СВОЁ -- Day [entries|friends|calendar]
krylov

[ website | Сервер "Традиция" ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ calendar | livejournal calendar ]

"Сифа", а также о любви и Риббентропе [31 Aug 2009|07:31am]
[ mood | Но как бы то ни было, Аракчеев должен быть свободен ]

Тут, оказывается, у нас в очередной раз обсуждается советско-фашистский «пакт о ненападении». Повод в том, что западные товарищи объявили оный пакт ужас-ужас-ужасом, за которым русским в очередной раз нужно платить и каяться, ну или они опять сифа.

Что мне всё это напоминает. Была в советское время такая школьная мальчиковая игра – «сифа». Дети швырялись друг в друга «сифой»: какой-нибудь пачкающей дрянью, чаще всего – измазанной мелом тряпкой. Один в другого, другой в третьего. Пока не придёт училка. Последний, кто не успел швырнуть тряпку в другого – тот «сам сифа». Что считалось позорным.

Как правило, после скольких-то разов, на роль постоянной «сифы» выходил всё время один и тот же мальчик. Не обязательно совсем уж «омега» - просто неловкий и неуклюжий, а главное - неудачливый. Такой, чтобы либо приссал швырнуться тряпкой при училке. Или чтобы, наоборот, в ярости зафиндилил ею прямо в аккуратные рядки враз утихомирившихся детишек – и чтобы училка видела, какой он хулиган. После чего хулигана выведут из класса за ухо – а дальше неуд за поведение и мамка в школу. Потеха.

Так вот, Россия в этих играх всё время остаётся «сифой». Потому что грязная тряпка перебрасывается так, чтобы на момент фиксации результата она летела в рожу именно русским.

Посмотрите хоть на ситуацию с этим самым «пактом». С товарищем Гитлером заключали разного рода пакты и соглашения ВСЕ. Самое знаменитое называлось «мюнхенским сговором». В ходе которого имели место все пакости, которые только можно встретить в политической жизни – начиная от гнуснейшей демагогии и кончая таким защеканством, как предательство слабейшего и былинный слив перед самым банальным нахрапом. Во всяком случае, это так выглядит сейчас. И на фоне Мюнхена «пакт Молотова-Риббентроппа», со всеми его секретными протоколами, выглядит бледненько и понятненько. «Тоже нашли злодейство, на себя посмотрите хоть».

Но. Та же Чехия никогда не швырнёт мюнхенскую сифу в жирные рыла «великих держав». Даже не замахнётся. По банальнейшей причине: она столько скреблась, чтобы эти самые державы её пустили к себе в Европу на пожить, что делать этакое неприличие ей и в голову не придёт.

Точно так же никому в Европе не придёт в голову предъявлять друг другу всякие бумажки, подписанные или разорванные в разные времена. Даже очень, очень грязные.

Нет, «сифа» всегда полетит в русских. Потому что русские чем ответят? Либо останутся «сифой» - то есть будут платить и каяться. Либо заорут от ярости и начнут ругаться и кидаться на всех – ровно в тот момент, когда на сцене появится училка в виде Гуманитарных Общечеловеческих Ценностей. Которая «ужо задаст».

Что делать в такой ситуации? Нынешняя Эрефия, конечно, ничего сделать не может, да и не хочет. Но если рассуждать абстрактно – что делало бы в такой ситуации нормальное человеческое государство?

Для начала посмотрим, по каким признакам выбирают «сифу» в классе.

Во-первых, мальчик должен быть неловким и неуклюжим. Во-вторых, игры в сифу он должен бояться – в частности, никогда не начинать её первым. Это, кстати, очень характерный признак – никогда не начинать первым. Кроме того, пацан всё время пытается не просто перекинуть тряпку на другого, а отбить, то есть бросить обратно в того, кто её на него бросил, «отомстить хочет». И, наконец, последнее, но не по важности – малёк должен глубоко в душе очень сильно переживать по поводу того, что всё время оказывается сифой. Разумеется, страдалец первым делом старается «не показывать слабину» – но это ж всё равно видно, маленькие зверёныши такое чуют. Вот такого-то страдальчика особливо приятно всё время держать в присифаченных. Ну как не поиграться с такой вкусняшенькой?

Отсюда выводы, довольно очевидные. Например, не надо бояться начинать игру первым. В нашем случае – непрерывно и по разным поводам предъявлять претензии. Русское национальное государство могло бы поставить это дело на поток. Или вот о перебросе тряпки. Не надо торопиться возвращать предъяву обидчику, можно и перекинуть. Пока они нас там судят за сталинские злодеяния – предъявить какой-нибудь латиноамериканской стране скверное обращение с русскими эмигрантами, например. «Бывали ведь случаи». Кроме того, стоит поддерживать все возможные предъявы всех ко всем. Есть, например, недовольство Америкой со стороны, скажем, Вьетнама, которому американцы не компенсировали потери в войне? Может и нет – но поворошить можно. Напечатать книжечку какого-нибудь Нгуена Ван Муна на эту тему, перевести на языки, пошумшумкать. Или, скажем, у Кубы к Японии откуда-то образовался счёт – надо помочь людям его оформить. Например, провести кубинский конгресс в Сухуме… Но, конечно, и себя не забывать: всё время находить повод для выяснения каких-нибудь отношений. То золотой запас Российской Империи поискать можно, то казаков убиенных припомнить злохитрым бриттам. Разумеется, должны это делать не государственные лица, а частные гуманитарные организации. Желательно, чтобы они были именно что разные и имели разную идейную направленность. Тут уж «сами понимаете». Скажу только, что на такой случай надо бы держать несколько небольших, но радикальных партий – от красных до коричневых.

Но это всё не главное. Главное совсем в другом. И вот тут я уж, извините, буду не вполне внятен.

Чего не понимает мальчик, в которого всё время кидают тряпкой? Почему он так мучается от своей засифаченности? Потому, что он психологически зависим от этих самых, которые в него кидаются. Он их, в сущности, хочет, чтобы они к нему хорошо относились. Поэтому он не может бросить тряпку первым, поэтому старается «честно отомстить», вместо того, чтобы спокойно кинуть тряпкой в другого – ведь его дурные одноклассники ему дороги. Он хочет их любви, вот в чём всё дело.

Тут можно сделать вывод: мальчику надо жутко возненавидеть одноклассников и через то освободиться. Многие такой вывод и делают. Так вот, это неправильно.

Уж простите – экскурс во что-то вроде психологии. Не люблю, но придётся.

Так вот. Есть такая потребность - «хорошо относиться к кому-то» (условно говоря, «любить»). И есть другая потребность - «желать, чтобы другой хорошо относился к тебе» (условно говоря, «желать чужой любви»). Если так сформулировать, то видно, что это вещи разные, и даже не особо пересекающиеся. Но люди довольно часто путают одно с другим. Если же эти чувства смешиваются – получается обычно нехорошо.

Так вот. Мальчик-сифа из нашего примера очень хочет, чтобы его любили, приветчали и понимали. При этом он сам никого особенно не любит, не понимает и всё такое. Поскольку же он не отдаёт себе отчёта как в первом, так и во втором, происходит фигня. Он всё время хочет любви от тех, к кому сам повёрнут исключительно жопой. Они это чуют – и на той же подсознанке раздражаются. Очень.

С Россией примерно так же. Россия всегда была сильно закомплексованной страной, одержимой желанием любви. Ей ужасно хотелось, чтобы её полюбили в Европе. Ну или хотя бы начали нормально относиться. Европейцы же ведут себя по отношению к нашему Отечеству как последние свиньи. В частности, всё время засифачивают: при любых раскладах Россия выходит виноватой.

Естественная реакция – «абидеться». Но это не получится. Обида – сильная эмоция, но только когда она не порченная внутренней зависимостью от обидчика. Хочется-то, чтобы обидчик пожалел и признал. Более того, начинается совсем уж шиза: мальчик начинает нарываться на то, чтобы его обижали, в надежде, что обидчики его после пожалеют, устыдятся содеянного и тыры-пыры. Чего никогда не бывает и бла-бла-бла.

Поэтому. Надо перестать ждать чужой симпатии, а попробовать самому отнестись к кому-нибудь хорошо. Полюбить, да. Может, ту же Европу. Не желая даже «ответного чувства», без этого. Просто так.

Зачем? Хотя бы затем, что любовь возвышает – в том числе и над тем, кого ты любишь. В некоторых случаях настолько, что… но тут уж начинаются моменты, о которых «и не знаешь, как сказать-то».

И ещё: любовь – чувство не обязательно «доброе». Нет, я не имею в виду какую-то там «метафору» - ««люблю, аж скулы сводит»,или там «люблю в свинье будущую отбивную», нет. И уж тем более – «которая и жжёт и губит». Блоковские «Скифы» написаны как раз на чувстве противоположном – жгучей растравленной обиде и одновременно желании любой ценой всё-таки понравиться «стране святых чудес», побрататься как-нибудь с ней. А надо бы – «…но пусть она вас больше не тревожит и пусть не беспокоит вас ничем». Светлое, но совсем не доброе на самом-то деле чувство, да.

Но тут я полез в материи, о которых надо очень осторожно. Так что не буду развивать мысль.

)(

post comment

О правильном рессентименте [31 Aug 2009|07:33am]
[ mood | Аракчеев же должен быть свободен ]


  1. Кто прошлое помянет, тому глаз вон, а кто забудет – тому два.

  2. На обиженных воду возят.



Обиды нужно ПОМНИТЬ (причём настолько хорошо, чтобы иметь вомзожность в любой момент предъявить), но ни в коем случае не ИСПЫТЫВАТЬ. Тем более - "испытывать заново". "Вот ещё".

)(
post comment

О грузинах, злости и ненависти [31 Aug 2009|08:16pm]
Уж извините, если боян, но я только сейчас наткнулся. Грузинский антироссийский шансон на русском. Не Муцураев, но идея та же.



Когда грузины выплясывали «Солнце для Грузии встаёт на севере», было понятно, что любовь их фальшивая. Но ведь и грузинская ненависть тоже фальшивая.

То есть до ненависти – чувства тяжёлого, но по-своему благородного – они вообще подняться не могут. Для них ненависть – это «очэн балшой злост». Типа когда пена ртом и голос срывается.

Вот эта песенка - именно что ЗЛОСТЬ. «Ах вай-вай сабака путин русский гад плохой сюка билят и-и-и-и».

Причём злость эта МЕЛКАЯ. «Покюшать не дали барашка сюка». «Жёпу больна а-а-а».

И уж чтобы два постинга подряд не писать – о ненависти.

Настоящая, глубокая ненависть – она вообще без эмоций. Эмоции были «до того». Ненависть возникает, когда чувства кончаются.

Представь себе, что ты видишь ненавистного врага в аду, закрываешь дверь в ад, запираешь на ключ, этот ключ выбрасываешь и ЗАБЫВАЕШЬ. И ад, и того, кто там корчится в вечных муках. Просто – «не хочу больше видеть, знать и помнить». И даже если из ада донесётся какой-нибудь особенно жуткий вопль – это разве что повод поморщиться. "Не знаю что это".

Потому что ты не хочешь чувствовать к ненавистному предмету ничего, не знать его никак. Даже «наслаждаться мучениями» - это тоже не нужно. «Запереть в аду и забыть его там».

И, кстати, только на таком условии можно отправить кого-то в настоящий ад, на вечные муки. Потому что во всех остальных случаях «станет жалко» или «станет скучно». Только нежелание помнить и знать врага – «не – на – ведение, нежелание знать и понимать» - позволяет запереть его в аду НАВСЕГДА. «Тебя нет и не было».

)(
post comment

РФ: "рашка" или "эрефия"? [31 Aug 2009|09:13pm]
[ mood | Аракчеев должен быть свободен ]

Я довольно часто – а в последнее время практически всегда – называю государство, на территории которого проживаю, «Эрефией», «Россиянией» и «Многонационалией». Отдельные товарищи мне за это пеняют, вменяя мне в вину недостаток патриотизма. А один добрый человек даже написал –

«Наконец замените слово "Эрэфия" нормальным и международно признанным словом "Рашка". Чего Вы мучаетесь?»


Ну что ж, давайте наведём ясность в этом вопросе.

Слово «Рашка» - обратная русификация англоязычного «раша», возникшего, в свою очередь, в результате графемного квипрокво (записали как могли, потом стали произносить как удобнее), ну и общего нежелания разбираться. Слово звучит презрительно-фамильярно, так как в «-ашка» слышится суффикс субъективной оценки «-ашк» (ср. «старикашка», «замарашка» и так далее). Если копнуть ещё глубже, то «Рашка» - уменьшительное от «Раха», то есть от чего-то вроде «ряхи», рябой и свинообразной, дегенеративно-азиатской и те пе.

Этого мало. Слово «Рашка» имеет предшественницу, точнее даже родительницу. Это слово «Расея». Придумано оно было как псевдоподражание «крестьянскому говору», и обозначало в устах тогдашнего интеллигентского сословия примерно то же самое, что и «Рашка», только без злобного шипения, а с гунявинкой. Ассоциации тут с «рассеянностью», неспособностью «собраться», бесформенной и дегенеративной плывучестью. За всем этим стоит всё тот же набор образов: Раха-Ряха-Свиномордия.

Ещё одна важная деталь: оба слова являются глумливым искажением слова «Россия». Именно этого, а не какого-то другого.

Теперь проведём психолингвистическую экспертизу, как это сейчас принято. Какие чувства – и, главное, к кому именно – выражают эти слова?

Понятно, что чувства это негативные: презрение – ненависть – страх. Объектом этих чувств является прежде всего русский народ и его страна – именно в той мере, в которой «эта страна» является русской. Государственное устройство и прочие такие вещи, конечно, тоже имеются в виду – но понимаются именно как эпифеномены «русскости», от которой и идёт всё зло. Государство ужасное, потому что оно русское, никак иначе.

Разумеется, тут есть нюансы. «Рассея» - это прежде всего стигматизированный образ русского села, этого средоточия уныния, скорбей и мерзости [1]. «Рашка» - это уже ненависть к городским и полугородским русским, «быдлу» и «гопоте». Но это детали.

Теперь перейдём к «Эрефии», «Россиянии» и «Многонационалии». Эти слова сконструированы по-другому и несут иной смысл.

Начнём с «Эрефии». Прежде всего – это слово не является искажением слова «Россия» и не содержит в себе корень «рус». Напротив, весь его смысл – в отграничении обозначаемого им объекта от «России» и «русского». Эрефия – это НЕ Россия, а нечто иное.

Далее. Заряд ненависти здесь направлен не на страну, и даже не на государство, а на РЕЖИМ. Суть которого – в проведении антирусской политики. Была Россия – стала «Эрефия».

У слова «Эрефия», кстати, тоже есть вполне узнаваемый предок – слово «Совдепия». Использовалось оно ровно для того же самого – для выражения ненависти к антирусскому государству, только в большевицкой его версии. Причём слово «Эрефия» деидеологизировано – оно обозначает именно что «режим национального подавления» без указания конкретной идеологии. Были, кстати, попытки произвести специальное словцо, обозначающее нынешний режим именно как «антисоветский» (эксперименты по выведению таких словец я помню по девяностым) - но все они оказались нежизнеспособны. «Эрефия» - прижилась.

С «Россиянией» тоже понятно. Поскольку в современном русском языке зафиксированы чёткие противопоставления «русское/российское» (по сути это антонимы), но слово «Россия» отдавать не хочется, используется производное от знаменитого «ельцинского» неологизма «россияне» [2]. «Многонационалия» - это уже расшифровка «россиянии», символ России Не Для Русских.

Таким образом, «Рашка» и «Эрефия» - это не синонимы, а антонимы. Оба слова уничижительны, но уничижают-то они прямо противоположное. Говорящие «Рашка» или «Расея» ненавидят «эту страну» за то, что она русская, говорящие «Эрефия» или «Россияния» - за то, что она нерусская.

Так что имейте в виду. И не путайте.

ПРИМЕЧАНИЯ:


  1. Чтобы понять, как относились тогдашние изряднопорядочные к русским, особенно к русским крестьянам, стоит прочитать знаменитую статью Горького. Такого уровня биологической ненависти к «своему вроде бы» народу просто не с чем сравнить, если брать «мировую литературу» - просто нет аналогов. А ведь Горький всего лишь приоткрыл шторку, показал, «как они нас видят».
    Впрочем, сам Горький, скорее всего, не русский; не буду сейчас обсуждать эту тему, просто «имею такое мнение».

  2. Да, я в курсе, что слово «россиянин» использовалось ещё Ломоносовым в «высоком штиле», но тогда оно обозначало именно русских. Сейчас официальное определение «россиянина» звучит так – «Россияне — слово, обозначающее граждан России вне зависимости от их этнической принадлежности». Слово введено Ельциным в его теле- и радиообращениях, в смысле – «я обращаюсь ко всем гражданам России, ни в коем случае не выделяя русских». Сейчас «россияне» - это прежде всего денационализированные и подавленные русские, смирившиеся со своим положением.


ССЫЛКА ПО ТЕМЕ:



)(
post comment

+ [31 Aug 2009|10:09pm]
[ mood | И, само собой, Аракчеев должен быть свободен ]

На "Особой букве" про ГКЧП:

Константин КРЫЛОВ,
председатель Русского общественного движения
КАК МУШКЕТЕРЫ ЗАЩИЩАЛИ КОРОЛЯ В 1991 ГОДУ
Каждый советский человек восхищался д`Артаньяном, а роман Александра Дюма про трех мушкетеров был настольной книгой для детей многих поколений. Ситуация вокруг ГКЧП чем-то напоминает историю о подвесках королевы.


Много рискованных аналогий и исторических фантазий. Но - - -

)(
post comment

navigation
[ viewing | August 31st, 2009 ]
[ go | previous day|next day ]