В смутные студенческие времена, занесло меня как-то на Бирюсу. Нет, это не та Бирюса, про которую пел кто-то из блатных бардов. Та Бирюса впадает в Ангару, через нее проходил Великий Каторжный Путь, и на ней я тоже был. А эта Бирюса впадает в Енисей. А после построения Красноярской ГЭС она стала впадать в Красноярское море.

Знаменита она тем, что все ее берега составлены из известняковых скал, насквозь проточеных водой. Как сыр. На очень небольшой площади сосредоточено более трехсот пещер. Ну, по крайней мере когда я там был то более трехсот было снято на карту. Сейчас уже может и того больше. Вот по этим-то пещерам мы и шлялись несколько лет. Приходили по льду если зимой, или приплывали на зафрахтованной за бутылку водки лодке если летом, заваливались в избу, пили водку, пели песни, а утром шли в пещеру. Интересно было. Много чего там происходило на этой избе, постараюсь потихоньку рассказывать разные истории и байки.

Например туалет у нас назывался шхЕльда. Почему? Не знаю. Так повелось исторически от старших товарищей. Построен он был так. От избы, по склону горы шла, поднимаясь серпантином вверх, тропинка. И на одном из поворотов ее серпантина, тропинка раздваивалась. Собственно подъем наверх шел направо, а налево, в сторону обрыва, шел деревянный мостик. Сантиметров сорок шириной. И заканчивался он будкой. Вот представьте, склон, плавно переходящий в обрыв высотой в метров в сто, к этому склону-обрыву непонятно каким чудом прилепились две тоненькие сосенки. Толщиной с мужскую руку в бицепсе. На эти сосенки были брошены с тропинки две деревянные лаги, поперек лаг прибиты дощечки, образующие мостик, а в конце мостика, как раз между этими сосенками, построена деревянная будка. Одноочковый сортир. Проходишь по мостику в будку, разворачиваешься лицом назад к мостику, закрываешь дверь, снимаешь штаны, садишься, смотришь в прорубленное в полу очко, и серется тебе ой как легко и хорошо. Потому что под тобой метров пятнадцать пустоты, а потом каменный склон практически вертикальный, и весь засраный. Сидишь, ветром тебя вместе с будкой качает, ускоряет, так сказать, процесс дефекации. А ты в это время, чтобы не паниковать, читаешь таблички. Дело в том, что в обязанности каждого посетителя избы входило принесение из города какой-нибудь таблички для шхельды. Вот и была вся будочка украшена вывесками типа "не влезай убъет!", "для пуска воды нажми педаль внизу", "осторожно - воздух высокого давления" и т.д. Много было этих табличек. Очень много.

Или вот еще интересное. Зимой, чтобы не вымерзнуть, в избе топилась буржуйка. Сколько народу по пьяни прислонилось к ее раскаленной трубе я даже и вспоминать не хочу. А хочу рассказать, как она топилась вечером. Когда собирались ложиться спать, то все знали, что до утра тепла не хватит, как ни топи. Все же минус тридцать-тридцать пять на улице. И начинали топить печку впрок. Топили, топили, а сами сидели за столом, играли в карты. Сначала при свечке, потом, когда печка становилась красной, а свечки просто падали от температуры, как в хорошей бане, мы зажигали масляную лампу. Все сидели, обливаясь потом и ждали, кто первый взвоет от жары. Жертва должна была или начать раздеваться, ведь сидели-то все в свитерах, валенках и т.д., или должна была просто сказать - харэ топить! Тогда все спокойно ложились спать, потому что утренний истопник этим поступком назначался автоматически. Взвыл? - Хорошо, больше не топим, но утром, когда изба вымерзнет, и народ, начинающий замерзать даже в пуховых спальных мешках, застучит зубами, жди пинка под жопу от соседа. Тебя пнут, придется вылезти из спальника, сохраняющего остатки тепла, дойти до буржуйки, разжечь ее, закинуть туда сколько влезет поленьев, и потом можешь спать дальше. Если захочешь.
Вот и представьте, как топилось с вечера, чтобы только утром не стать истопником.

Да, забыл совсем. Когда истопник уже был назначен, и все вальяжно заползали в мешки, частенько запросившему пощады задавали такой вопрос: Вот ты просишь больше не топить, а ты хоть раз слышал, чтобы на Бирюсе находили жареных людей? Нет? А обмороженых - сколько хочешь!

А тем, кто небыстро или неплотно закрывал за собой входную дверь все время повторяли - закрой дверь, Сибирь не натопишь!

Вот. Вспомнилось чего-то. :)