Бетти, Моррисон, чума и разрушения
« previous entry | next entry »
Mar. 7th, 2010 | 07:04 pm
music: Betty Davis / Funk - foobar2000
В сногсшибательном "Фанке" Бетти Дэвис есть отличное место(2:23). Это момент, когда после задорного перечисления музыкантов, воспламеняющих кровь Бетти, она доходит до someone really special. Мне очень нравится, как она поет про своего друга Хендрикса. Она мечтательно притормаживает, чтобы сорваться с катушек. Сразу видно, какой шторм он вызывает. Слушая этот кусок, я всегда чувствую, словно вступаю с ней в заговор, на лице появляется понимающая ухмылка. О да, Бетти, я в курсе, но я чувствую себя даже еще лучше, чем ты, когда поешь все это.
Я люблю врываться в неведомые земли. Я люблю смотреть, как Док смотрит на меня, когда я смотрю на него. Я люблю держать в руке стакан и отхлебывать оттуда, увлеченно рассказывая что-то. Я люблю, когда красивые девушки плачут. Я люблю лицо Джозефа Гордон-Левитта. Я люблю писать книги. Я люблю нагло пялиться на женщин, скрестив ноги. Я люблю нуары. Я люблю решать задачи и ковыряться в различных устройствах. Я люблю гулять, вспоминая детали произошедшего очень давно. У этого слова столько значений, что лишний раз использовать его серьезно - несколько зыбко для того, кто обещал не обманывать. Но кажется, что я могу прикосновениями заставлять хромых бегать спринт. Во мне столько необъяснимой мощи, что ее можно раздавать всем подряд, ее не становится меньше; можно оживлять мертвецов - и они будут исступленно танцевать в ритме, в котором неимоверно громко стучит мое сердце.
Разрушив же кого-то, просить у него прощения бессмысленно. Не станешь же ты извиняться перед городом, в который только что запустил ядерную бомбу. Какие извинения, все уже стерто в порошок под веселый смех вернувшихся на базу летчиков. Это не значит, что извиняться не нужно вообще, но это словно завершение фигуры менуэта, после которой ты снимешь шляпу, раскланяешься и навсегда покинешь сцену, уступив место рассказчику или тому, кто увозит трупы. Эти извинения никого не обманывают. Они - дань стилю, жест, знак уважения городу, который только что взлетел на воздух. Ты всегда останешься в моей голове, но мне больше нравится проницаемое пространство абсолютной ясности. Мне не нужна защита, опека, проволока, больше всего я люблю правду. Я скучаю по тебе, я хочу говорить с тобой, но я не хочу обратно.
Еще крутится в голове из старых цитат, когда я вспоминаю профиль Дока:
Ты та самая!
Или очень похожа
на ту, кто не мог быть
похожей ни на кого.
Дж. Моррисон
Я люблю врываться в неведомые земли. Я люблю смотреть, как Док смотрит на меня, когда я смотрю на него. Я люблю держать в руке стакан и отхлебывать оттуда, увлеченно рассказывая что-то. Я люблю, когда красивые девушки плачут. Я люблю лицо Джозефа Гордон-Левитта. Я люблю писать книги. Я люблю нагло пялиться на женщин, скрестив ноги. Я люблю нуары. Я люблю решать задачи и ковыряться в различных устройствах. Я люблю гулять, вспоминая детали произошедшего очень давно. У этого слова столько значений, что лишний раз использовать его серьезно - несколько зыбко для того, кто обещал не обманывать. Но кажется, что я могу прикосновениями заставлять хромых бегать спринт. Во мне столько необъяснимой мощи, что ее можно раздавать всем подряд, ее не становится меньше; можно оживлять мертвецов - и они будут исступленно танцевать в ритме, в котором неимоверно громко стучит мое сердце.
Разрушив же кого-то, просить у него прощения бессмысленно. Не станешь же ты извиняться перед городом, в который только что запустил ядерную бомбу. Какие извинения, все уже стерто в порошок под веселый смех вернувшихся на базу летчиков. Это не значит, что извиняться не нужно вообще, но это словно завершение фигуры менуэта, после которой ты снимешь шляпу, раскланяешься и навсегда покинешь сцену, уступив место рассказчику или тому, кто увозит трупы. Эти извинения никого не обманывают. Они - дань стилю, жест, знак уважения городу, который только что взлетел на воздух. Ты всегда останешься в моей голове, но мне больше нравится проницаемое пространство абсолютной ясности. Мне не нужна защита, опека, проволока, больше всего я люблю правду. Я скучаю по тебе, я хочу говорить с тобой, но я не хочу обратно.
Еще крутится в голове из старых цитат, когда я вспоминаю профиль Дока:
Ты та самая!
Или очень похожа
на ту, кто не мог быть
похожей ни на кого.
Дж. Моррисон