Бился в горле крик стреноженный,
Всполошить грозя весь дом.
Эхо, птицею встревоженной,
Трепетало над гнездом.

Лихо штопая пустоты
Ниткой траурного цвета,
Гордость мне шептала: «Что ты?
Ну зачем им знать об этом?»

Реставрируя картину
Нескончаемого бала,
Обрывала паутину,
Занавески поправляла.

Нарумянивала лица,
Рисовала рты помадой.
« – Слышишь, надо веселиться!»
– Удавиться, вот что надо…

Но молчала, как положено,
Мечен ядом каждый стих.
…Бьется в горле крик стреноженный,
Не совсем еще затих.