...Ноги плохо держали его, и раны, которых он раньше не замечал, теперь
болели так, что он задыхался и едва сдерживался, чтобы не кричать, но
все-таки шел к адмиральской каюте, к желтому старику, к адмиралу, который
привел сюда эскадру...
- То-то, - сипло говорил Афанасий Петрович, - вишь, каков!
И шел, прячась от шведов и прислушиваясь к пальбе, которая доносилась
теперь издалека. Натиск таможенников и драгун ослабевал, и Афанасий
Петрович тоже слабел, но все-таки они еще бились, и ему тоже надо было еще
биться.
Когда Афанасий Петрович распахнул перед собою дверь в адмиральскую
каюту, желтый лысый старик, с пухом на висках, застегивал на себе с помощью
слуг ремни и ремешки стальных боевых доспехов. На столе стояла золоченая
каска с петушиными адмиральскими перьями, на сафьяновом кресле висел плащ,
подбитый алым рытым бархатом, и на плаще сверху лежала итальянская шпага -
чиаванна - в драгоценном чехле.
Афанасия Петровича не сразу заметили, здесь было много народу, он
успел оглядеться, ища выгодной позиции.
"Адмирал! - подумал Крыков и удивился - такое мертвое, такое
неподвижное лицо было у старика, принесшего страдание, разрушение и смерть
на своих кораблях. - Да, адмирал! Его непременно надо убить! Тогда эскадра
останется без командира, и нашим - там, с крепости - будет легче разгромить
их!"
Но Юленшерна увидел окровавленного, опаленного, едва держащегося на
ногах русского, увидел топор в его руке, длинный ствол пистолета, что-то
коротко крикнул, нагнулся. К Афанасию Петровичу бросились люди. Выстрел
прогрохотал даром, адмирал только схватился за плечо. Афанасий Петрович
оперся спиною о каютную переборку, поднял топор, но тотчас же уронил его. В
него стреляли со всех сторон, адмиральскую каюту заволокло серым пороховым
дымом, и в этом дыму капитан Крыков еще долго видел тени и потом яркий
режущий свет. Эти тени, и этот свет, и еще звон, который раздавался в ушах,
- была смерть. И когда шведы наконец навалились на него и свалили возле
сафьянового кресла на пол - это был уже не он, Афанасий Петрович Крыков, а
лишь его бездыханное окровавленное тело.

(c)Ю. П. Герман. Россия молодая.