[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]
Below are the 20 most recent journal entries recorded in
Юлий Давидов Жюльен Давидье Ta6y's LiveJournal:
| Thursday, January 26th, 2012 | |
| 5:08 pm | состоянии общавшийся, и сам переживший деперсонализацию в очень юном возрасте, впервые, могу об этом как-то судить с ответственностью и с какой-то весомостью, что, если, не дай Бог, то никакая осознанность не сработает. То есть, она сработает, она не помешает, это хорошо. Она поможет себя держать в руках и не отчаиваться, и на что-то надеяться, но ремиссию она не даст, не принесёт на блюдечке. Осознанность, собственно, проблема этого состояния в гиперрефлексии. Нет, ну я с тобой об этом говорил, я думал, тебе плохо, я хотел помочь тебе это «разрулить», а не для того, чтобы это «размусоливать». Не знаю, когда у меня была тошнота, то любое переключение, оно, наоборот, меня, обостряло ощущения, потому что каждый, каждое что-то, оно окрашивалось в цвета деперсонализации. И эта окрашенность, и, кстати, всякий раз эта окрашенность была разная, и этот привкус этой тошноты, это кошмар, это «п***ц», это «полный п***ц»… Такого ужаса, это не передать словами. Кто этого не испытывал, не может себе представить, что это такое. Не знаю, как это можно принять, но, насчёт Сартра… Насчёт Сартра, я тебе советовал начинать не с «Тошноты», которую я считаю не самой сильной вещью, а можно начать со «Слова», называется. Автобиографическая книга «Слова». Потом что, я обожаю книгу «Бодлер». Он ввёл такой метод, так называемого экзистенциального психоанализа, и у него написано несколько биографий людей известных, с позиции экзистенциального психоанализа. То есть, буквально, я тебе говорю, вот этот «Бодлер», книга. Я нашёл все описания своих «глюков» деперсонализационных и т.д. и т.д. Это было просто феноменально. То есть, эта книга для меня открытием была. И когда я в первый раз попал на консилиум психиатров, чтобы объяснить им, что со мной происходит, я взял с собой эту книгу Сартра и показывал им куски, отрывки описаний, которые полностью озвучивали мои состояния. И они, благодаря этому, я смог объяснить, что со мной происходит, благодаря Сартру. ( Read more... ) |
| 5:07 pm | Я долго думал, чем экзистенциальная тошнота отличается от той тошноты, которую можно расценить как симптом депрессии. Как правило, то, что называют экзистенциальной тошнотой, развивается у людей неявно. То есть, симптомов тошноты нет, потому что у здорового человека существует так называемая способность к гиперкомпенсации. То есть, когда человек в своей внутренней жизни приближается к каким-то опасным вещам, каким-то опасным выводам, каким-то экстремальным переживаниям собственного я или окружающего мира, он не сознательно, но в нём так это заложено, это считается здоровый механизм, сработает компенсаторный механизм защиты. То есть, он начинает уходить в работу, в секс, в алкоголь, ещё куда-то. А потом уже, когда эта гиперкомпенсация принимает уже какие-то чудовищные размеры и человек, так или иначе, понимает, что у него какие-то проблемы, и он сталкивается с этим, тогда он попадает к психологу, к психиатру, это в лучшем случае. Но это в обществах, где развита (это в России такого ещё нет, хотя уже, но это всё носит карикатурный характер), где развита традиция искать какой-то помощи в своей эмоциональной, в своих эмоциональных проблемах у психолога, у психиатра. И тогда это называется, когда человек не говорит, что «Ой блин, меня от всего тошнит, у меня смысла жизни нет, я потерял, я не знаю, зачем я живу и т.д.», нет, там так не происходит. Человек, когда приходит с какими-то другими проблемами, хороший психолог или психотерапевт начинает копать, копать, копать, копать и выкапывает тошноту. То есть, под всеми этими компенсациями, защитами, была эта тошнота, от которой человек прятался. А когда тошнота первична, скорее всего, это симптом депрессии, потому что, ой даже не симптом депрессии, я не знаю, в твоём случае, что послужило пусковым механизмом ( Read more... ) |
| Sunday, March 27th, 2011 | |
| 5:38 am | седакова: Вопрос о человеке в современной секулярной культуре цитаты рассвета Западный мир ответил на свой катастрофический опыт раскаянием в образе «нового гуманизма»: его выражения - и поставленные на вершине общих ценностей «права человека», и общий «терапевтический», «пермессивный» (позволяющий) характер современного общества, о котором я уже упоминала. «Мы больше никогда и ни о ком не можем решить: это не человек». Так можно выразить урок, извлеченный европейской культурой из лагерей массового истребления, из авантюры «сверхчеловека». И никто не может сказать, что это противоречит евангельской проповеди: может быть, после всех столетий христианской цивилизации в этом отношении его впервые всерьез услышали, слово о великой ценности убогого. Но что дальше? А дальше, увы… Ради того, чтобы в дальнейшем никого не судить, чтобы сохранить человеческое достоинство за больным, уродливым, безумным, порочным, бесталанным, невежественным существом, следует отказаться от наших старых представлений здоровья, красоты, разумности, добродетели, таланта, образованности. Все это репрессивные нормы. Отказаться от больших идей, и замыслов, потому что за ними следуют большие бойни; от религий, поскольку они порождают фанатизм, который делит всех на «своих» и «чужих» и т.п., и т.п. От всего, что несет в себе силу, – потому что сила и насилие больше не различаются. Плохо различаются вера и фанатизм, уверенность суждения и доктринерство. Ниже, ниже, ниже – туда, где почти ничего не осталось. Это антропология нового гуманизма. «Что такое человек? Это существо травмированное, ранимое, бедное, больное, опустошенное своей долгой историей. Ничего хорошего в нем нет: он и сам может превратиться в палача. И такое существо необходимо хранить. И не требовать от него по возможности ничего чрезвычайного». Образ человека, прекрасного, как космос, почти всемогущего, свободного и деятельного, обладающего неограниченной способностью к познанию, - образ, вдохновлявший первый, классический гуманизм - сменился в новом гуманизме на противоположный. Достоинство человека просто в том, что он - какой-никакой – есть, достоинство живого просто в том, что он жив. И такого помнит Господь – добавим мы. |
| Sunday, September 12th, 2010 | |
| 4:37 pm |  Максим Горюнов философ Эту книгу можно рассматривать как развернутый ответ на вопрос ребенка о причинах исчезновения василисков и драконов из нашей повседневной жизни. Если следовать логике Жирара, то они действительно существовали и даже активно встречались с нашими недавними предками всего несколько веков назад. Разумеется, тогда они были не такими милыми и забавными как на иллюстрациях в дошкольных изданиях, и вряд ли вступали с людьми в странные разговоры из загадок и ответов, но, тем не менее, их существование для французского культуролога неоспоримо. Для того чтобы сейчас найти их следы, нужно не ковырять землю мотыгой археолога, а сосредоточить свое внимание на изучении очень небольшой группы текстов. Речь идет о средневековых списках обвинений в отношении людей, признанных виновными в появлении чумы, неурожае, затяжных войнах и т.д. По мнению автора, люди были совершенно невиновны в преступлениях, но для обвинителей это было неважно. Их сознание в тот момент функционировало особым образом, позволяя выстраивать причинно-следственные связи спонтанно, без оглядки на реальность. Так случалось каждый раз, когда появлялась угроза массовых насильственных смертей. Обострившиеся ожидания бедствий начинали понемногу размывать социальный порядок. Вместе с его истончением пропадали и обусловленные им рамки допустимой иллюзорности. Это приводило к тому, что воображение выскальзывало из-под цензуры здравого смысла, погружая сознание в страх и трепет перед своим произволом. Мир подручных человеку вещей, до этого исправно охранявший и обслуживавший его, на глазах распадается на отдельные предметы. Они валятся из рук, ломаются, калечат своих хозяев и, в конце концов, начинают представлять прямую угрозу человеческому телу. Возникает ощущение собственной обнаженности, неприкрытости, навязчивой уязвимости. Окружающий мир как бесконечные заросли терновника: вязкий, ранящий, молчащий. Тело человека неестественно изогнуто, напряжено в ожидании боли. Это значит, что бессознательное уже начало пожирать пространство, разрушая или искажая до неузнаваемости связи между людьми и вещами. Все пути искривляются, удваиваются, становятся опасными и нестабильными, каждый изгиб грозит таящимся за ним чистым злом. Теперь оно не нуждается для своего существования в телах людей. Зло здесь существует в своем самом чистом, самом резком образе: как наползающие тени по краям картины. Каждый горожанин постоянно ловит краем глаза суетливое шевеление в щелях, расщелинах или складках. Эта темнота то явит злобную рожицу, то взметнет пыль на столе, то сверкнет ядовитым зрачком. Как фон — бессловесный шепот, заставляющий каждого заподозрить в происходящем что-то мерзкое, рвотное, гнусное. В высшей точке этих ожиданий улицы наполнялись персонажами заветных сказок — экзальтированное восприятие искажало тела реальных, давно знакомых людей и предметов. Несуществование драконов отнюдь не означает, что их нельзя увидеть. Для этого достаточно довести до истерической насыщенности восприятие, когда мир вокруг срывается на серию ослепляющих вспышек. Тогда ужасное и отвратительное начинает таиться за каждой тенью, всюду протягивает свои длинные, липкие щупальца. Все, что непривычно, странно, далеко от нормы, видится предельно мерзким, гнилостным и болезнетворным. Незнакомый язык, телесное уродство, по-особому упавший на лицо свет потрясают своей кажущейся опасностью. Человек сам начинает расцвечивать свой мир в экспрессивно-мрачных тонах, бессознательно подбирая для этого самые жгучие оттенки бордового. Обвиняемый был действительным монстром, отвратительным чудовищем, явившимся из глубин преисподни, для того чтобы терзать их тела и души. Жирар настаивает на том, что обвинение было не фигурой речи, не метафорой и не вербальной агрессией, а именно непосредственно видимым объектом. У пойманного во время погрома еврейского врача дознаватели действительно находили следы рогов, раздвоенные копыта вместо ступней и маленький ослиный хвост. На теле молодой ведьмы все видели отметины бурной ночи, проведенной на шабаше в объятиях сатаны. Черти, колдуны, вервольфы и прочие упыри воочию стояли перед людьми, являя себя напрямую, без туманных намеков и многозначных метафор. Напряжение разрешалось в убийстве козлов отпущения, когда пролитая кровь возвращала все на свои места. Сознание вновь начинало функционировать в привычном режиме, а вместе с этим исчезали монстры и чудовища. Умершие ложились в основание нового порядка, который со временем тоже будет снят очередным коллективным психозом. Единственно возможный выход здесь — объяснить обвинителям, что видимое ими лишь галлюцинация, результат экзальтации воображения. Долгие тысячелетия не было ни одного сообщества, где это могло бы состояться. Жирар говорит о работе множества культурных механизмов реабилитации, когда из памяти стирались все возможные намеки на несправедливость приговора. Сожженная женщина прочно удерживалась в памяти именно как ведьма, а не как неизбежный козел отпущения. Ни в коем случае нельзя делать прозрачным эту схему выхода коллективной агрессии, так как в противном случае люди напрямую столкнуться с ограниченностью собственных сил. Это худший кошмар для человека: оказаться в мире, где бесполезны любые усилия в борьбе за собственную жизнь. На это смогли отважиться только христиане с их культом невинной жертвы. Делая акцент на ложности и ошибочности всего механизма, они снимали возможность продолжения этих действий. Как результат: кентавры и сатиры больше не выходят на улицы. |
| Sunday, July 25th, 2010 | |
| 3:03 am | сн ходил по ялтинской набережной с Сэ́мюэлем Бе́ккетом  в поисках человека который смог бы стать межу нами переводчиком с англ и назад.пытаясь из своего скудного запаса произнести ему фразу :мистер Бе́ккет я уже 17 лет мучаюсь |
| Tuesday, June 29th, 2010 | |
| 8:49 pm | Смерть героя  Себастьян Хорсли прожил почти сорок восемь лет, пользуясь заслуженной славой сноба, тяжкого наркомана, убежденного содомита, последнего английского денди, посредственного художника и самого интересного человека в лондонском Сохо. Он умер (судя по всему, от передоза героина) 17 июня 2010 года; писать вовремя некролог этому врагу мейнстрима, опоздавшему родиться на сто пятьдесят лет – почти преступление. Оттого этот текст сочиняется уже после того, как Хорсли, оплаканный вольнодумцами и пошляками всех мастей, обрел покой на кладбище. Он жил в Сохо, в двухкомнатной квартирке, смесь будуара и мастерской; кухню и ванную Себастьян Хорсли считал непозволительными для истинного эстета излишествами. Попасть в квартиру, на двери которой красовалась надпись «Это не бордель. Проституток по этому адресу нет», было нелегко: хозяин просто так не открывал, оттого визиту всегда предшествовали сложные переговоры, следовавшие прихотливым линиям героиновой паранойи Себастьяна. Кстати говоря, упоминание проституток в сердце некогда, что называется, «злачного» Сохо было вовсе не случайным: Хорсли слыл знатоком и энтузиастом торговли телом – но только в роли покупателя, а не продавца. Он хвастался, что воспользовался услугами чуть ли не тысячи проституток; впрочем, радостей свободной любви Хорсли также не избегал – какого бы пола ни был очередной объект его страсти. Друзья и знакомые Себастьяна вспоминают: стоило кому-то оказаться в его обиталище, как хозяин начинал соблазнять гостя (гостью), пользуясь всем арсеналом обольщения, заимствованным у череды предшественников, от маркиза де Сада и лорда Байрона до Оскара Уайльда. Впрочем, как отмечают те же друзья, Себастьян Хорсли был – за некоторым исключением – хорошим, добрым человеком. Главным украшением его гостиной служила превосходная коллекция человеческих черепов: Хорсли обожал фотографироваться на ее фоне – то в диккенсовском цилиндре, то в розовом смокинге. Основные вехи большого пути этого последнего чисто английского пижона можно проследить по его автобиографии «Денди в преисподней», вышедшей в 2007 году. Хорсли, который все делал не так, как окружающие, умер в то самое время, когда драматизация этой книги, предпринятая режиссером Тимом Фонтейном и актером Мило Твуми, снискала шумный успех лондонской публики (и даже критики). Вряд ли Себастьяна Хорсли занимали рецензии и газетные обзоры, вряд ли он особенно переживал о судьбе своего сочинения; зато я почти уверен, что истинным триумфом для него стал запрет на въезд в США, наложенный «по моральным соображениям» почти сразу после издания автобиографии. Однако вернемся к жизненному пути нашего героя - не зря же первое название его нашумевшей книги было Mein Camp (интересно, как покойная Сьюзен Зонтаг отнеслась бы к подобному использованию изобретенного ей словечка?). Себастьян Хорсли родился в заштатном городишке под названием Гулль (как по-русски издавна называют столь же заштатный Hull), в семье богатого пищевого магната Николаса Хорсли. Мать и отец его, алкоголики со стажем, развелись еще в середине семидесятых, Себастьян кочевал по разным школам и – позже – колледжам, ни один из которых он так и не закончил. Затем он начал карьеру художника; вершиной ее стал знаменитый проект – нечто среднее между венским акционизмом и ультракатолическим подвигом веры. Приехав в 2000 году на Филиппины, Хорсли принял участие в пасхальном шествии, предложив себя на роль Христа. Художника распяли. Продержавшись около 20 минут, Себастяьн потерял сознание от боли. Все это было запротоколировано фотографом Деннисом Моррисом и художницей Сарой Лукас, которая сняла фильм. Посмотрев на собственные мучения, Хорсли так возбудился, что сделал на этот сюжет серию картин. В 2002 году все это – фотографии, видео и картины – было представлено в Лондоне на выставке под названием «Распятие». Впрочем, если в чем-то Себастьян Хорсли и был настоящим художником, то не в искусстве и даже не литературе (хотя «Денди в преисподней» действительно хорошая книга), а в жизни. И здесь – несмотря на все свои претензии, на несусветный и комичный эстетизм – он шел по давно протоптанной дорожке. Как и десятки его предшественников, Хорсли плевал на обывательские ценности, тратил последние деньги на причудливые костюмы (одна из рубашек фирмы Turnbull&Asser названа в его честь), сидел по уши в долгах, бесконечно шокировал – весьма утомительно для себя и окружающих, вел, выражаясь языком милицейского протокола, «беспорядочную половую жизнь», что-то иногда сочинял, что-то рисовал, умудряясь оставаться на плаву, пока наркотики не утащили нашего денди в истинную преисподнюю. Себастьян Хорсли пережил возраст Оскара Уайльда на два года. Через несколько лет Хорсли забудут. На самом деле, ничего драматического, даже трагического, в этом нет. Просто существует такая профессия – герой богемы, бескомпромиссный денди, полусумасшедший эстет. В этой профессии есть свои правила, наиболее распространенные ошибки, наконец, своя рутина, вроде цветастых жилеток и необходимости ежеминутно изрекать будоражащие филистера максимы. Жизнь истинного денди тяжела, она требует самоотречения и строгой самодисциплины. Эти люди подвержены профессиональным болезням, которые сводят их в могилу задолго до возраста, установленного в социологических выкладках о средней продолжительности жизни. Забвение – точно так же, как и неожиданная посмертная слава – входит в правила этой игры, и Себастьян Хорсли прекрасно сознавал сей факт. Оскар Уайльд, будучи спрошен таможенным чиновником на въезде в США, есть ли при нем какой-нибудь товар, подлежащий декларации, ответил: «Ничего. Только гений». Себастьян Хорсли рассказывал, как он – на свой лад – приготовился к несостоявшейся встрече с Америкой: стер лак с ногтей. Времена, увы, переменились: Уайльда пустили, Хорсли – нет. |
| Tuesday, June 8th, 2010 | |
| 8:19 pm | У неё лицо фарфоровое, а ресницы оттягивают веки. Она может ими хлопать, как дверьми несгораемых шка Елена Константиновна Феррари (итал. Elena Ferrari, псевдоним; она же Ольга Фёдоровна Голубева или Голубовская, возможно, урождённая Воля, 1889[1] или 1899[2][3], Екатеринослав — 16 июня 1938, Москва) — русская и итальянская поэтесса начала 1920-х годов, агент Разведупра РККА, капитан, кавалер ордена Красного Знамени (1933). Данные о происхождении противоречивы; по одним данным, русская[1] (настоящую фамилию большинство источников даёт как Голубовская, в некоторых — Голубева); по другим, родная сестра разведчика Владимира Фёдоровича Воли (1898—1939, расстрелян), который был евреем[4]; о возможном её еврейском или итальянском происхождении упоминает также Н. Н. Чебышев со слов В. Ф. Ходасевича. В годы Гражданской войны В. Ф. Воля «выполнял отдельные боевые задания в тылу врангелевских войск на Чёрном море, где им была захвачена неприятельская шхуна с грузом и пленными». Голубовская владела английским, французским, немецким, итальянским и турецким языками. С 1918 по 1920 год сестра милосердия, рядовой боец и разведчица в тылу деникинских войск. По заданию советской разведки ушла с частями Белой армии в Турцию. Принимала участие в таране 15 октября 1921 г. яхты П. Н. Врангеля «Лукулл». В яхту главнокомандующего, стоявшую в Константинополе на рейде, врезался итальянский пароход «Адриа», шедший из советского Батума. Врангель находился на берегу и не пострадал, погибли мичман П. П. Сапунов, корабельный повар Краса и матрос Ефим Аршинов; при потоплении яхты были утрачены деньги и ценности врангелевской армии. Расследование пришло к выводу о случайности происшествия, в то время как это было покушение на Врангеля, организованное советской военной разведкой[2]. По рассказу Ходасевича Н. Н. Чебышеву, у Феррари недоставало одного пальца на руке. В 1922 году Елена Феррари (этот псевдоним она в дальнейшем будет использовать и как литературный, и как агентурный) появляется в Берлине и заводит личные знакомства с Максимом Горьким и другими литераторами русского Берлина начала 1920-х (Виктором Шкловским, Владиславом Ходасевичем). Сохранилась и частично опубликована её переписка с Горьким, начавшаяся в апреле 1922 г.[5] Начинающая поэтесса и писательница предлагала свои опыты на отзыв Горькому и Шкловскому. Шкловский советовал ей обратиться к опыту современной модернистской литературы, в то время как Горькому были не по душе её подражания Пастернаку и Маяковскому, и тот призывал Феррари следовать за Ходасевичем как преемником пушкинской традиции. Корреспондентка уверяла Горького, что возвращение в Россию для неё невозможно из-за каких-то «ошибок» перед советской властью. В то же время опубликованные материалы по советским спецслужбам указывают, что и в Берлине Голубовская-Феррари продолжала вести разведывательную деятельность «по разложению войск Антанты». В ноябре 1922 года Голубовская была назначена помощником С. П. Урицкого[1], нового резидента Разведупра и ОГПУ в Париже, после провала Якова Рудника. Своим берлинским знакомым она представила эту поездку как вызванную литературными интересами. Шкловский написал для направлявшейся в Париж Феррари, увлеченной авангардом, рекомендательное письмо футуристу Илье Зданевичу. В конце 1922 — начале 1923 г. Феррари стала активным участником собраний Берлинского дома искусств, и её имя неоднократно упоминается в прессе. Тесно общается с художником Иваном Пуни, жившим неподалёку от неё в Берлине. Их соседство упоминается в повести Шкловского «Zoo, или Письма не о любви», где имеется и словесный портрет Елены: «У неё лицо фарфоровое, а ресницы оттягивают веки. Она может ими хлопать, как дверьми несгораемых шкафов…» Феррари выступала в Берлине также совместно с итальянским футуристом Руджеро Вазари. В 1923 году в Берлине (издательство «Огоньки») выходит сборник стихотворений Феррари «Эрифилли» (название — греческое женское имя, буквально «горячо любимая»). Планировались к выходу (в издаваемом Горьким журнале «Беседа» и отдельной книгой) её прозаические «сказки», которые, в отличие от стихов, Горькому нравились, однако публикация не состоялась. В апреле 1923 года Горький выясняет (по-видимому, через своего сына Максима Пешкова, имевшего личные знакомства в ОГПУ) её прошлое и предупреждает Ходасевича, чтоб тот был осторожнее с Феррари: «на большевичков работает, служила у них в контрразведке… она протаранила в Константинополе белогвардейскую яхту». Сохранилось письмо поэтессы к Горькому от 22 апреля 1923 г., где она сокрушается по поводу каких-то слов Максима Пешкова и ходящих вокруг её биографии слухов, не говоря ничего определённого. Через два дня Горький отвечал, что Феррари, рассказывая о своей биографии, «говорит о себе неверно», но «говоря о себе, ничего не ищет, кроме себя». После раскрытия её биографии Феррари прекращает свои литературные контакты в Берлине и отправляется в Москву (где в декабре 1923 г. присутствовала на дружеской встрече с Пастернаком и С. П. Бобровым), а затем с новым разведывательным заданием в Италию. Там она продолжила литературную деятельность совместно с художником-футуристом Виничио Паладини, входила в группу итальянских «имажинистов» (дебютировавших в 1927 г., когда Феррари уже была в Москве). В 1925 г. вышел её второй сборник стихов «константинопольской» тематики «Prinkipo» (греческое название острова Бююкада около Босфора) на итальянском языке. Эту книгу Феррари посылала Горькому, с которым вновь списалась осенью 1924 года. В 1925 году Голубовская вернулась в СССР и возобновила работу в аппарате Разведупра на месте. В январе 1926 г. назначена сотрудником-литератором третьей части третьего отдела Разведупра РККА, но летом того же года уволена со службы. Печаталась под псевдонимами как журналист в советских изданиях («Новый зритель», «Красная нива», «Красная звезда», «Известия», «Юный коммунист», «Пионер»), а также продолжала публиковаться в Италии. В 1926—1930 не работала в разведке, находясь, однако, в резерве РККА, затем вновь получила задание во Франции и работала там помощником резидента, пользуясь прежним псевдонимом Феррари[3]. В 1932 году на страницах парижской газеты «Возрождение» Н. Н. Чебышев, сотрудник врангелевской контрразведки, со слов Ходасевича предаёт гласности участие Елены Феррари в таране яхты «Лукулл», назвав, помимо псевдонима, также фамилию «Голубева» (героиня заметки в то время вновь находилась во Франции, что, возможно, стало известно Чебышеву). В начале 1933 г. отозвана в Москву, либо из-за статьи Чебышева, либо из-за серии провалов советской агентуры в Европе. Постановлением ЦИК СССР от 21 февраля 1933 г. награждена орденом Красного Знамени «за исключительные подвиги, личное геройство и мужество» (орден вручён 7 июля 1933 г.). В июне 1933 года после сдачи экзаменов по французскому языку получила звание «военный переводчик I разряда», а в сентябре 1935 г. сдала также и экзамены по итальянскому. Была помощником начальника отделения первого (западного) отдела Разведупра РККА (1935—1936), это продвижение по службе было связано с назначением главой Разведупра её многолетнего шефа С. П. Урицкого. Присвоено воинское звание «капитан» (июнь 1936). Проживала в Москве по адресу: Кривоколенный переулок, дом 5, квартира 25. Вскоре после разгрома кадрового состава Разведупра и ареста Урицкого в 1937 году гибнет и Голубовская: 1 декабря 1937 года арестована (через месяц после Урицкого), 16 июня 1938 г. по обвинению в шпионаже и участии в контрреволюционной организации приговорена Военной коллегией Верховного суда СССР к высшей мере наказания и в тот же день расстреляна. 23 марта 1957 реабилитирована посмертно. В 1963 году частично опубликована её переписка с Горьким; о сотрудничестве «советской писательницы» Феррари с разведкой и её расстреле публикаторы не упоминают. |
| Wednesday, March 31st, 2010 | |
| 8:35 pm | сплетни канувшей весны Испуганный беззащитностью и движением поезда ,я притворялся программистом едущим в командировку и флиртовал с бухгалтером из Никополя.Всю ночь я писал ей стихи на листиках блокнота,которые она тут же читала и клала к себе в суммочку: Время крошится в твоих пальцах как песочное печенье ты кормишь меня им с ладони как животное которое попало в капкан твоей ночи.. ......... Когда рассвет тактично заполнял жидким светом наше купе,завернувшись в белую простыню,с темными кругами под глазами она обнимала меня и звала в Алушту.Я напевал ей шепотом на ухо:Счастье, похожее на птицу,Распахнуло два крыла.Счастье должно было случиться,Потому что ты пришла!Да хранит нас судьба и Алушта,Где кипит золотая волна! На привокзальной площади я обнял ее и посадив на маршрутку до Алушты ,отправился в больницу,что бы через несколько часов стать пациентом из 6 ой палаты 6 ого отделения КРПБ №5. На соседней койке лежал маленький старик курд ,отец девятерых сыновей,один из которых застрелился,он говорил обо мне в женском роде и называл :Жулик.В старомодном костюме и черной тюбетейке на голове,Джамиль весь жень жевал насвай,запасы которого хранились в трех трехлитровых бутыльках,в обед вставив в рот челюсть ,сидя за тумбочкой ,с мусульманской элегантностью ел больничный суп кроша в него куски варенной колбасы.Перед сном он обвязывал голову женским платком и становился похожим на бабу Ягу в исполнении актера Милляра.Я включал ночник над своей кроватью и читал мемуары Чарли Чаплина . Другим соседом был 28 летний мужчина ,недавно вышедший из тюрьмы.В 14 летнем возрасте он убил своего соперника,получив срок ,потом убил кого то в тюрьме,за что получил еще 7 лет,отсидев в общей сложности 14 лет.Сергей имел большой успех у женщин из отделения и втерся в доверие к сердцу девушки из Севастополя ,которая решила сделать из него человека.У него был настороженный взгляд дикого животного,готового отразить любой удар и просчитывать других на три шага вперед,что бы успеть напасть первым. Воспользовавшись моей беспечностью,он бездоказательно украл из кармана моего пиджака сто долларов. Меня подкармливала молодая женщина страдающяя меланхолией.Днем ее проведывал любовник,вечером привозил тормозок муж.Как то неофициальный кавалер спросил ее,что особенного она бы хотела ,сало в шоколаде ,в шутку ответила она.На следующий день он привез коробку конфет "Сало в шоколаде" одесской кондитерской фабрики .Я надкусил конфету ,внутри густого слоя шоколада лежал кусочек настоящего сала.Я тут же его выплюнул. Днем я гулял с медсестрой из санатория "Минск",чья дочь стала жертвой изнасилования. Только здесь я чувствовал себя Женихом ,помолвленным со всеми этими раненными навсегда женщинами,готовым защищать их от мыслей и страхов.И этого мне было мало .Засыпая под храп курда я называл жизнь -Невестой ,которая не успела быть мне Сестрой. Накануне полуночи маленькая пышка Элеонора ,кондитер из города Саки ,кусала мое лицо и показывала записную книжку с пронумерованным списком всех мужчин побывавших внутри нее.Она мечтала снять о них фильм.Наощупь ,в экологически чистой темноте балкона я записал туда : баюкая ночь во рту Царапая сосками темноту моим желанием воспитываешь время. В ее реестре я шел под номером :32.Среди ночи у нее начался эпилептоморфный припадок .Тело Норы изгибалось дугой ,я обнимал ее содрогания , произнося ласковые слова как заклинания ,удерживая ее тело на весу ,что бы она не сломала себе позвоночник,я положил ей под язык седуксен и что бы он не выпал из ее рта, фиксировал ее язык своим языком,пока таблетка не расстворилась.Пароксизм прекратился,судороги пробегали по ее телу с каждым разом становясь слабее.Элеонора обмякла и прижавшись ко мне уснула.В стену бился ритмичный стук кровати из соседней палаты,где блатной Сергей устроил на глазах Джамиля сеанс обладания женщине не оправившейся после исчезновения безвести мужа,которую он называл :Бочка.Старик курд напуганный происходящим,,потерянно бродил по коридору отделения. Утром я принес Норе из буфета булочки и шоколад.Призрачная после ночной агонии ,она встала на цыпочки что бы дотянуться губами до моего лица и спросила:Почему ты такой добрый? Похожий на сицилийского caporegime санитар дядя Рамазан вел по больничному парку в отделение арт терапии группу мужчин в серых байковых халатах, с хрупкими и белоснежными лицами обреченных ангелов,с лицами чья утонченная красота словно не вынеся собственного совершенства сломила их рассудок.Я вошел в мастерскую вместе с ними .Арт терапевт встретила меня холодно ,будто презирая меня за мою вменяемость.Уделяя все внимание юношам,которые под ее руководством увлеченно лепили животных из комьев голубой глины и рисовали цветными карандашами .Подойдя ко мне ,она показала мне технику бессознательной живописи,похожую на изготовление тестов Роршаха.Сидя у окна я размазывал гуашь разных цветов на одну половину листа,складывал его пополам и растирал. Смотрел на получившееся и вырезая из газеты буквы ,приклеивал к рисунку придуманное для него название  ( Read more... ) |
| Tuesday, March 23rd, 2010 | |
| 8:36 am | сплетни канувшего лета Дарю я этот час тебе. Он твой, спеши. живи по-своему, живи одна на свете. уйди на целый день, на целое столетье, не думай обо мне, я подожду в тиши. * С каждым глотком пива она еще глубже погружалась в состояние сосредоточенности на себе.Я тайно любовался ее покоем ,как натуралист спрятавшись в зарослях сумерек ,может часами смотреть на ящерицу лежащюю на горячем камне и восхищаться природой способной на такие безупречные состояния статичности. Я бросал горящие спички на цементный пол веранды что бы в свете их огня успеть рассмотреть ее неподвижность,с окаменевшим лицом,обхватив худыми руками колени,на пластиковом стуле,с высоты которого был виден далекий пляж ,штормящее море и казавшааясь декоративной,луна.Я безнаказанно бродил вокруг ее молчания,в вспышках летящих спичек разглядывая ее выпирающие позвонки и веснушки на плечах. Каждый день она наклонялась к моему лицу и нюхала мое дыхание,отшатываясь в преувеличенной брезгливости от моих нечищенных зубов.То что я испытывал восторг от тех гадостей которые она говорила в мой адрес,было для меня верным признаком того что я в нее влюблен. Я подслушивал ее картавый и хриплый мат,как будто подсматривал за ее наготой. Каждый день нечайно забывая поднять крышку унитаза ,я выслушивал ее ярость по поводу того что ей приходится вытирать мои ссаки . Беря на руки котов она трогала их яички и свернувшись калачиком часами смотрела ток шоу .я смотрел вместе с нею ,благодаря ее заинтересованности ,эти передачи казались мне более глубокими и не такими отвратительными как раньше. В ознобе солнечного ожога я выпил таблетку с кодеином и прочел ей стихотворение:Ночь плачет в августе, как Бог, темным-темна. Горючая звезда скатилась в скорбном мраке. От дома моего до самого гумна земная тишина и мертвые собаки. Крыльцо плывет, как плот, и тень шестом торчит, И двор, как малый мир, стоит не продолжаясь. А вечность в августе и плачет и молчит, звездами горькими печально обливаясь. К тебе, о полночи глубокий окоем, всю суть туманную хочу возвесть я, но мысли медленно в глухом уме моем перемещаются, как бы в веках созвездья. Она не поняла в нем ни слова.Это ничего не меняло.Ограничивая мои возможности общения с ней.Ни один из привычных мне способов отношения с женщинами,когда я прагматично используя для этого тот или иной вид исскуства,уже не для соблазнения,а лишь как единственный доступный мне способ реализации чувства,а так же повод для самообразования,с ней был невозможен.Она не стремилась себя выразить ни в чем,ни разу не прикоснувшись к моему фотоапарату что бы сфотографировать что то из того великолепия которое окружало нас на берегу моря у распахнутой на все четыре стороны дали ,вмещавшей в себя горы и ту необъятность ,которую каждый день рисовали художники стоявшие на дороге возле нашего дома,не беря в руки ни одно из тех орудий которое могло бы выразить ее отношение к времени и месту.Не искала она и возможности запечатлеть себя теми запатентованными технологиями ,делающими возможными сохранить свидетельства юности и праздника. Ее приземленность не имела ничего общего с приземленностью других,так как не обнаруживала в себе присущих этому свойству качеств:кичливости,чванства,мелкой расчестливости и зависти.Это был дар внутреней ясности,тот случай когда здравый смысл пленяет и производит большее впечатление ,чем самый изощеренный ум и интеллектуальная искушенность. Вечером положив голову на грудь своего огромного мужа,она смотрела вместе с ним русские сериалы.Я сидел на диване, наблюдая за их комфортом ,на который я не был способен.С нею или без нее. Ночью из за приступа арахнофобии я охотился с дезодорантом за насекомыми,сражаясь аэрозольными выстрелами с пауками,гигантскими комарами,уродливыми стрекозами и жуками сидящими на стенах.Она выходила из туалета,маленькая как 14 летняя девочка и спрашивала меня, что я делаю среди ночи опрыскивая стены ее антиперспирантом. Днем,когда мне хватало сил добраться до пляжа,я входил в море по шею и смотрел оттуда ,как она, с ее талантом к неподвижности,часами лежит ,не боясь никакой меланомы и ждет когда ее тело потемнеет от загара.ее крохотный зад казался самым лакомым местом на земле. Другими днями,когда я не мог добраться до моря и оставался дома один,дрожа от страха ,прятался в исскуственной мгле от солнца,включал вентилятор ,висевшие на бельевой веревке ее трусики и футболки раскачивались от синтетического ветра,я ложился на ее постель и читал Русский Эрос Гачева :Пламенная вакханка — жрица секса — оттесняется стыдливо-холодной русской женщиной. Выше сладострастья — счастье мучительное, дороже страсти — нежность. Такое толкованье любви близко народному. В русском народе говорят «жалеть» — в смысле «любить»; любовные песни называются «страдания» (знаменитые «Саратовские страдания»); в отношении женщины к мужчине преобладает материнское чувство: пригреть горемыку, непутевого. Русская женщина уступает мужчине не столько по огненному влечению пола, сколько из гуманности, по состраданию души: не жару, сексуальной пылкости не в силах она противиться — но наплыву нежности и сочувствия. То же самое и в мужчине русском сладострастие не бывает всепоглощающим. Мефистофель в пушкинской «Сцене из Фауста» насмешливо напоминает Фаусту: Что думал ты в такое время, Когда не думает никто? Отрываясь от чтения ,я воровал ее тонкие сигареты,выходил во двор,расскаленный пол веранды обжигал ступни,обласканныю ею коты лежали под кустами шиповника и роз,гомон гула моря,крики разносчиц пахлавы ,визги детей,послеполуденный свет, причиняли мне боль. Я заползал в катакомбы зги,накрывал лицо развернутой книгой и засыпал. |
| 8:35 am | написал на фейсбуке актрисе Dorka Gryllus  Lubna Azabal  которая тоже кажется мне похожей на И. не ответила на мое письмо |
| Tuesday, March 16th, 2010 | |
| 9:15 am | сплетни одной истории В прошлом году читая на форуме доктора Горбатова психосоматические исповеди юноши из Новоссибирска о том как он утрачивает свою идентичность,сталкиваясь с перебоями в восприятии реальности и себя в ней,переставая чувствовать границы своей автномности ,почти исчезая как субъект в дезориентации внутренего навигатора,который помогает отличать явь от сна,прошлое от настоящего,других и себя в соотношении с ними,страдая эмоциональным дальтонизмом ,он был лишен способности в полной мере ощущать и идентифицировать цвета,запахи и тактильность.Рекомендации доктора Горбатова не решали его проблем .Я нашел этого юношу и посоветовал ему обратиться за помощью к доктору Беккеру,что он и сделал .После чего начались его злоключения описанные в статье Дамира Минниханова ( Read more... ) |
| Saturday, March 13th, 2010 | |
| 11:14 pm | ИНГРИДИЕНТЫ 8. Прислонившись к парапету на набережной Робеспьера Слупер читал Ортодоксию Честертона :Святой Франциск мог славить все доброе радостнее ,чем Уитмен.Святой Иероним мог обличать все злое мрачнее ,чем Шопенгауэр.И радость и мрачность вышли на волю,потому что обе стали на свое место .Теперь оптимист вправе славить веселый зов труб и пурпур знамен ;но не в праве сказать что бой не нужен.Пессимист волен предупредить об увечьях и усталости ,но не в праве сказать ,что битву все равно не выиграть .. Он заметил ее ,идущюю со стороны Литейного моста ,похожая на большую птицу,чьи длинные ноги мешают ей быть ловкой в передвижении по суше , готовая споткнуться о собственные шаги ,слишком диковинная,что бы быть просто женщиной.Казалось она прилагает большие усилия что бы сохранять вертикальность ,удерживать лицо на хрупкой высоте своего тела и не избавляться от облаченности одеждой. Слупер не умел здороваться с женщинами ,поэтому вместо руки,пожал ее локоть. -Ну что двинем ? Он послушно последовал за ней,такой же неприспособленный к вертикальности и условностям устремленной походки. Слупер не умел молчать с женщинами . - Соня Жаль что у Вас нет с собою сумки ,что бы я мог ее нести Она обернулась,так что в перспективе ее такой же непропорциональный как и все остальное нос оказался пьдесталом для головы сфинкса из мемориала Памятника жертвам политических репрессий и ничего не ответила. Она думает что я ее клею ,решил Слупер,но как я могу ее соблазнять ,ведь традиционные позы и способы прикосновения непригодны для физических контактов с ее телом и любое объятие будет всего лишь компромиссом перед неприспособленность моего скелета и мышц для обладания этим созданием ,потребовалось бы отрастить специально ради нее новые органы для поцелуев Она ускорила шаг и ему приходилось семенить и торопиться что бы успевать за ее целеустремленностью. -Жаль что не идет дождь ,что бы я мог держать над Вашей головой зонт Она не обернулась.Из за ее молчания,Слупер почувствовал себя неадекватным и неуместным,но так как это чувство было привычным,он решил не принимать его в расчет когда они проходили мимо блинной ,он сказал :Жаль что Вы не голодны,что бы я мог накормить Вас Ее шаг стал еще более быстрым и Слупер почти бежал что бы не отстать и возле памятника Ахматовой на бегу,так что ветер бросал ему в лицо пепел от сигареты и тот повисал на его ресницах,произнес:А если когда-нибудь в этой стране Воздвигнуть задумают памятник мне,Согласье на это даю торжество,Но только с условьем: не ставить его Ни около моря, где я родилась (Последняя с морем разорвана связь),Ни в царском саду у заветного пня,Где тень безутешная ищет меня,А здесь, где стояла я триста часов И где для меня не открыли засов.Затем, что и в смерти блаженной боюсь Забыть громыхание чёрных марусь,Забыть, как постылая хлопала дверь И выла старуха, как раненый зверь.И пусть с неподвижных и бронзовых век Как слёзы струится подтаявший снег,И голубь тюремный пусть гулит вдали,И тихо идут по Неве корабли. Соня резко остановилась и обернувшись как караульный сказала:-Знаешь обычно мужчины которые много говорят ,когда доходит до дела мало на что способны .ты уверен что пригоден для того ради чего тебе согласились взять? Слупер ответил:-у меня нет опыта,поэтому я не могу гарантировать того что смогу выражать свою маскулинность телом,так же как я это делаю устами.но я читал что перед этим иногда делают какие то уколы в предстательную железу которые обеспечивают твердость? -Твердости мало,нужна еще какая то непринужденность и разнузданность. -у меня есть таблетки для легкомыслия Она пожала плечами и снисходительно сказала:Ладно будем посмотреть Пристыженный Слупер замолчал.Ему предстояло предъявить навыки своего пола как предъявляют свои профессиональные способности токари фрезеровщики и промышленные альпинисты.Ее деловитость была разновидностью беспощадности.Сфокусированная на своей цели она не замечала существования Слупера и он переживая ее слепоту умалялся сам для себя,словно для того что бы быть уверенным в своем существовании необходимы свидетельские показания этой девушки о его принадлежности к живым , которые она согласится подписать в любом отделении милиции . На улице Белы Куна Соня нажала на кнопку домофона и они поднялись на третий этаж.Дверь открыл безносый Володя которому откусил нос кавалер его бывшей модели.Она поцеловала его в щеку и ушла в другую комнату.Слупер прошел следом за безносым на кухню. На столе стояли баночки с лубрикантами и видеокамера Sony HDR-FX1000.Он попросил Слупера раздеться до пояса и осмотрел его . -Жаль ч то у тебя нет большого живота .Это придает пикантности.Мы снимаем в жанровой нише old with young,немолодой или старый мужик по сюжету соблазняет молодую девушку.Она его ученица или подружка его внучки,может соседка зашедшая за сахаром,вариантов много.хронометраж около 20 минут.Если кончаешь быстро ,то эту часть монтируем в конец и после перерыва пробуешь снова уже без необходимости камшота. Володя протянул Слуперу сигарету и от этого почти дружественного жеста он ощутил себя по свойски и сказал:Я про тебя слышал.ты такой русский рокко сиффреди -С Рокко работала Соня ,мне до него далеко.в рашке то чем мы занимаемся почти вне закона и основные покупатели нашего контента на западе,где нас ценят за смазливость наших девок,которая даст фору венгеркам и чешкам которые были в фаворе в 90 годах когда старик Вудман открывал таланты в праге и будапеште.Тот замолчал,а потом спросил :слушай мужик а зачем ты подписался на это ? из за денег? или бабы не дают? Слупер медленно затушил сигарету что бы успеть осмелеть и ответил: Из за Сони -То есть? -Хотел познакомиться с ней .Какой еще был способ приблизиться к ней кроме сняться с ней в порно?я не мовый русский и не кинопродюсер.увидеть ее рядом ,идти рядом с ней,говорить для нее ,любоваться ею .что бы она просто узнала обо мне .что я такой есть.какой бы я ни был Безоносый закрыл ладонями лицо,и сдавленно прорычал :На хуй.А нука пошел нахуй. Слупер успел одеться и перед тем как выскочить из квартиры получил пинок под зад.Он скатился по перилам и выпав на улицу ,зажал под мышкой Честертона .Теперь все казалось уместным ,клаксоны машин,сирены,крики детей,и он сам среди всего этого казался заслуженным .Он купил беляш и глотая горячее мясо пошел в сторону метро. |
| 11:14 pm | СПЛЕТНИ ЛИЦ    |
| Monday, March 1st, 2010 | |
| 3:31 am | сплетни запланированных интенций 2010-02-07 в сером пальто с оторванной пуговицей и спортивных брюках пошитых в Палестине,чувствуя легкий холинозависимый парез аккомодации, я впервые в жизни отправился голосовать на выборах.Войдя через парадный вход бывшего профессионально технического училища №8 ,мимо сидящих в холле милиционеров, вошел в избирательный участок и стал в очередь к большой женщине,которая 7 лет назад менялась в лице и меняла цвет кожи когда я покупал у нее хлеб .Зайдя в кабинку занавешенную тканью цвета флага Украины ,я сделал свой выбор меньшего или до сих пор невыясненного из зол и поставил плюс напротив имени кандидата.Уже не руководствуясь как в юности тем о чем прочел в записных книжках Альбера Камю :"ноябрь 1942 года: Красота, говорит Ницше вслед за Стендалем, – это обещание счастья. Но если сама она не является счастьем, что может она обещать?".  via Доктор jovich |
| Sunday, February 21st, 2010 | |
| 3:16 am | эпиграф середины ночи от сосноры |
| Friday, February 12th, 2010 | |
| 3:32 pm | 6-January-2010 - Cell Phone Exposure May Protect Against and Reverse Alzheimer’s Disease Contacts: Anne DeLotto Baier Tampa, Florida – The millions of people who spend hours every day on a cell phone, may have a new excuse for yakking. A surprising new study in mice provides the first evidence that long-term exposure to electromagnetic waves associated with cell phone use may actually protect against, and even reverse, Alzheimer’s disease. The study, led by University of South Florida researchers at the Florida Alzheimer’s Disease Research Center (ADRC), was published today in the Journal of Alzheimer’s Disease. “It surprised us to find that cell phone exposure, begun in early adulthood, protects the memory of mice otherwise destined to develop Alzheimer’s symptoms,” said lead author Gary Arendash, PhD, Research Professor at the Florida ADRC. “It was even more astonishing that the electromagnetic waves generated by cell phones actually reversed memory impairment in old Alzheimer’s mice.” |
| Saturday, February 6th, 2010 | |
| 1:38 am | Боб Дилан : Я не считаю себя поэтом, потому что мне не нравится это слово – "поэт". Считайте меня гимнастом на трапеции. Все говорят: Дилан ни с кем не разговаривает. Что за чушь? Я не для этого появляюсь перед публикой. Быть заметной персоной – это тяжёлая ноша. Христа распяли потому, что он стал слишком заметен. Так что я всегда предпочитаю исчезать. Я никогда не хотел стать пророком или спасителем. Возможно, я хотел стать Элвисом. Я очень легко представляю себя на его месте. Но пророком – нет, никогда. Когда я впервые услышал Элвиса, я понял, что никогда не буду ни на кого работать, и никто никогда не будет моим начальником. Я услышал его и почувствовал себя так, будто вырвался из тюрьмы. Я уже не так молод. Поэтому каждый раз, когда я просыпаюсь утром и чувствую прилив сил, я думаю: "Отлично, кажется, я увижу Элвиса не так уж и скоро". Однажды меня спросили, помню ли я тот день, когда Гитлер покончил с собой. А я даже не помню, что когда-то был ребёнком. В Хиббинге (город в штате Миннесота. – Esquire), где я вырос, никогда не было раввина. Он появился в тот момент, когда подошло время для моей бар-мицвы (иудейский обряд, связанный с достижением мальчиком 13-летнего возраста. – Esquire). Он приехал в Хиббинг всего на год – просто вышел вместе с женой из автобуса посреди зимы. Это был старик из Бруклина, с белой бородой и в чёрных одеждах. Его поселили над кафе, которое было главным развлечением города. Собственно, это было рок-н-ролльное кафе, где я торчал все дни напролёт. Так что каждый раз после положенных часовых занятий с раввином я просто спускался вниз и с головой нырял в безумие. Я из Миннесоты. Это место, где ничего не происходит. Я не буду врать и говорить, что свалил оттуда, потому что хотел посмотреть мир или собирался покорить его. Послушайте, я просто свалил оттуда, и когда я сделал это, я думал только об одной вещи: мне нужно было выбраться и никогда не нужно возвращаться. Мой отец оставил мне не много, почти ничего. Как вы знаете, он был очень простым человеком, и всё, что у меня осталось – это его слова. Однажды он сказал мне: "Сын, ты ведь знаешь, что в этой жизни очень легко замараться так, что даже твои отец и мать отвернутся от тебя. Поэтому помни: если такое случится, единственным, кто продолжит верить в твою возможность исправиться, будет Господь Бог". Я довольно далеко отошёл от веры. Потому что вера заставляет тебя постоянно чувствовать себя виноватым. Люди редко делают то, во что верят. Гораздо чаще они делают то, что удобно в данной ситуации, а потом жалеют об этом. Если ты хочешь найти кого-то, кому можно верить, прекрати обманывать себя. Есть одна штука, которую большинство просто не способно понять: ходить с длинными волосами – гораздо теплее, чем с короткими. Коротковолосые замерзают гораздо быстрее. Они вынуждены скрывать свой озноб и дрожь и вечно завидуют тем, кто сейчас в тепле. А потом такие люди становятся парикмахерами или даже хуже того – конгрессменами, да и у большинства тюремных надзирателей тоже короткие волосы. И вообще, вы когда-нибудь отмечали, что у Авраама Линкольна волосы были значительно длиннее, чем у Джона Уилкса Бута (театральный актёр, убийца Линкольна. – Esquire). Ненавижу болтовню про равенство. Единственное, в чём люди равны, так это в том, что все они когда-нибудь умрут. Мне нравится Барак Обама. Он – как персонаж какой-то книги, только существует на самом деле. Политики всегда порождают больше проблем, чем способны решить. Когда я смотрю новости, я понимаю: миром правят те, кто никогда не слушает музыку. Война сегодня ведётся везде. Иногда мне кажется, что война идёт даже на задних дворах. Мораль и политика слишком далеки друг от друга. Наверное, я готов написать песню даже о Джордже Буше. По крайней мере, подобрать рифму к его имени будет несложно. Если разобраться, я не написал ни одной политической песни. Потому что музыка не может спасти мир. За всю свою жизнь я написал лишь четыре песни, но эти четыре песни я написал миллион раз. Я никогда не предварял ни одно своё выступление чем-то вроде: "Знаете, мелодию для этой песни я попросту украл там-то". Мне наплевать на происхождение мелодии – ведь все мелодии традиционны в том или ином смысле и появились здесь задолго до того, как появился я. Фолк уничтожил себя сам. Никто не занимался его уничтожением. При этом он всё ещё здесь, и всегда будет оставаться здесь, если ты знаешь, где искать. Чтобы узнать что-то обо мне, можно просто послушать мои песни. Главное – выбрать правильные. Ведь я не драматург, поэтому все персонажи моих песен – это я. То, что тебе нравится моя музыка, не значит, что я тебе что-то должен. Что хорошего в фанатах? Ты не можешь позавтракать аплодисментами и спать с ними тоже не получается. Бывает, ко мне подходит кто-то и говорит: какой же вы всё-таки клёвый. Но я редко принимаю это за комплимент. Потому что те, кто говорят: какой же вы всё-таки клёвый, как правило, законченные психи. Когда-то давно жена моего дяди наседала на меня с одной и той же просьбой: "Бобби, когда же ты, наконец, напишешь песню обо мне? Я хочу оказаться на радио". Выслушивать это было нестерпимо и мучительно. "А я уже написал, тётя, – сказал я однажды. – Просто у вас приёмник настроен не на те станции". Я не чувствую никакой ответственности за тех, кто называет себя моими поклонниками. Я чувствую ответственность только за то, что я создаю, а созданием поклонников я не занимаюсь. Всё, что я могу – это быть самим собой перед теми людьми, для которых я играю, не заигрывать с ними и не называть себя Великим Борцом, или Великим Любовником, или Великим Вундеркиндом. Я ни то, ни другое и ни третье, и я никого не хочу вводить в заблуждение. Пусть этим занимаются на Мэдисон-авеню (нью-йоркская улица, на которой традиционно располагаются офисы рекламных компаний. – Esquire), ведь продавать – это их дело. Мне нравится зарабатывать деньги. Чтобы быть поэтом, совсем не обязательно постоянно что-то писать. Некоторые всю жизнь работают на автозаправке – и они поэты. Считается, что мир искусства полон красивых женщин. Но я так скажу: тому, кто хочет повидать в своей жизни кучу красавиц, лучше сделаться адвокатом или доктором. А ещё лучше – частным детективом. Тот, кто хочет всерьёз заняться музыкой, должен помнить: аккордеон способен заменить практически все инструменты. Музыка должна быть такой, чтобы она застревала в твоей голове, как зубная боль. "Битлз" – это великая музыка. Но я бы не назвал её рок-н-роллом. Рок-н-ролл – это подростковая имитация секса, только и всего. Кажется, я слишком часто смотрю телевизор. Это разочаровывает и лишает меня сил – видеть, как современные молодые люди идут сегодня по улицам со своими мобильными телефонами и айподами в руках, с головы до ног завёрнутые в файлы и видеоигры. Все эти штуки крадут их личность, не позволяя им настроиться на волны реальной жизни. Конечно, они свободны и могут делать всё, что им хочется – если тут вообще можно говорить о свободе, – но ведь свобода сегодня стоит недёшево, и я надеюсь, они смогут понять эту мысль до того, как растратят свои жизни на различную электронную чушь. Не думаю, что я живу вне современного мира. Просто чуть в стороне. Люди, которым на всё плевать – разные люди. Заправщик на бензоколонке и дзен-буддист не хотят забивать себе голову по совершенно разным причинам. Я продал более ста миллионов своих пластинок. Но у меня нет никаких идей по поводу того, как такое могло произойти. Успех – это возможность просыпаться утром и засыпать вечером, успевая делать между этими двумя событиями то, что тебе по-настоящему нравится. Вдохновение заглядывает в гости не так часто, как хотелось бы. Так что хватай его там, где ты его встретил. Надежда и страх всегда идут рука об руку, как профессиональный комедийный дуэт. Если мы научимся запоминать все наши сны, мы сможем очень многое узнать о своём подсознании. Это как узнать, что там, в тёмном углу, даже не приближаясь к нему. Я уважаю хаос. Но я не уверен, что хаос уважает меня. Невозможно быть влюблённым и мудрым одновременно. Кажется, я застрял в восьмидесятых. |
| Sunday, January 31st, 2010 | |
| 7:00 pm | сплетни увяданья увидев фотографию сделанную с высоты полета мух и ночных бабочек выпускницей факультета журналистики МГУ, я обнаружил что начал лысеть и из под так нравившихся женщинам густых волос пробивается тонзура плеши  я не ожидал того что этот очередной симптом изношенности, меня совсем не огорчит .будто бы бы мой физический облик становится все более тождественен внутреннему,тому представлению о себе как о старике ,беспомощном старом еврее,который сформировался у меня много лет назад и эта лысина лишь приблизила меня к тому ,что бы стать наконец самим собой |
| Tuesday, January 26th, 2010 | |
| 4:40 pm | преодолевая приступы деперсонализации,ипохондрической солипсизмофобии,интоксикации Самотрансценденцией от чтения в тойрэ,доконал купленный в Буклете и подаренный мне индийской танцовщицей обмывшей свои ноги в Индийском океане- роман Пинчона "V"Пелевина "T". что бы в очередной раз спастись от своей метафизической (трусости) ранимости ,придумывал роману литературоводческие клише :триллер метафизической конспирологии ,когда уже не мир далеко не то что мы о нем думаем,но и мы сами не те и вообще никто,Пьер Клоссовски для бедных,Акунин для интеллектуалов ,гносеологический научпоп.... прочел для калибровки своей адекватности впечатления от романа angels_chinese. Прекраснодушие Николая гедонизирует в кавайность любые прочитанности и увиденности,с упоением усваивая фэнтази,аниме,викторианскую прозу,артхаузные фильмы ,деяния психоделических апостолов,киберпанк и тд. перевернув 383 страницу я отбросил от себя книгу как гигантскую сороконожку .невротическое во мне снова победило эстетическое,фиологическое,чтение уже не как метод наслаждения,а как разновидность пытки. мне не хватит вандализма и символизма что бы сжечь ее как Франсуа Мориак сжег "Подросток" Достоевского или моя мимолетная преподавательница экономики из НарХоза ,устроившая на пляже костер из "Это я Эдичка". Я даже не сумел реализовать свой порыв по ритуальному уничтожению Майн Кампф увиденной на полке магазина ФэнШуй Current Mood: headache |
| Thursday, December 24th, 2009 | |
| 2:26 pm | инна кушанрева пишет: Несколько лет назад французам очень хотелось найти нового Трюффо, и им сделали Арно Деплешена. Который, конечно, вряд ли мог бы претендовать на место нового Годара, но не без того: Деплешен – изощренный формалист, который, оставаясь в рамках "психологического реализма", не пытается сделать форму прозрачной и незаметной, а наоборот. Начиная с "Моей сексуальной жизни, или как я сам с собой спорил" (Comment je me suis disputé... (ma vie sexuelle), 1996), он делает из вполне камерного сценарного материала многофигурные полотна, в которых с виртуозностью на грани избыточности оркеструет разнородные формальные приемы, отчего простые по сути своей истории наделяются почти монументальностью. Во всяком случае, это уж точно не то скромное, гладкое европейское кино без свойств, новое qualité française. Возможно, Деплешена привлекают лавры Ингмара Бергмана. В интервью он говорит, что на "Рождественскую сказку" повлияла "Сарабанда" Бергмана. Это, конечно, не Бергман-экстрим, а поздний, умиротворенный фильм, почти сказка. Сказки бывают моральными и календарными ("Моральные сказки" и "Сказки четырех времен года" Ромера). Фильм Деплешена сказка в квадрате – рождественская. На рождество в Рубе льет дождь, ветер обрывает на опустевших улицах гирлянды электрических лампочек и раскачивает наряженные елки. Позднее, когда герои отправятся в местный кинотеатр, там будет висеть афиша "Нового света" Терренса Малика. Городок Рубе, по мысли режиссера, и есть такой новый, первозданный мир, nowhere. Звучит музыка Мендельсона – "Сказка в летнюю ночь", обещающая чудесное разрешение всех конфликтов. Вот в такую неуютную ночь в большом доме раздается звонок, и отец, ворча, отправляется отпирать: кого только может принести в такую погоду. Ну да, это блудный сын, несколько лет назад изгнанный из семьи. ( Read more... ) |
