| Мое погоняло "Берроуз" |
Jun. 28th, 2024|02:21 am |
введение
1. детство и образование
2. В битах
1942 - 1946
Чтобы разобраться с тем как Берроуз попал в литературное движение "битники", нам нужно вернуться назад к тому времени, когда Берроуз учился в средней школе. Тогда он и познакомился со старшим братом своего одноклассника, Давидом Камерером. Их объединяла любовь к мужчинам и литературе, и они быстро стали хорошими друзьями. Давид получил филологическое образование и стал учителем Английского языка. Но его подход к преподаванию был не совсем ортодоксальным, потому что он часто предполагал сексуальный интерес мальчиками, у которых он преподавал. Он также-был скаут-мастером, но его выгнали с этой должности после того как он порвал уздечку во время похода с воспитанниками. Судьбу Камерера предрешило то, что он влюбился в своего ученика Люсьена Карра. По воспоминаниям всех причастных лиц Люсьен отличался совершено ангельской внешностью. Но Камерер дождался того, как Люсьену исполнилось 14 лет, чтобы признаться тому в любви. Но Люсьен не был заинтересован в гей-отношениях и не отвечал Камереру взаимностью. Но Люсьен не был тем ангелом внутри, которым казался снаружи. Он быстро превратил Камерера в раба для удовлетворения своих порочных потребностей. То есть заставлял покупать себе алкоголь и сигареты. При первой встрече с Берроузом в Сент-Луисе тогда еще школьник Карр просил отвести его в бордель. Еще Карр любил розыграши. И его розыгрыши включали в себя пожары, затопления квартир и потопление яхт. Однажды вместе Карр и Камерер забрались в апартаменты, где Берроуз жил в Чикаго, и все там Обассали. И Берроуза за это выгнали на Мороз.
И, видимо, из-за этого Берроуз примерно в 1943-м году возвращается в Нью-Йорк. Вроде бы, примерно в это время Карр попадает в Колумбийский Университет. И за ним туда едет и Давид Камерер. Девушка Карра снимает квартиру рядом с кампусом вмнсте с другой студенткой Колумбийского Университета. И эта студентка оказывается девушкой Джека Куруака. Керуак сам человек интересной судьбы. Выходец из небогатой франкоговорящей католической семьи, поступил в университет по футбольной стипендии. Но потом ему пришлось оставить учебу и работать моряком. И Керуак и Карр встречаются на этой квартире и внезапно находят обшей интерес в литературе. Причем, хотя Люсьен младше, он более образованный и начитанный. И он становится своего рода литературным ментором Керуака. Примерно в тоже время Карр знакомится с Алленом Гинсбергом в общежитие. И постепенно вокруг Люсьена складывается такой круг любителей литературы и музыки. они устраивают посиделки в квартире у Керуака и в недорогих кафе и ресторанах. Больше всего их интересовал Артюр Рембо, Лотреамон и другие "проклятые поэты", Ницше, а также ирландец Уильям Батлер Йетс. Причем, именно Кар становится лидером этого круга. Но Берроуз там тоже участвует. Гинсберг вспоминал, что Берроуз был первым человеком в его жизни, который много по памяти цитировать Шейкспира, и произвел на него очень большое впечатление.
Но не все у этой компании шло гладко. В какой-то момент фиксация Давида на Люсьене преодолела все переделы. Дошло до того, что когда Камерер и Берроуз пришли в гости к Джеку и Люсьену, и Люсьена не оказалось дома, то Камерер попытался повесить на галстуке котенка Китката, который жил с Керуаком. Это все говорит о том, насколько Давид Камерер был не в порядке. Однажды Камерер пришел к Люсьену и стал просить того дать пососать его член. Но Карр так разозлился на Камерера, что стал кричать, что хочет убить его. Тогда Давид cтал закричал в ответ: "Тогда убей меня". И тогда Карр схватил нож и пырнул им Камерера. Камерер не сопративлялся. Косплей проклятых поэтов зашел слишком далеко, но не закончился. Люсьен Карр превратил расследование и суд в "театр жестокости" Антонена Арто. Берроуз и Керуак по мотивам этого дела написали книгу "И бегемоты сварились в своих бассейнах". Они по очереди писали главы и их стиль сильно отличается. Берроуз, например, серьезно целился на жанр "Крутой Тру Крайм". Я эту книгу не читал, так как она мне казалась скорее литературным курьезом, а не вехой. Она долго оставалась не изданной, до смерти Люсьена Карра. Также эти события отражены в нескольких сольных романах Керуака, недавно запрещенном в России романе "комната Джовани", и в фильме "Убей своих любимых". Когда я смотрел этот фильм, я больше сопереживал Камереру. Но тут Барри Майлз показал всю важность личности Личности Люсьена Карра, и то каким чудовищем был приставучий Давид Камерер. И моя оценка этих событий изменилась.
Но практическим результатом этого происшествие стало то, что компания битников оказалась без лидера. И лидерство перешло к Берроузу как к самому старшему и опытному товарищу. Стиль Люсьена был понятной, поддающейся анализу, темной романтикой, в то время. Мне очень понравилось как Барри Майллз в этом месте подробно описывает библиотеку и литературные вкусы и привычки Берроуза. Начнем с того, что Берроуз декларировал научный подход к чтению. Он говорил, что читает книги для того, чтобы извлекать из них строго определённую информацию. У Берроуза были учебники по восточным единоборствам, карточным фокусам, йоге и психоанализу. Но также у Берроуза было и много художественной литеры, куда входили и авторы тогда мало известные в Америке: Кокто, Бодлер, Селин, Джойс, Блейк, Элиот и другие, а также Гоголь и литературное критика Набокова. Но главное об идеях Берроуза говорит следующее высказывание: " Грамотность — это проклятие человечества. Однако, если на вас лежит проклятие грамотности, то вам следует читать только Коржибского, Парето и Шпенглера". Берроуз даже подарил Керуаку том "Заката Европы" Шпенглера. Тут во первых, интересно то, что что Берроуз ставил такую около-политическую публицистику выше художественной литературы. А во вторых, получается, что у Берруза были очень специфические политические взгляды на стыке консерватизма и технократии.
Примерно в то же время, когда Керуак и Берроуз писали "Бегемотов", лидер битников начинает употреблять опиаты. Вообще, Берроуз и опиаты — это отдельная большая тема. Но я не буду останавливаться на ней подробно, потому что она хорошо описана в романе Берроуза "Джанки". Мне кажется, что Берроуз начал употреблять опиаты, потому что для него это было поводом проводить еще больше времени "на дне" c разными мелкими криминальными элементами и прочей падалью, что Берроуз фетешизировал. Важно тут, наверное, то что кроме круга битников у Берроуза был и второй круг общения, состоящий из воров и торговцев наркотиками. И в какой-то момент эти круги стали взаимопроникающими. "У Берроуза" интеллектуалы из Колумбии знакомились с уличными гопниками, и, наверное, это оказало влияние на литературу (не только самого Берроуза), а гопники в результате этого общения начинали читать книжки и обогащали свой словарный запас. Но кроме Берроуза почти никто не стали активно употреблять опиаты, но не на шутку увлеклись бензедрином, разновидностью амфетамином .
Удивительно, но в какой-то момент движение битников распалось на два потока. Это были "Западники" и "Cлавянофилы-почвеники". Позицию "Западников" отстаивали Гинсбург и Берроуз, которая в грубых чертах, заключалась в превосходстве Европейской культуры над Американской. А им оппонировал "почвенник" Керуак, который считал, что новая литература должна искать искру божию в простых работягах из "одноэтажной Америки". Причем, все замечали, что фракция "Западников" имела определенный еврейский и гомосексуальный окрас, хотя Гинсберг регулярно сосал и у Керуака. Сам Керуак при этом никогда не отказывался от своих христианских ценностей, и в дальнейшем дрейфовал в сторону все более консервативных взглядов, до полного разрыва с битниками. Забавно, что после знакомстве Берроуз замечал, что "Керуак крайне боится мусоров. Поэтому в случае чего он всех сдаст". И это поправение можно наверное считать некоторым вариантом того, что предсказал Берроуз, но более плавно размазанным по оси времени. Кажется ту же логику можно применить и к Российскому обществу. То есть его консерватизм, это такая попытка всех заранее сдать мусорам, чтобы хоть как-то прекратить их бояться. У Берроуза тоже был своеобразный элитарный консерватизм с Коржибским, но он был настолько оторван от социальной действительности, оторван от народа, что кажется, он не мог стать базисом вообще никакой политической практики и этим и был хорош.
Другой важный персонаж, о которым я еще не упоминал, это Джоан Волмер. Мне ее сложно описать и анализировать как персонажа. Она была одновременно интеллектуальной девушкой и чем-то типа разведенки с прицепом. И Берроуза каким-то образом угораздило не ней жениться, я пока не совсем понял почему. Наверное, в следующей части про нее будет подробней. Но важней всего то, что у Джоан была большая кровать с узорчатым одеялом. И эта кровать стала совершенно культов местом, примерно как Южинский переулок в Москве. Битники все лежали на этой кровати, закидывались наркотиками, рассматривали узоры и обсуждали метафизику и трансцендентное. Потому что именно метафизика и трансцендентное было специализацией Джоан. Там же и происходили большинство споров между "Западниками" и "Cлавянофилами-почвениками". В какой-то момент битники и Джоан стали употреблять столько наркотиков, что у Джоан начались галлюцинации. После окончания второй мировой войны Джоан очень боялась радиации атомных бомб. И она всех убедила, что проблемы со здоровьем у них не от наркотиков, а от радиации. И что Нью-Йорк уже заполняют радиоактивные мутанты. И битники реально их видели, потому что у них началось что-то типа индуцированного психоза. И они какое-то время жили как при пост-апокалипсисе.
Но Билли Ли покинул Нью-Йорк не из-за мутантов, а потому что он стал светиться в криминальной хроники. И мусора стали конкретно его пасти. Но куда он поехал, и что с ним было я расскажу в следующий раз. A насчет битников, то тут складывается интересный взгляд на их творчество как на коктейли из темной романтики, знакомства с бытом ундеркласса и очень своеобразным авангардизмом, который в основном шел от Берроуза. Мне они серьезно чем-то напоминают Южинских. Но такие кружки, наверное были во все странны и все времена. Удивительно. насколько же люди везде одинаковые. |
|