Войти в систему

Home
    - Создать дневник
    - Написать в дневник
       - Подробный режим

LJ.Rossia.org
    - Новости сайта
    - Общие настройки
    - Sitemap
    - Оплата
    - ljr-fif

Редактировать...
    - Настройки
    - Список друзей
    - Дневник
    - Картинки
    - Пароль
    - Вид дневника

Сообщества

Настроить S2

Помощь
    - Забыли пароль?
    - FAQ
    - Тех. поддержка



Пишет ntroitskiy ([info]ntroitskiy)
@ 2014-05-16 13:55:00


Previous Entry  Add to memories!  Tell a Friend!  Next Entry
Entry tags:мемуар, театр

Дневник. Продолжение. 1983-86 год. Театр времен ранней перестройки
Предыдущая запись
В заголовке всё сказано. Это именно ранняя перестройка, которая подавалась в комплекте с ускорением и еще какой-то фигней.
В театрах быстро посвежело, задул "ветер перемен", стали произноситься откровенные речи, ставиться острые вопросы, что, мягко говоря, не всегда способствовало художественности. Даже в постановках самых талантливых режиссеров, таких, как Валерий Фокин, например

29 марта 1986 года
"Говори" В. Фокина - очень сухой и суровый спектакль. Он весь насквозь социален, без любовных линий, эмоций. Постоянный диспут о том, как надо управлять деревней, хотя как надо - мы так и не узнаем, но как управляли и продолжают управлять, показано с максимальной степенью достоверности, практически всё, до конца, догола, изначально.
Спектакль мало увлекателен, он порой просто скучен, да и повышенные тона актеров утомляют, темпермаент они как бы накачивают, выжимают, не брезгуя почти истерикой.
Старые ермоловские мастера (это был спектакль театра имени Ермоловой) остались прежними, но в этой постановке не столь важно качество исполнения отдельных ролей. Фокин строит всё на крупных планах Мартынова - А. Жаркова и писателя - С. Сазонтьева + на коллективном образе, где голоса сливаются, и важна общая картина.
Пожалуй, эпизоды в театре - лишнее, выбиваются из стиля. Фокин чуть попытался оживить сухую материю, но, скорее всего, зря.

Что для меня особенно интересно в этом спектакле - исследование психологии власти. Мартынов сначала хочет хорошего, он знает землю и болеет за народ. Он кургуз, неуклюж, колюч, сложен в общении, как все последние киногерои Жаркова ("Мой друг Иван Лапшин", "Торпедоносцы"), интереснейшего актера, впервые раскрывшегося в театре, это заслуга Фокина.
Когда снимают сталиниста Борзова, и Мартынов сам становится секретарем райкома, то он пытается переделать , переродить этот "аппарат насилия".
Сперва он снимает всех прежних и назначает всех новых, сам ездит по колхозам, беседует с людьми. Но в результате перерождается, начинает орать на людей, возмущается инициативой снизу. Превращается в Борзова нового типа, новой формации.
Жарков очень четко показывает, что с человеком делает власть. Аппарат сильнее, райком вытравляет все человеческое.

А финал спектакля - это некий иронический образ и что-то вроде мечты о справедливой власти, фактически неосуществимой.
Сначала сатирическая зарисовка партийной конференции, заостренная до умопомрачительного гротеска. Предрайисполкома делает доклад (небольшая, но блестящая работа А. Пашутина), набор стандартных фраз, произносимых на одном дыхании, без пауз, без интонаций, звучащих, как заклинание духов. Звучит всё, и постановления ЦК, и инициатива, и какие-то фантастические цифры-проценты. Великолепная пародия, какой я еще не видел и смеялся до слёз.
Далее - романтическая концовка. Мартынов отнимает бумажку у доярки и заставляет говорить, отсюда название. Возникает некий народный хор и тоже призывает говорить. Идет занавес. Стала доярка говорить? Или это образ-фантазия в воспаленном мозгу угловато-несуразного писателя С. Сазонтьева? Финал открыт и неясен.

Но острота и сила правды в этом спектакле несомненны. Фокин изменил свою методу, нет ни лабораторной интеллектуальности, ни тщательной психологической проработки (только Жарков психологически точно работает). Что ж, это спектакль-лозунг, программа, манифест, агитка в высшем смысле: агитация за правду.
Следующие постановки должны будут доказать, что Фокин не ограничивается такого рода формой. Тем более, повторы этого стиля будут удручающе скучны.

30 марта
Еще о "Говори". Спектакль поневоле увязывается в параллель с додинско-абрамовской эпопеей, тема деревни объединяет их. Есть общие приемы даже, кинохроника и реальная жизнь тех лет - в контрасте.
Но Фокин не ставил задачи исторического осмысления, его спектакль больше посвящен сегодняшним проблемам, Овечкин - скорее предлог (спектакль "Говори" - экранизация "Районных будней" Валентина Овечкина), повод, да и нет сегодня подобных очеркистов - знатоков деревни.
Однако некоторые исторические реалии Фокин вводит: памятник Сталину в первом действии, это образ эпохи. А вот стихи Евтушенко тех лет, да и упоминания о "Новом мире" и Твардовском уже не столь необходимы.
Итак, грубо говоря, из последних злободневно-смелых, так сказать, в духе времени, произведений, это самое серьезное, ибо насыщено мыслью и проблемами.
Это не дешевка, слепленная в момент в угоду конъюнктуре (как "Статья" Еремина в известной мере). Но спектакль порождает много вопросов, ибо художественный уровень драматургии, исполнения и отчасти режиссуры не соответствует уровню проблем. Одним словом, додинской гармонии Фокин не достиг.

Наши советские писатели в последнее время начинают терять терпение и буквально кричать от того, что происходит кругом. Распутин в "Пожаре" пренебрег канонами и поверг в растерянность критиков-пуристов, забывших о том, что такое притча, и судящих повесть-обвинение с позиций стандартной беллетристикой.

Сцена из спектакля, хоть одну нашел
Image

Дневник советской поры. О времени и о себе
Из дневников времен СССР. 1978 год
Из тетрадки советских времен. Литературное
Мои замечания о русском театре. 1979 - 1981
И снова дневник. 1983 год
Дневник. Продолжение. 1983-84 год