за расходом, есть контроль и по весу, и все прочее [в Великобритании]. Это [вещество] очень трудно вынести. Особенно, когда речь идет о нескольких граммах. Вынести мало, нужно сделать оружие - как сделать оружие? В гараже это невозможно, вы себя загубите.

Со временем любое химическое вещество теряет свою способность концентрации. Предположим, на какой-то лаборатории, на каком-то заводе запустили 90-процентную концентрацию. Никто не знает, будет ли это через несколько лет 88 (процентов), потом 80, потом 70. Фактически это уже не боевое отравляющее вещество, хотя для военных оно приемлемо.

Но какая разница с тем, чтобы использовать его в целях убийства невинных людей? Один миллиграмм, три миллиграмма - расходы-то небольшие. Надо уметь же делать. Это так кажется просто, но когда думаешь о реализации этого проекта, там столько вопросов будет! Когда начнешь думать об этом, никакой любитель или террорист это не начнет делать, он сам себя убьет.

Би-би-си: Почему "Новичок" не внесен в список запрещенных веществ?

В.М.: Я считаю, что Вашингтон не заинтересован - ни при Клинтоне, ни при Обаме, ни при Трампе, не заинтересован ссориться с Путиным. Они носятся уже 20 почти лет с этим Путиным как с черт-те с чем и боятся его раздражать. Соединенные Штаты не захотели, это они решают, потому что Англия не может идти наперекор Соединенным Штатам.

Би-би-Си: Почему это произошло так близко к Солсбери, на ваш взгляд?

В.М.: Почему это происходит поблизости к предыдущему месту? Это может быть совпадение. Они решили использовать экзотику, "А-234" - это экзотика, она описана только в моей книге, больше нигде. А книгу эту Хиллари Клинтон сказала, чтобы игнорировали. Вот они и проигнорировали. Это такая тактика у чекистов, использовать наиболее экзотические способы.
29th-Mar-2018 04:02 pm - Состояние дочери Скрипаля Юлии улучшилось
Состояние дочери Скрипаля Юлии улучшилось

Би-би-си
29 марта 2018

Состояние дочери Сергея Скрипаля Юлии быстро улучшается и больше не оценивается как критическое, сообщила больница Солсбери. Ее отец, также отравленный нервно-паралитическим веществом в начале марта в Англии, остается в критическом, но стабильном состоянии.

Доктор Кристин Бланшард из больницы Солсбери сообщила: "Она [Юлия Скрипаль] хорошо отреагировала на лечение, но мы продолжаем оказывать ей квалифицированную медицинскую помощь в круглосуточном режиме".

Сергей Скрипаль и его дочь Юлия вот уже три недели находятся в больнице после отравления неизвестным веществом.

Их обнаружили днем 4 марта в центре Солсбери на скамейке в сквере без сознания. До этого они заходили в местный паб The Mill и пообедали в сетевой пиццерии Zizzi.

Как накануне сообщили полицейские Скотленд-Ярда, местом первого контакта экс-полковника ГРУ Сергея Скрипаля и его дочери с "Новичком" была входная дверь их дома. По словам корреспондента Би-би-си, самая высокая концентрация вещества была обнаружена на дверной ручке дома Скрипалей в Солсбери.

Новые детали дела Скрипаля: "Новичок" нашелся на пороге дома отравленного агента

Племянница Скрипаля: мы по-прежнему не сказали матери об отравлении Сергея

Вил Мирзаянов: разработка "Новичка" в России никогда не прекращалась


Ранее эксперты давали неутешительные прогнозы относительно здоровья Скрипалей.

Один из разработчиков вещества, которым, предположительно, были отравлены Скрипали, Вил Мирзаянов, сказал в интервью Русской службе Би-би-си, что если они выживут, то "не будут прикованы к постели, и даже, возможно, смогут ходить". Главная опасность, по его мнению, исходит от поражения центральной нервной системы.

От смерти их спасло то, что им был введен внутривенно атропин или афин, однако из-за того, что антидот ввели слишком поздно, они уже получили необратимые поражения организма, объяснил Мирзаянов.

22 марта английский суд разрешил взять пробы крови у Сергея Скрипаля и его дочери Юлии и передать их для независимого анализа экспертам Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО).

"Долгосрочные последствия воздействия этого вещества на состояние их здоровья в полной мере не ясны, хотя медицинские анализы свидетельствуют о том, что их умственные способности могут пострадать в неизвестной и пока не исследованной степени", - пояснил тогда судья Дэвид Уильямс из Опекунского суда в Лондоне.

В тот же день стало известно, что из больницы выписали полицейского, оказывавшего Скрипалям первую помощь.

Сержант полиции Солсбери Ник Бейли пробыл в больнице около двух недель. Некоторое время он находится в тяжелом состоянии.

"Новичок" - группа химических агентов, принадлежащих к классу фосфорорганических отравляющих веществ нервно-паралитического действия.

Они были разработаны в СССР в Государственном союзном НИИ органической химии и технологии (ГСНИИОХТ), расположенном в Москве на шоссе Энтузиастов. Программа создания этих отравляющих веществ называлась "Фолиант".

Впервые о "Новичке" заговорили открыто в 1992 году. 16 сентября в газете "Московские новости" была опубликована статья "Отравленная политика". Ее авторами были Вил Мирзаянов - на тот момент уже бывший сотрудник ГСНИИОХТ, имевший доступ к особо секретной информации, а также Лев Федоров - ведущий научный сотрудник Института геохимии и аналитической химии (ГЕОХИ) РАН.

Международный кризис

Министерство иностранных дел России обвинило власти Великобритании в неспособности обеспечить безопасность россиян на британской территории.

В своем комментарии ведомство упомянуло, в частности, смерть бывшего сотрудника ФСБ Александра Литвиненко, скончавшегося в Великобритании в 2006 году из-за отравления полонием. Ответственность за его гибель Лондон, как и в случае со Скрипалем, возложил на Россию.

Комментируя суть самого дела Скрипаля, на фоне которого резко обострились отношения Британии и России, ведомство заявляет, что Лондон обвинил Россию в отравлении собственных граждан, "не предъявляя никаких доказательств и даже не выдвигая никакой конкретной картины произошедшего".

За два дня - 26 и 27 марта - 26 стран мира и НАТО объявили о высылке более чем ста российских дипломатов в знак солидарности с Британией. США высылают 60 российских дипломатов, страны континентальной Европы - более 50, Канада - четверых, Австралия - двоих.

Россия пообещала принять ответные меры и также выслать дипломатов из стран, которые выдворили сотрудников российских дипмиссий. Ранее она уже выслала из Москвы 23 британских дипломата в ответ на высылку 23 российских дипломатов из Лондона.

История Скрипаля

В 1990-е Скрипаль занимал довольно высокопоставленную должность в ГРУ, связанную с подбором кадров спецслужбы.

По версии российских спецслужб, Скрипаль был завербован британцами в 1995 году. Причины, по которым офицер пошел на сотрудничество с британской разведкой, не называются.

В 1999 году Скрипаль вышел в отставку в звании полковника. Затем он еще несколько лет работал в управлении делами МИД России.

В декабре 2004 года ФСБ арестовала Скрипаля. На него завели дело о госизмене.

Скрипаль признал свою вину, в 2006 году Московский окружной военный суд приговорил его к 13 годам тюремного заключения в колонии строгого режима. Его лишили всех званий.

Племянница Скрипаля, Виктория Скрипаль рассказала в интервью Русской службе Би-би-си о ситуации в семье после суда над Сергеем: "Юля очень хотела поменять фамилию. Мы с сестрой даже после того, что произошло, не собирались менять фамилию. А у Юли возникала такая мысль, были сложности с работой, с общением".

Полностью свой срок Скрипаль не отсидел. В июле 2010 года его, а также ученого Игоря Сутягина и еще двух осужденных за госизмену россиян Александра Запорожского и Геннадия Василенко обменяли на группу российских разведчиков, разоблаченных в США.

После обмена Скрипаль поселился в Британии.

По словам источников Би-би-си, близких к спецслужбам Великобритании, Скрипаль иногда приходил в Секретную разведывательную службу МИ6 и военные академии, читал курсантам лекции о ГРУ.

"Любая профессия - это не профессия, а образ жизни. Если вы были разведчиком, вы по жизни остаетесь разведчиком. Соответственно - да, боялся. Да, остерегался. Но при этом от Юли я никогда не слышала, что у нее был какой-то страх: она спокойно жила на два государства, спокойно летала, никакого страха. Как любая женщина, она хотела простого человеческого счастья", - пояснила Виктория Скрипаль.
21st-Mar-2018 11:56 am - Вил Мирзаянов о деле Скрипаля: изготовителя "Новичка" можно установить по вспомогательному веществу
Вил Мирзаянов о деле Скрипаля, истории "Новичка" и ошибке Запада

Deutsche Welle
20.03.2018
Автор Роман Гончаренко


Один из участников создания вещества "Новичок", которым, по сообщениям, был отравлен бывший агент Скрипаль в Британии, рассказал DW о своей версии событий, истории "Новичка" и ошибке Запада.

Бывший советский ученый-химик Вил Мирзаянов является одним из участников создания семейства нервно-паралитических веществ под общим названием "Новичок" - и он же в 1992 году в статье в газете "Московские новости" раскрыл это секретное химическое оружие СССР. По данным правительства Великобритании, именно этим веществом в начале марта 2018 года в Солсбери были отравлены бывший российско-британский двойной агент Сергей Скрипаль и его дочь Юлия. Москва отрицает свою причастность.

С 1995 года Мирзаянов проживает в США. В интервью DW ученый рассказал о том, что могло произойти со Скрипалем, почему он выжил и какую ошибку в отношении России совершил Запад в начале 1990-х.

DW: В СМИ появляются все новые версии отравления Сергея Скрипаля и его дочери в Солсбери - у него дома, в машине, в пиццерии. Как вы считаете, что произошло на самом деле?

Вил Мирзаянов: Я думаю, что здесь сработали чекисты. Они параллельно с нами, когда мы разрабатывали новые отравляющие вещества (ОВ), превращали их в свое оружие. По примеру того, как в свое время отравили болгарского диссидента Маркова рицином (умер в Лондоне в 1978 году.- Ред.). Они сделали из зонтика оружие. Я склоняюсь к тому, что здесь был использован бинарный вариант отравляющего вещества, который не нуждается в перевозке через таможню. А просто привезли два патрона, ампулы, вставили их в револьвер, где механизм, - они разбиваются и соединяются между собой, выдавая конечный "Новичок", который затем выстреливается в цель.

- А затем выстрел в упор?

- Да, или мимо них даже, чтобы создать отравленный воздух, они могли и не заметить даже.


Вил Мирзаянов

- То есть нападавший подвергал и себя опасности?

- Это профессионал, он обучен. Химическое оружие всегда обоюдоострое. Известны случаи в Первую мировую войну, когда ветер менял направление и поражал тех, кто атаковал.

- Британия почти уверена, что ответственность несет Россия. Доказательства пока были представлены только союзникам - США, Германии и Франции. О чем может идти речь?

- Когда ведут синтез "Новичка" или даже в бинарном варианте, должен обязательно присутствовать так называемый промоутер. Реакция между двумя компонентами начинается, но сразу останавливается, если нет третьего компонента, который связывает побочный продукт реакции. Это соединение, скорее всего, известно англичанам через "продукт 33", который производили в Новочебоксарске. Это аналог газа VX. Скорее всего, такой же промоутер был использован при производстве "Новичка". Это как отпечаток пальца.

- По данным прессы, британцы идентифицировали использованную против Скрипаля разновидность вещества "Новичок" как А-234. Что вы о ней знаете?

- Это прицепляют "хвост", один из радикалов может различным. Это группа, которая может быть длинной, разветвленной. Это говорит о том, что это вещество будет более токсичным. Зарин имеет токсичность - одну десятую миллиграмма на килограмм живого веса человека. А "Новичок" - одна сотая миллиграмма. То есть при отравлении людей нужно меньше этого вещества. Это важно, когда при превращении в оружие вес этих снарядов, ракет будет меньше.

- Если это такое мощное ОВ, почему Скрипаль и его дочь не погибли сразу? Можно рассчитать дозу так, чтобы так произошло?

- Конечно, можно управлять дозой.

- Как действует "Новичок" в организме человека?

- Это яд нервно-паралитического действия, как и VX, но в 10 раз эффективнее. Он отключает центральную нервную систему от органов, таких как руки, ноги, мускулы, систему, ответственную за дыхание. Первый признак - миоз, когда зрачки сужаются. Мы всегда, когда работали в лаборатории, следили за глазами своих коллег. Когда зрачки сужаются, нужно немедленно оказать помощь, ввести антидот и затем отправить в медсанчасть. Затем наступает затруднение дыхания, рвота и непрерывные конвульсии.

- Чем именно занимались вы в рамках этого проекта?

- Я не создатель этого оружия. Создателем был Петр Кирпичев, старший научный сотрудник нашего филиала в Шиханах, который скончался два года назад в Москве. Он со своей группой в 1970-х годах синтезировал и потом проводил все испытания на полигонах, на животных. Я с моими аспирантами участвовал в анализе проб из камер, где испытывались животные. Определяли чистоту, состав продукта. Когда я уже был в Москве, по-моему, в 1984 году, был спор между военными и гражданскими химиками. Военные не хотели дать добро на дальнейшие испытания на открытых полигонах. Они считали, что только военные могут выдумывать что-то новое. Тогда были межведомственные испытания, и я отвечал за анализ, за результаты. Потом меня поставили начальником отдела противодействия иностранным техническим разведкам. Моя цель была - разработать методы контроля почвы, воздуха и воды, чтобы воспрепятствовать иностранным разведкам, отобрав пробу, декодировать состав "Новичка".

Контекст

Борис Джонсон: Позиция Москвы по делу Скрипаля становится все более странной
Великобритания извлекла уроки из отравлений Александра Литвиненко и Сергея Скрипаля, Лондон будет оказывать давление на Россию. Об этом в эксклюзивном интервью DW заявил глава британского МИДа Борис Джонсон. (20.03.2018)


Что известно о яде "Новичок", которым отравили Сергея Скрипаля
По сведениям британских властей, экс-офицера ГРУ Сергея Скрипаля отравили ядом, принадлежащим к группе "Новичок". DW отвечает на главные вопросы об этом отравляющем веществе. (14.03.2018)


Почему Лондон уверен в российском следе в деле Скрипаля
Великобритания подозревает Россию в причастности к отравлению бывшего двойного агента Сергея Скрипаля. Москва требует доказательств. Какими они могут быть - в материале DW. (16.03.2018)


- Кто придумал название "Новичок"?


- Кто-то из первого отдела. Это всегда происходит случайно. Вся тема по разработке нервно-паралитических газов называлась "Фолиант". Это ни о чем не говорит. То же самое - "Новичок". А была еще работа "Хорек", например. Это был бинарный вариант получения зомана.

- Почему на разработку "Новичка" ушло почти 20 лет - с начала 1970-х до начала 1990-х?

- Потому что основные силы были брошены на пуск русской версии газа VX, был большой комбинат в Чебоксарах. Мощность была до 20 тысяч тонн в год. Мы никогда не достигли этого. Было всего 7-8 тысяч тонн. Но это был колоссальный труд. А потом - военные завидовали, тормозили. Наши испытания проходили на военных полигонах - если они не одобряют, ничего не происходит. Но в 1975 году было специальное постановление Совета министров СССР и ЦК КПСС по продвижению "Новичка". Когда сделали бинарный вариант, отпала необходимость производить конечный продукт. Это когда два относительно безвредных компонента соединяются между собой при полете ракеты или снаряда и потом падают, разбрызгивая этот продукт по поверхности земли. "Новичок", как все нервно-паралитические газы, хранится плохо. Через год падает на три процента, потом еще. Через 15 лет как боевое ОВ оно уже не годится, но представляет опасность и может быть использовано для террористических целей. Для этого не нужна большая концентрация.

- Вы рассекретили программу "Новичок" в 1992 году. Конвенция по химоружию вступила в силу в 1997. Но "Новичок" не подпадает под ее прямое действие, его нет в списке запрещенных веществ. Как так получилось? Запад знал, но закрыл на это глаза?

- Вы правы. Запад на многое закрывал глаза, что происходило в России, и он проиграл. Русские надули Запад. Он думал, что в России будет демократический строй, открытое общество и сам по себе вопрос отпадет. Но они не учли характер правящего русского режима, он не хотел выдавать секреты "Новичка". За 80 лет существования военно-химического комплекса России, впервые было создано свое отравляющее вещество. Это предмет гордости. VX был синтезирован шведским ученым, зоман, зарин, табун, иприт, фосген - это продукты Германии. Россия гордится своим монопольным положением. Я написал в 1992 году статью, чтобы поставить под международный контроль это опасное ОВ.

- Что теперь должна сделать Организация по запрещению химоружия (ОЗХО)?

- Нужно включить "Новичок" в список запрещенных ОВ в рамках конвенции. Для этого все страны должны согласовать между собой этот вопрос, в том числе - Россия. За год-два не удастся, но путем переговоров, компромисса, можно. Была бы воля. Если западные правительства захотят, они могут настоять. Хотел бы еще раз обратить внимание - можно расшифровать, русский это "Новичок" или другой. Они (Москва - Ред.) обвиняют, что могли англичане отравить своих же граждан. То есть английское правительство якобы могло заниматься терроризмом против своих граждан. Это абсолютная ложь и клевета. Это невозможно. Любой министр будет отправлен за решетку на пожизненное заключение за такое преступление.
18th-Mar-2018 12:11 am - Вил Мирзаянов: "Новичок" можно синтезировать или украсть, но применить его смогут немногие
Вил Мирзаянов: "Новичок" можно синтезировать или украсть, но применить его смогут немногие

Наталка Писня
Русская служба Би-би-си, Вашингтон
16 марта 2018

В начале 1990-х годов химик Вил Мирзаянов рассказал миру о засекреченной советской программе создания класса отравляющих веществ, известного как "Новичок".

Именно таким нервно-паралитическим токсином, как считают британские власти, были отравлены в Великобритании бывший сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь Юлия.

В последние годы Вил Мирзаянов живет в США. Он рассказал Русской службе Би-би-си о создании этого химоружия, его воздействии на организм человека и о том, зачем он пытается сделать эти сведения достоянием гласности.

Что такое "Новичок" и почему он так опасен?

Похожим на "Новичок" ядом отравили банкира. Что об этом известно?

"На это было страшно смотреть". Экс-полковник ГРУ Скрипаль попал в больницу

Би-би-си :Как "Новичок" действует на человека? Какие симптомы?

Вил Мирзаянов: "Новичок" представляет собой следующее поколение нервно-паралитических газов, поэтому он в 10 раз минимум сильнее, чем известные [до этого]. Он в первую очередь поражает нервную систему - то есть отключает центральную нервную систему от функциональных органов человека.

В первую очередь наступает миоз - зрачки сужаются и человек начинает плохо видеть. Это первый признак. Когда работаешь в лаборатории, ты смотришь в глаза своим коллегам и подчиненным, чтобы на всякий случай контролировать, что все нормально. Если зрачки сужаются, то это первый же признак того, что человек получил какую-то дозу этого "Новичка".

Затем, если доза больше, тогда начинаются конвульсии, дыхание прерывается, вообще прекращается, потому что человек как бы забывает дышать. Непрерывные конвульсии и рвота, и затем уже летальный исход.

Би-би-си: Есть ли какое-то противоядие, какой-то антидот?

В.М.: Есть. Первая помощь - это атропин и афин (холинолитические средства, используемые в качестве антидотов фосфорорганических отравляющих веществ - Би-би-си.). Еще были разработаны другие антидоты, более сильные. Они есть, они помогают, чтобы как бы прекратить, остановить действие этого отравляющего вещества. Но! Они не вылечивают человека.

Би-би-си: Есть ли шанс помочь тем людям, которые сейчас в больнице, а именно Сергею Скрипалю и его дочери Юлии?

В.М.: Помочь, чтобы человек не умер. Вот это только. Англичане, скорее всего, ввели, хоть и поздно, атропин или афин в вену и помогли [Скрипалю и его дочери]. Но они уже имеют необратимые повреждения, повреждения своего организма.

Би-би-си: Есть мнение, что "Новичок" может каким-то образом "проявиться" в организме даже через пять лет после того, как произошел контакт с ним. И особенно это касается тех людей, которые присутствовали там на месте, которые были в непосредственной близости - в ресторане, пабе, просто случайные прохожие. Как быть им? Им посоветовали просто постирать свою одежду - этого достаточно?

В.М.: Я думаю, что этого недостаточно. Надо было их исследовать обязательно в клинических условиях и держать там, наблюдать за ними. Увы, эти вещества имеют так называемое отложенное действие.

Это похоже на синдром ветеранов Персидского залива. Если вы помните, в Ираке, когда американские войска туда вторглись, они захватили склады с химическими боевыми отравляющими веществами и начали их варварски уничтожать. Просто подрывать. А при подрыве, увы, уничтожается не больше, чем половина этого отравляющего вещества, все остальное летит в воздух - смешиваясь, абсорбируясь с мелкими твердыми частицами, которые затем ветром переносились на расстояние.

А когда в 200 километрах или в 250, что ли, стояли войска американские, они, скорее всего, подверглись вот такой экспозиции, занесенной ветром. Они не были защищены, поскольку считалось, что раз такое расстояние, то это невозможно, такое никому в голову не пришло.

Но когда они возвратились уже после войны, у них начались проблемы со здоровьем. Американское правительство ни за что не хотело признать этот факт.

Когда я приехал сюда, у меня брали интервью, я подтвердил этот факт, как человек, проработавший в этой отрасли, что есть так называемое отложенное действие. Такие частицы могли сесть на кожу и потом потихонечку проникать и действие такое латентное произвести и необратимые повреждения, которые проявились, когда уже они приехали сюда.

Но со временем, когда мои интервью и другие, в конце концов, воздействовали на правительство Соединенных Штатов, оно, в конечном счете, согласилось выделить, по-моему, порядка 10 млрд долларов на лечение и содержание [бывших военных].

Так что не исключено, что в Англии то же самое может произойти с этими людьми, которые были вблизи или контактировали каким-то образом с этими предметами или с этими господами.

Би-би-си: Но вот им, если у них вдруг возникнут головные боли, конвульсии, сузятся зрачки, как вы говорили, что им делать в такой ситуации?

В.М.: Есть уже, я полагаю, какие-то разработанные методы лечения, хотя я очень пессимистически отношусь к этому.

Мой друг Андрей Железняков, который работал над бинарным вариантом этого "Новичка", поразился во время работы, у него начался миоз. И он так и сказал: "Ребята, я, кажется, попался". И ему ввели антидот и все прочее, но в конечном счете, когда они доехали до Таганки в Москве, он упал просто. И затем его увезли в институт Склифософского, годы и годы его пытались лечить (Железняков, перенесший отравление "Новичком" в 1987 году, стал инвалидом и умер в 1992 году - Би-би-си).

Но понимаете, нет таких методов лечения, ведь больше денег тратят всегда на разработку оружия, чем на лечение от воздействия этого оружия.

Би-би-си: Если говорить о тех мерах предосторожности, которые сейчас принимает британское правительство, предполагается, что нужно сжигать одежду. Насколько это хороший шаг?

В.М.: Это методы дегазации. Сжигание и в Соединенных Штатах, и в Англии, и в России разработано достаточно хорошо. И это не просто сжигание, когда ты сжигаешь и это летит в воздух. Нет, они проходят через соответствующие фильтры-нейтрализаторы сначала, которые препятствуют выходу возможной, все еще не дегазированной, неуничтоженной части отравляющего вещества.

Методы эти известны, они отработаны хорошо. Это подтвердили американцы, например, при уничтожении оружия из Сирии. Они привозили это оружие на корабли, где уничтожали до 30-40%, а потом вывозили на сжигание на какой-то атолл. Там есть специальная установка у них, с этими фильтрами, и там они доуничтожали.

Би-си-си: Когда вы создавали "Новичок" - это было партийное задание? Вы понимали, что это будет страшная история, какими будут последствия для людей?

В.М.: Я хочу сразу сказать, что я не химик-синтетик (специалист, который занимается химическим синтезом - Би-би-си). Я не создатель, я - участник создания этого оружия.

А создал его Петр Кирпичев, мой хороший приятель, со своей группой в нашем филиале в Шиханах (филиал Государственного научно-исследовательского института органической химии и технологии (ГНИИОХТ) "Шиханы" в Саратовской области - Би-би-си). И затем уже, когда это вещество было синтезировано, начались испытания. И вот в этих испытаниях участвовали мои аспиранты, а затем и я.

На самом конечном этапе испытания проходили в ГНИИОХТ в Москве, я был ответственным за все эти анализы, моя подпись была конечной. Таким образом, я участвовал.

Что касается того, почему мы это делали, - это тривиальная работа научных сотрудников института, который разрабатывает боевые отравляющие вещества. То есть цель - разработать наиболее сильные отравляющие вещества, как и все остальное оружие.

Для синтеза имелось тогда специальное правительственное постановление. Затем, когда вещество оказывается перспективным, тогда издается специальное постановление правительства, ЦК КПСС, для его продвижения в качестве вооружения.

Создание вооружения - это уже другой этап. Это называется превращение вещества в оружие. С "Новичком" испытания уже в виде вооружения были завершены в 1989 году на полигоне в Нукусе в Узбекистане. И он был принят в качестве вооружения Советской армии официально.

Би-би-си: То есть Михаил Горбачев, который в 1989 году был у власти, был в курсе и санкционировал все это?

В.М.: Абсолютно. У меня в книге есть все его подписанные постановления про продвижение этого "Новичка".

Би-би-си: Но были разговоры, что разработки были остановлены еще в 70-е.

В.М.: Нет, никто не останавливал, вы что! Ха, видите какая ситуация, СССР официально никогда не разрабатывал химическое оружие. И не испытывал. Это только наши враги делали это, а мы - если и занимались, то защитой, разработкой мер защиты.

Поэтому даже было парадоксальное продолжение: поскольку правительство не признавало, что мы разрабатываем [отравляющие вещества], то у нас не было и привилегий. Мы были как бы вне закона. Шахтеры, понимаете, получали эти свои привилегии, пенсии и все прочее. А мы, раз нет постановления, мы по закону не числились, а значит - были никем.

https://www.youtube.com/watch?v=JqHePVYkTUM

Би-би-си: А разработки все еще велись?

В.М.: Разработки велись - не только боевых отравляющих веществ, но и веществ, которые отравляют колодцы и все прочее. Их применяли в Афганистане.

Би-би-си: Против мирного населения?

В.М.: Колодцы - из них все пьют. Так что, что вам сказать?

Би-би-си: Почему это вещество назвали "Новичок"?

В.М.: Ну, видите, просто захотелось вот так. Это новое - "Новичок". Так же как была большая программа по постановлению ЦК КПСС и Совета министров по всем отравляющим веществам нервно-паралитического действия, которая называлась "Фолиант". Почему "Фолиант"? А кто его знает! "Фолиант, Ф"! И значит во всех документах, во всех наших отчетах мы писали: "Совсекретно, серия Ф, Фолиант".

Би-би-си: И "совсекретно, серия Н, Новичок"?

В.М.: Нет, он все-таки был "Фолиант". Здесь нет, вообще защищали "Новичок" всеми силами и никаких там послаблений или уловок не могло быть, чтобы отдельно выделить.

Это был заранее продуманный трюк с тем, чтобы обойти конвенцию - будущую конвенцию по запрету химического оружия. Советское правительство тогда вело политику: уничтожить все старое, потому что оно уже почти никуда не годится в виде боевого отравляющего вещества, а новое вот это - сохранить.

Би-би-си: Уничтожались ли запасы "Новичка", согласно вот этой конвенции?

В.М.: "Новичка" много запасов не было. Ну, наверное, было несколько тонн, может быть, порядка 10 тонн. Это производили в Шиханах и Волгограде. А так его уже тем более не производили, когда разработали метод получения в бинарном варианте. Он не требует таких мер предосторожности при хранении конечного продукта.

Би-би-си: Вы упомянули десять тонн - ими сколько людей можно отравить?

В.М.: Теоретически, это несколько миллионов. То есть, это довольно большие запасы. Это было сделано для того, чтобы заливать в ракеты, потому что уже начали заряжать ракеты среднего и дальнего действия.

Би-би-си: То есть, можно было зарядить ракету среднего и дальнего действия "Новичком"?

В.М.: Уже делали, были сведения.

Би-би-си: Куда же ими стреляли?

В.М.: Были сведения, что эти ракеты поместили в районе северо-запада Белоруссии. Когда уже заключили конвенцию, их обратно оттуда привезли и в течение двух лет подрывали все их запасы в Шиханах. Рядом там - на военном полигоне.

Би-би-си: Насколько страдали военные после таких взрывов?

В.М.: Это тайна, никто не знает. Военные никогда не скажут.

Би-би-си: Вы говорили, что проводили испытания еще в Советском Союзе. На ком вы их проводили?

В.М.: Животные. Никогда на людях. Животные - в первую очередь крысы, кролики, собаки. На открытых полигонах - в основном собаки.

Би-би-си:Хорошо, вот эти 10 тонн уничтожили, но стали работать с бинарным методом. Каким образом происходила разработка следующих версий? То есть, у нас вот есть два ингредиента, которые сами по себе безвредны, но если их определенным образом смешать, тогда получается "Новичок".

В.М.: Совершенно верно.

Би-би-си: Насколько возможно эти ингредиенты положить, например, в сумочку и переехать из одного города в другой? Или из одной страны в другую?

В.М.: Да, это, конечно, можно. Потому что они, конечно, опасны, но не настолько, как само конечное вещество. Как любое химическое вещество, его не рекомендуется делать и переносить в незащищенном виде, но можно это делать без особой опасности для здоровья человека. Так что в этом отношении бинарное оружие освобождает от необходимости хранения этого конечного продукта.

Со временем любое химическое вещество, тем более химически отравляющее вещество, теряет свою эффективность. Через 10-15 лет оно уже никуда не годится - то есть, как боевое отравляющее вещество, - но оно может еще поражать сколько угодно мирных людей. Его еще можно использовать. Но с изобретением бинарного варианта уже отпадает необходимость накапливать запасы конечного "Новичка".

Би-би-си: Можно ли его синтезировать не в России?

В.М.: Можно, но только высококвалифицированному научно-техническому персоналу, который уже имеет опыт - необязательно с "Новичком" - с боевыми отравляющими веществами. Этот опыт приходит к коллективам не за один или два года - за несколько десятилетий. Это называется школа, это институт со школой, опытом нескольких десятков лет. Такие центры способны на это. Самодеятельности здесь не может быть. Кто хочет себя угробить - тот может попытаться. Но конец может быть плачевным.

Би-би-си: Вы знаете возможности ваших коллег по всему миру в вашей сфере. Где, по вашему, могли синтезировать "Новичок"?

В.М.: Здесь, в Штатах.

Би-би-си: Где именно, как вы считаете?

В.М.: Ну, тут есть несколько этих центров. Скажем, в Эджвилле (штат Делавэр) могли это делать, почему бы нет. Там очень квалифицированные химики. Это запросто. Тем более, просочились сведения о принципиальной разнице между известным "Новичком" в скелете этой формулы. А потом, до меня - еще до моего приезда - еще приехало не менее пяти человек из ГНИИОХТ, которые знали эти секреты. Я никогда не говорил и не буду говорить, что они выдали их. Но вероятность всегда есть, поэтому о чем и речь. Они, американцы, тоже ведь заботятся о своей защите, об оружии. О престиже.

Где еще? В Китае, конечно. Там очень сильные химики.

Би-би-си: В России разрабатывали улучшенную формулу "Новичка"?

В.М.: Она [шла] постоянно, больше чем уверен, и сейчас происходит. Для чего же лаборатория ГНИИОХТ существует? Там идут исследования, они законные, они [проводятся] согласно конвенции.

Исследовательские работы не запрещены. Более того, до 120 килограммов отравляющего вещества можно получить на экспериментальной установке для испытаний. А 120 килограммов достаточно, чтобы убить порядка полумиллиона человек.

Би-би-си: МИД России говорит, что разработка "Новичка" началась около 50 лет назад и сейчас его формула известна чуть ли не каждому встречному-поперечному.

В.М.: Нет, это неправда. Эта формула никогда не была известной, пока я не опубликовал ее в моей книге в 2007 году. Никогда до того никакая газета или другой орган печати ее не публиковал, вы ее не найдете. Я это гарантирую.

Би-би-си: С 2007 года прошло больше 10 лет. За это время могли появиться ученые, которые могли правильно прочитать формулу. Можно ли создать это вещество где-то еще и, как вы думаете, почему британское правительство уверено в том, что это сделала именно Россия?

В.М.: Поскольку Россия и есть страна, которая его изобрела, имеет опыт, превратила его в вооружение, - это страна, которая полностью освоила цикл.

Если даже по моим формулам английские эксперты создали вещество и сняли спектры и все другие физико-химические константы, это же не говорит о том, что они прошли все этапы испытания и главный этап - создания оружия. На это надо тратить очень много средств, это не так просто. Это работа многих сотен людей, на это выделять надо деньги. На Западе деньги умеют считать и зря тратить не будут. Раз химическое отравляющее вещество, химическое оружие запрещено, то любой парламент откажет кому угодно в разработке, потому что это нарушение конвенции.

Би-би-си: Да, но с другой стороны вы сами упоминали, что советское правительство спонсировало разработку "Новичка", представляя его как оружие не поражения, а защиты.

В.М.: Тогда это была политика, и все это понимали, и тогда конвенции не было. Конвенция вообще запрещает вести тайную работу. А это открытая работа, к сожалению, конечно, инспекция на местах, которая предусмотрена конвенцией, так и не была реализована. Поскольку Соединенные Штаты не могли провести через конгресс вот этот пункт - гарантии. Это в случае прихода комиссии на завод какой-то, который потом скажет, что украли мои секреты, я потерял, скажем, 3 млрд долларов. Откуда брать эти деньги? Конгресс должен выделить эти деньги. Они подсчитали - порядка 50 миллиардов надо ежегодно. Ну уж на это они сказали: "Нет, на это мы не пойдем". Обойдемся, мол, без комиссии. Так и обходятся. И верим сейчас на слово.

Би-би-си: Если мы вернемся к бинарным веществам, давайте представим, что были созданы оба компонента для "Новичка". В чем их обычно хранят?

В.М.: Это все зависит от типа вооружения. Естественно, для межконтинентальных ракет должны быть большие цистерны. Меньшей дальности ракеты - цистерны меньше. Я опять-таки напомню, что такие мобильные типы вооружения мы не разрабатывали. Параллельно это разрабатывало КГБ, ФСБ.

Би-би-си: До сих пор разрабатывает?

В.М.: Я уверен, что до сих пор разрабатывают, а как же иначе? [...]

Понимаете, химики - они работали, но никогда не представляли, что химические наши вещества могут использовать для таких террористических целей. Хотя я всегда знал, что идет параллельная разработка оружия ФСБ.

В ФСБ есть очень хороший отдел физико-химических и других исследований, параллельно с нами [ГНИИОХТ] они работают. Эти ребята были аспирантами у моего друга, профессора Дрозда, я их знал, Ну, они ко мне тоже приходили, естественно. Я их работы кое-какие тоже знал. Они неплохие были химики. Когда имеется школа, она всегда проявляется, жива еще школа.

Би-би-си: Есть мужчина и женщина, против которых был направлен точечный маленький снаряд. Как и в чем в этом случае могут содержаться вещества, для того чтобы "Новичок" сработал? Это маленький патрон?

В.М.: Это маленький патрон, который вставляется, - это я уже фантазирую, - в наган, револьвер, в нем есть устройство, которое их [компоненты] разбивает, и идет реакция между ними. И потом выстреливает этим как бы разбавителем в виде бензина или диоксида углерода обычно из пульверизатора, [в виде] спрея. На таком принципе могло быть сделано такое оружие, очень просто.

Би-би-си: Насколько реально все синтезировать и свести в единый патрон, например, в гостиничном номере?

В.М.: Нет, это невозможно. Это невозможно, и это должен знать, конечно, человек, который этим занимается. Особых предосторожностей не требуется, потому что герметически заключенные вещества, скажем, в ампуле, не опасны.

Би-би-си: А их нужно для смешивания как-то взломать?

В.М.: Понимаете, механизм в этом устройстве выстрела, он имеется и от пружины может разбить оба флакона, оба патрона. Реакция идет в секунды. И затем выстреливает.

Би-би-си: Человек, который был исполнителем этого действия, он же должен быть первым, кто пострадает? Странно было бы, если бы он вышел на улицу в костюме химзащиты.

В.М.: Целиться надо в открытую часть [жертвы]. Конечно, тот, кто выстреливает, ставит себя под угрозу, но как говорится, на войне как на войне. Здесь нет гарантий. Когда ты стреляешь, то можешь сам себя поставить под угрозу. Химическое оружие - оно обоюдоострое. Вот скажем, когда применяли в массовом масштабе химическое оружие в Первую мировую войну, рассчитывали, что ветер идет в одном направлении - на противника, но вдруг ветер менялся, и сами войска, которые атаковали, уже становились жертвами. Так что тут никуда не денешься, химическое оружие в этом отношении очень сильно зависит от ветра, метеорологических условий.

Би-би-си: Давайте поставим вопрос таким образом: может ли быть еще один тайно пострадавший от химического оружия, от "Новичка"?

В.М.: Я думаю, это нельзя исключать. Когда мы поставим "Новичок" под международный контроль, то все, кто намеревается опять повторить эту атаку, теперь будет 100-процентная вероятность, что раскроется мгновенно, сразу же.

Надо, в первую очередь, ставить "Новичок" под международный контроль, включить его в список запрещенных веществ. Тогда можно разрабатывать методы контроля над этими компонентами, бинарными компонентами. Их тоже можно контролировать - на границе, на таможне. А так-то ведь, если мы не знаем этой формулы официально, мы не знаем бинарных компонентов. Без знания химических формул, без знания этих соответствующих спектров, масс-спектров или инфракрасных спектров бесполезно вести разговор, что мы защищаем население.

Как террорист любой, он должен разрабатывать, конечно, все варианты побега оттуда. Плюс, конечно, у него должен быть антидот. Если поймают кого-то с антидотом, это первый признак того, что он каким-то образом причастен или намеревается, по крайней мере, участвовать в таких делах. Если он никаким боком не касается химических исследований в этой области, то значит, первый подозреваемый.

Затем, конечно, он [исполнитель] должен был быть в перчатках и знать, как он стреляет. Он должен быть обучен. Он знал, наверное, какой там ветер или делал это в помещении. Обученный офицер останется невредимым.

Би-би-си: А необученный погибнет?

В.М.: Необученный - конечно. Если кому-то поручат, мол, пойди там, нажми на курок, около этого человека, он, естественно, погибнет вместе с ним.

Би-би-си: Те люди, которые сейчас работают на месте, в Британии, насколько они сами в опасности? Несмотря на то, что доза была не самой большой, я так понимаю, она оседает на разных предметах.

В.М.: Там на месте не должна быть такая большая концентрация, чтобы проникать через защитный слой костюмов. В этом смысле, химвойска - они защищены. Можно о них не беспокоиться.

Би-би-си: Если мы говорим о черном рынке подобных веществ - насколько он реалистичен? Если представить себе, что существует группа ученых, которая разрабатывает подобные вещества? Был, например, Аум Синрикё (запрещенная в России религиозная секта, устроившая зариновые атаки в метро Токио и префектуре Нагано).

В.М.: Аум Синрикё, конечно, не в домашних условиях это делали, у них было несколько химиков и инженеров, но у них не было опыта работы. Они, конечно, хорошие химики были, но опыта с зарином у них никакого не было - зеро. Поэтому они сделали, конечно, продукт, максимум с 7-процентным содержанием, а боевой зарин - это 95%. Но для массового убийства людей этого достаточно - даже 7%. Порядка двухсот с чем-то человек все-таки убили (В результате двух зариновых атак Аум Синрикё погибли 20 человек - Би-би-си).

Понимаете, нельзя путать боевое отравляющее вещество с просто отравляющим веществом. Потому что к боевому отравляющему веществу предъявляются требования по эффективности. А здесь против незащищенного человека даже однопроцентный раствор может быть полностью летальным.

Би-би-си: Американцы в 90-е копались на полигоне в районе Устюрта (использовался военными из расквартированных в Нукусе частей) - насколько реально, что они получили формулу "Новичка"?

В.М.: Реально это, это они могли, но не знаю, удалось ли. Возможно. Насколько я знаю, никаких сведений не было после этого. Последняя моя должность была - начальник отдела противодействия национальным техническим разведкам - с тем, чтобы препятствовать таким отборам проб. На этом полигоне тоже работала эта группа противодействия иностранным техническим разведкам.

Би-би-си: И что вы делали?

В.М.: Дегазировали, конечно. То есть, местность после этого дегазировали, чтобы не осталось следов от этого, скажем, "Новичка". Может быть, они могли и не взять пробы с содержанием, достаточным для идентификации.

Би-би-си: Очень многих смущает, что британцы настолько быстро сказали, что это "рука Москвы". Насколько реально установить, что это был "Новичок", а не что-нибудь другое?

В.М.: Когда вещество имеешь, каждое вещество, органическое и неорганическое, теперь сидят их масс-спектры в библиотеках компьютеров, которые соединены с масс-спектрометром. В библиотеке находятся масс-спектры всех известных соединений. Это сотни, тысячи, а то и миллионы соединений с вот такими характеристиками. Когда анализируют любое вещество, то компьютер сразу сравнивает данные с библиотечными. И в течение нескольких секунд дает результат. Совпадает, допустим, в 95% - значит, ясное дело, это и есть вещество. Тут ошибки не может быть.

"Новичок" - есть монополия России. Только из России вещество могло прийти. Если англичане синтезировали, то только достаточно для того, чтобы получить спектр. Если уж они заявили, что это был "Новичок" - то это "Новичок". Поскольку англичане никогда не имели этого вещества, а если и имели, то только после того, как я опубликовал [формулу] в книге, и получили достаточное количество только для того, чтобы снимать физико-химические константы и масс-спектры этого.

А в больших масштабах чтобы получать, нужно тратить большие средства и нанимать большой персонал. Это же просто так на Западе деньги не берутся, они идут через бюджет, который утверждается законодательным собранием, парламентом. Военный бюджет по всем отраслям - он открытый, как в Соединенных Штатах, так и в Англии.

Би-би-си: Если говорить о воздействии "Новичка" на Сергея Скрипаля и его дочь Юлию - они всегда будут прикованы к постели?

В.М.: Нет, может быть, даже будут ходить, вот как мой друг, Андрей Железняков. Он во время еды просто задохнулся.

Би-би-си: То есть, была нарушена глотательная функция?

В.М.: Да, да. Просто задохнулся, никто не знает, от чего он так. Потому что ослаблены эти связи, это управление центральной нервной системой нашей функциональной. Поэтому есть очень большая вероятность, что то же самое может происходить и с ними.

Би-би-си: Вы ранее говорили, что Москва рассчитывала на то, что следы "Новичка" никогда не найдут, - что вы имели в виду?

В.М.: Очень строго они хранили эти секреты, и нигде эти секреты не просочились, поэтому они были уверены, что раз они не просочились и они применят это, то никто не идентифицирует, потому что для идентификации нужно иметь именно это вещество, спектр этого вещества в библиотеке компьютера.

Би-би-си: Формула перестала быть секретом в 2007 году, этого времени достаточно, чтобы получить спектр.

В.М.: [...] Это уже гордыня - мы все умеем, а остальные - нет.

Би-би-си: Почему вы опубликовали формулу тогда, в 2007 году?

В.М.: От отчаяния.

Би-би-си: Почему?

В.М.: Потому что я с 1992 года борюсь, чтобы "Новичок" стал достоянием международной общественности. С тем чтобы его контролировать, включить в международную конвенцию, но этого никто не хотел сделать и на Западе. Это была лицемерная политика западных стран. Теперь они, по-моему, увидели, какие последствия от такой политики игнорирования.

Я подумал, что если я опубликую, то заинтересуются такие страны, как Германия, Франция, Англия, Япония, Китай, и они включат его в список. И действительно, с тех пор, как Ассанж опубликовал в WikiLeaks очерк, который касается моей книги... Он пишет, что после выхода моей книги было заседание в Гааге органа по соблюдению конвенции. Американский делегат сказал, что надо игнорировать книгу Мирзаянова, он так точно сказал, вы можете это прочитать.

Я поместил в "Фейсбуке" отрывок из этого ассанжевского WikiLeaks. Проигнорировали. Мало того, когда вышла моя книга, должна была выйти, в Вашингтоне было созвано совещание, где участвовали ФБР, ЦРУ и соответствующие эксперты, которые пришли к заключению, что нужно выкупить весь тираж и сжечь. И позвонили издателю. Издатель сказал, что согласен, но, к сожалению, его жена уже выкупила 300 экземпляров, вы опоздали. Моя жена - довольно практичная женщина, она предвидела.

Я эту историю передаю в таком виде, как я слышал на конференции в Орландо в 2007 году по химическому разоружению. Там много участвовало и американских военных, и из других стран, из Италии, Германии и всех прочих. Я привез туда 120 экземпляров моей книги - за час они разошлись. Главным образом покупали американские военные, они говорили: "Спасибо, что ты продаешь, потому что мы были вынуждены снимать ксерокопии, нам нельзя их покупать, деньги не выделяют на это дело".

Один военный подошел и сказал: "Мирзаянов, вы все правильно сделали, а вы знаете, что могло случиться с вашей книгой?" И рассказал мне эту историю по секрету. Начальник службы химической безопасности города Нью-Йорк, противопожарной службы, он меня очень благодарил, потому что с этого момента они, по крайней мере, могут работать над разработкой антидота.

Би-би-си: Чего вы сейчас пытаетесь добиться?

В.М.: В первую очередь, чтобы, по крайней мере, Тереза Мэй инициировала включение "Новичка" в список запрещенных химических отравляющих веществ настоящей конвенции. Вот это моя просьба к ней. И вообще, к правительству России. Если она предложит - мы посмотрим на реакцию Путина. Но она, скорее всего, будет отрицательной, потому что он скажет: "Давайте включим и разработки Англии и Соединенных Штатов". Хотя он не имеет, возможно, никакого представления о них. То есть, он будет просить то, чего он не знает. А в этом случае мы имеем дело с "Новичком", который был использован для террора, террористического акта.

Би-би-си: Если говорить о вашем отъезде из России - вы знали очень много о секретных веществах. Как вас выпустили?

В.М.: Я прошел, после того как мое дело прекратили постановлением генерального прокурора. Дело прекратили за неимением улик. Меня дважды арестовывали, было следствие после публикации статьи о "Новичке" в "Московских новостях" в 1992 году. После того как я все это прошел, меня пригласили на конференции в Америке, Германии, во Франции. И я просил заграничный паспорт. Но мне его не давали. И когда была комиссия, межведомственная комиссия при министерстве иностранных дел во главе с Лавровым...

Би-би-си: Сергеем Лавровым? Который сейчас возглавляет министерство иностранных дел России?

В.М.: Совершенно верно. Правда, на заседании, где рассматривали мое заявление, его не было, но все это дело он организовал. И тогда в мою защиту выступил очень хорошо Сергей Ковалев, и сказал он буквально: "Какой может быть Мирзаянов носитель секретов, которые теперь запрещены? Нет химического оружия, химическое оружие под запретом, под контролем, что ж его держать в узде?"

И тогда комиссия проголосовала с перевесом в один голос - выдать мне иностранный паспорт. И после этого дорога была открыта для выезда в Соединенные Штаты в 1995 году на конференцию AAAS - American Association for the Advancement of Science, эта конференция была в Атланте. Это очень торжественное мероприятие, меня там встречали. Нью-Йоркская академия наук, торжественный прием. Организовал его покойный лауреат Нобелевской премии Ледерберг (американский генетик и биохимик Джошуа Ледерберг - Би-би-си). На этом приеме присутствовал уже Лавров.

Би-би-си: И как происходило дальше ваше взаимодействие? Вы как-то здоровались? Разговаривали?

В.М.: Нет, он не подходил ко мне, я тоже к нему не подходил. Я Лаврова в лицо не знал, но мне сказали, что это Лавров. Он сидел в стороне, молчал, с каменным лицом. Я помню, когда я выступал, он еще был, а потом ушел.

Би-би-си: Были ли какие-то специальные инструкции? Приходили ли к вам люди с американской стороны, чтобы поинтересоваться, как выглядит "Новичок"?

В.М.: Да, конечно, инструкций со стороны русских не было, потому что когда меня увольняли, еще в 1991-м - начале 1992 года, пришли чекисты, чтобы подписать обязательство о неразглашении государственных тайн. Потому что оказалось, что мои обязательства уже давно исчерпаны, срок прошел, они позабыли обновить, вот, мол, подпиши. Я наотрез отказался. Я сказал, что не буду подписывать. Я сказал, что я свободен теперь от всех ваших обязательств. И когда я приехал в Штаты, я не скрою, меня просили об этих вещах, я отказался. Я сказал, что не буду этого делать. Потому что есть у меня родственники в России и везде, я не могу поставить их под опасность и я на это дело не пойду. Я так объяснил.

Было много попыток, я отказался. И наконец, когда я собрался опубликовать книги, я советовался с теми, кто со мной сотрудничал, меня знакомили с сенаторами и конгрессменами, и затем Эми Смитсон (американская ученая в сфере биологического и химического оружия, неоднократно выступавшая в конгрессе США, посетила более 20 биотехнологических лабораторий в Советском Союзе, активно помогала советским ученым находить работу в частном секторе западных компаний - Би-би-си) активно возражала, чтобы я публиковал формулу. Под предлогом, что ее якобы могут использовать террористы. Для меня, и для опытного химика, это смешно. Я-то знаю лучше - никакой террорист на это дело не пойдет, потому что он сам себя и убьет. И у них [террористов] нет такого уровня ученых, как в России, как в Соединенных Штатах. Поэтому террористы не могут этого сделать и никакой опасности нету. Даже попыток нету. Вот зарин синтезировали с 7-процентным выходом - это смешно. А других побуждений и попыток не было.

Би-би-си: А можно было как-то украсть материалы из лаборатории? В обход контроля?

В.М.: Нет, исключено. Он был очень строгим, но всегда были нюансы, особенно для сотрудников. Если вы работали в ГНИИОХТ, всегда была возможность украсть их. Это как раз то, что случилось при отравлении Кивелиди, помните? Для его убийства было использовано вещество-33, так, по крайней мере, говорилось в то время, дескать использовался "Новичок". В то время они говорили о том, что некий ученый из ГНИИОХТ принес образец вещества-33 и оно было нанесено на телефонную трубку. Когда я узнал об этом, у меня был шок.

Я знал Игоря Ринка, это был очень хороший человек, старший научный сотрудник, я не знаю о его дальнейшей судьбе.

Как бы там ни было, все вещества в ГНИИОХТ и его филиалах находятся под строгим контролем. Таким образом, если нужно, скажем, пять граммов какого-то ингредиента, их можно получить только на складе. Когда вы с ними работаете, нужно указать, сколько было взято, для чего использовано. Когда работа окончена, контейнер относится обратно в хранилище. Время от времени ревизоры приходят и проверяют, как использовались те или иные вещества - сколько было потрачено на эксперименты, сколько осталось. Они смотрят на баланс, но практически никогда не присутствуют при взвешивании.

Теперь представьте: я взял один или три грамма "Новичка", отправил его в ампулу, а вместо него вернул совершенно нейтральное вещество, для контролеров - это один и тот же вес. По весу все сходится, а то, что я положил в свой карман и ушел из ГНИИОХТа... И он, Ринк, скорее всего, сделал именно так.

Би-би-си: То есть, вероятность того, что вещество было украдено из ГНИИОХТ, достаточно высока?

В.М.: Я же говорил уже давно: нужен контроль формулы, иначе это будет работать только с честными людьми!

Би-би-си: Как думаете, а черный рынок существует?

В.М.: Сейчас ничего нельзя сказать наверняка, но это очень опасно. Это все равно, что покупать смерть, от этого можно умереть. Опытная профессура и инженеры, которые работают в этой сфере, не будут этим заниматься, это слишком опасно. Хранить опасно, и шанс того, что можно погибнуть самому и отравить себя, очень высок.

Би-би-си: Как считаете, а в 90-е можно было украсть "Новичок" - во время того хаоса, который царил в стране?

В.М.: То, что нам продемонстрировала история с Ринком, это действительно было возможным.

Би-би-си:А как насчет того, чтобы хранить его где-то в течение 30 лет?

В.М.: Как показывает практика, да, можно было. Взять и спрятать где-то в гараже. Если вы возьмете контейнер, наполните его активированным углем, запечатаете - вообще без проблем.

Би-би-си: А как насчет того, чтобы заложить его в патрон?

В.М.: О, это другая история. Все манипуляции с этим веществом предполагают высококвалифицированный персонал. Если Ринк мог взять образцы, то сделать из них оружие - это невозможно, даже он не мог этого сделать, потому что он не специалист по оружию.
17th-Mar-2018 11:54 pm - Создатель "Новичка": "В Москве были уверены, что следы не обнаружат"
Создатель "Новичка": "В Москве были уверены, что следы не обнаружат"

Голос Америки
Кирилл Белянинов
15 Март, 2018 03:29



Вил Мирзаянов

Один из создателей «Новичка» о том, кто именно стоит за покушением в Солсбери

О том, как британским следователям удалось установить, какое именно вещество было использовано для отравления бывшего полковника ГРУ Сергея Скрипаля, и почему российские официальные лица постоянно требуют от Лондона «действовать в строгом соответствии с Конвенцией о запрещении химического оружия», Русской службе «Голоса Америки» рассказал специалист в области химического оружия, ученый Вил МИРЗАЯНОВ.

Кирилл Белянинов: Вил Султанович, вы участвовали в разработке уникальных советских химических отравляющих веществ нервно-паралитического действия «Вещество 33», «A-232» и «А-234», известных сегодня, как «Новичок». При этом, вы утверждаете, что подобного оружия нет и никогда не было ни у одной страны мира, кроме России. Как британские следователи смогли установить, какое именно вещество было использовано для отравления Сергея Скрипаля?

Вил Мирзаянов: Для того, чтобы установить, какой «препарат» был использован в данном случае, вам необходимо иметь доступ к мощному масс-спектрометру высокого разрешения, в «библиотеке» которого находятся спектры всех известных на сегодня соединений. Взятая проба сравнивается с уже известными, и компьютер указывает спектр с 96-процентной вероятностью. То есть ошибки здесь быть не может.

К.Б.: Но для этого у следователей должен быть какой-то образец?

В.М.: Это обычные процедуры. Можно взять кровь, мочу, экстрагировать образец из одежды с помощью растворителей. Есть множество способов.

К.Б.: Российские официальные лица неоднократно заявляли, что химикат, использованный для отравления экс-полковника ГРУ Сергея Скрипаля, мог быть произведен в других странах, в том числе в Великобритании. Вы говорите, что в Англии были образцы «Новичка».

В.М.: Англичане вполне могли синтезировать его на основе тех формул, которые я опубликовал в своей книге, вышедшей в свет в 2008 году (State Secrets: An Insider's Chronicle of the Russian Chemical Weapons Program Secrets). Каждая страна самостоятельно заботится о своей безопасности, и в рамках изучения возможных угроз можно было создать образец.

Так что опытные образцы могли быть у многих стран, но производство было отлажено только в СССР и России.

К.Б.: Вы опубликовали эти формулы полностью?

В.М.: Полностью. Я подозревал, что что-то подобное (покушению на С.Скрипаля) может случиться, и поэтому очень давно, начиная с 1992 года, добивался включения «Новичка» в список официально запрещенных химических соединений. Но это может сделать только Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО), согласовав такое решение со всеми странами-участницами конвенции.

После того, как моя книга была опубликована, эта проблема обсуждалась на одном из заседаний в штаб-квартире ОЗХО, и, насколько мне известно, никакого решения принято не было.

https://av.voanews.com/Videoroot/Pangeavideo/2018/03/f/fb/fb07d288-dc8b-4175-8a2d-885f749a00c9.mp4


​К.Б.: Глава МИД РФ Сергей Лавров, отвечая на претензии британской стороны, обвинил Лондон в несоблюдении требований Конвенции по запрещению химического оружия.

В.М.: ОЗХО как раз в рамках этой Конвенции может работать только с веществами, которые находятся в списке запрещенных. «Новичка» в этом списке нет, и, стало быть, штаб-квартира этой организации не располагает методиками по распознаванию «препарата».

К.Б.: Впервые вы заявили о существовании «Новичка» в 1992 году. Это оружие могли с тех пор усовершенствовать? Насколько можно быть уверенным, что речь в данном случае не идет о совсем другом соединении с похожими характеристиками?

В.М.: Усовершенствовать, разумеется, могли, но «скелет» препарата остается неизменным. «Новичок» отличается от всех без исключения нервно-паралитических газов тем, что в его основе находится связь фосфора и азота. Все остальные отравляющие вещества такой связи не имеют, так что «Новичок» представляет собой принципиально новый класс соединений.

К.Б.: «Новичок» был создан в Государственном научно-исследовательском институте органической химии и технологии (ГСНИИОХТ) еще в конце 1980-х. Работая над этм проектом, вы предполагали, что он может быть использован в таких случаях, как «дело Скрипаля»?

В.М.: В советское время мы всегда работали вместе с КГБ. Когда Маркова (болгарский писатель Георгий Марков, убит в Лондоне в 1978 году) убили, то в нападении был использован рицин, полученный в нашей лаборатории. Но орудиями убийства мы не занимались, для этого у КГБ была своя собственная лаборатория.

К.Б.: Российские официальные лица утверждали, что созданный вами «препарат» мог оказаться в республиках бывшего СССР. В качестве источника происхождения, например, называли Грузию и Узбекистан.

В.М.: Это пустая болтовня. Советский Союз развалился 27 лет назад, и если где-то в республиках и был чистый «Новичок», он уже давно разложился, и не годится в качестве оружия.

Любое химическое отравляющее вещество разлагается, и не существует соединения, которое сохраняло бы свои свойства в течении длительного времени. В первый год теряется 2 процента, во второй – 3, а образующиеся продукты разложения ускоряют процесс распада. Именно поэтому хранение и утилизация отравляющих веществ – это большая проблема, которая, к тому же, обходится дороже, чем производство.

К.Б.: Вы говорили, что во время покушения на Скрипаля и его дочь могло быть использовано бинарное оружие...

В.М.: Да. Именно из-за сложностей в хранении и утилизации сейчас никто не будет производить так называемый «конечный продукт». Будут производить компоненты, относительно безвредные по отдельности «составные части», которые соединяются непосредственно перед применением.

К.Б.: И такое производство можно скрыть?

В.М.: Да. Например, одновременно с разработкой перспективного вещества, когда уже проходят поэтапные испытания, разрабатывается сельскохозяйственный пестицид, по своим характеристикам в основном повторяющий это вещество. То есть, производство так называемых «полупродуктов», которые являются компонентами бинарного оружия, может вестись вполне официально. На каком-то предприятии могут выполнять план по производству пестицидов, даже не подозревая, что на самом деле производят химическое оружие.

К.Б.: С вашей точки зрения, насколько легко было провезти подобные вещества через границы и затем использовать их?

В.М.: Это не очень сложно. Нужны две стеклянные ампулы, какой-либо агент для создания высокого давления, например – легкий летучий бензин. Ампулы перед применением нужно разбить, а смешавшиеся вещества дадут нужную смесь. Затем, в качестве аэрозоля, ее можно распылить. Но это очень грубый вариант, и я уверен, что в ФСБ могли придумать более изощренный способ.

К.Б.: Вы считаете, что покушение на экс-полковника Скрипаля было «подчеркнуто демонстративным». То есть, исполнители заранее рассчитывали на то, что следы «Новичка» найдут?

В.М.: Я так не думаю. Это действительно демонстративная расправа, но на мой взгляд, в Москве были уверены, что следы вещества никто не обнаружит. Этого «препарата» официально не существует, он не упоминается ни в одном из списков Организации по запрещению химического оружия. Почти 30 лет никто не занимался его разработкой. Для меня очевидно, что в Москве рассчитывали на то, что их никто не поймает.

К.Б.: Но формулу «Новичка» вы опубликовали еще восемь лет назад...

В.М.: Я не знаю, видели ли в ФСБ мою книгу. Возможно, в одном из управлений ее прочитали, а в другом, которое готовило покушение, об этом ничего не слышали.

К.Б.: После инцидента с Сергеем Скрипалем к вам, как к одному из создателей «Новичка», обращались представители ОЗХО или каких-либо международных организаций?

В.М.: Нет, ко мне никто не обращался, кроме журналистов.


Кирилл Белянинов

Журналист-международник. Работал в «горячих точках» в Карабахе, Таджикистане, Грузии, Боснии, Чечне. Занимался журналистскими расследованиями.
This page was loaded Nov 12th 2019, 11:34 pm GMT.