| "Ну, - спросил он вслух, - и где тут богиня?" |
Sep. 20th, 2007|03:42 am |
Как водится с людьми, отвечающими социальному заказу, и тот и другой сделались к концу 1990-х неимоверно плохи. Сорокин в конце концов воспрял, а Пелевин нет, и ныне обретается в положении дешевого чтива для стареющих офисных сотрудников - где-то посередине между Акуниным и Коэльё
В общем-то все правильно. Только вот "воспрявший" Сорокин жалок - хорошо написанная литература, в которой не осталось ничего живого, зато очень много конъюнктуры. А даже в нынешнем Пелевине иногда (очень редко - правда) пробивается что-то настоящее - напоминающее раннего Пелевина.
PS: Окна легко поддались, - задвижки были старые.
Войдя в комнату, они увидели на стене великолепный портрет своего хозяина во всем блеске его дивной молодости и красоты. А на полу с ножом в груди лежал мертвый человек во фраке. Лицо у него было морщинистое, увядшее, отталкивающее. И только по кольцам на руках слуги узнали, кто это. |
|