"Имею ли я пол? Какого я пола? Необходимо ли в конце концов иметь пол? В чем состоят половые различия?" Освобождение оставило всех в состоянии неопределенности (всегда одно и то же: раз освободившись, вы вынуждены спрашивать, кто вы?). После своего триумфа утверждение женской сексуальности стало таким же хрупким, как и утверждение мужской. Никто не знает, куда себя отнести. Именно поэтому так много занимаются любовью и так много делают детей: это по крайней мере еще доказывает, что нужно быть вдвоем, и соответственно, что еще существует какое-то различие. [1]
За последнее время я часто слышал утверждение, согласно которому "все мужчины бесчувственные сволочи". Такая постановка вопроса наводит меня на мысль, что мужчина и женщина - это в основном культурные явления. Стереотип мужчины конструирует его в качестве бесчувственной сволочи, стереотип женщины описан неудачливым сердцеедом Ольшанским в тексте, который прислал мне приятель (с восторженными отзывами!). По всей видимости, феминистки были бы счастливы таким наивным протестом против мужчины, разоблаченном в качестве культурного конструкта. Разобравшись с этим, можно заниматься генеалогией того, как брак и удовольствие совпали в своих объемах. В речи, приписываемой Демосфену, говорит Фуко [2], утверждается:
"Гетер мы заводим ради наслаждения, наложниц ради ежедневных телесных надобностей, тогда как жен мы берем ради того, чтобы иметь от них законных детей, а также чтобы иметь в доме верного стража своего имущества."
Брак, таким образом, относится к экономике, но не к эротике. Совпадение объемов брака и удовольствия (удовольствие допустимо только в браке, но и здесь не само по себе, а ради продолжения рода) происходит в христианской доктрине. Почему так происходит? Существовали ли какие-то причины, внешние по отношению к догматике? Вот что представляет интерес.
[1] Америка. СПб.: Издательство "Владимир Даль", 2000, с. 116.
[2] Использование удовольствий. История сексуальности. Т.2. СПб: Академический проект, 2004, с. 242.
Current Music: Paul Bley, Gary Peacock, Paul Motian - Don't You Know
Comments
|
Брак относится к экономике только в рамках экономического разума. Хотя и к эротике он отношения не имеет. Брак относится к записи. Вот Делез полагал, совершенно небезосновательно, что имманентно человеку не желание обмена, а записи.
(Reply to this) (Thread)
![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small}
Брак четко фиксируется в тех текстах, о которых говорит Фуко, как форма ведения хозяйства. В христианстве, опять же достаточно очевидно, брак становится единственным законным пространством для реализации сексуальных практик. Я думаю, как это стало возможным.
Ссылка на Делеза мне не вполне понятна.
Ссылка на Делеза мне не вполне понятна.
|
В Капитализме и шизофрении, есть размышления именно о том каким образом вывернулась история что стали считать обмен, а не запись, присущим. Мне видится и к браку это подходит.
Цитирую по памяти – “Нет никаких оснований принимать постулат обменных концепций общества. Общество не является средой обмена a priori , где первейшим является циркуляция.
Скорее общество – записывающее устройство, для которого важно метить и быть помеченным… Обмен имеет место только когда этого требует или допускает запись… и т.д.”
Да, все верно. Только боюсь “форма ведения хозяйства” в Антике, ничего общего не имеет с экономической регуляцией(современности), которую так хочется там видеть. Я полагаю что имеет место все-таки громадный разрыв наших современных “дискурсов”, и их, своих внутревременных пониманий и значений. .
Как это стало возможным что брак, как средство, положим, записи, стал функционировать так общо… Может когда голос перестал что-то значить. Может графизм и последующий фамилиализм т.е. желание не просто записываться, а записываться одним символом с кем-то, всему виной…
Цитирую по памяти – “Нет никаких оснований принимать постулат обменных концепций общества. Общество не является средой обмена a priori , где первейшим является циркуляция.
Скорее общество – записывающее устройство, для которого важно метить и быть помеченным… Обмен имеет место только когда этого требует или допускает запись… и т.д.”
Да, все верно. Только боюсь “форма ведения хозяйства” в Антике, ничего общего не имеет с экономической регуляцией(современности), которую так хочется там видеть. Я полагаю что имеет место все-таки громадный разрыв наших современных “дискурсов”, и их, своих внутревременных пониманий и значений. .
Как это стало возможным что брак, как средство, положим, записи, стал функционировать так общо… Может когда голос перестал что-то значить. Может графизм и последующий фамилиализм т.е. желание не просто записываться, а записываться одним символом с кем-то, всему виной…
Апелляция к Делезу - это уже определенный метаязык по отношению к тому, что я хотел здесь сказать. Мне не очень важно, идет ли речь об обмене или нет. Я употреблял термин "экономика" в изначальном смысле - как искусство ведения домашнего хозяйства.
|
Согласен. Возможно я слишком буквально воспринял термин экономика.
Да и аппеляция не к Делезу была(это было к слову). А аппеляция к пораженному "экономическим" разуму.
Скажу проще, даже у первобытных племен, Африки, Океании и прочих, вполне существует определенное искусство ведения домашнего хозяйства. Но вот что там это экономика, я бы точно поставил под сомнение.
Да и аппеляция не к Делезу была(это было к слову). А аппеляция к пораженному "экономическим" разуму.
Скажу проще, даже у первобытных племен, Африки, Океании и прочих, вполне существует определенное искусство ведения домашнего хозяйства. Но вот что там это экономика, я бы точно поставил под сомнение.
|
oikonomikë в античном смысле... тогда возможно. Но определенно не в марксистском. Тоесть надо понимать что употребляя сегодня термин экономика, последнее что он представляет, это свой античный смысл.
(Reply to this) (Parent)