Thunder and Lightning
Что в клюве нам несёт Белый Орёл
Своим заклятьем люто опьянённый?
Быть может, просто раскалённый кол,
А может быть и Рим испепелённый.

Разящей магмой Йелоустоунских глубин
Из Пентаграммы поднимается Бог Древний,
А с ним и Новый Иерусалим
И все сожжённые вьетнамские деревни.

Огни конечной вольной станции Пиздец
Мелькают над холмами чёрно-красным светом.
В густой листве переплетение сердец,
И птичьи голоса на их биение ответом.