+ + +
Байкеры появились в США и (хотя первый байк-слёт прошёл в 1940 году) окончательно оформились в аутентичное контркультурное движение, когда с Вьетнамской войны стали возвращаться американские солдаты. Эти солдаты были совершенно другими людьми, не похожими на обыкновенных среднестатистических американских обывателей. Там, в далёком неведомом Вьетнаме, под пулями вьетконговцев, эти люди не просто закалились, окрепли и возмужали, но родились заново, получили Инициацию, преобразились.
Игравший с самой Смертью уже не сможет вставать по звонку будильника, чтобы пойти на работу клерком в офис или рабом на фабрику транснациональной корпорации. «Социальный протест», «вьетнамский синдром», «психологическая травма» – понапридумывают потом терминов тупицы-психологи и потащат ветеранов Вьетнама в центры психологической реабилитации, чтобы из Войнов снова сделать обывателей, чтобы из Героев снова сделать послушных болванов. «Нельзя наполнять ветхие меха молодым вином, – учит Библия, – ибо молодое вино прорвёт ветхие меха». Здесь процесс ещё более сложный – Нового Человека пытаются лживо представить ветхим сосудом, да ещё и наполнить несвежей жидкостью, обманывая его, что это и есть благо. Но Новый Человек – есть новый сосуд, молодые меха, кои требуют молодого вина. И садились тогда ветераны на стальных двухколёсных коней и мчались по пустынным дорогам южных штатов, где лишь ветер гуляет средь полей, где родина ККК, где Воля Вольная так же осязаема, как и Воля Волевая.
Вкусивший реальной Свободы в диких джунглях Вьетнама, раскрепостившийся в рукопашных схватках с вьетконгом, пулемётными очередями доказавший свою самость – се есмь Человек. Вкусивший Свободы никогда не променяет её ни на что. Так появляется байкер.
Байкером не может быть женщина, цветной или гомосексуалист.
Байкером не может быть раб.
Женщина байкера – собственность байкера.
Байкер и братство неразделимы: байкер проживёт и без байка, но без братвы – никогда.
Байкер брутален и агрессивен, особенно когда кто-то покушается на его свободу.
Байкер – бог на мотоцикле.
+ + +
…А ведь всё это уже было. Веками на окраинах огромной Северной Империи, собирались маленькие стайки бунтарей, «неудачников», «асоциальных» и «полукриминальных» элементов, которые однажды стали великой силой. Сила та – русское казачество, наводившее ужас на Европу и Азию.
Казаки и байкеры. Та же Воля. Та же Свобода. То же Братство. Те же кони. Те же боги на них. Пиздец гламуру.
+ + +
«Не бывает атеистов в окопах под огнём» – пел как-то Егор Летов. И ветераны Вьетнама, а ныне байкеры были самыми добропорядочными христианами. «Да какие ж это христиане?!» – в ужасе воскликнет тут современный законопослушный гетерохристианин, патриот-тараканник и мещанин-телепузик. Да вот, представьте себе, самыми настоящими христианами. Более того, это вы, увязшие в протестантском морализаторстве и соглашательстве, это вы – христопродавцы, скрывающие свою плебейскую гниль под внешним благочестием. Вы ненавидите всё живое и свободное, но за вашей ненавистью скрывается банальная зависть. Вы, увязшие в несвежих трусах семейных ценностей (ценностей, которые, кстати, не имеют никакого отношения к Традиции), видите свободу лишь по телевизору, иногда мастурбируя, но всегда осознавая, что вы – рабы, и останетесь таковыми до конца своей жалкой жизни. «Все мы могли бы, но перестали давно…» – опять же Летов.
У свободных во Христе байкеров самыми популярными татуировками, коими они щедро украшали свои тела, были христианские символы и, прежде всего, Распятие. Распятие выкалывали, как правило, по центру груди, реже – на плече. Позже среди байкеров широко распространился и другой христианский символ – свастика.
Байкеры США называли себя «Ангелами Ада», что очень логично. Став ангелами, героями, полубогами в аду вьетнамских джунглей, они вернулись на родину, и попали в тысячекратно худший ад. Цивилизованный ад, ад сытых, раздираемый шабашами пацифистов, лукавством чиновников, грязью левых, нудной казённостью правых, людоедческим тоталитаризмом юристов и поганой ушлостью обывательщины. «С малого джихада мы вернулись на большой Джихад» – сказали бы в такой ситуации мусульмане.
Но инициатическое таинство уже произошло в сердцах ветеранов. Слабые духом из их числа спились или сгинули в наркопритонах. Ещё более слабые, предали обретённое в боях достоинство и «интегрировались в мирную жизнь», получив холуйские должности дворников и охранников на периферии адской пседоцивилизации. Но остальные, и это лучшие из лучших, не пошли на компромисс с адом, не разменяли обретённого ангельского человекобожия и инициатической суверенности, но, оседлав «Харлеи», укатили в сторону горизонта. Если в этом аду есть ангелы, то это – байкеры.
И потому – Ангелы Ада.
Вообще, если уж говорить всю правду, то название байкеров – «Ангелы Ада», – появилось благодаря одноимённому фильму Ховарда Хьюса, вышедшему в 1930 году. Многие недалёкие историки байк-движения ошибочно считают Хьюса отцом-прародителем байкеров. Однако в 30-40 годы байкерское движение хоть и существовало, но было не многочисленным, т.к. у средних американцев просто не было денег на приобретение двухколёсного чуда. Даже безбашенная андеграундная молодёжь того времени предпочитала гонять скорее на подержанных пикапах, чем на мотоциклах. Ситуация несколько изменилась во второй половине 40-х, когда появилось достаточно много дешёвых списанных армейских «Харлеев». А когда байкеры действительно стали мощным явлением, а тем более, когда в среде байкеров явно наметились расистские тенденции (хотя они латентно присутствовали всегда), «отец-основатель» Хьюс снял несколько антибайкерских фильмов, чем ещё больше подлил масла в огонь. «Я породил монстра» – говорил о движении байкеров старикашка Хьюс на закате своёй жизни.
И если уж вести историю байк-движения с какой-то конкретной даты, то тогда с 1903 года, когда в крошечной мастерской несколько молодых людей – чертежник Уильям Харли, братья Дэвидсон, инженер Артур, механик Уолтер, слесарь Уильям, а также карбюраторщик Оле Эвиндур – собрали первый мотоцикл «Харлей-Дэвидсон».
Важным атрибутом байкерства является также музыка. Эта музыка – рок-н-ролл. Только сейчас уже мало кто помнит, что рок-н-ролл и кантри – изначально это музыка «белого отребья» – по определению семитских СМИ, – исполняют которую «КККлановцы с гитарами». Позже коммерция убьёт рок-н-ролл. И главный могильщик в этом процессе – жирный Элвис Пресли – «тёмная сущность, рождённая под Мемфисом» – так Гарик Хортица оценивал эту фигуру, в силу странных обстоятельств, названную «королём рок-н-ролла». Пока рок-н-ролл мёртв, Элвис – жив. Или наоборот. Но это уже другая история.
+ + +
«Ну и чего эти байкеры? Понты одни!
Американские байкеры – все фашисты, а на постсоветском пространстве, что ни байкер, то демократ и дегенерат!
Американские байкеры, хоть и слывут записными праворадикалами, а на выборы ходят и голосуют за республиканцев. И Буша окаянного поддерживают!
В Интернете можно прочитать о «добропорядочном, цивилизованном и законопослушном» байкерском движении. Днём – клерк в офисе, вечером – байкер в косухе. Бюргеры на мотопёдах!
Да и вообще, что хорошего может прийти на Русь с Запада? Да ещё и с другого полушария, кое, как мы знаем, есмь дно преисподней?
А русские байкеры? Что это такие за «герои», что слепо копируют янки?
Не гоже русскому человеку с пиндосов пример брать!» – так, или примерно так говорят о байкерах обыватели.
+ + +
Москва, 2006 год, конец мая. Группа людей в косухах, бросив рядом мотоциклы-чопперы, тусуется около входа в супермаркет. Пренебрежительным взглядом они провожают азербайджанца, проехавшего мимо на скутере. Каждому своё: одним коня, другим – осла.
Навороченная иномарка подъезжает к супермаркету и теснит людей в косухах. Люди в косухах ворча и набычась неохотно уступают дорогу. Из иномарки вылезают два мордоворота-бандюка.
– Извините, мужики! – обращаются бандюки к людям в косухах, – мы случайно вас подвинули. Вообще, мы байкеров очень уважаем.
– Байкеры – пидарасы. – сплюнув, отвечают люди в косухах.
Бандюки растеряно переводят взгляд с людей на мотоциклы, с мотоциклов на косухи, с косух обратно на людей и снова по кругу.
– А вы-то кто? – спрашивают, наконец, бандюки.
– Мы – мотоциклисты! – последовал ответ.