dahaka
dahaka
.............. .............. ..
Back Viewing 0 - 20  
aculeata [userpic]

В табачечной на ул. Герцля вступил в силу закон о
запрете электронных сигарет. Он соблюдается строго,
но своеобразно. Жидкость для электронных сигарет
там больше купить нельзя, можно только "flavors".
Баночки, заполненные менее чем на четверть. Все
остальное, включая собственно электронные сигареты,
можно.

-- Но что же, -- спрашиваю, -- я стану с ними делать?

-- Добавишь туда глицерин, -- говорит бородатый отрок
с прической "хвостик".

-- У меня, -- говорю, -- нет глицерина.

-- А ты, -- говорит, -- купи его в продуктовом магазине
здесь, за углом.

-- А как он называется? -- спрашиваю.

Чешет голову.

-- Не думаю, -- говорит в конце концов, -- что у него
есть название. Через два магазина отсюда. Попроси
овощной глицерин.

Я как-то не привыкла покупать глицерин в продуктовом
магазине, никогда его там не встречала. Но отрок
сказал правду. Прямо на кассе, на кокетливых полочках,
где в других магазинах стоят подарочные бутылочки виски,
коньяка и проч., красовалось много лабораторных
мутно-пластиковых банок с глицерином, наверное,
овощным. Я попросила большую. Так что, если кому
нужен глицерин - - -

Вернулась в табачечную, где по моей просьбе продавец
добавлял во флакончики лошадиную дозу никотина.

-- А ты можешь, -- говорю, -- добавить еще и глицерин,
вот этот? А то я точно пролью.

-- Увы, нет, -- он сказал. -- Это запрещено.

aculeata [userpic]

Возвращаясь в тлен и поднимаясь из тлена,
Старому богу не дочь, а падчерица --
На одно ухо оглохнув, Вселенная
Глухим ухом ко мне поворачивается --

А скрипит сверчок, и, не щадя надкрылий,
Ткет шумовой ковер, заплетает обертона
На чистую ноту; что бы ни говорили,
Для него папа Карло нас вытесал из бревна,

Ведь если бы мы были из крови и плоти,
Ничего бы не поняли, и милая бы не узнала,
Как в полупрыжке и в полуполете
В океане шума проходит лодка сигнала,

Посланного ни к кому и ни от кого,
Онтологий чужда и свободна в выборе,
Пусть обносят удачей, лишают сладкого,
Пусть в компоте хлопья в осадок выпали --

Сердце вместе с лодкой скачет, и мокрым шариком
Надувается так, что легко и страшно,
Ожидаешь, что лопнет, но вовсе не жаль его,
Смерть к нам входит в тапочках, по-домашнему,

Пусть в одном прореха, в другом проруха --
Лодку как сигнал, от бортов до днища,
Проскрипим в последний момент, просвищем
Милой Вселенной в безнадежно глухое ухо.

Tags:
aculeata [userpic]

Ну и что, не горюй, наше время подходит к концу,
Ланчелот и Гиневра -- и эхо повторит "Гиневра",
Непрозрачна, светла, ей свинцовая бледность к лицу,
Сквозь шитье гобелена едва проступает, двумерна --

Соблазненные вечностью -- нет, что ты плачешь о них,
Их теперь отпустили, забыли, уже забывают,
Корабли вивлиофик, матросы потерянных книг
Ходят только к тебе, живы только пока ты живая.

На стекольные швы ляжет нежный медовый распад,
Та фигурка как будто уже начала шевелиться,
Встряли черные пиксели в безукоризненный ряд
Белоснежно-свинцовый, и связность утратили лица,

В сердце женщина входит, она ждет кого-то домой,
Ждет живого домой, может, хоть на побывку зашел бы,
Вышивает по венам холодной и тонкой иглой
Голубым или белым, потом голубым или желтым.

Tags:
aculeata [userpic]

от Елены Михайлик -- она, кажется, живет в Австралии:


      Приехал к коллеге на Новый Год в гости приятель-француз. И второго января пошли они на пляж. Только собрались зайти в воду, как приятель резко повернул и двинулся в сторону помоста, на котором сидел одинокий, досиня загоревший спасатель. Коллега пошел следом и услышал следующую беседу:
      Приятель (П): (указывая на здоровенный треугольный плавник в середине бухты) Простите, что это?
      Спасатель (С): Молотоголовая акула. Ну, рыба-молот. (Пауза) Довольно большая.
      П: А что она здесь делает?
      С: Ну, это общественный пляж...
      П: А почему люди купаются?
      С: А она не голодная.
      П: (в легкой истерике) А откуда вы знаете?!
      С: А она здесь уже часа три болтается - и ничего.

aculeata [userpic]
сделала с ним то же самое, что привыкла делать с оленями

Читаю филологические статьи из толстой книжки памяти
Е. Д. Пишут, что Гоголь в молодости, когда общался
в Париже с Мицкевичем и Залесским, защищал с горячностью
точку зрения, что русские -- это финны. Главным его
аргументом было, что славянская песня, каких славян
ни возьми, "сладкоголосая и кроткая", а российская --
"мрачная, дикая, нередко варварская". Мицкевич
проникся и потом писал: "Среди российских фольклорных
песен находим и имеющие выразительно финский характер.
Одна из них -- что-то вроде загадки, которую девушка,
брошенная возлюбленным, загадывает подружкам.
Она говорит: "Моя любовь покинула меня, но я нашла
выход из своего горя; и теперь я сплю на моей любви,
укрываюсь моей любовью, одеваюсь в мою любовь, и свет
есть от моей любви." Для того, чтобы понять, что
это значит, следует знать, как северные финны употребляют
оленя: они едят его мясо, спят на его коже, делают
из него одежду и используют его жир для освещения.
Поэтому финская девушка убила своего неверного любовника
и сделала с его мертвым телом то же самое, что привыкла
делать с оленями".

Не знаю насчет финнов, а есть в этом что-то питерское.

aculeata [userpic]

-- Душно! -- выкрикнула птица,
-- Душно, -- согласился ящик
На обочине мощеной
Пешеходной полосы.

-- Стой! -- но не остановиться,
Время стало настоящим,
С неба смотрят огорченно
Птолемеевы часы:

Механизм совсем не прочный,
Перепутаны пружины,
Стрелки вышли ниоткуда
И уходят в никуда,

То длиннее, то короче
Скрипы внутренней машины,
То ли кашляет простуда,
То ли падает звезда.

Дом устал от стен и лестниц,
Покосился от уюта,
Арматуры перекрестья
Словно вышли ниоткуда,

За щекой щебечет птица
Колокольцами шипящих,
Хочет в сердце угнездиться,
Не в твоем, а в настоящем.

Tags:
aculeata [userpic]

Сегодня я была на улице и видела много евреев. Я их
узнала сразу. Они были нарядно одеты и заполняли еврейский
квартал. Евреи, особенно маленькие, довольно милы, и где
их только нет. Можно встретить их и в Реховоте.

Мне нужно было идти в темноте 37 минут. Гугломап давал
мне странные указания, но я совершенно не огорчалась,
поскольку в темноте было градусов 25 и идти в общем
можно, хотя жарко. На перекрестке улицы Хахагана
с какой-то неведомой улицей я заблудилась и стала
рассматривать весьма безумную карту, которую взялся
чертить в телефоне гугломап. Тогда ко мне обратились
три еврейские девочки с вопросом, где находится какой-то
Ашаниот. Я им сказала, что я почти не говорю на иврите,
и старшая, лет десяти, сказала мне по-английски, что
они заблудились: утратили маму, брата, тетку и каких-то
то ли раввинов, то ли просто много других людей, но это
уже переходя на иврит. Все утраченное они хотели бы
вновь обрести. Даже раввинов. Много раввинов. Я дала
им телефон, и они набрали этот Ашаниот, но никто из нас
не понял, что советует гугломап. Внезапно я догадалась,
что по телефону можно звонить, и спросила, известен ли
им номер их мамы. Они страшно обрадовались и стали
спорить, кому из них лучше известен ее номер, но
все-таки смогли позвонить. Им велели оставаться на
перекрестке, а мне было бы уже глупо там оставаться,
и я куда-то ушла, хотя телефон дико ругался, что я
неправильно иду в Ашаниот.

Потом я опять догадалась, что по телефону можно
позвонить, и позвонила Юле Лурье. С Лурье такая
история. Все Лурье питерские, и все они не родственники
между собой. Это я в принципе знала, но забыла,
а сегодня мне это было сказано снова. Если один
Лурье одобряет действия другого Лурье, то временно
может признать родство. Например, Юля Лурье не
отрицала, что она сестра Миши Лурье, с которым я
однажды в каком-то непонятном питерском доме несколько
часов курила на лестнице, ведущей на пыльный чердак.
Мы обсуждали какие-то срочные проекты, было довольно
весело, а потом нас даже впустили в дом. По-моему,
я там жила временно с Наташей М. Не знаю, почему
она не впускала нас раньше, наверное, не заслужили.
Но это неважно, а важно, что Юля Лурье -- скрипачка,
а также играет на других струнных инструментах.
Старинных струнных инструментах. Они такие бременские
музыканты, всюду ездят и играют старинную музыку.
Например, вчера в Иерусалиме играли Вивальди.
Я как-то не думала, что это старинная музыка, хотя,
конечно, старинная, но они играют средневековую музыку
тоже. Их там дофига музыкантов живет поблизости друг
от друга, и дом совершенно питерский, и им, очевидно,
необходим осел и такой фургон. Должен быть огромный
осел, очень выносливый. Осел должен петь. Я бы
хотела быть ослом, но не по всем критериям подхожу.

И теперь у меня есть книжка, посвященная памяти одной
Елены, с подписью "Прекраснейшей" -- по-русски и на
языке древней Эллады. Она полна филологических статей.
Только самой Елены Душечкиной нету статей. Катичка,
спасибо! Ну ты не читаешь ничего, но все равно
спасибо, люблю.

Еще оказалось, что Белоусовы -- вовсе не родственники
Лурье. Наверное, тоже не в первый раз.

aculeata [userpic]
зачем придумали правила

Племянница К. Н. спросила своего отца


      (возмущенно) И зачем это придумали правила, что девочкам нельзя смотреть на голых мальчиков, а мальчикам нельзя смотреть на голых девочек?!


Насчет Таниного вопроса -- это было неизбежно. Сначала
вы скрываете овуляцию. Больше женщина не может, как ее
сестры-приматы, когда ее яйцеклетка созрела, подойти
к избраннику и помахать перед ним набухшим красным
кольцом вокруг зада, чтобы у него захватило дух и затуманило
разум. Она должна это кольцо спрятать, чтобы не нарушать
течение сложной социальной жизни. Она надевает юбку и прячет
кольцо. Не снеся обиды, кольцо атрофируется. Теперь уже
женщина никогда не снимет юбку, пусть будет неизвестно, может,
у нее там набухло кольцо? Так легче развести волосатых ебанатов
на подарки. Ебанаты в растерянности и не знают, как и когда им
отключать разум, разве что рисовать порно на стенах костью
мамонта. На помощь приходит юбка. Теперь она подает тот
же сигнал, что и кольцо, если женщина решила ее задрать.
Но это почему мальчикам нельзя смотреть на голых девочек.
Девочкам нельзя смотреть на голых мальчиков, потому что
никому нельзя, а то начнут меряться хуями, и прощай сложная
социальная жизнь. Если мальчик увидит свой хуй, сразу
начинает им меряться. Таня права, все это ужасно, но
постарайтесь это понять.

aculeata [userpic]

Получила письмо из Тель-авивского университета,
программа Бено Арбель для школьников. Всем родителям
всех причастных рассылают. Официальный иврит мне трудно
дается. Щелкнула на translate.

Hello everyone

Attached is the invitation to the end of year ceremony [...]

We would love to see you all

die

Показала Алешке. Он спросил:

-- Тебя что-то здесь удивляет?

-- Да нет, -- говорю, -- конечно, за это время школьники
с родителями их здорово заебали... интересно, однако, так
ли в оригинале.

-- Гугл транслейт, -- говорит Алеша, -- просто выводит
на поверхность то, что внутри.

aculeata [userpic]

Кстати, насчет замечательных проявлений антисемитизма
ново-левого студенчества из Wisconsin University (в стиле
от сердца к солнцу) -- женщинам и прочим меньшинствам
старого образца приготовиться. Это мы уже не в первый
раз предупреждаем. Маятник не лодка, его незачем и
раскачивать. Гей-гоп!

aculeata [userpic]

-- Прошло много лет, -- заканчивается повествование, --
И все еще каждое лето
Мы встречаемся с моими друзьями в том же доме,
В том же лесу или в той же пещере,
В отеле Адриано на острове в Средиземном море,
Джина все так же прекрасна,
А как там вышло и что там произошло между ними,
This is our little secret.

-- Нет, -- решает вдруг автор, --
Если я выйду с этим к людям, если я выйду с этим,
Кто мне поверит?
Годы проходят, и это страшные годы,
Каждый год уносит кого-то, и даже многих,
Случается много трагедий,
Взрываются целые острова,
В конце концов, даже Джина,
Как ни тяжело говорить об этом,
Даже Джина из отеля Адриано,
Ведь и она могла постареть.

-- Итак, прошло много лет, -- заканчивается повествование, --
Многие умерли, произошло немало трагедий,
Но те, кто остался жив,
Каждое лето собираются в том же доме,
В том же лесу или в той же пещере,
В отеле Адриано на острове в Средиземном
Или в Адриатическом море,
И пьют не чокаясь, вспоминая друзей,
И глядя в старые, чуть туманные зеркала,
Видят дымные тени неправдоподобно прекрасных женщин,
Одетые в стиле ретро.

-- Но что это, -- спохватывается автор, --
Разве мы не взрослые люди,
Разве мы не знаем, что каждый сам за себя,
Каждый из выживших должен хвататься за жизнь,
Должен ползти по головам тех, чья очередь падать,
Проламывать этажи?
К тому же, по мере того, как годы проходят,
Умирают все и дряхлеют, кто не успел,
Оставшись завидовать мертвым.

-- Итак, прошло много лет, -- заканчивается повествование,
И все еще каждое лето
Я вспоминаю твой взгляд,
Последний осмысленный взгляд, который ты послал мне
Перед тем, как провалиться в смерть,
Я читала книгу, я еле успела
Поймать этот взгляд, уже ускользавший,
Ты уже несколько дней не мог говорить.
Точнее, я вспоминаю его каждую осень
И каждую зиму, и каждое лето,
И даже весной, когда становится ясно,
Что даже если отправляться прямо сейчас,
Тебя уже не догнать.

Итак, прошло много лет, и автор, такой педант,
Упал мимо гроба, зачах неизвестно где,
Его все забыли, давно -- прошло много лет --
Никто о нем и не слышал.

Итак, прошло много лет, -- заканчивается повествование, --
И все еще каждое лето,
Без имен, как без чинов, счастливо забытые всеми,
Мы встречаемся в том же доме,
В том же лесу и в той же пещере,
В отеле Адриано на всех островах всех морей,
И Джина все так же прекрасна,
Все так же поет, а если танцует,
Наши сердца, как монеты,
Нет, как таблички из глины, вот-вот, гляди, разобьются,
Ведь мы их бросаем горстями
Прямо под каблучки.

aculeata [userpic]

Про перловку все верно. Overdramatic -- чья бы корова
мычала, пардон, тут люди, и я в их числе, могут сделать
драму из любой мелочи жизни, и они в своем праве,
личная оптика есть личная оптика. Не хочешь, не читай.
Прочитывать это как statement "либо мы хорошо кушаем,
наши мальчики без приглашения врываются на чужую
территорию и мочат направо и налево мирного жителя,
а наши сограждане за то, что сказали слово "мир",
умирают на зоне -- либо мы очень плохо кушаем"
и значит принимать путинскую пропаганду. Иногда
перловка просто перловка, даже и полная мухожуков.
От мухожуков крупу нужно класть в банку, а поверх
горки крупы в ту же банку булыжник! Этому меня
научила бабушка, и это работает, а каким чудом,
я так и не знаю.

aculeata [userpic]

В темном доме, и с трубой,
И с трубой
Жили-были мы с тобой,
Мы с тобой

В час ночной, как бьют куранты разбой,
Злой бродяга приходил за тобой.

У меня растет железный кулак,
Он бежит от кулака на чердак,

В старых стружках, под древесной трухой
Навредить тебе не сможет такой,

Он скукожился, усох, спал с лица,
В таракане не узнать подлеца.

В темном доме, и с трубой,
И с трубой
Наступал покой какой-
Никакой.

Бьют куранты, но не страшен чужой,
Ты же выросла большой-пребольшой.

И тогда ты позвала всех бродяг
И ушла к бродягам жить на чердак.

Я за временем с тех пор не слежу,
Тараканов по углам развожу,

Все равно при свете ночи и дня
Злые люди не боятся меня.

aculeata [userpic]

Православный идет и причитает по-православному,
Помоги, мол, господи, господи в облаке,
Дескать, я к тебе обращаюсь, как равный к равному,
Как последний пропойца к первому в кабаке,

Помоги, мол, а в чем, он забыл и сказать не может,
Словно рот на замке, от замка потерялся код,
Обходя стороной, чтоб не выронить имя божье,
Иудей веселится, по краю смерти идет.

А шагнуть бы в бездну: лететь легко и подстелют мягко,
Православному осторожничать не к лицу,
Анемоны в бездне красны и краснее маков,
Не встречая дна, он выходит на улицу.

Говорят, что в Москве всех невест засыпает снегом
И на свежий цвет белых яблонь ложится лед,
И никто из них не хочет быть человеком,
Воздух полон птиц, но трудно начать полет.

Tags:
aculeata [userpic]

Мы с Ленкой К. встречались по делу: нужно было весьма
срочно обменять предмет A на предмет B. Предмет A Ленка
забыла дома, но вернулась за ним и мне привезла.
Я спустилась к машине, позабыв наверху, в квартире,
предмет B. Мы поэтому поехали гулять на территорию
института Вайцмана. Там, как всегда, красота неописуемая
по вечерам, хотя в темноте кувшинки уже позакрывали свои
лепестки, а лягушки были только слышны. В конце прогулки
Ленка показала мне Пробковый Дуб. Его так зовут
официально на всех языках, и он не очень-то дуб, но
совершенно пробковый. И огромный. Потом мы вернулись,
и Ленка припарковалась с трудом на моей улице, и мы
пошли ко мне домой за предметом B, позабывши в машине
предмет A. Конца этому было не видно. Но все-таки
он наступил. Где-то посередине я сказала Ленке в
отчаянии, ну что же, мол, это все, и почему мы с ней
такие козлы. Ленка отвечала рассеянно: "Ну почему же
козлы? Какие же мы козлы? Просто... просто... --
она засмотрелась на внезапно расцветшее и теперь
сбрасывающее фиолетовые цветы дерево, -- просто дебилы."

Было еще много хорошего, но не помню я ничего, ибо
не располагаю даже каплей мозгов, к сожалению.
Но хочется сказать большое нечеловеческое спасибо
Лукомникову, хоть мне так и не удалось на него
поглядеть в этот его приезд.

aculeata [userpic]

Вот и небо -- что скажешь, куда предрассветней --
Потянувши за угол, сорвешь бахрому
Черных листьев, спадающих с угольных веток,
Горизонт просит тьмы, но довольно ему.

Тьма поедет кататься на черных колесах,
Черный гроб обволакивать черной каймой,
Тени женщин расхристанных простоволосых,
Только знающих плакать, вести за собой;

Время выйти навстречу, как к старому другу,
В черных каплях росы, от волненья дрожа,
Из-под крышки ползущую честную руку
С благодарностью черной рукою пожать,

И тогда все случится, как в детстве мечталось:
Горизонт с полыхающей раной в боку
Развернется ежом, презирающим жалость,
Смоет кровью позор по дороге к щенку.

Tags:
aculeata [userpic]

Я открыла способ ходить пешком по улице в 37 градусов
по Цельсию. Подходит для любого пола, возраста,
гендера, общественного положения.

Нужно надеть свободное короткое платье без лифчика.
Вообще, когда жарко, если хотите жить, не надевайте
лифчик. Нужно взять рубашку с рукавами и пуговицами,
намочить ее в воде и не очень стараться выжимать.
Нужно, чтобы с нее стекала вода. Потом так же
поступить с тряпичной шляпой. Нужно намочить голову
с волосами. (Если у вас нет волос на голове, намочите
густой парик и наденьте под мокрую тряпичную шляпу.)
Возьмите в руку бутылку или хотя бы стакан с холодной
газированной водой и держитесь тени. Прихлебывайте
из стакана и поливайте из него же колени. Пока
вода есть, наслаждайтесь, вам действительно неплохо,
постарайтесь это понять. Когда вода кончится, начнется
ад. Все мы грешны, даже младенцы. Когда вода кончится,
за все это придется платить.

aculeata [userpic]

Дождь перечеркивает воздух,
Но не свежо и капель нет,
Едва умножит эхо возглас,
Едва рябит фонарный свет:

Песок течет путями молний,
Распределяется по дну,
Как будто кто-то что-то вспомнил
И вдруг часы перевернул,

И прошлое словно потеряно --
И ребер нехитрый узор,
И печени горькое дерево,
И сердца столовый прибор,

И кто там, незваный, непрошеный --
Столовый прибор, а болит --
В беспамятстве вязнет с калошами,
С калошами вместе забыт?

Ну, не тужи, в любой кабак
Мы завернем в соседнем мире,
Приманим обещаньем благ
Ундин, а может быть, валькирий,

Там нас забывших города,
Там улицы забытых нами,
Там музыканты без стыда
Водяру хлещут под мостами,

Гуляет Богомяков там
В ночном халате и без денег,
И скоро сделает он нам
Какой захочет понедельник.

И как я расскажу тебе
Все эти сказки незнакомые,
Когда ты только насекомое
На уходящей вбок трубе?

Ступай, пройди метаморфозы,
А там и к делу перейдем:
Дождь перечеркивает воздух,
Но только кажется дождем.

Tags:
aculeata [userpic]

1. В Израиле, к сожалению, кончилось хорошее лето и началось
плохое лето. Здесь всего три сезона. Через два с половиной
месяца, когда на улицу нельзя будет выходить и ночью,
начнется ад. Он будет продолжаться два или два с половиной
месяца. (Кроме хорошего лета, плохого лета и встроенного
в него ада, местные выделяют еще "зиму". Зима -- это когда
они включают кондиционеры на обогрев. Я тоже раза два или
три так поступала в этом году.)

2. Ввиду подступившей к горлу смены сезона мои друзья
дважды брали меня с собой на прогулку. Позавчера Лена К.
повезла нас с Гошей сперва на маковое поле, где один
из нас ел лошадиное говно, а маки росли, но к ним нужно
было уже пробираться по колючкам, чтобы попасть в поле.
Лена не велела мне идти дальше, туда, где было маковое
поле побольше: она сказала, что в Израиле начался сезон
змей. Думаю, так она называет плохое лето.

Потом мы поехали в лес. Мы искали лес, глядя по сторонам,
но находили только иллюзию и обман. Издалека кажется, что
вот он, лес, а по приближении становится ясно, что это
просто деревья растут, не отбрасывая тени и не зная ничего
друг о друге. Обыкновенной для этих прогулок голливудской
мистики тоже не было, то есть, ее не было сначала, и я
думала, что раз мы едем днем, то и вовсе не будет.
Но тут погас экран телефона, который Ленке служил
навигатором. Чтобы зарядить телефон, Ленка достала
зарядку с новым проводом, чтобы она точно работала,
но контакта не было, и солнце поворачивалось к закату.
Мы заблудились где-то под Иерусалимом. Гоша был привязан
сзади, чтобы у меня не началась аллергия, когда он ходит
по мне лапами и смотрит в мое окно, просовывая голову над
стеклом. Он на это очень сердился и линял, а потоки
воздуха несли его шерсть, почему-то совершенно белую,
ко мне прямо в нос. Ленка его уговаривала, что мы уже
очень скоро приедем, хотя это была ложь, никуда приезжать
мы не собирались. Иногда телефон включался, что-то
произносил страшным головом и выключался на полуслове.
Мы ехали, ехали и вдруг приехали.

Мы приехали в убийственно красивое место. То есть,
сначала оно было -- ну просто, колючки, камни, деревья
какие-то. Я ходила по колючкам в сандаликах на босу
ногу, как Рахметов. Гоша тоже ходил, как Рахметов,
а Ленка нет. Тут оказалось, что мне пишет Люся, и я
стала искать тень, а то без тени солнце мне в телефоне
засвечивает все буквы. Тень нашлась под колючим
кустом. Там в телефоне слова были очень хорошие,
и я сильно обрадовалась, да могла бы и поплясать
на этих колючках. Колючки нам нипочем.

А потом мы сквозь колючки куда-то вышли. И была
дорога вдоль огромного обрыва, поросшего лесом, как
бывает в Рио де Жанейро. А по ту сторону оврага
виднелся великолепный лес. Конечно, если бы мы
к нему приблизились, он бы тоже оказался иллюзией,
но ведь мы смотрели издалека. Иногда по этой дороге
проезжал человек на огромной черной мохнатой лошади.
Я никогда еще не видала таких больших лошадей. Гоша
на нее очень сердился и лаял, а мог бы взять в толк,
что она производит для него питательное говно. Но
он еще пока молод и не знает, что говно просто так
на дороге не валяется.

Мы шли долго, и я надеялась, что мы опять заблудились,
но теперь уже без машины, и никогда к ней больше не
выйдем. Ленка мне что-то втолковывала, как все
топографически подкованные люди, в общем-то, какую-то
муть, я и не слушала -- у них аргументация на уровне,
что Земля круглая, так что мы обязательно вернемся
к машине, от которой ушли. Это абсурд. Так было
бы, если б поверхность Земли была одномерна. Впрочем,
она говорила про какой-то холм, который мы, по
ее мнению, обходили по кругу. Ленка, вообще, когда
находится снаружи от помещения, всегда пребывает
в убеждении, что она по кругу обходит холмы, судя по
тому, как она отвечает на мои вопросы о топографии.

Мы обошли холм по кругу и вышли к машине, а солнце
все еще не зашло, но закатывалось и закатывалось.
Ленка волновалась, потому что к ней должны были
приехать гости, и я ей нашла у нее в машине другую
дырку, от которой телефон все-таки зарядился.
От меня друзьям бывает очень много пользы, поэтому
они иногда сажают меня к себе в машину.

Ну а потом Ленка с Гошей отвезли меня домой, где
я стала учиться спать. Тогда еще это получалось
совсем плохо.

На другое утро позвонила М. и велела мне собираться
в дорогу. Днем обещали +25, и это может показаться
немного, но под израильским солнцем это абсолютно
убийственно. М. сказала: "Мы все не любим солнца."
Поэтому она думала, что мы будем идти в лесу, в
приятной тени. Нас должен был вести Сема, Митькин
сын, и он сказал, что градусов не 25, а 23. По
Цельсию.

Но Сема приехал сюда младенцем, он вырос под местным
солнцем, ему все равно. Он не различает толком, где
тень, а где ее нет. А градусов было +26 в тени. Но
самой тени не было. Я знала, что очень скоро перестану
что-либо соображать, но не отследила этого момента,
даже некоторые характерные признаки не смогла распознать.
Потому что я уже перестала соображать. Однако, и там
тоже было очень красиво. Все дети поранили ноги.
Но не мои. Мои спали дома. Они просыпаются ближе
к ночи. У меня есть на правой ладони огромный синяк, он
немного мешает мне печатать, но я понятия не имею,
откуда он взялся. Наверное, мы там куда-то падали
или с кем-то подрались, во всяком случае я. А на
левой ладони синяк поменьше. Он не мешает.

М. рассказывала, как она возила девочек в Грузию на
международную олимпиаду для девочек. Она в принципе
такого не одобряет, но раз девочки довольны, то что
уж тут. Что-то я из этого помню, и это очень смешно,
но я не знаю, что мне можно записывать, а что нет.
Митька говорил по телефону, по делам другой олимпиады.
У него покраснело и распухло ухо. Ему пришлось
сменить ухо. Анька дала мне кусок яблока. У девочек
всегда что-нибудь есть.

В лесу была библиотека. Точнее, библиотечный ящик,
раскрашенный в цвета украинского флага. Ронька,
хрупкое создание, нашла в нем книгу "Одиночество
простых чисел", переведенную с итальянского на иврит.
Меня уговаривали взять ее почитать, но потом я не
смогла перевести эту фразу на французский, и мне
не дали никаких книг. В. перевел сразу, но и ему
ничего не дали.

М. пристрастилась к мусору. Она собирала его пакетом
в пакет. Я хотела ей помочь и положила к ней в пакет
одну пустую бутылку, которую подобрала на дороге.
Она на меня за это ругалась на том основании, что на
эту бутылку могла пописать бешеная лиса, так что
голой рукой ее брать нельзя. Мне это показалось
несправедливым, я тоже могу пописать на что угодно,
но я побоялась ей возражать, потому что она уже
совершенно вышла из берегов. Она полезла на какой-то
откос, чтобы собрать там битое стекло, ее потом снимали
оттуда, чтобы она перестала его собирать, у нее уже
было много.

Потом мы вернулись. М. взяла весь свой мусор с собой
в машину. Но ей все казалось мало. Когда мы проезжали
мимо помойки, она высовывалась в окно и кричала:
"Помойка!" Но в помойке было слишком много мусора,
даже если нас всех высадить из машины, он бы туда не
влез, так что В. ехал дальше. Они меня отвезли к моему
дому и там высадили, так что дальнейшая судьба мусора,
собранного в лесу, мне неизвестна.

Солнцем меня пришибло настолько, что я научилась спать,
проспала все, что на сегодня было назначено, чем,
скорее, довольна, хотя и жалко.

3. Тем временем Алешкин проект заморозили, и с начала
мая он без работы. Он считает, что в Израиле не делают
компьютерных игр, только мобильные, а Инка с Левкой
говорили нам, что нет, делают.

4. Зато я прочитала все семь томов Гарри Поттера на иврите.
Или сколько там у него томов. Не прошло и двух лет.
Но почти прошло.

5. Сделать себе отпуск на две недели у меня не получилось,
но вот уже три дня я совсем не работала, и два из них
не подходила к компьютеру. Наверное, завтра кончится отпуск.

aculeata [userpic]

Теофилы правы: человек от животного отличается
чувством божественного. Но не очень сильно.
Pecking order глубоко вписан в сакральную матрицу:
ведь и любой народный бунт либо религиозный, либо
идейный, в поддержку атеистического эгрегора.
У социальных животных оно так и устроено: лейтенант,
желающий скинуть начальника, собирает себе группу
поддержки из низов (соперников из верхней части
алфавита лучше не вербовать, потом все равно придется
делать им тепель-тапель). А человек просто догадался
апеллировать к убитому прежде начальнику: он никогда
не разочарует, потому что никогда не проявит слабости.

Это хорошо, потому что появился архетип Революции
(Свободы). Во-первых, она топлесс, во-вторых, она
преобразует смыслы и добавляет сложности. Но, конечно,
ее то пытаются обожествить up beyond recognition,
то гоняются за ней с целью нахлобучить на нее все-таки
паранджу.

У животных тоже бывает сакральное, это мы знаем как
минимум от Конрада Лоренца. У них бывают ритуалы, и это
модус вивенди, они, как люди, изобретают их себе на
ходу. Но мертвым они не поклоняются.

Back Viewing 0 - 20