Сен-Женевьев-де-Буа
Несколько могилок. Заранее предупреждаю - ручки у меня кривые, на художественность фотографий не претендую.

Сначала - несколько общих могил. Это не совсем братские могилы, просто организация бывших военных выкупала довольно большой участок, там ставился общий памятник, вокруг него под однотипными надгробиями хоронили членов этой организации. Иногда в одной могиле лежат супруги, иногда - даже не родственники, просто друзья. Но безымянных нет.

Участок, посвященный общей памяти солдат. На центральном монументе надписи: "Генералу Лавру Георгiевичу Корнилову и всѣмъ корниловцамъ, павшимъ за родину и на чужбинѣ скончавшимся", "Генералу Врангелю, чинамъ конницы и конной артиллерiи, за честь родины павшимъ" и т.д.



Аналогичные участки были у казаков ("Казакам - воинам славы и воли"):



у дроздовцев ("Генералу М.Г.Дроздовскому и его дроздовцамъ"):



у алексеевцев ("Генералу М.В.Алексѣеву, шефу алексѣевских частей, и алексеевцамъ"):



Но обычных могил, разумеется, больше. Вот певец Алеша Дмитриевич. Очень распространенный тип надгробия - "часовенкой". Другой тип надгробий - деревянные или каменные кресты. Иногда встречаются индивидуальные проекты.



Вот Бунин. Возле креста стоит мисочка - в нее туристы кладут монетки. Обнаружены российские, украинские и польские. Идиотский обычай, но то же самое происходит и на других известных могилах:



А вот Константин Сомов:



Это Тэффи:



Мережковский и Гиппиус (у нее отдельная табличка в передней части надгробия):



Николай Оцуп:



Гайто Газданов. Один из примеров нестандартных надгробий:



Тарковский:



Борис Зайцев:



Иван Шмелев:



Николай Лосский:



И, конечно же, Ремизов. Он и Серафима Павловна - под левым крестом. Под правым - Наталья Резникова и Ольга Андреева - дочери известного эсера В.М.Чернова. Семья Черновых давно дружили с семьей Ремизовых, еще в России. В 40-е - 50-е годы Наталья Резникова много помогала Ремизовым, а потом написала о Ремизове книгу.



А вот интересный пример того, как утрачивается язык. Под этим крестом лежат двое - то ли муж и жена, то ли брат и сестра (отчество и фамилия одинаковые).



Женщина скончалась раньше, и табличка в нижней части креста написана совершенно правильно, в соответствии с нормами постреволюционной орфографии:



Мужчина умер через двадцать лет. Возможно, среди оставшихся родственников уже никто почти никто не говорил по-русски, так что надпись получилась с неким польским акцентом, но кириллицей. И в фамилии "у" всесто "ю":



Покойтесь с миром.