Записки монтажника. - Повторение пройденного.

Aug. 30th, 2005

11:48 am - Повторение пройденного.

Previous Entry Add to Memories Tell A Friend Next Entry

 
В качестве, так сказать, теста. Ну, и для вновь прибывших, конечно - Горный институт образца 2003 года.

Проект начинался как обычно – скромное телефонное желание заказчика приобрести проектор заранее выбранной им модели. Даже без экрана – он уже существовал и использовался. На поверку заказчик оказался весьма серьезным учреждением: Горный институт Уральского отделения Российской Академии наук, директор – членкор РАН, начальники лабораторий – доктора наук, глубокий учебный процесс, исследования государственной важности и прочие международные конференции.

В ходе предварительных технических консультаций вышеозначенное желание постепенно приобретало отчетливые формы сбалансированного проекта. Выяснялись детали, всплывали новые задачи, предлагались разные варианты решений. Копий в процессе защиты целостности решения было сломано немало, но в итоге получился действительно проект, модульный и масштабируемый. Сразу скажу, что обсуждать его (будущего проекта) концептуальные детали с облеченным властью заслуженным ученым такого ранга, да еще технического склада ума – тот еще подарок: директор-членкор не признавал никаких посягательств на собственный авторитет даже в таком, по сути дела, "непрофильном" для него вопросе. Но вот, в конце концов, с желаниями мы понемногу определились, и вот – долгожданная экскурсия к месту грядущих событий.

То, что предстало нашему взору, поразило меня поначалу неприятнейше. Представьте только: низенькая (с точки зрения акустики), узкая и длинная мансарда, стены-мембраны из гипсокартона, глубокие окна-«бойницы» и чрезвычайно жесткий пол. Понятно, что на этапе проектирования зала никто не задумывался об акустике, но теперь-то одним из главных условий заказчика было следующее: одинаково ровный и комфортный для восприятия звук во всем объеме помещения. Одинаковый! В этом усеченном пенале с гулкими поверхностями, понимаете?
Впрочем, ощущения эти быстро рассеялись, ибо отступать все равно было некуда, да и вера моя в достижения технического прогресса была еще непоколебима. Кроме того, заразившись подзабытой с университетских времен живой атмосферой научного учреждения, я размечтался о том, что задачка вместе с решением уже тянула на весьма исследовательскую, со всеми возможными сопутствующими идеями и ноу-хау. Ну и случай попрактиковаться, безусловно.

Для начала заказчику была представлена простенькая трехмерная модель помещения с расстановкой оборудования. На самом деле, я всегда стараюсь начинать проект с этого действия, ибо возможность прогулки по виртуальной рабочей площадке и осмотра ее под разными углами (а главное – легкого перемещения любых объектов будущего поля деятельности) часто позволяет использовать некоторые нешаблонные решения. Но это отдельная тема.
После детального уточнения пожеланий заказчика в отношении дизайна и безопасности расположения оборудования, настало время математики: видео, акустика, коммуникации.

Столкнувшись в одном из предыдущих сложных проектов с необходимостью расчета акустических параметров помещения, мы приобрели хитрую компьютерную программу для моделирования акустической среды. Используется она обычно для следующих целей (позволю себе повториться):


Все вышеописанное позволяет оптимальнейшим образом расположить акустику в помещении. Причем, добиться приемлемого результата можно минимальными средствами. В самом деле: сколько акустических систем нужно, к примеру, в нашем случае? Какой мощности? И не угадать. А после экспериментов на математической модели можно убить всех зайцев сразу: сэкономить деньги заказчика не уронив доходности.

Неприятные интуитивные первоначальные впечатления полностью подтвердились математическими расчетами. Время реверберации (суть эхо) не укладывалось ни в какие разумные рамки. Помещение и в самом деле было очень гулким. Настолько гулким, что шарканье ног экспериментатора Шурика Лобова под закрытым коробчатым столом на кафедре было слышно в центре зала точно так же, как и его голос. Ковролин на полу, по мнению программы, существенно улучшил бы акустическую картину, но практически это было уже невозможно. Кроме того, расчеты показали довольно слабо выраженную зависимость акустической картины от мощности колонок. Поэтому было принято решение использовать остроумную идею Александра: разместить небольшие двухполосные акустические системы в оконных нишах, направив их в зал по диагонали, крест-накрест (выделено синим цветом на рисунке). В этом случае зал был почти равномерно поделен на восемь акустических сегментов, включая кафедру и трибуну докладчика. Для более гибкой настройки звука мы решили использовать два усилителя – для передней и задней половин зала отдельно. Все расчетные диаграммы обрадовано отметили «очевидные положительные сдвиги», и, поскольку с оборудованием визуализации трудностей не возникло, мы приступили к работе.

Монтаж шел своим чередом, гипсокартон фальш-стен и подвесного потолка – благодарный материал для любого монтажника. К вечеру акустика подвешена, дрожащими руками подключаю к усилителям компакт-проигрыватель. Отрегулировав громкость, иду по проходу через весь зал, и лицо непроизвольно вытягивается: громкость звука не изменяется на всем его протяжении! Не веря ушам, делаю еще пару кругов по залу, подхожу к стенам, залезаю в углы – все ровненько. Чуть плавает тембр – сказывается паразитное эхо, но общая громкость неправдоподобно одинаковая. Пробую включить радио (микрофоны еще не установлены, а разборчивость речи услышать хочется отдельно) – не слышу провалов. Все еще не веря ушам, расчехляю радиомикрофоны и автомикшер, настраиваю, и... Вот они – первые настоящие грабли.
Мы замечательно рассчитали акустику. Мы правильно закрыли всю площадь этого гулкого и жесткого зала. Настолько правильно, что спрятаться даже с радиомикрофоном от паразитной «обратки» теперь некуда. Звук многократно отражается от твердого ламинированного пола. Добавил чувствительности – засвистело, загудело, зашкалило. Убавил – приходится довольно сильно напрягать голос, очень плохо слышно, микрофон становится бессмысленной железкой. И даже если при уменьшении чувствительности микрофона свиста нет, то обязательно есть постоянное металлически звенящее эхо, будто говорю я не в микрофон, а в пустую железнодорожную цистерну. Играюсь регуляторами тембра на автомикшере, звона становится меньше, но голос искажается практически до неузнаваемости – киборг из Лукасовских сериалов, да и только. Вдоволь, но без особого успеха, наигравшись с микшером и радиомикрофонами, решаю дождаться приезда аудиопроцессора, предусмотрительно включенного в проект. Монстровидные акустики из «Проминформа» уверяли меня, что железка сия может творить чудеса.

А пока – проектор, настольные микрофоны и коммутация. Поскольку от видеокоммутатора заказчик отказался категорически («Зачем? Проектор же сам умеет переключать источники…»), и выбрал полустационарный вариант расположения оборудования, решено было собрать на стене некую панельку для подключения всего перемещаемого ко всему неподвижному.

Безусловно, было бы технически грамотнее и идеологически выдержаннее собрать этот блок на специально приглашенных железках всем нам известных, уважаемых и надежных производителей. К сожалению, среднему заказчику обычно очень сложно смириться с мыслью о том, что «вес» блока коммутационного оборудования в общей стоимости проекта может достигать половины.


Авторитет директора здесь снова был незыблем, и вот я уже мечусь по металлорынкам и магазинам электротоваров в поисках подходящих заготовок. Перебрав десяток вариантов, в конце концов за основу я взял ординарную модульную панель, а в прилагающиеся «пустышки» врезал нужные разъемы (сверху вниз на правом фото вверху): два – для подключения настольных микрофонов, стандартные S-video и VHS, VGA, и RS-232 для управления проектором. Ниже – разъемы подключения акустики. Кроме того, рядом с сигнальной панелькой я разместил и силовую. С двумя вылючателями: один подает питание на розетку для оборудования, другой – на проектор. В общем, довольно надежное и дешевое решение в стиле воскресных народных «Очумелых ручек».


Настольные микрофоны. На трибуне – врезные, у председателя – на подставке. Для любого вменяемого монтажника средней руки никаких проблем.


Проектор. Подвес и платформа самодельные. Главное, что меня до сих пор не устраивало в приобретаемых нами делайтовских подвесах, это их потрясающая несбалансированность. Центр масс проектора при изготовлении крепежной платформы ребята из Москвы, похоже, не желают учитывать принципиально. В результате "толстый" Mitsubishi LVP-XL25U, который мы использовали в одном из прошлых проектов, категорически отказывался висеть в том положении, которого мы от него добивались. Это досадное недоразумение можно было бы и исправить, если бы не убогое шарнирное крепление штанги к платформе – кто уже имел дело с этими железками, тот меня поймет.
Не желая более наступать на эти грабли, я решил вспомнить слесарную молодость. Лучший сварной локомотивного депо Пермь-II поверг меня в изумление исполнением шва потрясающей чистоты довольно неудобной, с моей точки зрения, электросваркой (я, конечно, не настаивал на выборе технологии, но в тот момент совершенно точно осознал, почему лучший сварной все-таки он, а не я). Через два дня, после «обработки напильником», пескоструя и покраски, на подвес можно было смело клеить этикетку со штрихкодом и прилагать сертификаты всевозможных соответствий. В любом случае, приз зрительских симпатий в АУПе он уже заслужил.
Крепление подвеса к потолку проверили центнером моего живого веса, и вот какая картина получилась в результате:


Отдельно пару слов о документ-камере. Тот экземпляр довольно простенькой Visualizer VZ-5F, что попал к нам в руки, откровенно порадовал. Очень шустрый автофокус, не смазывающий динамическую картинку при увеличении-уменьшении изображения,


неплохая для стоимости аппарата четкость, встроенная лампа для правильной подсветки предметов, замечательная цветопередача, возможность работы в качестве стационарной видеокамеры, направленной в зал (фото слева внизу), отличное максимальное увеличение (тот фрагмент сторублевой купюры, что изображен на фото справа внизу, имеет размер примерно одного слайда или кадра на фотопленке – можете проверить).


В добавок, документ-камера в итоге изрядно впечатлила избалованных (или замученных?) различными неудобными оверхедами заказчиков, и мы в очередной раз справедливо возрадовались собственному оптимальному выбору.

К моменту приезда звукового процессора проблема микрофонного звука в зале для меня начала приобретать параноидальный оттенок. Так случилось, что я бодаюсь с задачами озвучки разного рода залов уже скоро пятнадцать лет, но более акустически неблагодарного помещения припомнить не мог. Чем бы я ни занимался, мысли постепенно возвращались к нерешенной задаче. В иные моменты я начинал равнять вожделенный процессор с манной небесной, иногда – наоборот, с сожалением размышлял о том, что такой замечательный проект необратимо подпорчен сей существенной мелочью. В общем, растрепанное состояние мое в процессе лихорадочного распечатывания упаковки аппарата вполне понятно и объяснимо.
Настройка акустической картины зала с помощью звукового процессора сводится к процедуре, которая называется «обзвонка помещения». Подробно останавливаться на этом не буду, так как в любой документации на эту железку описание процесса дано вполне внятное. Что порадовало в первую очередь - полосовые фильтры среза настолько узки, что практически не искажают тембра голоса. Экспериментируя с обзвонкой, я добился увеличения чувствительности микрофонов на 15%, что существенно сказалось на общей звуковой картине зала. Окончательного же результата (примерно в 40% увеличения чувствительности) я достиг спустя всего три с половиной часа, активно помогая подавителю обратной связи встроенным эквалайзером на нужных (вернее, ненужных) частотах, а также цифровой регулировкой задержек, атак, и прочими вкусными встроенными процессорными вещами.
Честно говоря, результат этот поразил не только меня. Забегая вперед, скажу, что наивысшей оценкой моим экзерсисам были глаза всех без исключения слушателей – как случайных интересующихся, так и официальной комиссии. Качество получившегося микрофонного звука вообще сложно передать, но одинаково восторженные выражения лиц экзаменаторов, заслышавших звук собственного мягкого и сочного голоса «буквально отовсюду», говорили лучше любых слов. В самом деле, микрофоны чутко улавливали совершенно естественный негромкий голос с расстояния полуметра, и вся система без искажений транслировала звук по всему объему зала. Экзаменаторы совершали практически одинаковые пассы с радиомикрофонами, гуляли одинаковыми траекториями по залу и произносили в отзывчивую систему совершенно одинаковые междометия (на верхнем фото произносят междометия директор Пермского представительства Бабушкин С.И. и некто Лобов А.Н., на нижнем слева – Бабушкин С.И., в центре – заместитель директора института по научым вопросам, доктор технических наук, заслуженный деятель науки РФ Маловичко А. А., справа – директор института, член-корреспондент РАН, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, лауреат премии А.А. Скочинского, Уральской горнопромышленной премии, действительный член Академии горных наук Красноштейн А.Е.).

Итоги. Заказчик доволен, вода на нашу мельницу в деле продвижения систем визуализации пролита, монтажник же по сей день пребывает в состоянии эйфории от полнейшего морального удовлетворения от проделанной работы. Чего и вам желаю.



UPD: Первая часть проекта была закончена и сдана заказчику 15 августа 2003 года. С тех пор этот зал был модернизирован - установлена видеоподсистема локального дублирующего отображения информации (восемь мониторов на столах членов Ученого совета), а на сегодняшний день нами выигран тендер на установку в этом же зале конференц-системы.

Продолжения следуют...