human speechbubble 2012-01-24T01:42:54Z urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:91337 2011-12-14T18:32:00 2011-12-14T16:43:37Z Шансонье Дима Даннер К вспомненному сегодня даркфолку как нельзя кстати.<br /><br />Как-то подозрительно верно, созвучно, но, черт подери, уж больно стройно изложено.<br /><br /><i><a href="http://www.kasparov.ru/material.php?id=4EE711358E462">Нулевые же, во-первых, стали</a> реваншем правых, так же как рейгановские неокапиталистические яппи в восьмидесятые отомстили хипповым шестидесятым.<br /><br />А во-вторых, под развалинами WTC оказались похоронены опасения одних и надежды других, что неолиберальный дискурс станет безраздельно доминирующим и задавит все интеллектуальные альтернативы себе. А ведь атаки радикальных интеллектуалов, того же Дугина, на "систему" в 1990-е стимулировались во многом именно этими опасениями.<br /><br />(...) Никакого "Конца истории", который померещился кому-то в эпоху "Нирваны", "Криминального чтива" и X-Generation, не вышло.</i><br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/91337.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/91337" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:90791 2011-11-20T20:39:00 2011-11-20T18:48:29Z Шансонье Дима Даннер Выношу из комментов (все о том же):<br /><br /><i><a href="http://ktoms.livejournal.com/72422.html?thread=722150#t722150">В любом случае</a>, пока есть "научный метод" и "наука" -- свободе воли не бывать. Либо -- абсолютная детерменированность (над которой возможна частичная случайность, в силу незнания части параметров), либо -- абсолютная случайность (над которой возможна частичная детерминированность, в силу усреднения).<br />"Свобода воли" может быть только чем-то трансцендентным, принципиально невыводимым из законов бытия.</i><br /><br /><a href="http://ktoms.livejournal.com/72422.html?thread=725734#t725734">Свобода даже более</a> осмысленна (как субъективный факт) в детерминизме, поскольку всегда можно представить себе Первопричину, которая некогда толкнула мироздание пальцем таким образом, что спровоцировала все последующие (в таком случае иллюзорные) моменты переживания свободы. А вот откуда берется свобода в индетерминизме, вообще непонятно :)<br /><br />Нет, ну вот действительно. Можно ли придумать столь же изящную метафизическую картинку возникновения субъективной свободы при недетерминизме квантового уровня? Или хотя бы эпикурейском атомизме, где "атомы могут отклоняться, поэтому свобода"?<br /><br />Пенроуза не предлагать.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/90791.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/90791" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:90203 2011-11-03T16:08:44Z 2011-11-03T16:06:00 2011-11-03T23:42:40Z Шансонье Дима Даннер Недавнее <a href="http://ktoms.livejournal.com/72422.html#comments">обсуждение</a> у <span class='ljruser' style='white-space: nowrap;'><a href='http://www.livejournal.com/userinfo.bml?user=ktoms'><img src='http://lj.rossia.org/img/userinfo-lj.gif' alt='[info]' style='vertical-align: bottom; border: 0;' /></a><a href='http://www.livejournal.com/users/ktoms/'><b>ktoms@lj</b></a></span> заставляет дальше уточнять концепцию свободы воли и прилагать ее к общественным отношениям. Поскольку написать даже бегом предстоит много, контекст обсуждения излагать не буду и интересующихся с извинениями отсылаю к вышеозначенной записи, комментам и линкам к ней.<br /><br />Начну с роли метафизики в подобных разговорах. Рискну сказать, что виттгенштейновский тезис о бессмысленности метафизики часто понимается односторонне и принимается как "негативный ответ" на метафизические вопросы. В этом случае, например, метафизическая проблема свободы воли будет заменяться тезисом об отсутствии свободы воли, в то время как задача состоит в отвязке от этого понятия без приписывания утверждениям о свободе воли истинности или ложности - ибо ведь утверждение "свободы воли не существует" также метафизическое.<br /><br /><lj-cut>Как вариант, отвязка от метафизики может обосновываться и в рамках самой метафизики. Например, метод может основываться на том, что в подобных суждениях мы не имеем права на ошибку. В рассуждении, известном как "пари Паскаля", предлагается взвешивать выигрыши и проигрыши от ошибки такого рода ("ставьте на то, что бог есть - выиграете все, не потеряете ничего"). Это, разумеется, невозможно (утверждения о выигрышах и проигрышах предполагают невозможное знание), в чем и состоит основная ошибка этого рассуждения. А вот нормативное требование избегать метафизических утверждений не несет в себе никаких противоречий.<br /><br />Ну да бог с ним. Что происходит, если мы отказывается от свободы воли? Мы в этом случае считаем, что сознание со всеми присущими ему иллюзиями свободы есть некий частный симптом динамического процесса (например, хаотического - дабы было пикантнее). В этом случае соотношение сознания и окружающего мира рассматривается как контур обратной связи: сознание реагирует на окружение путем его оценки (тоже, разумеется, индуцированной этим же окружением) и попыткой реакции в соответствии с этой оценкой. Импульс, возникший таким образом в сознании, может быть поглощен окружением (без сколько-нибудь существенных последствий) или может привести к резкому изменению динамики. Переживание подобного импульса как свободного связано с ограниченностью сознания, которое не может учитывать все причинно-следственные связи.<br /><br />Зачем нам был нужен этот пример? Для того, чтобы показать, как можно сконструировать язык, в котором присутствуют такие понятия, как "оценка" ("ценность", "целеполагание"), "импульс" ("выбор") или "изменение" ("достижение"), но отсутствует понятие свободы. Более того, даже допустив существование свободы, мы совершенно не обязаны отрицать влияние на свободный выбор каких-то не зависящих от нас причин. Свободный выбор в этом случае занимает определенное место в причинно-следственной цепи. В любом случае, независимо от присутствия или отсутствия свободы, для того, чтобы возникший импульс переживался как свободный, эти не зависящие от нас причины должны интерпретироваться сознанием как некие добровольно принятые "граничные условия", истинная природа которых нам неизвестна, но в то же время и неважна. Эти граничные условия, осознаваемые как добровольно принятые, являются причинами импульса, переживаемого как свободный выбор, вместе с другими граничными условиями, осознаваемыми как навязанные извне. Сочетание этих двух условий - добровольных и навязанных - и описывает переживание свободного выбора.<br /><br />Подобный ход рассуждений, выбранный для отвязки от метафизики свободы, нуждается в дополнительном обосновании. Откуда, например, взялась метафора обратной связи? Отправной точкой послужил факт существования сознания, которое в данный момент читает этот текст и размышляет над тем, стоит ли продолжать чтение. Таким образом, у нас есть два непреложных факта, не допускающих сомнения: 1) сознание, отделенное от окружения и 2) оценка этого окружения. Оценка окружения неотделима от сознания, поскольку есть не что иное, как усилие по поддержанию своей осознаваемой частности. Предупреждая вопрос о возможности отказа от частностей: декартовское cogito ("мыслю") и было выведено как абсолютная абстракция путем отбрасывания всех и всяческих частностей. Понятие сознания включает cogito как откуда-то берущися свой собственный предельный симптом. Это означает, что к "мыслю" может прийти любое возможное сознание, но сознание из "мыслю" возникнуть не может; а это, в свою очередь, имеет интересное побочное следствие - не исключено, что сознание, читающее этот текст, осознавало себя, будучи при этом провинциальным китайским чиновником в эпоху Мин, но вряд ли когда-нибудь осознавало себя, будучи при этом никем.<br /><br />Отсюда следует, что любой язык, имеющий какое-то отношение к переживаемой реальности, должен включать понятие сознания и оценки окружения как того усилия, без которого сознание исчезает. Повторю еще раз, что усилие это переживается сознанием и его свободная или детерминированная природа нас не интересует - попытайся мы сказать что-нибудь на эту тему и мы опять возвращаемся к метафизическим спорам. Почему я называю это усилие оценкой? Потому, что именно путем этого усилия и происходит разделение окружения на добровольные и навязанные условия выбора. Добровольные условия суть следствие принятых ранее (может быть, иллюзорно) решений и поэтому имеют тенденцию сохраняться как частности, важные для существования сознания. Это включает и моральные ценности. Это включает и ценные переживания, соотносимые с некими осознаваемыми сущностями (людьми, кошками, городами и звездами). Все это вместе я называю существенностями. Все остальные явления реальности (в том числе поступки, слова и мысли людей) оцениваются согласно их отношению к существенностям.<br /><br />Итак, сознание существует в метафорическом пространстве существенностей, природа которого может трактоваться тысячью различных способов, однако само пространство от этого не изменяется. Это называется "моральной" или "социальной реальностью". Лично я верю в свободу воли, однако все вышенаписанное и было довольно сумбурной попыткой показать, что язык, описывающий реальность через существенности, не изменяется в зависимости по крайней мере от этого моего предпочтения. Сейчас я не буду дальше расписывать соотношение этого языка с логикой и моральной философией, не буду расписывать онтологию существенностей и их познавательный статус - это предмет для тысяч и тысяч по-другому и намного лучше расставленных букв. В качестве итога приведу "без всякого обоснования" набросок описания "общественной (в т.ч. уголовной) ответственности" на этом языке. Оно написано только что в режиме реального времени, выглядит странно и, весьма вероятно, будет потом выкинуто, но мне кажется, что элементы этой системы на уровне умолчаний наверняка присутствуют и в философии права, и в реально существующих судебных системах. <lj-cut><br /><br />* Любое сознание всегда действует согласно своим существенностям, говоря условно, в данный момент.<br />* Существенности бесконтрольно появляются и исчезают, являясь незавершенным представлением какой-то не контролируемой сознанием реальности. Эта реальность и делает существенности реальными. Назовем ее источником.<br />* Ответственность сознания перед своими существенностями - это внутренняя ответственность, налагаемая сознанием на себя же.<br />* Нельзя сказать, что существенности принадлежат сознанию, потому что они ему неподконтрольны. Следовательно, они принадлежат источнику, поэтому являются еще и основанием неизвестно какой внешней ответственности - налагаемой источником и объективной по отношению к сознанию.<br />* С другой стороны, общество (точнее, общественное сознание, принадлежащее сразу многим индивидам) по той же причине подлежит как внутренней, так и внешней ответственности.<br />* Индивид не ответственен перед обществом, а общество перед индивидом. Точкой отсчета для любой внешней ответственности является источник. Поэтому может существовать (без гарантий) некая общая внешняя ответственность личного и общественного сознания (что никак не мешает обязательному наличию отдельной внутренней ответственности для этих форм сознания).<br />* Установление этой общей ответственности и есть задача правосудия. В общем и целом эта задача решения не имеет. Разбирательство есть прежде всего возможность рождения новых существенностей, в соответствии с которыми индивидуальное и общественное сознание смогут совместно оценить некие юридические факты. Соответственно, решится вопрос и о том, какие действия и кем должны быть предприняты. Эти существенности рождаются (когда и если) для индивидуального и общественного сознания совместно, а не для каждой формы в отдельности. Они не перестают существовать после принятия решения и их роль не ограничивается оценкой юридических фактов.<br />* Проблема внутренней ответственности как личного, так и общественного сознания правосудие волновать не может, потому что существенности этих сознаний правосудию недоступны.<br />* Материальные правовые нормы теряют обоснованность, поскольку общая ответственность подсудимого и общества неизвестна и неизвестно, существует ли вообще для данного случая.<br />* Общественное сознание тогда сталкивается с проблемой внутренней ответственности за судебные решения. Эта проблема, в отличие от внутренней ответственности индивида, касается всех граждан, поскольку ставятся под вопрос такие существенности, как, например, равенство перед законом, репрезентативность суда как общественного органа и так далее. Более того, будучи особой, "третьей" формой сознания, отличной и от индивида, и от общества, суд как институт "суверенен" и его внешняя ответственность никакому установлению не подлежит.<br /><br />Ну и наконец, essentialitas essentiae par est. Amorem mutuum da amantibus nostris. Amen ;P<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/90203.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/90203" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:89961 2011-10-12T22:59:10Z 2011-10-13T00:04:00 2011-10-12T23:14:21Z Шансонье Дима Даннер "Меланхолия" фон Триера - это <lj-cut text="готично">готично. Простите. В 1847 году Эдгар По рассказал историю о том, как Венера появилась на небосводе <a href="http://ru.wikipedia.org/wiki/Венера_(планета)#.D0.92.D0.B8.D0.B4_.D1.81_.D0.97.D0.B5.D0.BC.D0.BB.D0.B8">в несвойственное ей время</a> и принесла с собой раскаянье за предательство умершей любви. За двадцать лет до этого Мэри Шелли описала <a href="http://en.wikipedia.org/wiki/The_Last_Man">гибель человечества с точки зрения изолированной от мира в королевском замке дружеской семьи</a>, той самой, про которую уже в двадцатом веке навыдумывали скушной, но по тем временам вполне эпатажной <a href="http://en.wikipedia.org/wiki/Gothic_(film)">гомоэротической чуши</a> и которая ко времени написания книги опять-таки перемерла в полном составе, сохранившись лишь в нежных элегических воспоминаниях. В общем, прерафаэлитские Офелии, <a href="http://ru.wikipedia.org/wiki/Замок_Отранто_(роман)">убивающие шлемы замка Отранто</a>, полуразложившиеся возлюбленные старого <a href="http://ru.wikipedia.org/wiki/Страх_(фильм,_1963)">Бориса Карлова</a>, призраки прошлого, блуждающая метафизическая вина и отсроченное на десятилетия и века возмездие. "Гасик литерече", "кризис идеологии Просвещения", "новое Средневековье", антидемократический культуркампф длиною в два с половиной века. А в 2011 году датский антисионист снимает фильм о несвоевременной планете, пришедшей <a href="http://www.eapoe.org/works/poems/ulalumek.htm">from the Hell of planetary souls</a> отомстить уже не Разуму человеческому даже, а всей жизни вообще, за грехи прошедших четырех с половиной миллиардов оборотов вокруг сами знаете чего.<br /><br />Историю <i>о романе девушки с планетой</i> невозможно, кажется, вместить в сознании даже при простом проговаривании этой фразы, а вот поди ж ты. Замечательная Кирстен Данст, про которую слова доброго никто не скажет, <s>но на голубые сиськи которой пошли смотреть все,</s> так и продолжает из фильма в фильм играть свою маленькую женщину, движимую в жизни скорее инстинктами, чем сознательными мотивами и в которой атавистическое, животное совершенно (экзистенциальное типа) чувство всеобщей виновности вытесняет раз за разом все остальные смыслы существования - хоть влюбленность в пожилого импозатного шефа банальнейшую из "Вечного сияния", хоть игрушки, платьица и конфетки из "Марии-Антуанетты", - превращая ее из потерянной избитой зверюшки чуть ли не в героиню в высокоморальнейшем смысле этого слова. Героиню постмодерна, если угодно, со всем его микроскопическим уже пространством "личной ответственности", продолжающим сужаться и под перьями и стучащими по клавиатурам горячими пальцами теоретиков и теоретикесс растворяться в абсолютное ничто. Ту самую героиню, которая только и способна в этой то ли небесной, то ли адской уже пустоте заметить покрытие Антареса Меланхолией и вздохнуть с запредельным облегчением, недоступным простым смертным, и успокоиться, как Альфред Илл в "Визите старой дамы".<br /><br />Самому датскому антисионисту <a href="http://www.ovideo.ru/Детально_о_фильме_Меланхолия">собственный фильм не понравился</a>, оказавшись непослушным детищем, как сама Меланхолия-планета, выписывающая траекторию, не согласующуюся ни с какими законами физики. В церкви - смертный грех, в психиатрии - болезнь, меланхолия-духовный опыт подозрительным образом превращается в свою противоположность, смыкаясь с какими-то идеалами нищеты духа, достоевщиной и прочей православной метафизикой, кульминирующей в отказе пить вино на террасе под музыку и при этом готовности загородить ребенка обточенными кольями и собственным бренным телом, будто бы претерпевшим сверхнатуральное неоплатоническое перерождение вдруг. И воплощаясь в планету, Меланхолия, вдруг, опять же, перестает быть "ничто" и становится "нечто" - становится ранее не существовавшим "красивым" в противоположность "никакому". Эта невесть откуда вырвавшаяся красота, разумеется, пугает - то, что долженствовало стать, по словам режиссера, неким издевательством над эстетикой, вдруг поднимает голову и говорит "Я есть".<br /><br /><img border="1" src="http://www.aceshowbiz.com/images/still/melancholia_2.jpg"><br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/89961.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/89961" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:89675 2011-09-24T22:49:00 2011-09-24T19:59:20Z Шансонье Дима Даннер <a href="http://www.lvivcenter.org/uk/chronicle/news/?newsid=618">Недавняя дискуссия</a> в НПО "Центр городской истории Центральной и Восточной Европы" по поводу закрытой львовской реки Полтвы (о ее месте в концепциях городского развития, ее публичных смыслах и возможных вариантах ее дальнейшей судьбы) прошла безумно интересно даже не благодаря активности участников (впервые на моей памяти количество активных диспутантов в зале превышало оное в прэзидиуме), не благодаря фейерверку инфы, квалифицированных мнений и хохмочек, и даже не благодаря отличной организации (доказательством каковой служат два предыдущих наблюдения). Самым интересным было то, насколько же все-таки действительно Полтва скрыто воздействует на наше сознание, раз попытка обсудить Полтву и судьбу Полтвы привела к такому жаркому обсуждению точек зрения, которые, в общем-то, ни в чем друг другу не противоречили. Создалось впечатление, что вместо Полтвы участники обсуждали нечто значительно более глубокое (хотя куда уж глубже), интимное (хотя куда уж) и прямо не называемое (и опять-таки).<br /><br />Оставляя в стороне сыпавшиеся как из рога изобилия концепции Полтвы <lj-cut>(это энвиронменталистская духовная сущность - Ярко Футимський; это инженерный элемент в контексте динамичного городского пространства - Михаил Шарков; это системная ось развития города - позорно забытый мною представитель Союза Архитекторов; это символическое пространство рефлексии - Юрий Кох), мне почудились в этом коллективном монологе две метаполитические темы, выходящие довольно далеко (на самом деле - радикально далеко) за пределы предмета.<br /><br />Первая тема - общественное преобразование. В езине <a href="http://journal.hyperdrome.net/issues/issue1/kulikauskas.html">Hyperdrome Андриус Куликаускас противопоставляет</a> концепты "соцального хэкинга" и "социальной архитектуры" (как в материальной, так и в идейной сфере и прежде всего в коммуникации), утверждая, что второе опирается на понятия планирования, линейного процесса, стадийности и распределения ресурсов, а первое основано на игре, бессистемности, синхроничности и конфликтности/кооперативности в использовании ресурсов. Первое (очень условно и очень упрощенно) постмодерно, второе модерно и как элементы противостояния ни одно не очень интересно.<br /><br />Социальный хэкинг в принципе есть матрица гражданского активизма (хотя активизм этот и пытается время от времени прикрыться планировочной риторикой) и эту парадигму единолично представлял Остап Малашняк, известный по инициативе Спасения Меркурия. Все, что он говорил, сводилось к сетевой активности и троллингу, включая хэкерскую функцию посредничества между сообществами, в т.ч. реставраторами, диггерами, олигархами, свободовцами, кафешной молодежью и аудиторией жежешного гетто. Олесь Дзындра, координатор фестиваля КиноЛев и <a href="http://idem.org.ua/projects/leopoltvis">культурологического проекта ЛеоПолтвис</a>, наоборот, выступал в качестве социального архитектора, владеющего многомерной трансцендентно легитимированной перспективой перестройки общественного сознания - в данном случае относительно Полтвы, но далеко не исчерпывающейся этой проблемой. Всему этому интересно противостояла Ирина Магдыш, соредактор журнала "Ї", пишущего с середины девяностых о штетлах, <a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/83357.html">масонах</a>, феминизме и психоделических революциях. Среди всего ею сказанного, мое внимание привлекла апелляция к статус-кво в сознании - Полтва как существенность (морально-метафизическая сущность) львовским сознанием не воспринимается. Что не помешало участнице экспромтом представить такую существенность - ярко гендерно нагруженный образ реки, самоотверженно трудящейся для поддержки гигиенического равновесия в городе. "Вона працює" - не удержался <span class='ljruser' style='white-space: nowrap;'><a href='http://www.livejournal.com/userinfo.bml?user=mr_lpa'><img src='http://lj.rossia.org/img/userinfo-lj.gif' alt='[info]' style='vertical-align: bottom; border: 0;' /></a><a href='http://www.livejournal.com/users/mr_lpa/'><b>mr_lpa@lj</b></a></span>...<br /><br />Позиция Магдыш радикально постмодернистская, ибо акцентирует ни более ни менее как аморальность навязывания существенностей (как я понимаю, это как раз то, что Батлер называет этическим насилием). Именно здесь корни в том числе и "пост-постмодерного", реконструктивного, неоконсерватизма - самого мощного в этой стране интеллектуального и публицистического направления (Забужко и Водичка to name a few), отрицающего любые сознательные усилия, направленные на изменение общества - социализм, естественно, в первую очередь. Проект Дзындры - пробуждение чувства ответственности за историю, включая материальное наследие "старого Львова", куда помимо Полтвы входят новозаселенные после войны польские дома (камень и в мой огород, поскольку я сам живу в такой квартире) - апеллирует по-модерному к некоей универсальной морали, причем с сильным религиозным уклоном. Это две стороны консервативной медали: с одной стороны, ожидание некоей всеобщей "революции сознания", сакрального Майдан-Шаббата, с другой - полумифическая "львовская ситуация", референтная точка для всех, начиная от повсеместно презираемой анти-интеллигентской "Свободы" и заканчивая "донецкими бандюками" и московскими туристами.<br /><br />С третьей стороны сидит застрявший в постмодерне интернет-активизм, подменяющий этику коммуникации "фаном", приколизмом, наивняком и прочими пост-интеллектуальными прибамбасами. Ничего более экстремального, чем запуск мема "откапывают Полтву!", аудитории не предлагается и в этой ситуации желание вышеупомянутого Куликаускаса подумать об "этике социального хэкинга" кажется каким-то совершенно невозможным анахронизмом, опоздавшим лет на пятьдесят, хотя может статься, что это как раз мы отстали от него на полвека. Вопрос только в том, достаточно ли хорошо забыто это старое, чтобы превратиться в экстрим взамен навязшего в зубах "соушл-нетворкинга".<br /><br />Когда трансдисциплинарный тролль, посредник между концептуальными средами, приходит в уже существующее пространство вместо того, чтобы создавать свое собственное и потом ждать годами, пока кто-нибуль туда придет, этот самый тролль обязательно делает кому-то больно, потому что ломает чьи-то представления о мире уже самим фактом своего появления. Эта акция может быть почти незаметной, а может быть настолько разрушительной, что приводит к забаниванию посредника. Этика социального хэкинга проистекает не из опасения быть забаненным, а из осознания своей цели и неизбежного "этического насилия" - то есть навязывания существенностей - которое сопутствует этой цели. Может так получиться, что искусство - самая безболезненная хэкерская тактика; общественная дискуссия, вроде той, на которой мы были, и форсенье мемов - штука значительно более опасная. Не поэтому ли в официальном списке было так много художников и так мало онлайн-публики?..<br /><br />Вторая большая привидевшаяся мне тема - актуализация, осмысление и "оглашение", предоставление голоса. Представим себе Полтву, вслед за Ярком Футимським, как живое существо с собственными интересами, и подумаем над тем, каким образом она могла бы рассказать о себе и о том, какая она, и каким образом мы могли бы помочь ей в этом. Подставим теперь на место Полтвы любого другого проблемного субъекта - от бездомных до садомазохистов - и мы, наверное, поймем, что такое актуализация...<br /><br />С актуализацией тоже наметились три общие позиции. Можно доносить до публики заранее приготовленные смыслы, чем-то напоминающие пресловутые туристические легенды. Наиболее ярко эту тему представил Юрий Назарук, владелец знаменитой львовской сети антуражных ресторанов, с идеями экскурсий по Полтве и о Полтве, вебкамерой в коллекторе, "Левым Берегом" и имитацией полузатопленного подвала в Оперном театре, и не обязательно это должно быть эксплуатацией существующего положения дел, как говорила Магдыш - с тем же успехом можно продвигать и утопию освобождения Полтвы, важна лишь продуманная привлекательная концепция, рассчитанная на определенную целевую аудиторию. Все это здорово напоминает политический процесс, в котором постановка проблемы является едва ли не более креативным актом, чем поиск ее решения.<br /><br />С другой стороны, можно настаивать на изначальной "публичности", постоянном процессе обсуждения и создания тысяч всяковозможнейших смыслов. Юрий Столяров, архитектор, говоривший о Полтве как элементе публичного пространства, может быть, не имел в виду ассоциаций с различными теориями постмодерного управления и гражданского общества, а может быть, и имел. "Главный Канализационный Коллектор Полтва", юридически не являющийся даже рекой - явно не единственный возможный конструкт для описания Полтвы как сущности и даже та сумбурная дискуссия, свидетелями которой мы были, обнаружила не менее десятка альтернатив. Неисключительность идеи "коллектора" чувствуют все - особенно в этом смысле запомнилось выступление инженера-консультанта Института городского развития Михаила Шаркова, предложившего уже сейчас начинать выращивание новой концепции городской среды в расчете на то время, лет через пятьдесят, когда коллектор "Полтва" придет в техническую негодность. Согласно закулисным данным, участие главного инженера Полтвы во встрече этим предложением не ограничилось ;)<br /><br />Можно, наконец, быть последовательными эзотеристами и мистиками. Львовский диггер Олесь категорически отверг статус Полтвы как реки, утвердив ее экзистенциальную вонючесть, подземность и приватность, чем весьма порадовал некоторых участников. Действительно, открытие Полтвы, будь то архитектурно-коммерческое, будь то хэкерско-дискурсивное, в любом случае ставит крест на ее элитарном и сакральном статусе, пусть даже эта сакральность и отдает сероводородом. И можете мне плюнуть в ухо, если и нас с вами не греют где-то очень глубоко наши very own скелеты в шкафах и под покровами канализационных люков.<br /><br />Комментарии открыты везде.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/89675.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/89675" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:89489 2011-08-09T12:15:13Z 2011-08-09T13:04:00 2011-08-09T19:35:24Z Шансонье Дима Даннер Завершая историю о своем приобщении к японским визуальным романам (после интересного Eve Burst Error и довольно шаблонного, хотя и лихо закрученного, Divi-Dead), синхронично подбираюсь к проблеме "ответственности" в геймдизайне, на которой <a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/77893.html">закончили в прошлый раз</a>.<br /><br />Kana Little Sister это короткий, около десяти часов чтения на один проход, дейтинг-сим, повествующий о младшей сестренке лирического героя, медленно умирающей от хронической почечной недостаточности. Как у всех дейтинг-симов, сюжет игрушки сильно нелинейный (шесть различных концовок), а геймплей практически отсутствует (около тридцати явных, через выбор, точек ветвления, в среднем по одной на полчаса чтения). Обычно все заканчивается плохо, но может закончиться и хорошо, правда, добиться этого очень трудно. Это вводные данные. <lj-cut><br /><br />Первое дно - эмоциональная вовлеченность. Равных этой игрушке по эмоциональности еще поискать: тут вам и эволюция лирического героя от ненависти к привилегированной "младшей" до исступленого самопожертвования и наконец, до полного <s>катарсиса</s> спойлера (см. фильм <a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/85359.html">Фонтан</a>); тут вам и уроки осмысленного умирания от родственницы-соседки по госпиталю; тут вам и <s>здоровый сексуальный интерес</s> любовное влечение к собственной сестре, один из немногих спойлеров, ставший промо-фишкой, которого, загипнотизированный лирической интонацией повествования, сначала принципиально решаешь избежать, но потом не выходит, хотя опция такая, совсем по-европейски, предоставляется. Короче.<br /><br />Второе дно - выстраивание концепции персонажей. Большинство предоставляемых выборов не имеет никакого отношения к повествованию, как в большинстве дейтинг-симов: пойти с барышней на американские горки, в кафе, в дельфинарий или в видеоаркаду - ничего не скажешь, экзистенциальненько. Можно, конечно, вообще не заморачиваться на такие выборы, но воздействие дна первого заставляет все-таки угадывать, что же стоит за каждой из опций. Так постепенно появляется некоторое личное видение собственного героя (объективно туповатый эмоционально незрелый тинейджер, переживающий сразу несколько жизненных кризисов) и его сестры (объективно погруженная в созерцание природы девчушка, лишенная навыков общения с себе подобными), а также их места в жизни и реалистично обозримого будущего. Безусловно, какое-то самопроецирование здесь присутствует, а заслуга разработчиков игры в том, что проецирование это проходит вполне беспроблемно и в то же время сколько-нибудь значимого слияния личности игрока и личности персонажа не происходит.<br /><br />Кстати, именно такие переживания и позволили фрилансерской гейминг-журналистке Ли Александер воспользоваться "Каной" для того, чтобы <a href="http://www.escapistmagazine.com/articles/view/issues/issue_108/1315-Heart-wrenching-Hentai">морально оправдать в глазах читателей и читательниц</a> "Эскаписта" <a href="http://sexyvideogameland.blogspot.com/2007/05/h-games-eros-and-thanatos.html">весь хентай-жанр</a> в целом. Дейтинг-сим, дескать, способствует выработке как раз эмоциональной зрелости у туповатых тинейджеров (для которых жанр и предназначен) - виртуально подбираясь с разных сторон к точно такой же (с его точки зрения) председательнице школьного совета, студентке-комсомолке-спортсменке, как и та, которая отшила его с позором в реале, тинейджер, мол, выстраивает для себя все более нюансированную модель ее поведения, получая шанс хотя бы в ретроспективе понять ее как живое человеческое существо. А заодно получше понять и себя. О как. Смех смехом, но определение статуса игрока как "супер-эго" персонажа здесь вполне срабатывает, как срабатывает и немедленно выплывающее "третье дно" - представление об изначальной спорности любой на данный момент выстроенной "концепции" себя самого и тем более всех остальных. "Кана" поднимает нередкую у японцев тему воспитания на новый уровень: здесь имеет место еще и некое "воспитание воспитывающего" - на одном уровне, братец-Така, конечно, воспитывает сестричку-Кану, <i>предоставляет</i> ей те или иные переживания в соответствии с собственным (и игрока, конечно) представлением о том, <i>какая она</i>. Но на другом уровне то же самое происходит и между игроком и персонажем - не только Кане, но и ее брату мы предоставляем общие переживания на основе уже нашего видения того, как эти переживания могут изменить их самих, раз уж мир изменить не получается. И в обоих случаях, конечно, присутствует <a href="http://www.gamesetwatch.com/2007/05/princess_maker_2_daddys_little.php">осознание обладания объектами воспитания</a> - это не просто человек, это мой человек.<br /><br />Где-то здесь возникает ощущение если и не <i>существенности</i> происходящего, то уж во всяком случае его причастности к реальности - внеязыковому миру болезненных столкновений и деформаций (см. фильм Манга). Эволюция, переживаемая персонажами при посредстве деятельной работы внезапно выросшего "супер-эго" становится необратимой и, самое главное, неотменяемой - становится неким эмоциональным и моральным <i>фактом</i>. Приступать в этих условиях к исследованию боковых ветвей истории и альтернативных вариантов - значит отмахнуться от этого факта. В этой игре нет исследования стержневой ситуации - "источника" реальности, требующего все новых и новых точек зрения для своей интерпретации; здесь нет "решения" игры в тех смыслах, которые применяются к interactive fiction. Здесь важна только одна точка зрения и каждая из них аннулирует все остальные, потому что аннулирует все, находящееся глубже "обыкновенной" эмоциональной вовлеченности - выстроенная концепция персонажей рухнула и нужно начинать строить ее заново. Поэтому, когда сюжет заканчивается, пусть даже плохо, решимости пускаться на поиски лучшего варианта, в отличие от абсолютно противоположной по ощущению Eve Burst Error, не возникает. Что-то реализовалось, стало историей.<br /><br />"Кана" предельно близко подбирается к тому, что я называл экзистенциальностью - мои представления и действия стали причиной того, что реализовался некий вариант реальности из множества возможных; реализовался необратимо в моральном смысле. От модели storyworldа и связанного с ней кризисного осознания это отличается отсутствием явного изменения "состояния мира" - здесь нет "драмы"-пространства путей, здесь есть классическая "трагедия" - абсолютно предопределенный ход событий, где спасение заключается лишь в нашей способности интерпретировать. Факт смерти персонажа здесь придает некую эстетическую законченность этой совместной эволюции - переосмысление друг друга не заканчивается никогда, но факт смерти фиксирует некую важную точку, превращает спорную "концепцию" в некую возникшую "вещь", превращает, вполне себе по Лао Цзы, <i>становящееся</i> в <i>ставшее</i>. Можно переиграть игру по другому пути ветвления, но нельзя убрать раз возникшее. А раз так, нельзя будет убрать и то, что еще не возникло, а только сейчас становится, формируется при нашем участии, сидит, выжидая, где-то там за горизонтом планирования.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/89489.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/89489" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:88933 2011-07-29T03:18:00 2011-07-29T00:22:49Z Шансонье Дима Даннер Собственно, человек-оркестр, неоязыческий фундаменталист и отрицатель холокоста Кристиан Ларсович Викернес гневно осуждает главную медиа-персону уходящего лета за пособничество жыдомассонскому заговору против великой Европы.<br /><br />Мы-то, конечно, с вами помним, как Кристиан Ларсович в начале девяностых штудировали каббалу, писали по ней статьи в журнал жыдомассона Майкла Мойнихана Filosofem и нимало этим не смущались. Но любим мы его, конечно же, не за это.<br /><br />Парадокс ситуации заключается в том, что вот на наших глазах человек, которого мы считали самым-самым страшным правым ультрасом в Норвегии, пещерным вандалом и еще черт знает кем, этот человек мало того, что для распространения своих весьма и весьма прискорбных убеждений всю жизнь (как внезапно выяснилось) писал музыку вместо того, чтобы убивать людей, так теперь еще и единственный (!!!) из тех, кого НЕ обязывают идейные разногласия, возвышает свой, прямо скажем, не вполне внятный голос, чтобы сказать "Господин Брейвик, вы подлец и дурак".<br /><br />Как-то людям стыдно, не по-пацански выносить подобные суждения.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/88933.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/88933" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:88684 2011-07-28T13:33:00 2011-07-28T10:40:36Z Шансонье Дима Даннер <i>Работаете на евреев, не так ли г-н Брейвик, чтобы объединить всех европейских правых радикалов под своим фальшивым стягом? Чтобы отвлечь внимание от еврейского врага Европы в другую сторону? Или, быть может, вы даже не знаете, что были использованы зловещими евреями? <br /><br />Поэтому теперь не только христиане убивают мусульман, и наоборот. Правые экстремисты также должны убивать левых экстремистов, и наоборот, как я полагаю? В этом состоял план? Вы пошли на это, чтобы завербовать даже правых экстремистов на борьбу в пользу евреев? <br /><br />Кому это выгодно? Израилю! Евреям! Наша агрессия не будет направлена на них, хотя вся она и должна быть направлена. Мы будем воевать друг с другом, пока они тайком снуют, не привлекая внимания, извлекая выгоду из наших страданий, незаметно затягивая цепи рабства вокруг наших тел и ног. <br /><br />Да, и кстати: истинные националисты не убивают детей своего народа, даже если кто-либо пытается промыть им мозг, подобно AUF. Они были (пока что) не марксистскими экстремистами, а всего лишь детьми.</i><br /><br /><b>BURZUM - ЧЕМПИОН!</b><br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/88684.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/88684" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:87824 2011-07-08T12:12:16Z 2011-07-08T13:39:00 2011-07-08T13:54:34Z Шансонье Дима Даннер А давайте, милые дамы, представим себе такую ситуацию.<br /><br />Допустим, у нас есть некий идеальный <a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/54247.html">зеленый дракончик</a>. Содержащая его программа рассказывает некую простую историю. Скажем, дракончика украли инопланетяне и доставили на Землю, где его нашло "я", и теперь дракончик время от времени носится по улицам, пытаясь улететь домой. Удастся ему это или нет, зависит от того, научится ли он с нашей помощью вести себя правильно в незнакомом мире, сколько времени и сил это займет, каким будет его сформированный характер в результате всего этого итд.<br /><br />Допустим, программа, содержащая дракончика, оснащена сбором и обработкой статистики по поведению играющего (по воспитанию дракончика то есть) в каждой партии, а также по исходам игры. Пусть еще статистика собирается и обрабатывается настолько хорошо, что можно выделить источники поведения играющего - насколько на него влияет желание достичь цели и насколько - конкретные окончания истории, связывающие исход игры с поведением в этой конкретной "партии".<br /><br /><a href="http://nickm.com/if/Varicella.pdf">Монтфорт и Маултроп</a> обозревают существующую литературу на эту тему. Есть концептуальное различие "истории" и "игры" - первая основана на "интерпретации" реальности, вторая - на ее "конфигурации". Может случиться так, что игру нужно читать, чтобы играть и играть, чтобы читать. Но в случае игры этот процесс заканчивается, когда заканчивается игра, а не тогда, когда заканчивается интерпретирование. Монтфорт настаивает, что в интерактивной литературе эти два процесса не просто взаимообусловлены (как в обычной игре с сюжетом), а обусловлены динамически. Что такое динамически, я не очень понимаю, но понять может помочь следующее свойство: такую игру можно "решить" (to solve), не выиграв и выиграть, не решив. "Решить" игру - значит понять природу игровой реальности, и хотя при этом мы лишаемся некоего чисто игрового опыта (игра превращается в слабоинтерактивный текст), такую возможность стоит держать в голове. <lj-cut><br /><br />Еще одна возможность, которую стоит держать в голове - это возможность "решения" игры через несколько альтернативных выигрышей. В последнем случае усилия, направленные на выигрыш, могут превратиться, по крайней мере, в значительной степени, в усилия, направленные на решение. Конечно, это зависит от того, насколько грамотно рассказанная история перенаправляет наши усилия таким образом, но допустим, что такая история придумана. С другой стороны, монтфортовская "динамическая взаимообусловленность" означает, что разрешение игры превращается само по себе в игровое действие, неотделяемое от построения интерпретаций. Но и этот ответ не окончательный. Еще один вариант - это "конец интерпретации", существующий отдельно от "конца игры". Нам не обязательно искать "решение", заложенное в игру ее автором, если мы с самого начала знаем, что такого "решения" не существует - вместо этого нам предложено выстроить собственную интерпретацию. Это тоже вопрос литературный.<br /><br />Этот самый идеальный зеленый дракончик - это эксперимент с намерением зримо разделить "конец игры" и "конец интерпретации". Мне эти явления представляются наблюдаемыми. Принимает ли играющий какие-то собственные стандарты поведения и если да, то когда именно? До "выигрыша" или после него? Бросает игру после какого-то конкретного исхода? исчерпав все варианты? исчерпав возможности поведения? все это наблюдаемо, формулируемо в виде гипотез и проверяемо.<br /><br />И теперь самое интересное - что это вообще дает? То, что интерпретации игровой истории существуют, сомнений не вызывает. Вопрос в том, значимы ли эти интерпретации с точки зрения игрового поведения. Альтернатива - то, что эти интерпретации используются только для объяснения "задним числом" того, что произошло в игре, но никак не мотивируют (а следовательно, нет и никакой "динамической взаимообусловленности" интерпретации и конфигурации). Эксперимент, по большому счету (хотя там не два, а три варианта, но это уже и совсем неважно), определяет <i>вероятность</i> этих альтернатив, но вряд ли исключает хоть одну. Кроме самой очевидной перспективы "похоронить", с определенной точки зрения, теорию интерактивного искусства, это могло бы, конечно, иметь последствия для изучения многих социальных систем, которые можно интерпретировать как "игровые". Но вот тут возникает вопрос - а в чем, собственно, разница между "игровой" реальностью и "неигровой" реальностью?<br /><br />Я пытался разобраться, в чем эта разница - в <a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/77893.html">абсурдности и <i>существенности</i></a> "реала", в эгоцентричности "нереала". Конечно, есть социальные отношения абсурдные и эгоцентричные, и игра вполне может быть такой же. Но есть и "существенные" игры (некомпьютерные, правда), так что нет четкой границы между "реалом" и "игрой" и, соответственно, нет четкой приложимости результатов эксперимента, которые и так вероятностны. Поскольку степень "абсурдности" и "эгоцентричности" системы количественно неизмерима, перенесение результатов может проводиться только через качественную дискуссию, что делает (опять-таки, вне контекста "околоинтерактивной" полемики и, конечно, вне контекста самой игры, но это уже совсем другая история) ненужным сам эксперимент.<br /><br />В любом случае, что в игре, что в реале, человек склонен рассказывать сам себе некие истории, заполняя умолчания, иногда мотивируясь, а иногда самооправдываясь. В любом случае, рассказывая эти истории друг другу, мы преследуем определенные цели, конфигурируем реальность, играем в игры. Истинно интерактивное искусство будет воспроизведением этой природы реальности, то есть, не имитацией, а сущностью, не отражением, а просто аспектом всеобщей нелокальности. Тем самым исчезает как само искусство, так и интерактивность как его конкретный атрибут. Зеленый дракончик затрепыхал крылышками и внезапно диалектически исчерпал себя.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/87824.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/87824" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:87408 2011-06-26T16:56:36Z 2011-06-26T19:00:00 2011-06-26T17:12:45Z Шансонье Дима Даннер <span class='ljruser' style='white-space: nowrap;'><a href='http://www.livejournal.com/userinfo.bml?user=tikandelaki'><img src='http://lj.rossia.org/img/userinfo-lj.gif' alt='[info]' style='vertical-align: bottom; border: 0;' /></a><a href='http://www.livejournal.com/users/tikandelaki/'><b>tikandelaki@lj</b></a></span> <a href="http://tikandelaki.livejournal.com/249334.html">рассказывает</a> душераздирающую историю про сирийскую блоггершу-лесбиянку, оказавшуюся шотландским блоггером-натуралом.<br /><br />Когда-то давно в Намедни писатель Стреляный говорил: <i>считалось, что советский народ пьет от безысходности жизни; на эту мысль набрели интеллигенты, бросили ее по пьянке в народ и народ по пьянке же им поверил.</i> С интернетом все то же самое. Миф про революции через социальные сети, про интернет как великий магический демократизатор всего на свете, приятно щекочет белого онлайн-обывателя за миссионерский комплекс. Разговоры про интернет-демократизацию - это религия, это то же самое, что разговоры про невидимую руку свободного рынка, непонятно только, почему никто этого еще не написал. Это настолько въелось в мозги, что не поверить в сирийскую лесбиянку было невозможно - сирийским лесбиянкам просто нечего больше делать, как только писать в интернет. <br /><br />Миссионеры из глянцевых политжурналов задурили голову самим себе, но точно так же задурили они голову и сирийским активистам, некоторые из которых чуть не спалились сами, наводя справки об аресте несуществующей блоггерши. О том, как поступают на Западе с теми, которые не блоггерши, хорошо показано в фильме "Чужая кожа", где чиновник спрашивает иммигрантку, есть ли у нее заверенная копия смертного приговора.<br /><br />В данном случае копия смертного приговора как раз была на месте. А что человека под нее нет - так это еще и лучше, никому умирать лишний раз не придется.<br /><br />Интернет это вакуум, пространственная конфигурация, бесконечная потенциальность, матрица, заполненная нулями.<br /><br /><i>"<a href="http://damascusgaygirl.blogspot.com/">The Image is not the Real</a>; When you realize that you were reading a story, rather than the news, who should you be angry at? The teller of tales that moved you?"</i><br /><br /><a href="http://rogdog.deviantart.com/art/3d-spherical-flower-of-life-30279817?q=boost%3Apopular+in%3Adigitalart%2F3d%2Fabstract+flower&amp;qo=9"><img border="1" src="http://home.exetel.com.au/rogeressig/images/flower.jpg"></a><br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/87408.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/87408" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:87169 2011-06-24T14:56:00 2011-06-24T12:21:58Z Шансонье Дима Даннер Оказывается, предыдущая запись (подзамок от 2 июня, перечисляющий подзамочные записи) была пятисотым постом в ЖЖ, а заметка про язык Clue от 13 апреля - трехсотым в ЛЖР.<br /><br />По поводу сакральных цветов. Конечно же, у птиц Тримурти превращаются в Четверомурти, как предлагал товарищ <span class='ljruser' style='white-space: nowrap;'><a href='http://lj.rossia.org/userinfo.bml?user=phantom'><img src='http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif' alt='[info]' style='vertical-align: bottom; border: 0;' /></a><a href='http://lj.rossia.org/users/phantom/'><b>phantom</b></a></span> в дискуссиях про бессмертие. У человека же, как у всякого существа, созданного по разумному дизайну, аддитивная и субтрактивная модель цветовосприятия перемешаны в произвольной пропорции, из-за чего красный и зеленый враждуют между собой непосредственно, а адамически-иеговистский жолтый есть просто отсутствие синего. Вследствие этого сине-желтые и красно-зеленые оттенки существовать не могут - вместо них виден желтый, или зеленый, или синий. Не всегда, правда.<br /><br />Ну и, наконец, не все знают, что LGBT - это Legal Great Black- and lightblueless Table, шестиканальная субтрактивная система кодирования цвета, аналогичная CMYK.<br /><br /><img border="1" src="http://26.media.tumblr.com/tumblr_ld2fsohZXC1qe6re7o1_500.jpg"><br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/87169.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/87169" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:86607 2011-05-11T00:30:00 2011-05-10T22:16:43Z Шансонье Дима Даннер Вчерашние события означают только сабж, действующее право - это право силы. Не политической даже, а просто физической. После вчерашнего все разговоры о демократии можно считать законченными. Когда суд шантажируется перспективой противостояния <a href="http://www.pravda.com.ua/rus/news/2011/05/9/6174547/">"около десяти одесских провокаторов" против "около тысячи"</a> ребят, <a href="http://world.pravda.com.ua/rus/news/2011/05/9/6174911/">крышуемых депутатами горсовета</a>, конечно, красный флаг для Львова неприемлем. А <a href="http://opir.info/2011/04/29/marsh-velychi-duhu-natsionalnoi-virnosti-ta-lytsarskoji-chesti-marsh-dyviziji-halychyna/#more-7480">вот это как раз вполне приемлемо</a>.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/86607.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/86607" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:86295 2011-04-13T22:55:00 2011-04-13T20:15:45Z Шансонье Дима Даннер <a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/85640.html">Еще два</a>:<br /><br /><a href="http://esoteric.voxelperfect.net/wiki/Memfractal">Memfractal</a> - каждой копии программы доступен один бит памяти, но копии эти могут невозбранно рекурсивно саморазмножаться.<br /><br /><a href="http://esoteric.voxelperfect.net/wiki/Clue_(oklopol)">Clue</a> - язык, основанный на функциях, каковые задаются в виде примеров (парами "аргумент-значение") и оцениваются компилятором. У меня и у самого была точно такая же идея. Утверждаю, что такие языки невычислимы, поскольку функции, которые надо оценить, в общем случае - частичные рекурсивные функции, а их оценивание было бы эквивалентно решению проблемы остановки (там еще есть недописанный язык <a href="http://esoteric.voxelperfect.net/wiki/Lazy">Lazy</a>, который пытается задавать такие функции напрямую %) ). Намного интереснее было бы посмотреть на применимость подобного языка для какого-то более узкого класса алгоритмов. Ежели раздуплюсь, попытаюсь подумать над этим.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/86295.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/86295" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:85640 2011-04-06T01:41:00 2011-04-05T23:20:04Z Шансонье Дима Даннер Набор дьявольски элегантных языков, найденных на просторах Эзоланг-Вики:<br /><br /><a href="http://esoteric.voxelperfect.net/wiki/SMETANA">SMETANA</a>: самомодифицирующиеся программы из двух команд, безусловного перехода и обмена двух строк местами. Начальный текст программы является вводом, состояние после остановки - выводом.<br /><br /><a href="http://esoteric.voxelperfect.net/wiki/Bitwise_Cyclic_Tag">Bitwise Cyclic Tag</a> (BCT): две команды, для урезания или дополнения бинарной строки данных, служащей одновременно выводом. Умеет выводить <a href="http://en.wikipedia.org/wiki/Collatz_sequence">функцию Коллаца</a> (задача 3х+1 в изложении Гарднера). Тьюринг-полный.<br /><br /><a href="http://esoteric.voxelperfect.net/wiki/FerNANDo">FerNANDo</a>: модифицирует переменные по NAND, имеет 8битный вывод и условный цикл.<br /><br /><a href="http://esoteric.voxelperfect.net/wiki/Sortle">Sortle</a>: программа является самомодифицирующимся и самосортирующимся списком выражений. Класс неизвестен.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/85640.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/85640" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:85359 2011-03-16T00:31:00 2011-03-15T22:42:01Z Шансонье Дима Даннер <lj-cut text="Хронополис, Манга, Фонтан, Солярис"><b>Хронополис</b> (реж. П.Камлер)<br /><br />Шестидесятиминутный анимационный фильм без единого слова, если не считать вступления о бессмертных властителях времени, проводящих вечность в ожидании События - потрясающее действо, приоткрывающее завесу над всеми тайнами бытия, без преувеличения. Первое, что мы понимаем - здесь создается язык. На наших глазах рождаются первичные понятия: цели и смысла. Случайные колебания атомов превращаются в плавный прекрасный танец, но каждое мгновение этого танца отделено от другого бездной пустоты, бездной Вечности, куда еще не пришел смысл, где нет ни плавности, ни красоты, а только лишь бессмысленная случайность. Однако властителя не интересует случайность, ему важно лишь то, что согласуется с выбранным им смыслом. Так мгновения соединяются в плавный поток времени, создаваемого властителями, так же возникает и материя, ибо материя есть ни что иное как логически самосогласованное состояние. Затем властители приступают к творению формы и эта форма обретает самостоятельное движение, многомоментную жизнь, разделенную промежутками покоя, незаметными для того, кому известен ее смысл.<br /><br />Эта форма начинает свое путешествие, добираясь до стремящегося к цели человека, становясь для него бесспорным знаком внешнего мира, порождением источника Реальности, становясь существенностью. Ему не известен смысл, ведомый создателям, у него есть свой собственный, а непротиворечие между этими смыслами позволяет Реальности продолжать существование. Насколько долгим будет оно? Мгновенным, разумеется, ведь осмысленно лишь мгновение.<br /><br /><br /><br /><b>Манга</b> (реж. П.Хазизов)<br /><br />Пост-интеллектуализм переживает рефлексию как трагедию и пытается уйти от нее, не будучи в состоянии увидеть конечную точку в процессе ухода. Язык существенностей - разумеется, условность, не имеющая никакого отношения к ПРИРОДЕ реальности, а только лишь к ее СТРУКТУРЕ - набору абстрактных качеств, придуманных нами в попытках осознать самих себя. Отказ от языка существенностей - необходимое следствие пост-интеллектуалистского отказа от любого языка вообще - лишает смысла сохранение собственной идентичности, лишает смысла проблему выбора.<br /><br />Поэтому в "пост-интеллектуальной" реальности нет выбора (это не тоталитарное "нет выбора", не надо путать, это некое преднирваническое состояние нетвыбора, в котором невозможен не только тоталитаризм, но и вообще ничто социальное или политическое) и никто из героев не совершает никаких выборов. Бессюжетная линия, в которой поступки людей являются прямым и однозначным следствием их прошлых поступков, античная трагедия par excellence с корнями, уходящими в бесконечность и без какой-либо возможности развязки.<br /><br />Что было и чего не было, какие чувства и переживания истинны, а какие только подсмотрены? Абсолютная субъективность постмодерна, только лишенная его атмосферы всеобщей паранойи - даже кульминация (не сюжетная, а всего-навсего физиологическая - один бьет, другой защищается) выглядит как вольная игра смыслов, ограниченная только лишь крепостью черепов. Вопреки тому, что наш увязший в языке мозг может извлечь из картинки на экране, никто из персонажей не осознает самого существования Другого, никакого субъективного взаимодействия между ними не происходит - только цепочка бессмысленных объективных событий. Появление языка для описания всего этого копошения не выглядит здесь комичным в своем излишестве и необоснованности только потому, что слишком узнаваема эта бессмысленная Реальность, слишком ценна как абсолютный источник нашего бытия, слишком настойчиво наши существенности требуют смысла от происходящего, а если его не находят, начинают толпиться у изголовья по ночам, ноют, спать не дают.<br /><br /><br /><br /><b>Фонтан</b> (реж. Д.Аронофски)<br /><br />Смерть - более яркий моральный факт, чем жизнь, поскольку именно она наиболее бескомпромиссно перечеркивает наши желания. Фильм о моральных аспектах поиска продления жизни, как заявлял свою цель автор, не мог не стать фильмом о столкновении с Другим - с Другой, - и о трагических ошибках, совершаемых в этой неожиданной встрече.<br /><br />Маркузе спрашивал, каким образом может существовать общество без репрессии, "общество желания", в присутствии смерти. В фильме разрушение - или просто крушение иллюзии? - маленького "общества желания" двух людей происходит значительно раньше прихода смерти. Символическая потеря обручального кольца, преломленная в татуировании "годовых колец", растягивается в бесконечное механическое продление этой агонии. Гибнущая героиня, низвергнутая в своем то ли умирании, то ли посмертии - пути к умирающей звезде - до положения "призрака больной совести", уже заранее теряет свои человеческие качества в сознании героя, теряет право на собственные желания и собственное понимание происходящего с ней, превращаясь только в предлог для "медикализации" смерти и самой жизни, для сведения ее к поиску лекарства, которое само по себе залечит все раны. Отчаявшись вновь обрести отнятую у нее человечность, героиня пишет свою последнюю незаконченную книгу, превращая свой уход в неоконченную рыцарскую миссию для мужа - образ также неслучайный, ведь рыцарство также есть поиск Королевы, Той, Которой нет в мире.<br /><br />Однако в самом видении цели как лежащей за пределами мира заключена главная ошибка - такая цель в принципе не может быть достигнута иначе, чем через смерть. Поэтому бессмысленной оказывается находка Древа Жизни, бессмысленностью заполнен путь к Шибальбе, скрытой за горизонтом бесконечности. Рыцарская миссия героя, какими бы мистическими обертонами ни обогатила ее любящая Королева, оказывается лишена непосредственной моральной значимости, оказывается движима эгоизмом аскета, одинокого в целой вселенной. Именно он, упиваясь собственным страданием, заранее превратил любимого человека в абстрактный сгусток жизни, немое умирающее Древо, надеясь восстановить его утраченную существенность когда-нибудь в бесконечно отдаленном будущем.<br /><br />"Смерть - это болезнь" - говорит герой-врач, но именно для врача особенно важно помнить, что болезнь не существует сама по себе, это не чужеродная структура в мозгу и не одержимость бесами, как думает терзающий себя инквизитор. Только с окончанием истории об Источнике жизни, когда исчезает больной призрак и возвращается забытая Королева, когда наступает понимание того, ЧЬЯ смерть должна быть преодолена, наступает и воссоединение, но и оно лишь кажущееся, ибо нельзя заменить одну секунду другой, нельзя сказать когда-нибудь потом то, что не сказано сейчас. Как искупить такую вину? Будет ли обретенная новая, "умершая любовь", посмертная существенность героини, и дальше направлять ученого в его поиске? Неизвестно, но пусть хотя бы живущие в его сознании монахи и конкистадоры уступят место на этом пути кому-то еще.<br /><br /><br /><br /><b>Солярис</b> (реж. А.Тарковский)<br /><br />Сама фабула "Соляриса" как будто специально создавалась для иллюстрации метафизических положений, однако, может быть, закономерно, что ни в одной из трех экранизаций эта тема не была раскрыта полностью. Версия Тарковского построена вокруг, возможно, главной метареалистической загадки - реальности Абсолютного Ты (можно увидеть, как посмертная существенность Хари, материализованная Солярисом, действует не более и не менее как предлог для поиска Богини; и именно поэтому - будучи предлогом, - остается лишь "призраком больной совести", как бы вопреки всему накалу своего страдания, нарочито лишенным самостоятельного бытия). Здесь проблема моральная смыкается с проблемой метафизической, вероятнее всего, совершенно иначе, чем хотелось этого режиссеру. Спросим так: можно ли назвать "существенностями" в полном смысле слова те частные существенности, что являются лишь тенями окончательной берклеанской Сущности-Богини? А если нельзя, то не является ли тот поиск Богини-Матери, через который столь недвусмысленно проходит Крис, преступлением тех принципов, которые метареализм стремится утверждать? Желающих увидеть альтернативную трактовку отсылаю к самой первой экранизации - одноименному телеспектаклю Ниренберга: там мы воочию наблюдаем истинную эволюцию Хари и Криса, источник той надежды, о которой говорит Снаут, когда все заканчивается, однако раздача оценок фильмам не есть моя цель.<br /><br />И конечно же, проблема Контакта. Именно заявляемый моральный универсализм Тарковского и есть ключ к такому пониманию Контакта, где на самом деле нет никакого противопоставления космического и межчеловеческого; не только Солярис несводим к нашим представлениям, но и человек несводим к собственным представлениям. "Земные" сцены - не общепризнанная игра контрастов; главным мотивом визуальным (и вообще атмосферным) здесь становится ОТСТРАНЕНИЕ - от травы, от воды в озере, от большой глазами смотрящей лошади, от монотонных токийских автострад, - то отстранение, которое в Космосе, парадоксальным образом, невозможно: в окружении всеобщей чужеродности и ненавидимой Тарковским стерильности личность стремится, в порядке самозащиты, к ОДОМАШНИВАНИЮ чуждых пространств и сущностей, как Солярис одомашнивает память Фехнера своими слизистыми манипуляциями. Этот затянувшийся пролог действительно задает язык всего фильма: отстранение и одомашнивание превращаются из "просто" психических процессов в процессы всеобще-моральные, неустранимые ни на Земле, ни в Космосе. Они неуравновешенны, разбалансированны: комнаты и коридоры станции наполняются хламом одомашненных представлений, а живые реальные люди превращаются в нашем восприятии в куклы-карикатуры на самих себя (от Сарториуса остается одно лишь дочиста обглоданное словечко "долг", а Хари в какой-то момент просто ломается, как японский пластмассовый эротический кошмар). И все это неравновесие есть в конечном итоге фундаментальное всеобщее НЕПОНИМАНИЕ, подмена Контакта представлениями и фантазиями о нем, самоизоляция на маленьких островках самодостаточного раскаяния посреди чуждого, непонятного и столь же обреченно-самодостаточного движения: посмертный "хэппи-энд" Криса и Хари в повсеместно презираемой версии Содерберга - всего лишь перепевка истинно по-русски удаляющегося в бесконечность "возвращения блудного сына".<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/85359.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/85359" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:85143 2011-03-05T14:47:00 2011-03-05T13:13:45Z Шансонье Дима Даннер Переделал сюжет <a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/75609.html">Альтеры</a> из ветвящегося в линейный, отчего он значительно поглупел.<br /><br />Правда, у моего застопорившегося спектрумовского квеста сценарий похожий (или станет таковым после некоторых правок), так что, может, и стоит пустить все на утилизацию.<br /><br />Сделал несколько прикидок для большого текста о мутантах-вегетарианцах. Если светит мне в этом году творческий отпуск, наверное, ими и займусь.<br /><br />Написал серию импрессионистских ревьюшек на недавно посмотренные фильмы, в духе околомузыкальных опусов третьего-четвертого годов. Первая их порция следует.<br /><br />That's all, folks.<br /><br /><br /><br /><lj-cut><b>Алиса в стране чудес</b> (реж. Т.Бертон)<br /><br />Сценарий фильма получился, пожалуй, самым интеллектуально-сатирическим чуть ли не за всю историю голливудских сказок, и вряд ли это случайность. Случайно ли Алиса оказалась дочерью некоего Чарльза Кингсли, в фильме - морского торговца, в реальной жизни - современника Кэрролла, профессора Кембриджа, видного консерватора и автора пропитанных белым британским шовинизмом "Детей воды"? Случайно ли (учитывая подобную наследственность) бросила она влюбленного Болванщика ради коммерческой карьеры? Случайна ли оброненная Чеширским котом фразочка "Я всегда сторонился политики" - ведь личное, как учит нас феминизм второй волны - это политическое и есть? Не будем же углубляться в политическое - успеется, пока же интереснее личное.<br /><br />Кингсли в "Детях воды" выдвигает интересный тезис: нельзя доказать несуществование чего-либо, потому что несуществование логически невозможно наблюдать. Отсутствие наблюдений ничего не говорит нам о существовании. Алиса, вслед за всеми солипсистами на свете, инвертирует это положение - она могла бы, вполне в кэрролловском духе, заявить, что и наблюдение ничего не говорит нам о существовании. Отсюда возникает задача "поверить" - поверить в "невозможные" (в смысле прошлых представлений о мире), но уже наблюдаемые вещи (вроде говорящих цветов и прочих глупостей). И отсюда же возникает задача поверить в возможное, ну действительно, вполне возможное, в Болванщика, например. И вот это самое сложное, потому что требует не отказа от прошлых представлений о мире, а чего-то совсем другого. Все эти "невозможные вещи" имеют простое и очевидное следствие (например, Алису, перевоплотившуюся в рыцаря и скачущую на смертный бой, а впоследствии в том же благородном порыве уплывающую куда-то за длинным рублем в Индокитай), а вот из существования Болванщика - существования недоказуемого, но "возможного", в чем и состоит главный фокус - ничего очевидного не следует, поэтому и смысла в этой "возможности" также никакого нет.<br /><br />Даже и то, поверила Алиса в Болванщика или нет, по сюжету ниоткуда не следует, и это умолчание (если я ничего не путаю) и есть прозрение фильма. Поскольку мы-то в Болванщика скорее верим, и тем самым "возможность" представляется, конечно, не трагедией (формат сказки не позволяет), но хотя бы чем-то, оставляющим осадок беспокойства.<br /><br />Что есть, то есть, а чего нет, то возможно. Лишь то, чего нет, возможно.<br /><br /><br /><br /><b>Напротив по коридору</b> (реж. А.Меркин)<br /><br />Камерная драма о ревности, мести и убийстве построена, на первый взгляд (а может быть, и на второй) из сюжетных клише и потому не содержит ничего непредсказуемого - приговор картине в глазах абстрактного современного зрителя. Действительно, финал этой пьесы целиком предсказуем, начиная с определенного момента, когда сделан решающий для данной ситуации выбор, и если бы мне пришло в голову говорить о моральном месседже фильма, упустив из виду личные ценности, стоящие за этим выбором, мне нечего было бы предложить, кроме проповеди о неизбежном наказании за прелюбодеяние.<br /><br />Кто же на самом деле виновен в произошедшем? Если вы смотрели фильм, возникает ли у вас хоть на секунду ощущение несправедливости финала? У меня не возникает, однако спросив, в чем именно виновен наказанный, мы вынуждены будем отмотать действие назад, до той точки ветвления, в которой еще можно было что-то изменить, но после которой надеяться уже не на что. Вина героя заключается именно в этом: совершив свой выбор в согласии с одной ценностью - неважно какой именно - он отказал в бытии другой ценности, и тем самым уничтожил ее.<br /><br />Мораль проста: когда в своих действиях ты перестаешь учитывать некоего человека - этот человек исчезает. В буквальном смысле слова.<br /><br /><br /><br /><b>Матрица</b> (реж. Э. и Л.Вачовски)<br /><br />Нередко эта трилогия воспринимается как религиозный манифест или, в крайнем случае и более правильно, как манифест общественно-критический, на самом же деле тема ее есть осмысление свободы в куда более широком смысле. "Антиутопия" Матрицы многоуровневая, но, несмотря на то, что ее архитектура давно знакома любителям жанра, авторам удалось заставить традиционные решения работать именно на свою главную идею. Сама Матрица - многофакторная модель отношений между "несвободными" сознаниями - предсказуема до заданного предела, и эта конечная ее предсказуемость и заставляет Архитектора придумывать все новые и новые механизмы подстраховки. Понятие "несвободы" интересно само по себе: сознания, принадлежащие Матрице, не имеют возможности вырваться из причинно-следственных кармических связей, но обладают их эмоциональным, интуитивным восприятием - оставив в стороне вопрос происхождения "сознания, не имеющего свободы", заметим только, что интуиция и есть первая опасность для поведенческого баланса внутри Матрицы. Пифия, "мать Матрицы", как следующий уровень контроля, расширяет причинно-следственную паутину на область интуитивного, распространяя ее и на внешний мир Сопротивления - одновременно второй опасности, но также и орудия Системы, - на Нео-Тринити-Морфеуса. Это все и делает возможным существование Избранных, религиозного страховочного кода, позволяющего перезапустить и Матрицу, и само Сопротивление, когда поведенческий баланс чересчур сильно нарушается. "Избранный" превращается в самосбывающееся пророчество, своими действиями снимающее накопившуюся критическую массу НЕ ПОВЕРИВШИХ, как вне Матрицы, так и внутри ее: именно не поверившие, а не просто воспользовавшиеся интуицией - последняя опасность для Системы и одновременно, как показывает парадоксальный финал трилогии - последняя возможность сохранения ее, правда, уже не подлежащая ее контролю.<br /><br />"Не поверившие" - это и принявшие синюю таблетку, их обнаруживает поиск по Матрице, подобно прошедшим в нее пробужденным; это и сам Нео, отказавшийся в финале второй части от навязанного Архитектором "спасения человечества", а в третьей - и от самой веры в победу, отказавшийся, в конечном счете, от любых предусловий, от любых предопределенных факторов, которые могли бы повлиять на его выбор. После того, как выбор сделан, все остальное зависит от него, говорит Пифия. Иллюзия выбора есть лишь звено в цепи причинно-следственных связей, вторит ей Меровинген, и на протяжении всей трилогии Нео плывет по течению иллюзорных выборов, сделанных ранее по неосознаваемым причинам, под влиянием неучтенных, невидимых влияний: выбрав бытие Избранным, он не знает причины этого выбора и значит, выбор его иллюзорен. Слова "ты увяз в Матрице" в каком-то очень условном смысле, может, и положили начало его освобождению, но встреча с Архитектором, открыв ему еще более страшную правду, не изменила ничего, дальше он вынужден просто продолжать с той точки, на которой остановился. Лишь последний выбор его основан на знании истинной Реальности, и здесь совершенно неважен его результат. Непрочный и зыбкий, как и всякий мир, наступивший в финале мир есть лишь побочное следствие самого факта появления выбора, факта раскрытия истинной реальности, реальности Свободы. Мир не есть цель этого выбора. Свобода вообще не имеет никакой цели.<br /><br />Красная таблетка или синяя таблетка - who cares?<br /><br /><br /><br /><b>Начало</b> (Inception, реж. К.Нолан)<br /><br />Именно "Начало", а не "Матрица" - первый появившийся в наших кинотеатрах фильм о природе реальности, нас окружающей и в какой-то степени нами творимой. Социально-критический запал "Матрицы", конечно, совпадает с некоторыми нашими религиозными мотивами, но все же он скорее мешает рассуждениям о реальности, поскольку, настаивая на незначимости всего видимого, не может предложить ничего, кроме новой Матрицы, лучшей, чем предыдущая. В этом смысле Матрица - апофеоз постмодернизма, в то время как Инсепшн предвосхищает язык пост-постмодернизма, а в чем-то уже и осмысленно использует его. Начинается это с первых минут, с разворачивания на сто восемьдесят градусов самого понятия контроля - мы видим людей, стремящихся построить Матрицу для одного человека, вовлечь его в цепь причинно-следственных связей с началом, невидимым для него, но видимым для заказчиков и исполнителей - и этим началом становится Другой, его неоспоримая и требующая осмысления реальность.<br /><br />Оказание воздействия и защита от воздействия не случайно оказываются двумя сторонами одной медали - контролирующие сами оказываются подвержены контролю, от которого спасает только знание Реальности. Знание это может быть чувственным - шерстяной ковер, падающий волчок, металлическая пешка - но может иметь и другой источник, более надежный: Других, Других и собственную рефлексию, заданную ими, собственные представления об их месте в Реальности, об их значимости для выбора, об их ценности, об их СУЩЕСТВЕННОСТИ. Последнее и оказывается ключевым понятием, позволяющим описать Реальность на этом новом языке - существенности, источниками которых являются Другие, и ЕСТЬ истинная реальность, та самая реальность Свободы, раскрывающаяся в момент выбора. Если теперь снова оглянуться на Матрицу в свете, отбрасываемом существенностями, то уже контроль, а не порождаемая им псевдо-реальность, окажется иллюзией: личности-"Программы", живущие в Матрице, оказываются окружены существенностями такой же природы и способны к их осознанию хотя бы моментами (предоставляю благосклонным читателям самим отыскать эти моменты) - но и люди способны не на большее.<br /><br />И в "Инсепшне" процесс "внедрения" существенности в сознание контролируемого также оказывается чем-то совершенно иным, нежели программирование поведения. Скорее он превращается в акт сотворчества и здесь "Начало" оказывается еще и одним из немногих, если вообще не единственным, фильмом о коллективном творении реальности. Реальности и друг друга, ведь и самые личные пространства каждого из участников этой драмы оказываются немыслимы без присутствия Других - хотя бы ожидаемого, хотя бы даже невозможного.<br /><br /><br /><br /><b>Вечное сияние чистого разума</b> (реж. М.Гондри)<br /><br />На самом деле фильм этот называется "Струит их разум чистоты сиянье" и относилось это изначально к невестам Христовым, свободным от реальности внешнего мира. Фильм и рассказывает о том самом вторжении внешнего мира, которое, оказывается, и есть основа для нашего собственного существования. Случись ослабнуть воспоминанию о нем и мы чувствуем, как уменьшились сами, как мир наш внутренний распадается, то незаметно, то сокрушительно и безвозвратно.<br /><br />В воспоминаниях ли здесь дело? Или в некоей несводимой к воспоминаниям сущности, которая так или иначе стремится сохранить целостность своего мира, снова и снова возвращаясь к тому, что когда-то надеялась отбросить? Раз уж заговаривать о судьбе, связывающей людей вместе, надо ли искать ее источник в этом мире или в тех запредельных высотах, куда стремятся чистотой сияющие разумы? Как бы там ни было, все эти движения судьбы в любом случае непостижимы для нас - внешний мир, мир Других несводим ни к нашим желаниям, ни к нашим представлениям о счастье и смысле. Мы знаем только, что не безразличны ему, но чего именно он хочет - можем только гадать.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/85143.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/85143" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:84091 2010-12-29T19:08:00 2010-12-29T17:09:10Z Шансонье Дима Даннер <b>Человек года:</b> в постоянных разъездах<br /><b>Настроение года:</b> quod quaeris hic est<br /><b>Политик года:</b> Анакен Скайуокер<br /><b>Ученый года:</b> Джон Конуэй<br /><b>Поэт года:</b> Вислава Шимборська<br /><b>Интерес года:</b> интерактивность<br /><b>Музыка года:</b> Жанна Агузарова и Браво;<br />Александра Лосева "Число человека";<br />Fleur "Эйфория".<br /><b>Фильмы года:</b> "Шадоки: Предыстория"; "Двое влюбленных";<br />"Micro Men"; "Вечное сияние чистого разума".<br /><b>Книги года:</b> Януш Корчак, "Дневник",<br />Дорис Лессинг, "Создание Представителя Планеты Восемь",<br />Оксана Забужко, "Notre Dame D'Ukraine".<br /><b>Путешествие года:</b> из комнаты в кухню за чаем<br /><b>Знакомства года:</b> dampirev@lj и Кирилл, В.Ч. и С.Ч. <br /><b>Разочарование года:</b> Форум книгоиздателей<br /><b>Событие года:</b> конец аспирантуре...<br /><b>Кабак года:</b> сауна %)<br /><b>Напиток года:</b> крюшон<br /><b>Мечта на следующий год:</b> отвезти кого-нибудь куда-нибудь<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/84091.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/84091" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:83559 2010-12-23T23:24:00 2010-12-23T21:27:30Z Шансонье Дима Даннер Теагенезис отныне называется, если будет на то чья-нибудь воля, "метареализмом", о чем можно прочитать подробно в соответствующем месте.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/83559.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/83559" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:83357 2010-12-16T22:12:00 2010-12-16T21:56:05Z Шансонье Дима Даннер <i>"Фальк наслушался предостаточно; это была та самая <a href="http://www.google.com/search?q=%22%D1%83%D0%B6%D0%B0%D1%81%D0%BD%D0%BE+%D0%B7%D0%B0%D0%BC%D1%8B%D1%81%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%82%D0%B0%D1%8F+%D1%84%D0%B8%D0%BB%D0%BE%D1%81%D0%BE%D1%84%D0%B8%D1%8F+%D1%81+%D0%9F%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9+%D0%93%D0%BE%D1%80%D1%8B%22&amp;hl=en&amp;safe=off&amp;prmd=iv&amp;ei=AHMKTZ7zF8mX8QPwqvkN&amp;start=0&amp;sa=N">ужасно замысловатая философия с Польской горы</a>, которая достигла здешних мест, сбивая с толку и покоряя неотесанного столичного обывателя; он осмотрелся, стараясь убедиться в том, что куры не свалились с насеста и петрушка не засохла, услышав самые глубокомысленные изречения, какие когда-либо изрекались на диалекте Лилль-Янса. Его весьма изумило, что небо не обрушилось, хотя оказалось невольным свидетелем такого жестокого испытания мощи человеческого духа (...)" (Стриндберг, "Красная комната")</i><br /><br /><lj-cut text="Культурологический альманах Ї в прошлом году посвятил один из выпусков жидомасонам">Культурологический альманах Ї в прошлом году посвятил один из выпусков жидомасонам; самым интересным опубликованным текстом оказался небольшой трактат Фихте "Письма к Констану" (1800), в котором "ужасно замысловатый философ" (сам, понятное дело, магистр некоей ложи) эмулирует выведение программы масонской социальной инженерии. Помимо привычной демонстрации нормативной самозамкнутости рационализма (что начинается еще с Аристотелевого "добродетель есть то, что люди добродетельные считают таковой"), здесь присутствует аутентичное изложение эзотерического проекта демократии - куда аутентичнее, чем в реконструкции Забужко.<br /><br />С аристотелевской элегантностью сначала доказывается необходимость масонства как идеального типа, которого видение и привлекает людей "доброй славы" в реальную организацию со всеми ее дрязгами и коррупцией. Этот идеальный тип с необходимостью благороден и, значит, не может воплощать никаких неблагородных целей; в силу этой обязательной благородности он не может вступать ни в какой конфликт с общественными институтами; в то же самое время он является закрытым в силу необходимости, потому что иначе был бы давно интегрирован в общество.<br /><br />Идеальное масонство стремится к созиданию и реализации общечеловеческого знания. Эта задача нереализуема в широком обществе, которое в силу экономических (!) обстоятельств разделено и искалечено частными моделями знания: профессиональными, сословными, национальными итд. Не существует каких-либо частных институций, реализующих эту задачу - по той же причине. Идеальное масонство есть проект социально-инженерный, реконструирующий (или конструирующий впервые) оперативное знание общее из знаний частных. Отсюда стремление к привлечению носителей самых разнообразных "частных знаний" - представителей разных профессий, сословий и наций. Само по себе общее знание триедино, оно включает религиозно-этический, общественно-политический и научно-технологический компонент. Отсюда обязательная религиозность вступающих, их обязательная гражданская активность и профессиональная состоятельность.<br /><br />Масонство признает два метода социальной инженерии: передача знания и обучение примером. Передача знаний с необходимостью протекает в поле "тайной культуры" - это естественно в условиях смысловой инфляции, когда ни один текст не в состоянии заманифестировать свой трансформативный потенциал. Вместе с тем, масонство отвергает иррациональную передачу "от сердца к сердцу" - и поэтому, опять же естественно, отвергает оккультизм. Обучение примером подразумевает "действие": на модельных отношениях обязательной взаимопомощи внутри масонерии обкатывается состояние высокой социальной связности. Естественно, "знание" и "действие" стремятся к единству: социальная связность включает в себя как компонент знания, так и "энергетический пул", доступный каждому. Все недостатки "идеально-типичного" масонства - на самом деле недостатки (реальные или мнимые) рационально-религиозной механической "гипотезы мира", веры в Великого Архитектора. Все достоинства - достоинства (реальные или мнимые, опять же) церковно-гуманистической идеалистической концепции человека и общества. И то, и другое - оппозиция гнозису, мистицизму, трансцендентальной Свободе, холизму и эмпатии.<br /><br />Идеальный тип представительской демократии - практически копия идеального же масонства. Равенство (с большой буквы Рэ) предлагается понимать не в социальном или юридическом, а в политическом значении, как значимость любого частного знания (которое, как мы помним, только и манифестируется через моральную, гражданскую и профессиональную реализацию) для конструкции знания общечеловеческого (которое, как мы опять же помним, политически нагружено). В этом смысле идеальный масон равен идеальному выборному политику: не может быть профессиональных политиков, ибо профессионализм есть частность; в то же самое время не может быть политиков-дилетантов, ибо "каждый берет ровно столько, сколько приносит с собой" и дилетанты (люди, не реализованные в трех обозначенных смыслах) просто в силу своей социальной конфигурации не могут попасть в политическое поле. Такое Равенство не допускает даже расчленения на собственно политическое и культурное, на "юридическое" и "духовное". Масонерия, изобретенная (или все же реконструированная?) Фихте и представленная им сперва в закрытой - в виде доклада в ложе, - а потом и в публичной среде, есть модель общества Равенства: общество, в котором "все масоны", в котором общее социо-этико-технологическое знание конструируется "в обход" экономических частностей и в котором социальная связность достигает почти сингулярного состояния, есть идеальная "демократия 1.0".<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/83357.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/83357" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:83105 2010-12-07T20:42:59Z 2010-12-07T21:29:00 2010-12-07T21:17:29Z Шансонье Дима Даннер Вышел в МР3 много лет жданный новый альбом Александры Лосевой, лидера группы "Честные Люди", в прошлом вокалистки/гитаристки группы "Вереск", участницы сборника Полин Квітне. Альбом называется "Число человека" и записан вживую на концерте в Одессе 24 сентября 2010 года. Его можно <a href="http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3217807">скачать из авторской раздачи руторрента</a>, а я, по собственной давней традиции, подобрал некое необязательное оформление.<br /><br /><lj-cut><img border="1" src="http://www.litz.lviv.ua/dif/sasha-number.jpg"><br /><br /><i>("Содом и Гоморра", скульптурная группа, дипломная работа Марины Щербаковой, Львов, училище декоративно-прикладного искусства им. И.Труша, 2002 год. Работа утеряна. Фото и обработка бай ми.)</i><br /><br />То, что Александра Лосева - лучший современный автор песен на русском языке, я продолжаю безапелляционно утверждать, а между тем Саша и ее группы нечасто балуют нас новыми записями - после сольника "Два дня" (2001) и "Не отпускай" (2004) Вереска слышно было лишь немного новых песен во Вконтакте. Само собой, интересно, что неизвестного появилось в музыке и песнях за это время. Нетленная "Шила Мама Саван" и любимейший мой "Незнакомый Город", присутствующие также и на новом альбоме, дают, как мне кажется, к этому некий ключ. <a href="http://www.dark-folk.org.ua/veresk">Когда-то я уже писал</a> о том, что на обоих прошлых дисках как будто сложные многоинструментальные аранжировки отображены на минимальный набор записанных инструментов; мне нравилось думать об этом как о стилизации а-ля кубизм. Здесь все еще более минималистично и еще более изысканно: гитарные партии обросли новыми красивыми переборами, а перкуссия придала драйву и некоторой жесткости. Вот по поводу этой жесткости возникли некоторые мысли - например, "Незнакомый Город" не то чтобы самая радужная из песен, здесь же ее трагичность доведена до высшего градуса и если раньше она воспринималась звуковой дорожкой к некоему несуществующему фильму (и даже знаю какому), то теперь это уже вещь в себе, угловатая, шипастая и ужасно красивая. Говорю об этой песне, потому что ее исполнение можно с чем-то более ранним сравнить, но в той же степени это касается и других, всей условной первой части диска: где-то около "Чайки"/"Бросили, предали..." эмоциональный накал просто вырубает из окружающего мира и стихами, как хотел Даниил Иванович, можно бить стекла.<br /><br />Вообще стоит отдельно присмотреться к тому, как строится концерт и как песни разных стилей и лет набрасывают некую метафорическую сюжетную линию. Тему альбому определять рискованно, и все же обозначил бы ее одним словом-иероглифом, как расставание, оно же взлет, он же отрыв - от прошлого, от настоящего, от самих себя. Начиная с "Тот, кто разводит мосты" (и тут пробегает совершенно другой поэтический образ того, кто <a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/78231.html">разрезает связи между людьми в вечерних уругвайских новостройках...</a>), об этом и "Чайки", и "Бросили...", и дарк-фолк "Солнцеворот", и прекрасная поп-баллада "Что ты сделал с моим сном", да и почти-кантри "Мэри", в которой некая дама в плаще просит вернуть ей то, без чего ее существование не имеет ни малейшего смысла. Связь между песнями, как связь между строками, проявляется не с первого раза, и мне не хочется лишать вас удовольствия, расписывая все хитросплетения этого якобы сюжета, показывать, как возникают, развиваются и разрешаются темы детства, веры, любви, беспомощности, страданий и радостей вечно постапокалиптического нашего бытия. Послушайте и поищите где-то там, между строк, не радость даже - намеки на нее, на радость движения вперед без оглядки и без страха. Ведь если мосты развели,.. значит, это кому-нибудь нужно.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/83105.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/83105" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:82856 2010-12-02T14:05:16Z 2010-12-02T15:00:00 2010-12-02T22:45:30Z Шансонье Дима Даннер С элитарностью Забужчиного эзотерико-демократического проекта более-менее ясно. Разберемся теперь с демократичностью, сразу оговорившись, что речь идет, в соответствии с фокусом авторской модели, о демократичности культурного поля.<br /><br /><lj-cut text="осторожно, МНОГО доморощенной философии">Мамардашвили одним из критериев гражданского общества называет социальную видимость "симптомов" сознания. Стоит напомнить, что "симптомы" ("русский, ирокез или психически больной") неотделимы от сознания в целом, не поддаются вычленению, а нивелирование их создает психическую ситуацию тоталитаризма. Излагая близко к тексту, в социуме должна циркулировать, например, эротическая литература, потому что эротические импульсы присутствуют в сознании. Какой эта литература будет - вопрос следующий.<br /><br />Сразу возникает вопрос к предлагаемому в аристократическом проекте соотношению "равенства" и Равенства. Под первым будем понимать "равенство юридическое" whatever that might mean, со вторым разберемся позднее. Равенство юридическое охватывает некий набор симптомов, признанных существенными, и игнорирует симптомы, признанные несущественными. Например, социальные роли "работодатель/наемный работник", "опекун/опекаемый", "медицинские работники/пациент" признаны существенными и их соотношения расписаны законодательно; роли же, например, связанные с экономическими характеристиками ("олигарх") признаются несущественными и, соответственно, невидимы в юридическом поле. Рискну предложить некое определение "юридического равенства" по неким симптомам как юридической невидимости этого набора симптомов. Это определение предельное, то есть все зависит от специфики области применения права (какие-то симптомы остаются видимыми в каких-то областях), которая, в свою очередь, определяется договором при большом влиянии common sense ("здравого смысла", равного "общему осмыслению").<br /><br />Под Равенством (духовно-культурным) предлагается понимать тот самый упомянутый выше критерий гражданского общества - видимость симптомов сознания в социуме. Кажется, что равенство и Равенство находятся в отношении парадоксальном (мы требуем социальной видимости и юридической невидимости), но еще более парадоксальным выглядит определение Забужко "системной ошибки демократии" - выведения Равенства духовного из равенства юридического. С одной стороны, требование избегать этой ошибки означает, если мы соглашаемся с критерием Мамардашвили (и всем, на чем этот критерий основан), требование тоталитаризма (что, разумеется, противоречит авторскому намерению). С другой - единственной возможностью выведения требования видимости из невидимости мне лично видится некое невозможное "придумывание" симптомов (например, объявление себя единорогом, драконом или инопланетянином); не знаю, уж не здесь ли видит Забужко корни "своеволия", однако постмодерная парадигма не дает ей возможности сослаться на какую-либо теорию истинности по отношению к симптомам, заставляя ограничиться требованием иерархического классификационного критерия. В этом парадоксальность самого "правого реконструкционизма": приняв, вслед за постмодернизмом, договорной характер любой иерархии (в том числе истинностной), мы теряем возможность обоснования своих требований какой-либо конкретной иерархии, но тут же делаем именно это.<br /><br />Вернемся в таком случае к юридическому равенству и на минуту представим себе его альтернативный проект: юридической видимости симптомов (то есть явного определения отношений между социальными ролями, ранее считавшимися несущественными, наиболее явный пример - дискурс прав эмбриона). Действительно, нечто подобное наблюдается в реальности (назовем это проектом юридической "разности", diversity), однако и при таком переопределении выведение "системной ошибки демократии" представляется мне сомнительным. Юридическая разность, определяемая как равенство, явно не соответствует исходному, историческому демократическому проекту; я определил бы "системную ошибку" такого рода как выведение требования юридической видимости из социальной видимости. Может ли аристократический проект по крайней мере в принципе избавить от такой ошибки? Попробуем разобраться.<br /><br />Для этого вернемся еще раз к обсуждению категории Свободы, на сей раз отбросив явно консервативный характер всего проекта и приняв феминистическую реконструкцию Свободы так, как предлагает автор. Понадобится и возврат к идее духовного Представительства, так провокационно рифмующегося у Забужко и Лессинг.<br /><br />Первое, что бросается в глаза - структурная схожесть: Представители у Лессинг сначала являются посредниками между сверхцивилизацией Канопуса, управляющей ходом истории в соответствии с космической Необходимостью, и остальным народом, они и суть своего рода аристократия; впоследствии, пройдя психическую трансформацию и пережив смерть, они превращаются в Представителя всей планетарной цивилизации (к тому времени уничтоженной), Представителя некоего психического и социального поля, как коллективного сознания, так и сознаний индивидуальных. Создание Представителя в условиях, когда спасение цивилизации объективно невозможно, есть забота Канопуса о видимости опыта Планеты Восемь в общегалактическом пространстве; это видимость, возникшая по воле Канопуса и обеспеченная Представителями, видимость предоставленная, дарованная.<br /><br />Аристократия у Забужко - такие же Представители народа перед Сверхразумом и в "пространстве" Сверхразума. Видимость симптомов сознания в социокультурном пространстве так же даруется элитой, даруется в акте любовной жертвенности, понимаемой по Фромму, и при посредстве сакрально-эротической, творческой Свободы, понимаемой по нему же. Разница этих двух моделей метафизическая - разные предлагаемые обоснования возможности такого Представительства, - что предполагает и разные режимы этической рефлексии, однако детально их анализировать мы уже, наверное, не будем.<br /><br />Лессинг основывается на "восточной" суфийской мистике, Забужко - на реконструированной "западной" ереси; Лессинг - на понятии психических общностей, общих пространств понимания, согласованных восприятий (Единстве в конечном итоге) и, как следствие, <i>неуникальности</i> каждой личности, Забужко - на валентинианской кастовости (Дуальности в конечном итоге) и, как следствие, непознаваемости каждой личности (частичка Духа <i>до</i> ее алхимического выделения из косной материи не поддается никакому обнаружению и, следовательно, существенность отдельной личности не может быть определена объективно, а только по договоренности; в этом - в договорной природе существенностей - состоит уникальная пост-модерность гностицизма в самом широком его понимании, и в этом же состоит его, arguably, неизбежная элитарность).<br /><br />Поэтому Представительство у Лессинг основано на Равенстве: поскольку существуют общие пространства понимания (сколько их, мы не знаем - может быть, одно, или два, или семь, или сто пятнадцать), постольку любая личность, пребывающая в этом пространстве, способна, осознав его, представлять его в целом. Поэтому Представительство у Забужко предполагает (не требует, а именно предполагает в качестве обобщения ли, "наихудшего сценария" ли) Неравенство: поскольку существование пространств понимания неопределяемо (весьма постмодерная мысль), постольку Представительство ограничено актуальным эмпатическим потенциалом Представителя. Различны и этические программы, направления интроспекции: осознание Свободы как отправная точка к познанию Необходимости у Лессинг и осознание Необходимости как условие познания Свободы у Забужко.<br /><br />Итак, у нас есть две различные утопии "дарованной видимости" и мы, кажется, смогли представить себе, чем они схожи и чем отличаются. Впрочем, называть "Создание Представителя" Лессинг утопией язык повернется не сразу; тем не менее, это именно утопия (по Мамардашвили, "сцепка" некоей идеи и некоей социальной структуры) - в данном случае утопия предельно осмысленного умирания. "Канопус просит вас - оставайтесь в живых, сколько сможете" - говорит эмиссар Сверхцивилизации, и здесь нет места "обыкновенному" эгалитаризму, взаимозаменимости Представителя и представляемого. Наоборот, выживание на грани гибели (ну не гностическая ли фатальная стратегия?) воплощает духовное Равенство, всеобщую доступность Представительства (которое мы и определили как осознание принадлежности к общим пространствам понимания). А это уже не дарованная видимость. Ближе к концу "Создания Представителя" эмпатическое напряжение как бы расфокусируется, вместо него приходит самоосмысление, неразличаемое в виде рефлексии погибшего героя-рассказчика-одного из элиты Представителей или многих также погибших "представляемых". "Многие и один".<br /><br />Однако же по дороге происходит некая подмена: симптомы сознания сменяются в Представительстве на пространства понимания. В метафизике Лессинг это оправдано, в отличие от метафизики Мамардашвили (и Теагенезиса), которую мы выбрали в качестве референтной точки, однако дело здесь не в этом, а как раз в том, что таким образом нам намекают на разрешение нашего парадокса: видимости симптомов сознания в одних слоях реальности и невидимости в других. Попробуем подытожить: "самодарованная" видимость в Представительстве, имеющая источником осознание Свободы и самоосмысление, предполагает здесь некую трансценденцию, преодоление симптомов сознания. Здесь уже речи нет ни о какой конвенциональной, договорной аристократии, но нет речи и ни о каком влиянии социокультурного пространства на Представительство. Свобода и Представительство, происходящие у Лессинг из суфийской эзотерики, оказываются еще более изолированными от социальной реальности; здесь нет конфликта между Свободой и Равенством, но нет и эмпатии в сколько-нибудь приемлемом смысле слова.<br /><br />Таким вот примерно образом парадокс (точнее, оба парадокса, Свобода/Равенство и "равенство"/Равенство") у Лессинг разрешается сам собой, в то время как Забужко, полностью по-постмодерному, требует некоего этического усилия для преодоления этого парадокса. Такое усилие, позволяющее закончить формирование аристократического проекта, распространяется и на сам этот проект, предусматривая эмпатическое "дарование видимости" как предусловие эмпатического же "дарования невидимости": исключение из юридического поля чего-либо, что надлежит сделать невидимым (по сути, эмпатически движимый, но рациональный поиск универсальных смыслов), невозможно без первоначального наделения этого социокультурной видимостью. Это видение героини-рыцарессы (абсолютно эмпатичной Нотр Дам, дарующей видимость и маргиналам, и массовым одномерным гиликам) в конечном итоге есть требование <i>нечеловека</i>, поскольку обоснование его немыслимо без привлечения гностицизма или чего-то подобного.<br /><br />В самом начале этого длиннейшего из текстов я спрашиваю, действительно ли кастовый проект Забужко является демократическим. Да, является, как и утопия Лессинг, также эзотерическая и также, на первый взгляд, элитарная. Тем не менее, две утопии эти, оказывается, противоположны. Все это служит предпосылками к ответу на вопрос, действительно ли эзотерический дискурс по-прежнему является полноправным источником демократического. Да, является, но только демократического в его рационалистическом варианте, по Лессинг. Что же касается эмпатического, феминистического, реконструкционистского варианта "демократии 2.0", то эзотерическое его обоснование, по крайней мере то, которое изложила Оксана Забужко в своей интереснейшей книге, не поддается трансляции в не-гностические онтологии, а потому для нас неприемлемо.<br /><br />На этом экипаж прощается с вами и желает вам приятного полета.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/82856.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/82856" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:82442 2010-11-30T22:11:23Z 2010-11-30T21:42:00 2010-12-02T00:04:33Z Шансонье Дима Даннер Добрался, спустя три года, как водится, до одноименного тома Оксаны Забужко, посвященного, если кто не помнит, деконструкции текстов Леси Украинки. Это последняя часть трилогии, анализирующей украинский нациостроительный миф.<br /><br />Чего туда полез - за неким свежим мясом на сильно меня занимающую тему взаимосвязи/преемствености эзотерического и демократического дискурсов (ложи как колыбель революции, "Свобода, Равенство, Братство" и прочее).<br /><br />Пробежавшись давным-давно по полемическим отзывам на книгу, ожидал, что эта тема будет скорее вспомогательной - ничего подобного, книга вся именно об этом. Пропускаю авторские интертекстуальные реконструкции "еретического" сознания - об этом написано предостаточно и все знают, о чем речь; надо сказать, что совпадение выхода "Нотр-Дам" с "Кодом да Винчи" сыграло роль странную - с одной стороны, унавозило некую почву для не слишком напряжного восприятия "гностических" отсылок в первой, но в то же самое время представило серьезную, без дураков, работу как некий моднячий "серфинг" по следам успеха второй.<br /><br />Сижу и думаю, с какого конца начать рассказывать.<lj-cut><br /><br />Воспринимать социально-философские построения Забужко, абстрагируясь, когда надо, от ее лютой ненависти ко всему социалистическому и эгалитарному нелегко, но, оказывается, можно. Еще со времени развенчания псевдофеминизма "леди Ю." направление мыслей авторки меня заинтриговало - и здесь книжка не обманула мои ожидания, не оставляя камня на камне от принципов не только теперешней культурной политики, но и самого мышления многих наших интеллектуалов. Однако чем дольше читаешь, тем более ясно видишь нарастающее присутствие того, что в аннотации называется "постмодерным романтизмом", а по-честному представляет из себя все тот же, уже "нео-нео", консерватизм, являющийся одновременно и "пост"-постмодернизмом, то есть уже впитавшим в себя постмодерную рефлексию - и в этом книга также кричаще современна, вспомнить хотя бы Жижека, противопоставляющего гедонизм и жертвенность так, как если бы никогда не было "Эроса и цивилизации".<br /><br />Главный тезис можно попробовать сформулировать так - исследование творчества Леси Украинки дает возможность реконструировать альтернативный, "рыцарский", духовно-элитарный национальный проект, альтернативный этносоциальному проекту "плебейской" нации, возникшему в порядке клонирования свойственного народничеству российскому "преклонения перед чернью", мифологизированному Шевченком, канонизированному в советской системе и тиражируемому в постколониальном сознании периода независимости по сей день.<br /><br />"Зовемтесь просто украинцы" - пишет Леся Украинка своему духовному учителю ересиологу Драгоманову, еще раньше заявившему в полемическом порыве "Мы - украинец"; мне сразу вспоминается из Дорис Лессинг: "Мы, Представитель, многие и один". Начинать писать про Лессинг значит никогда не закончить про Забужко, но скажу все-таки, что аналогия оказалась в точку. Аристократический проект нации - это проект Представителя, избранного не для того, чтобы отвечать перед народом за благополучие народа (сие есть плебейская, социалистическая, мирская жажда "лучшей жизни"), но перед Абсолютом за духовное бытие того народа, неотъемлемой частью которого он является (перед рыцарем-интеллектуалом никогда не стоит проблема "единения с народом", ибо народ не этничен и не социален, а только лишь культурен и духовен - Представительство народа здесь состоит в духовной миссии, возложенной Абсолютом на избранных из его числа).<br /><br />Здесь авторке видится конфликт между Свободой и Равенством: Равенство есть категория эгалитарная и в потенциале несет "демократическую угрозу культуре в широком смысле слова - из равенства юридического имплицитное выведение равенства духовного" (примерная цитата). Свобода (в "рыцарском" сознании - "осознанная необходимость" будь то в распаковке Лессинг в виде космологической Необходимости, будь то в виде плодотворных тавтологий Мамардашвили) элитарна, доступна лишь высшей духовной иерархии, плебс осознать ее не в состоянии, свобода как придаток к Равенству становится индивидуалистским, либеральным, капиталистическим, коммунистическим, тоталитарным, анархическим "своеволием", отсутствием ценностных критериев, хаосом и культом силы, неопаганической Современностью.<br /><br />Все это, конечно же, есть отголосок духовной войны между "религией Себя" и "религией Абсолюта", непосредственно подпитываемой гностическим религиозным сознанием. Поражение аристократического проекта связывается не столько даже с "колонизацией дискурса" "Северным соседом" (в лице декабристов и иже с ними), сколько с неким имеющим сакральное значение поражением Духа. И хотя намеки на "фатальную стратегию" рыцарства в этих условиях прочитываются между строк, авторка не может удержаться и от грозных намеков - дескать, рыцарская миссия не заканчивается после смерти и отмщение за своеволие грядет. Грядет.<br /><br />Откуда оно грядет, в книге не сказано и это делает ее штукой достаточно обоюдоострой. С одной стороны, "возрождение" рыцарских традиций в проекте растягивается на многие поколения, с другой - риторика-то вполне, в общем, узнаваемая. Что же за внутренняя еретическая Свобода составляет вечный рыцарский идеал? Забужко трактует ее в феминистическом, пост-фрейдистском ключе, по Фромму, попутно справедливо прохаживаясь по пост-феминистской реакции и в форме патриархатной "женской власти" директрис корпораций, партий и медиа-холдингов, и в форме национал-патриотической версии "киндер-кюхен-кирхе", однако же собственно феминистическое измерение книги настолько необязательно, что выглядит уж скорее неким оправдательным методическим ходом.<br /><br />Собственно, в данном случае феминизм нужен всего для двух вещей. Во-первых, чтобы оправдать само направление исследования: творчество "Великой Больной" Леси Украинки как последний артефакт хоть и эзотерической, но вполне исторически прослеживаемой, пусть и не на поверхности лежащей рыцарской традиции. Здесь феминизм выступает неким предусловием исследования, но к нему самому не относится. И во-вторых, для реконструкции "женской" гностической мифологии через поэтические тексты а-ля Грейвз. Это последнее, что призвано как бы приоткрыть нам завесу над рыцарским сознанием ("этосом и эросом", взаимообусловленностью моральности и чувственности), на деле же оказывается просто вставкой: отсылки к абстрактной Необходимости и Божественной воле, из которой проистекает эзотерическая Свобода, в принципе годятся на роль объяснительного аппарата ничуть не хуже. Тем удивительнее, например, рецензия Нилы Зборовськой, упрекающей Забужко в переоценке роли "женских" архетипов в формировании национальной идентичности - поразительно мимо кассы, и это самое подозрительное.<br /><br />А без этих необязательных феминистических обертонов получается обыкновеннейшая правая критика упадка нравов и Современности вообще. Впрочем, мне грех жаловаться - я хотел получить у Забужко ответ на свой вопрос и я его получил. Свобода и Представительство суть эзотерические категории: осмысление их возможно для духовно высших сознаний, для плебса (гиликов) же они опасны и чреваты анархией, олигархией и прочими ужасами. Долг Представителя - просвещение и приобщение Высоких душ (психиков) к Свету, тем самым идентичность народа, породившего Представителей, получает трансцендентную легитимность. Все прочее - сатанинский искус. Буквально.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/82442.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/82442" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:81603 2010-11-10T16:54:00 2010-11-10T14:54:17Z Шансонье Дима Даннер Закатывается Всемирный день науки во имя мира и развития. Всех коллег поздравляю :)<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/81603.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/81603" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:81309 2010-11-09T21:35:01Z 2010-11-09T21:57:00 2010-11-09T22:21:55Z Шансонье Дима Даннер <a href="http://lj.rossia.org/users/kyzma/197555.html?thread=430003#t430003">Сабж, а ведь действительно!</a><br /><br />Пусть S - сумма всех 66 чисел (S = 66x + j),<br />a[0]... a[65] - числа, розданные заключенным,<br />Si - сумма чисел, которые видит заключенный с номером i:<br /><br />S0 = 66x + j - a[0]<br />S1 = 66x + j - a[1]<br />...<br />Si = 66x + j - a[i].<br /><br />Число заключенного дополняет видимую им сумму чисел до суммы всех 66 чисел. Нужно назвать a[i].<br /><br />a[j] = (66x + j) - Sj<br /><br />Заключенный, который назовет число, дополняющее видимую им сумму чисел до числа вида 66x + j, назовет свое число, если угадает j (это и есть элемент угадывания). J узнать неоткуда, поэтому нужно перебрать все варианты. Заключенных для этого как раз достаточно, они могут перебрать все остатки от 0 до 65, пронумеровавшись. Если бы им нельзя было говорить перед испытанием, они не смогли бы пронумероваться. Если бы их было меньше 66, они не могли бы охватить весь диапазон. И в том, и в другом случае задача была бы вероятностной, а так это исчерпывающий перебор.<br /><br />Естественно, никто из них так и не узнает, угадал он или нет. Для уверенности в том, что заключенных не обманут, в условие и введен "охранник-робот", который почему-то предполагается более честным, чем человек, который его программировал.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/81309.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/81309" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div> urn:lj:lj.rossia.org:atom1:dmitry_danner:80940 2010-11-05T02:18:00 2010-11-05T00:39:04Z Шансонье Дима Даннер <a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/80651.html?view=414987#t414987"><i>Для начала нужно ответить на важные вопросы, типа что есть информация, какую роль она играет для нас, и какова цель нашей работы с ней.</i></a><br /><br />Все думаю, правда ли это.<br /><br />Вообще же дошел уже до того, что скоро начну вычленять определяющие характеристики реального вс виртуального общения, что с моей же точки зрения есть уже готовый диагноз.<br /><br />"Что есть информация" онтологически в данном случае неважно. Ее можно просто сортировать прагматически, получится абсолютно произвольная классификация. Не в этом дело.<br /><br />В том режиме, в котором я существую уже довольно давно, информация играет роль питательной среды, на которой живут <a href="http://www.popsci.com/science/article/2010-05/slimeography">колонии слизевиков, решающие, скажем, задачу коммивояжера</a>. Я почти не занимаюсь ее (инфы) целенаправленным поиском, поэтому меня вполне устроит слабоструктурированный поток, из которого я сам выделяю синхроны (в достаточном количестве), устойчивые ассоциации и прочее. Если появляется средство расширения этого потока, возможно, все это изменится. Коротко говоря, задача состоит в том, чтобы расширить поток количественно, ничего существенного не меняя качественно.<br /><br />Все это моя личная фантазия, поскольку я в основном живу в инфе нескольких более-менее определенных типов (самой типизации сейчас не имею, но осознаю, что она существует). Опять же, мне для страховки нужна возможность отката к режиму потребления, близкому к исходному (анинсталл типа). Людям, существующим в сходных режимах, но потребляющим другие типы, понадобится только слабая дефолтная входная фильтрация (только для выделения широких классов информации); людям с более (но не слишком) структурированными онтологиями нужен легкий интерфейс для чуть более тонкой фильтрации (нечто напоминающее тэги). Все упирается в то, кто будет расставлять эти тэги - клиенты со сходными онтологиями расставляют их друг для друга. Для сильно структурированных онтологий все это, очевидно, не подойдет. Но прикол в том, что существующая структура киберспейса как раз и рассчитана на структурированные онтологии (предельный случай - онтология логического атомизма, она же "Вавилонская библиотека"), поэтому воспроизводит докомпьютерную файлово-каталожную структуру, быстро выходящую за "человеческие рамки" по мере накопления информации, которую она описывает. Это уже привело к "ариаднологическим" проблемам, по выражению Лема (то есть подняло проблему поиска "уже известного, но где-то похороненного" и преуменьшило проблему создания знания абсолютно нового). <br /><br />Все это сильно отделено от персонального общения. Хотя вполне можно обмениваться более персональными линками друг на друга, "виртуальному общению" вовсе не обязательно всегда и во всех режимах калькировать общение "реальное", то есть межперсональное. Метод "виртуалов" не есть уход от этого калькирования. Мне так кажется потому, что я не умею существовать в режиме виртуала и поэтому вижу это как непоследовательную попытку сохранить некоторые фичи реального общения при игнорировании того, что оно собой представляет в целом.<br /><br /><div style="text-align:left"><font size="-2"><a href="http://lj.rossia.org/users/dmitry_danner/80940.html"><img src="http://lj.rossia.org/numreplies/dmitry_danner/80940" border=0 width=20 height=14 alt="number of comments" style="border:0px;" /> <strong>Comments</strong></a></div>