Скамеечка Гены Букина - Post a comment

А я родился в  семье работников Аэрофлота. На чем я только не летал! Л-410, Як-40, Ан-24, Ту-154, Ту-134 (маленький я думал, что эти самолеты называются Тусто-54 и Тусто-34 ), Ил-76. У нас был небольшой аэропорт (мы относились к Братскому авиаотряду), но работал буквально на износ. Пик пришелся на "застойного" Брежнева - того самого, при котором "исчезло всяческое изобилие". При населении города в 20 тыс, пассажирооборот достигал 50 тыс. в год.
Всё мое детство прошло в авиадиспетчерских вышках, в вагончиках авиатехников, в залах ожидания, на перронах;  среди подносов с душистым тархуном, добрых красивых стюардесс, ревущих двигателей, земляники возле взлётной полосы, гордых букв "СССР", устремляющихся в небо, сверкающих на солнце серебряных фюзеляжей, среди множества спешащих людей в аэропортах-гигантах.
Я помню, как семейная пара в слезах умоляла задержать отправление рейса; когда им объяснили, что это невозможно, у них буквально ноги подкосились от отчаяния. Тот самолёт разбился, и я бы дорого отдал, чтобы увидеть их лица, когда они узнали об этом. Эта история подлинная.
На праздниках аэрофлотские всегда пели "Под крылом самолета о чем-то поет зеленое море тайги", и я видел это собственными глазами из множества иллюминаторов.
Я помню ириски "Взлётные". Помню рассказ "О чем я думал, сидя на унитазе" в забытом кем-то журнале "Зарубежная литература" в самолете после пересадки в Свердловске. Написал его какой-то японец. Там, в Свердловске, я впервые увидел Ил-86. Он поразил меня. Он всех поразил. Он стоял на перроне, ослепительно белый и невообразимо большой, все остальные самолёты рядом с ним казались маленькими и неказистыми. Он возвышался над нами, возвышался надо всем, могучий и гордый, как воплощение всей мощи, всей доброй силы огромной умирающей страны.
Больше я никогда не летал на самолетах и не хочу.