За окошком цвели акации,
осы ползали по стеклу.
Я во внутренней эмиграции
на работе сидел в углу.

Всех коллег из офиса нашего
я уже попросил с утра
ни о чем у меня не спрашивать.
Я уехал. Уже. Пора.

Базы данных, программы, акции —
я не здесь, хоть пили ножом.

Я во внутренней эмиграции.
Я за внутренним рубежом.

Я не здесь на летучке утренней.
Я не с вами в столовой ем.
Я в Париже. В Париже внутреннем.
Нет меня. Просто нет. Совсем.

Пусть завскладом трещит по рации.
Пусть начальник искал меня.
Я во внутренней эмиграции
до конца рабочего дня.

И когда это время пройдено,
лишь тогда начинает звать
ностальгия: Домой! На Родину!
К телевизору! На кровать!