balalajkin

(no subject)

Sep. 8th, 2023 | 11:34 am
From:: balalajkin

Александр Янов
Русско-американский историк, д. ист. н., профессор. Годы жизни: 18.04. 1931 г. - 18.02. 2022 г.

От имени этого достойного ученого, разыскавшего европейскую либеральную традицию в русской истории, в фейсбуке публикуется серия статей "Веймарская Россия".
В этой веймарской россии роль Адольфа Гитлера играет Владимир Жириновский.

Например (большая цитата)

ПОСЛЕ ЕЛЬЦИНА. "ВЕЙМАРСКАЯ" РОССИЯ
ГЛАВА ПЯТАЯ
Говорит Жириновский: "Мы стоим на юге, но он рыхлый, он огнедышащий, он бунтующий... Все это – не стабильно. Все это – в состоянии открытой войны, враждебности. И поскольку эти народы часто воевали, у них уже – кровная месть, они уже не могут успокоиться, будут воевать всегда... война на Ближнем Востоке -- она не закончится, и в конечном счете может стать причиной третьей мировой войны. Поэтому последний бросок России на юг еще и исключит третью мировую войну. Это не только
решение внутренней проблемы России и успокоение народов этого региона от Кабула до Стамбула. Это решение и глобальной задачи планетарного значения". Мечта Жириновского – "чтобы любой взвод русских солдат мог
навести порядок на любом пространстве!"
Если же великий народ смалодушничает, гибель его неминуема. Жириновский искренне убеждал меня, например, что без воссоздания великой империи и ликвидации этнической государственности нерусских народов "русские везде станут национальным меньшинством, медленно утичтожаемым, это будет медленное
убийство русской нации... Если мы пойдем таким путем, русский народ погибнет".
У Гитлера находим идентичный пассаж: "Право на приобретение новых земель становится не только правом, но и долгом, если без расширения своих территорий великий народ обречен на гибель".
И к рассуждениям Жириновского о невозможности оставаться мировой державой, потакая "малым народам", находим у Гитлера точную рифму: "Мы ни в коем случае не возьмем на себя роль защитников пресловутых "малых народов". Наша роль – роль солдат
своего собственного народа. Германия либо будет мировой державой, либо этой страны не будет вовсе".
Лишнего ни один из двойников на себя не берет: он – всего лишь исполнитель великого замысла Бога, или природы, от чьего имени
как бы и действует. Каждому народу суждено свое место на земле и в истории. Если этот порядок нарушается, его необходимо восстановить. Жириновский, правда, – пока – не решается так открыто и высокомерно прокламировать этот примитивный расизм, как это делал Гитлер: "В особенности, если дело идет не о каком-нибудь негритянском народце, но о великом германском народе, которому мир обязан своей культурой". Но и он уже приближается к этому: "С миром ничего не случится, если даже вся турецкая нация погибнет... Никакой турецкой культуры нету... Мы должны понять, наконец, кто принес цивилизацию в этот мир".
Да, представителям "высшей расы" не нужно специально обосновывать свое презрение к "черным", неважно, кого под ними понимать – африканцев, как Гитлер, или мусульман, как Жириновский, виртуозно эксплуатирующий закипающую в России расовую ненависть к южным народам. И так же свободно, оказывается, можно заменить в этих концепциях один избранный народ, "принесший цивилизацию в этот мир",
другим: для Гитлера это были арийцы, для Жириновского, естественно, – русские. (конец цитаты)

-

Мне представляется, что уважаемый профессор тут демонстрирует полное непонимание фигуры Владимира Жириновского и её смысла в русской истории. Будучи ученым эпохи до-интернета, Янов не обратил внимания на совершенно общедоступные, хотя и неофициальные материалы, раскрывающие деятельность Жириновского с совершенно другой стороны. Публикуя эти тезисные заметки, я берусь утверждать, что эта изнаночная, теневая сторона В. Ж. является подлинной и прямо относится к механизмам власти в постсоветской России, а публичная фигура Жириновского суть фальшивка.


1. В СССР не было политики.


Политики, как и секса в СССР не было.
Политика обозначает общение горожан на публичных собраниях, происходящих на рыночных площадях и портиках храмов, и смысл этого общения сводится к добровольному и мирному урегулированию хозяйственной и интеллектуальной деятельности этих полноправных граждан в рамках законов.
В СССР была одна политическая партия, устанавливавшая и трактовавшая законы по своему усмотрению, и договариваться ей было не с кем и незачем; сама постановка вопроса о советской политике абсурдна. Всё, что следовало сказать, было сказано человекобогами Марксом-Энгельсом-Лениным, а очередной папа-генсек непогрешимо интерпретировал слово божие с кафедры ЦК. Однако внутри СССР выделывался политический продукт для внешнеторговых операций, - коммунизм в экспортном исполнении. Как и Lada Niva, этот продукт советские подданные никогда не видели и не трогали, за исключением тех немногих, которые были задействованы в его изготовлении и переправке зарубеж.

Владимир Жириновский становится политиком в 1967 году, будучи студентом Института восточных языков. Не буду цитировать общедоступные материалы; отмечу лишь простой факт - стать участником экспорта коммунизма можно было исключительно по линиям нескольких отделов КГБ.
Очевидно приблизительно в то же время молодой и красивый Владимир Жириновский получает и гомосексуальную инициацию, приобщаясь к элите внутри советской элиты и вскоре направляется в Турцию, с древних времен хранившую банные традиции древних греков и персов. В Турции он нарывается на скандал, якобы раздавая знакомым значки с изображением Ленина и едет обратно в СССР.

Дальнейшая карьера В.Ж. продолжается в том же русле.

2. Наша цель - оправдать наши средства.

Я достаточно много писал о КГБ, выражая сугубо персональную точку зрения на этот сверхорганизм.

Повторять всё то, что писано публично в ЖЖ и в стол (роман "Альфа") я не стану, отмечу однако один исторический пункт, который меня давно занимает. Я вывожу генезис гебни не из Октябрьской Революции с её Железным Феликсом, но из Охранного Отделения, созданного официально в 1866 году. Этот год я и полагаю поворотным пунктом, который в конце концов привел к нынешнему безобразию. Получив в руки тайную власть в огромной и рыхлой державе, в которой суровость законов смягчалась необязательностью их исполнения, царская охранка занялась пестованием революционеров и контрреволюционных активистов множества родов; своего рода виртуальные политические частицы создавались и взаимоуничтожались в политическом вакууме под недреманным оком тайной полиции. Некоторые представители царской семьи полагали это занятие совершенно необходимым для любой просвещенной державы. Так всё шло хорошо и просвещенно вплоть до Первой Мировой, которая неожиданным образом раздулась, затянулась и привела к тому, что ранее работавший политический механизм, нивелировавший публичную политику в России до близкого к абсолютному нолю градуса, пошел вразнос.
Хотя урок был преподан еще Японской войной и последующей полуреволюцией 1905-1907 года, но урок не пошел впрок.
Тайная полиция продолжала свои разрушительные игры с азефовщиной до самого конца постольку, поскольку ничем иным она заниматься просто не умела и не могла, а денежные средства, выделяемые правительством для тайных операций, расходовались заинтересованными лицами совершенно бесконтрольным образом. Эта тайная свобода привлекала в охранку самых отчаянных авантюристов. Председатель Совета Министров П. А. Столыпин старался деятельность охранного отделения урегулировать и подчинить закону, и вскорости был убит сотрудником охранного отделения Дмитрием Богровым в результате спецоперации, планировавшейся ответственными сотрудниками.
Таким образом, аппарат гебни является не только крупнейшим, но старейшим институтом России. Не общественным, а как раз наоборот, антиобщественным.

3. Трест, который лопнул или Жук в Муравейнике

Блестящая контрразведывательная операция "Трест" продолжила славные традиции Охранного Отделения в гораздо больших масштабах. Время строптивых Столыпиных прошло, началось время сговорчивых политиков нового образца. Александр Александрович Якушев, дворянин, во времена проклятого царизма был довольно рядовым чиновником и дослужился до статского советника. После революции он по инерции продолжал сотрудничать с "белыми русскими" и участвовал в столичном подполье, но был уличен чекистами и быстро перевербован блестящим интеллектуалом Артуром Христиановичем Артузовым, выдающимся архитектором советской разведки и контрразведки.
На месте бывшего сотрудника Наркомата Внешней Торговли была создана фальшивая конструкция руководителя тайного Монархического объединения Центральной России (МОЦР). Эта фальшивка, сделанная из живого человека сложной судьбы была настолько убедительной, что на неё купился даже генерал Кутепов, которого как говорится на кривой козе не объедешь. В результате Кутепов пообещал бросить эту омерзительную политику и пойти работать столяром.
Обдурили даже сорвиголову и пройдоху Бориса Савинкова, и он был настолько этим фактом огорчен, что стал публично каяться и виниться перед советской властью. Когда советской власти это надоело, доблестные чекисты выкинули Савинкова из окна как использованный презерватив.
Заодно на ту же наживку поймали британского шпиона Сиднея Рейли и в лучших джеймсбондовских традициях долго с ним играли, а потом всё-таки пристрелили, как человека совершенно лишнего для товарища Сталина.
С чем всем и можно поздравить ВЧК-ГПУ-ОГПУ.

4. Личный политический театр Владимира Жириновского.

Карьера молодого и способного Владимира Жириновского в советских институтах продолжалась бы так же ни шатко, ни валко, если бы не "перестройка", затеянная как спецоперация в кабинетах КГБ, но пошедшая вразнос благодаря недальновидности и скудомию Михаила Горбачева.

Перестройка показала, что Жириновский не просто способный, он способен на что угодно, причем совершенно публичным образом. В то самое время, когда меня, тогда еще молодого и красивого, пытался вербовать гебнюк - преподаватель спецкурса секретности в МВТУ, Жириновский выдвигается из простого служебного кресла на простор телевизионной волны постсоветского политического театра.
Где здесь начинается личная амбиция Владимира Вольфовича, и где заканчивается воля аппарата cagey bee, сказать наверняка будет трудно, что очевидно любому человеку, тесно соприкасавшемуся с этим аппаратом и осознавшему методы его работы.

Постановочность публичной политики в России 90х и 0х отмечали великие русские писатели Пелевин и Сорокин, а также и все, кому не лень. Менее широко известно, насколько серьёзно и с полной ответственностью готовились эти постановки.
Так, Жириновский, безусловно индивидуально талантливый актер, был снабжен целой командой таких же молодых, творческих, ярко индивидуальных вчерашних советских подданных, тосковавших по подлинной творческой свободе. Кого к кому прикомандировали - это неважно, но команду Жириновскому подбирали всерьёз, а когда некоторые особо яркие индивиды уходили из творческого коллектива работать в другой политической рок-группе, им тут же находилась достойная замена.
Этот образцово-показательный оркестр тайных агентов просуществовал до самой смерти Жириновского, постоянно сменяя состав, но не изменяя общего курса.

Александр Янов не случайно отмечает параллели между фигурой Гитлера и фигурой Жириновского. Хотя Жириновский стилистически скорее напоминает Муссолини. Безусловно, эти параллели намечались в рамках постановки.
Но бросается в глаза множество радикальных расхождений фигуры Жириновского с этими историческими персонажами. Гитлер был аскетом, вегетарианцем, исключительно вежливым и приятным в публичном общении человеком, любил оперу и постоянно приглашал товарищей по Партии насладиться высоким искусством. Муссолини был спортсменом, хорошим наездником, фехтовальщиком, интеллектуалом широкого профиля, любителем исторических древностей и новейших достижений в технике и архитектуре и всячески старался призывать итальянцев следовать его положительному примеру.

Жириновский был всегда и везде совершенно развязен. Не просто несдержан на язык, но и распущен в личной жизни. Не просто груб и хамоват в дебатах, но не признавал никаких правил вежливого поведения с недоговариванием и умолчанием неудобных пунктов, что необходимо любому настоящему политику от Вашингтона до Пекина.

Бросается в глаза и тот факт (нарочно обыгранный талантами из команды Жириновского), что "русский гитлер" был сделан из человека, у которого мать-русская, а отец - адвокат. Когнитивный диссонанс - мощное психологическое оружие.

Возвращаюсь к пункту 1. В СССР политики не было. Не было и политиков в общепринятом смысле этого слова. Их и не должно было быть по замыслу перестройки, и те немногие настоящие, которые появились вопреки общему плану, подвергались тяжелым испытаниям и им сопутствовала неудача во всем.

Владимир Жириновский был сказочно успешлив, не будучи политиком как таковым. Настоящий баловень судьбы, совершенно состявшийся человек, раскрывший все свои природные потенциалы. Он мог сколько угодно безответственно лгать, орать и лезть в драку при включенных телекамерах - и всё сходило ему с рук.

Найти эквивалент Жириновскому в державах первого мира весьма сложно. Если и сравнивать с кем-то, то пожалуй с Джеффри Эпштейном. Официально это инвестор и торговец на рынке валют, опозоривший себя недостойной половой жизнью с множеством девочек. Неофициально это скорее всего актер спецслужб в декорациях финансовых инвестиций.

Принципиальная разница между Жириновским и Эпштейном в том, что личная жизнь Жириновского, сколь ни была она скандальна и безобразна, никогда не делалась объектом публичного внимания в прессе и тем паче - объектом судебных разбирательств.

Среди великих тиранов прошлого случались скрытые гомосексуалисты. Фридрих Великий не просто имел гомосексуальные наклонности, но и испытывал физическую брезгливость к женскому полу. Вместе с тем он всячески старался соблюдать общественные приличия, был женат и светски обходителен c дамами, - хотя и сух и холоден, но зато никакого заигрывания, обидного для феминизма. Слухи о его связях с молодыми мужчинами были и остаются слухами и сплетнями, в лучшем случае подкрепляемыми скупыми записями в дневниках и личными письмами в архивах. Понятное дело - публичному политику, даже если он любит только мужчин, приходится иметь дело с людьми обеих полов и целыми семьями, которые любятся по старинке, как это принято у млекопитающих миллионы лет до эры LGBTQ+.

Владимир Вольфович совершенно не стеснялся посещать бани и бассейны с целой свитой юношей, причем нередко такого возраста, что половая связь с ними является уголовно наказуемым преступлением. Существуют не только рассказы очевидцев о гомосексуальных оргиях Жириновского и его свиты, но и фотографии этого священного отряда в разные годы.

При этом, несмотря на смачные истории, известные любому заинтересованному человеку, Жириновский никогда не имел неприятностей с этой стороны. Да что там неприятностей - косой взгляд в его сторону был невозможен.
Он прожил яркую, интересную жизнь, полную приключений и удовольствий, и умер парадоксально респектабельным человеком в образе публичного российского политика со скандальной репутацией.
Джеффри Эпштейн должен ему здорово завидовать на том свете.

Я обнаружил, что впопыхах никак не обозначил задачи Жириновского и его команды. Кратко их можно сформулировать, взяв цитату из Алисы в стране чудес Льюиса Кэррола "Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее!"
Главная задача постсоветского театра вообще и и группы Жириновского в частности - это сохранение политического статус кво в державе при изображении максимально бурной политической деятельности. Чтобы значит все наши мальчики спокойно спали с нашими девочками, а их героические дедушки и бабушки дожили до пенсии. Все кричалки, перделки и хотелки, сыгранные на телекамеру преследуют именно эту сверхзадачу. Чтобы все спокойно сидели на своих местах, нужно чтобы в экранах мелькали быстро бегущие ноги. Чтобы люди поменьше говорили между собой лишнего, а тем паче думали что-то своё, нужно самые радикальные точки зрения пробалтывать максимально публично имитаторами политиков, с демонстрацией набора санкционированных эмоциональных реакций в имитации публики. Чтобы статус-кво сохранялось как можно дольше, нужно как можно чаще призывать конец света.

Уже вторичная задача - по мере возможного манипулировать общественным мнением и сдвигать "окно овертона" в сторону, угодную КГБ-ФСБ, то есть усилению и умножению аппарата всяческого контроля и надзора и подавления ростков гражданских свобод, которым товаром гебня торгует без малого двести лет, делая могучие карьерные скачки, которые нередко выводят гебнюков на вершины державной власти.

Но политический театр - это не политика, и именно в этом состоит ошибка профессора Янова.

Link | view all comments


Reply

From:
(will be screened)
Identity URL: 
имя пользователя:    
Вы должны предварительно войти в LiveJournal.com
 
E-mail для ответов: 
Вы сможете оставлять комментарии, даже если не введете e-mail.
Но вы не сможете получать уведомления об ответах на ваши комментарии!
Внимание: на указанный адрес будет выслано подтверждение.
Username:
Password:
Subject:
No HTML allowed in subject
Message: