July 16th, 2020

01:11 pm
#metoo

В русскоязычном сегменте интернета идёт новая
волна обсуждения нарушения границ. Часть
рассказов вызывает недоумение и вопросы, но
значительно чаще это ужас и сострадание. Многие
критики движения критикуют его за то, что оно
даёт возможность с лёгкостью ложно обвинить.
Однако этот аргумент выдвигает вперёд незаслуженно
обвинённых, забывая, что это всего лишь крошечная
верхушка системной проблемы, да и обвинённых
несопоставимо меньше, чем могло бы быть, за
нехваткой ресурсов (в том числе моральных) и
сохранённых доказательств. Вообще, по обе стороны
конфликта можно наблюдать некую романтизацию
процесса, в этом нет не нового, но напомню, что
мир не делится на хороший и плохой.

Моя короткая история. Я была студенткой первых
курсов Московской консерватории, на одной из
своих самых первых московских работ я и сама
столкнулась с нарушениями моих границ и ужасной
профессиональной этикой. Мой непосредственный
начальник с каждой репетицией заметно сокращал
дистанцию, хотя мне явно этого не хотелось.
Я не знала как поступить в сложившейся ситуации
(никто этому меня не учил, спросить не знала у
кого). Я решилась рассказать о моём дискомфорте
человеку, который предложил мне эту работу. Но в
ответ столкнулась с откровенной ложью - меня
убеждали, что ощущение неудобства идёт не извне, что
никакого давления нет. Однако, когда мой начальник
назначил репетицию на 1 ночи, я поняла, что
происходящее нарушило все допустимые границы,
а меня никто не защитит. "Нужно бежать", подумала
я, бросая дело на пол пути, рискуя приобрести
репутацию безответственного музыканта. Тогда
в русскоязычном поле даже не существовало слов
для описания происходящего, казалось, что что-то
подобное происходило только со мной, потому что
я якобы чего-то не объяснила, но так как терпеть
всё равно не могла, я резко прекратила приходить
на работу. Ретроспективно оценивая, описываемая
ситуация была не слишком безобидной (на тот
момент мне было около 19-20, он был старше как
минимум на 15 лет), не знаю чем хорошим могла
закончиться "репетиция в 1 ночи".

После той истории, ещё учась в консерватории,
я организовывала концерты с Владом Тарнопольским,
который сейчас преподаёт в МГК, а тогда он был
в аспирантуре, параллельно занимая позицию
председателя сообщества, внутри которого я делала
проекты. После окончания консерватории я переехала
в Бостон, украинско-молдавский композитор
Василий Медведь занимался со мной над контрапунктом
(нужно было переучивать всю систему) без оплаты,
угощая меня чаем и печеньем, потому что хотел помочь
мне подготовиться ко вступительным в Juilliard.
Я ездила к нему домой несколько раз в неделю.
До пандемии со мной занимался профессор
университета Торонто, также на условиях учёбы
без чего-либо материального взамен. Со всеми
мужчинами из этого абзаца (и не только с ними,
но их я упоминаю, так как я изначально находилась
по отношению к ним в подопечной позиции) я всегда
чувствовала себя в безопасности. Хочется надеяться,
что и в будущем, неизбежно много работая с
мужчинами у власти, я также буду чувствовать
себя в безопасности, но гарантий этому нет, для того
и существует гласность, так как пока не выработана
новая норма и правила.

Каждую ситуацию нездоровых проявлений и откровенного
насилия нужно рассматривать отдельно, об этом не
нужно забывать. Проблема не сжимается до слова
"насилие", и в этом вопросе есть спектр, иногда лучше
сказать/написать человеку напрямую, а иногда
идти в полицию. Но важно осознавать, что лёд тронулся
и вместо ощущения, что весь мир несправедливо
нападает на мужчин, людям всех гендеров полезно
было бы задаться сразу двумя вопросами (применимо не
только к данной теме); 1. Как максимально ясно и
прямо выстраивать свои границы, чтобы другие люди
понимали что именно вам может навредить/оскорбить
2. Как осознать где проходят чужие границы и
стараться их не нарушать (а нарушив, взять
на себя ответственность).

Хорошая статья на тему согласия