| "Взорваль" 2 |
[13 Dec 2003|01:49am] |
- Аллах Акбар! - закричала шахидка и взорвалась.
Взрыв произошёл в казино "Шангри-Ла", где как раз происходило Культурное Событие: эксклюзивный концерт давал видный деятель культуры Михаил Шуфутинский, исполняющий песни Булата Окуджавы.
Взрыв был несильный: в фарш превратилось несколько солидно одетых господ, пара дорогих тёлок, и одна штука крупье. Кое-кого увезла "Скорая".
Публика разошлась по своим тусовищам, чтобы обсудить инцидент.
- Безобразие какое! - громко возмущалась пергидрольная блондинка в стразах. - Кто её вообще сюда пропустил? Секьюрити куда смотрело? Фейс-контроль есть вообще здесь или нет? Мы сюда больше не пойдём, слышишь, Вадим?
Быковаый чел славянско-воровской наружности отмахивался от наседающей блондинки и что-тор раздражённо мычал на ту тему, что накладки везде случаются, а так заведение приличное. Блондинка наседала и требовала поездки в Берлин, где ужасно весело, где ничего не взрывается, и где она в девяноста девятом проиграла цацки с голубыми брюликами. Быковатому эти воспоминания никакого удовольствия явно не доставляли, так что разговоры кончились раздражённым: "Ещё верещальник раскроешь, нахуй пойдёшь, подруга, поняла?" Подруга поняла и сделала губы жопкой.
- Любое зрелище, - поучал известный эстет Червономокиевский своего молодого любовника - предполагает постановку и подачу. Тогда на это можно смотреть. На это смотреть нельзя, - он с отвращением показал на суетливо замытое пятно в центре зала. - Трах, бум, какие-то невыразительные тела, кровь какая-то. Я отдам всю эту невыразительную кровь за одно пятнышко крови на белоснежной рубашке у Итало Педоруччи, в финале "Мужских объятий"...
Юноша со скукой внимал, думая, как бы ему поскорее избавиться от старого козла и поехать в "Шахсей-Вахсей", где зажигает ди-джей Джа-Джа, и где можно будет, наконец, закинуться. Проблема была в том, что старый козёл не хотел доиться, а у юноши были хуюры с баблосом.
- Басай бабло отрабатывает, - объяснял происходящее чернобровый кавказский красавец низенькому лысому человеку в кипе. - Он бабки взял, большие бабки очень взял у арабов, чтобы взрывать. Подписался на сто терактов. Ну вот и отрабатывает. А где взорвут, кого - так это ему похуй, да? Я бы такому непорядочному человеку денег больше не давал. Так дела не делают.
Человек в кипе слушал вполуха: он думал о том, что шахидку, скорее всего, заказали люди Ромчика, чтобы напомнить Рустамчику и Абрамчику о кредите, но непонятно, понял ли это Рустамчик, и стоит ли намекнуть ему через Абрамчика на Ромчика.
Журналистка Соня Булкинд била кулачками в грудь администратора, требуя назад свой сотовый телефон. Администратор придерживал Соню за тощие плечики, популярно объясняя, что никакой телебригады он сюда всё равно не пустит, да и вообще какая-либо огласка инцидента нежелательна. Наконец, изловчившись, он дотянулся губами до уха Сони и что-то туда сказал, после чего девушка омякла и уныло пошла допивать свой коньяк.
Шуфутинский вообще ничего не заметил: он как раз побежал отлить перед исполнением "Последнего троллейбуса".
Бармен под стойкой тихонько переливал текилу из разбитой бутылки в целую.
)(
|
|