Пес Ебленский

The Businessman

Sat, 04 Apr 2026 23:32:34 GMT

Томас. М. Диш.

Бизнесмен
1986

Я не забываю читать Томаса Диша. Я перешел к чтению романов из циклов «Cверхъестественная Минесота». Первый роман «Бизнесмен» у меня вызвал смешенные впечатления. Но для начала отмечу, что этот роман пытается продать себя как «хоррор». Но на самом деле как правильно замечают в википедии этот роман отнесится к особому жанру «Бенксианский роман», то есть роман про жизнь после смерти. Хоррор элементы там конечно есть, подробней о них я расскажу ниже. Но проблема у этого романа примерно такая же как и многих других хорроров того времени: первая часть романа до того как призраки начинают активно действовать мне показалась не очень интересной. Скорее всего дело в том, основные персонажи романа не очень интересные. Другая особенность романа — довольно эксцентричный и даже кэмповый загробный мир. Я получил от чтения о нем довольно большое удовольствие, но не в сем такое понравится. Также к минусам роман я отнес бы довольно арбитрарные правила этого потустороннего мира. То есть они, конечно создают для Диша кавалькаду приключений и ярких образов. Но ощущения цельного ворлд-билдинга от этого не возникает. И тем не менее я считаю эту работу довольно успешной.

cпойлеры

Cюжет романа примерно такой. Есть «бизнесмен» из названия, Роберт Гландьер, толстый неприятный мужик. Но он даже ненастоящий «бизнесмен», а так, топ-менеджер в технической компании. А еще типичный республиканец из начала 80-х, фанат Мильтона Фридмана и гомофоб. У него была жена Джойслин, а потом он ее убил при странных обстоятельствах. Фотография ее же мужа сказала ей, что он собирается убить ее. И она уехала в Лас-Вегас, предварительно купив набор прихваток на магнитах, часть из которых перед отъездом она подарила своей матери Джо Анн Анкер. В Лас-Вегасе Джойслин получила невероятную удачу, и жила на выигрыши от одноруких бандитов. А другим ее хобби было занятие сексом с проигравшими все мужчинами. Но в конце-концов Гландьер отследил ее и задушил. И никто не мог вычислит его как убийцу, потому что у него было подставное алиби, что вовремя убийства он был на рыбалке. Дальше его теща Джо Анн заболела раком и тоже умерла.

И умерла она на могиле дочери и из-за этого ее дочь появилась у себя и Гландьер дома, в качестве призрака, и она теперь якобы вынуждена преследовать его, пока тот не сознается в ее убийстве. Но внезапный поворот сюжета! Джойслин оказывается беременна своим абортированным ребенком от Роберта, но уже в качестве призрака. И этот призрак абортированного ребенка тоже настроен на месть. А теща Джо Анна Анкер попадает в высший мир. Она как консервативная набожная католичка. Но этим раем, внезапно, заведует еврействующая артистка Ада Менкен, прославившаяся ролью голого казака в спектакле «Мазепа». Джо Анн говорит ей, что хочет помочь своей дочери. И Ада Менкен отправляет ее на землю с волшебным кольцом, которое должно помочь ей. Это кольцо позволяет призракам взаимодействовать с материальными предметами. И Джо Анн спускается в наш мир, но в образе статуи Девы Марии половинного размера. В таком виде она встречает свою дочь. Но ей нужно вовремя вернуться в высшей мир, чтобы окончательно не превратиться в статую. Но вернуться назад можно по эскалатору в торговом центре. По дороге туда они встречают поэта Джона Берримана, cбросившегося с моста в Миннеаполисе. Ада Менкен не пускает его в высшей мир, пока он признает, что ее поэзия не хуже его.

Тем временем из Лас-Вегаса на похороны приезжает отвернутый сын-гей Джо Анн, Бинг, профессиональный ведущий бинго. Он проводит спиритический сеанс с использованием игры Скрэбл, и узнает всю правду про убийство. Но вскоре после этого Джойслин рожает демонического ребенка в мире призрака призрака. Демон может вселяться в животных и детей. Вначале он вселяется в соседского Скотт-терьера по кличке Сахарок. И в этом обличие они он убивает свою хозяйку и отправляет Бинга в реанимацию. Он также атакует прихватки на магнитах. Эти прихватки действуют как призрачные оковы Джойслин. И повредив их Джойслин теряет форму призрака и попадает в иву. Она становится дриадой. Но в форме ивы ей на все пофиг. Тем временем демонический ребенок вселяется в соседского мальчика. В этой форме он пытается убить Бинга, но в результате убивает одного случайного пациента, священника, психотерапевта Роберта и всю cемью того самого мальчика. Из-за убийства психотерапевта Роберта задерживает полиция. Тем более Джон Берриман донимает его более серьезно, а не как жена, которая была очень никчемным призраком. И он сознается в убийстве жены. Но демонический ребенок заключает с ним договор, что тот вытащит его из тюрьмы, но за это он отправится с ним в ад. И именно для этого он убивает семью мальчика и сжигает его самого, чтобы привлечь полицию к «подростку-убийце». Но потом Роберт пытается кремировать Джойслин, и он падает к ней в гроб, в то время как тот едет в печь. И так символически он отправляется в ад.

Но мораль и один из месседжей этого произведения в том что Ада нет. И вот что происходит с персонажами. Джо Анн занимает роль Ады Менкен как привратницы высшего мира. Бинг наследует недвижимости как Джо Анн, так и Грандье. В одним доме он живет сам, а в другом открывает шелтер для бездомных квир-подростков. Самого Грандье приговаривают быть призраком в туалете у Бинга, никакого ада. А Ада Маникен и Джон Бэрриман отправились жить в высшей мир. А самая интересная судьба сложилась у Джойслин. Она вначале была дриадой, потом ее реинкарнировали в качества воина из африканского племени Масаи. Но ей не удалось прожить жизнь война. Потому что когда зиготе было 2 месяца ее абортировали.

Теперь давайте вернемся к анализу. Если читать этот роман как хоррор, то сцены с ребенком-демоном могут оказаться действительно для ко-то действительно ужасающим. Хотя они меня и не напугали. И Диш действительно умеет писать как эстетствующий садист. С другой стороны особенность романа в том, что почти все убитые персонажи, возвращаются как души в высшем мире. И это очень меняет впечатление от смерти персонажей. Кроме того все эти ужасы в романе чередуются с совершенно слапстиковой комедией. Поэтому это часто воспринимается уже не как хоррора. Вот например как призрак Берримана достает Грандье:«Даже возясь с пряжкой ремня, он понимал всю безумность происходящего — среди всех этих ужасов он испытывал сильнейшую панику при мысли о том, что вот-вот обделается. Однако реальность его собственного физического существования была якорем для его рассудка. Даже когда его сфинктер судорожно сокращался от страха, он чувствовал своего рода благодарность за его прочность и реальность. Он спустил штаны и испачканные трусы до колен и, разбрызгивая жидкие экскременты, рухнул на унитаз. Ощущение облегчения заставило его заплакать — но лишь на мгновение. Затем, всё ещё страдая от диареи, он поднялся с унитаза, крича и раздирая пальцы отрубленной руки, которая схватила его за мошонку и яички. «Теперь ты признаешься?» — крикнула отрубленная голова из гостиной.».

Можно еще сравнить это произведение с другими «Бенксианскими романами», особенно с теми, кто активно эксплуатирует элементы хоррора. В первую очередь в этом направлении мне приходит ролевая игра «Wraith: The Oblivion», хотя это и ролевая игра, но и не роман. Но по традиции хороших ролевых книг правил там во вступление приводится список рекомендованной литературы:

T. M. Wright: A Manhattan Ghost Story

Poppy Z. Brite: Drawing Blood

Peter Straub: Ghost Story

M. R. James: Ghost Stories of the Antiquairy

Shirley Jackson: The Haunting of the Hill House

Joe Hill: Heart-Shaped Box

Thronton Wilder: Our Town

Stephan King: The Shining

Henry James: The Turn of the Screw

Но к сожалению, я не читал эти книги. Потому могу рассуждать только обще. Кажется, что главным отличием от мира той же «Wraith: The Oblivion» в романе Диша является то, что темный и мрачный мир мертвых тут заменен на нечто игривое и кэмповое, где даже на спиритический сеанс призраков вызывают по телефону. Больше всего мир этого Романа мне напоминает «Иерусалим» и «Длиннаый Лондон» Алана Мура. Сам Диш пишет тут, что его высшей мир работает на силе воображения и правит балом там поэзия. Именно по этому распорядителем загробного мира там выступает Ада Манекен. Это очень похоже на тот как «Высшая Реальность» описана у Мура в этих романах. Можно даже вполне представить, что «Бизнесмен» Диша происходит в одной вселенной c «Иерусалимом». Например в высший мир Мэнкен и Берриман попадают также как в Иерусалим Мура, карабкаясь по дереву. Даже определенное внимание к литературной тут есть, правда в лице тех же Берримана и Менкен. Конечно, Бизнесмену не хватает масштабу, и Дишу погружения в историю. А Миннесоте не хватает истории Нортгемптона и Лондана. Поэтому, поднявшись по дереву, герои видят не фантастический город а прерии и уходящии в Миссисипи. Потом, правда, прилетает Христос на Дирижабле в форме спасателя и забирает их в «рай». Опять же вот такаю тут кэмповость. Другим отличием можно считать свободу передвижения призраков у Мура. У него они могут путешествовать в пространстве-времени. А тут призраки наоборот привязаны к оковам и вынуждены быть узниками определённых мест и людей. Даже пройти сквозь стены нормально они не могут, не то что сквозь время. А чтобы открыть дверь им нужно волшебное кольцо. Но о мире «Мистической Минесоты» мы узнаем тут очень мало. Поэтому «Бизнесменна» можно считать минималистичной версией « Иерусалима».

Другим произведениям на которое мне напомнило эта книга — это «Твин Пикс». Причем, даже не первый, а третий сезон. В этом сериале агент Купер по сути ищет и пытается спасти дух уже мертвой Лоры Палмер. И также в этой книге герои пытаются спасти Джойслин. Также состояние Джойслин перед смертью, когда она выигрывала на слот-машинах в Лас-Вегасе, напоминает аналогичную сцену с агентом Купером из третьего сезона Твин Пикса. Диш объясняет это везение на автоматах тем, что Джойслин была святой. И я думаю тот же ключ можно использовать и для анализа Твин Пикса.

И в конце я предложил бы обсудить католические образы в этом романе. Мне кажется, то что Джо Анн вначале предстает в образе Девы Марии, а потом становится фактически привратницей высшего мира не случайно. Потому что среди католиков существует поверие, что грешники, если они не готовы быть судимы святым Петром, могут обратиться к богородице, и она из жалости может все равно взять их в град божий. Мне кажется, что Джо Анн фактически берет на себя именно эту роль. Именно она принимает Бэрримана, самоубийцу, в «рай», а не Ада Мэнкен. Причем, это поверие не является частью католической доктрины, но широко распространенно в народе. Мне кажется в этом романе и в серии «Мистическая Минесота» вообще Диш противопоставляет догматической церковной вере веру народную. Мне кажется, что это для него важная тема в 80-е. И он явно находится на стороне последний. Ту же альтернативную веру олицетворяет Бинг, верующий католик-гей, который практикует спиритические сеансы-гадания с помощью настольных игр. Но главный поворот, заключается в том, что этим гаданиям его научил священник-гей в Лас-Вегасе. А с возмущением его образ жизни воспринимает только провинциальный поп из Миннесоты. И эта намекает нам что подобная мистическая изнанка кроме народных верований глубоко укоренена в самой Церкви. Другой горячей для католиков темой, котороя поднимается в романе становится тема абортов. С одной стороны аборт приводит к появлению ребенка-демона. В то же время для Джойслин в форме зиготы аборт становится освобождением. Диш не дает однозначных ответов. Но он придает нашему воображению усорение.

Этот роман берет идеи из классических историй с призраками и превращает их в нечто совершенно иное. В том загробном мире, который словом создает Диш, нет места справедливости. Ведь справедливость там полностью вытеснена поэзисом, воображением и странным юмором. Думаю не все читатели примут такой, но я всем бы рекомендовал попробовать.

Comments

history, memuar, music, pop, review, soundtracks2history

Thu, 02 Apr 2026 19:34:22 GMT

Итак, перейдём к Scott 4. В музыкальном плане этот альбом менее консервативен, чем Scott 3. В нём присутствуют полноценные ритмические секции, и он редко полностью поддаётся более традиционным звукам вальсов и маршей. Центральной темой этого альбома, кажется, является поиск новой мужской идентичности в постмаскулинном мире. Четыре песни на этом альбоме — «Самый сильный мужчина в мире», «Мальчик», «Старик вернулся (... нео-сталинстского режима)» и «Герой войны» — отсылают либо к этапам мужской жизни, либо к мужским ролям. А песня «Спрячься за мной» отсылает к фразе, которую может произнести мужественный мужчина. Интересно также, что «старик» отсылает к советской культуре и искусству. Это демонстрирует замечательную широту и глубину интересов Скотта. Сеттинг этого альбома — это уже не замерший, дождливый готичный Лондон из альбома Scott 3. Это теплое утро в свинцующем Лондоне конца 60-х. Но это не продолжение ночи тусовок, а лиминальное время между сном и бодрствованием. На более глубоком уровне этот альбом может говорить о творческом процессе, примерно на том же уровне как о нем рассуждал Блейк. Женские фигуры в этом альбоме музы и эманации. А истинный художник, создатель песен, оказывается разорван между высшими мирами муз и грубой эмпирической реальностью.

Альбом: Scott 4

Исполнитель: Scott

Год Выхода: 1969

Жанр: Baroque Pop

Cцена: Лондон

Scott 4 track by track

Открывающая композиция «The Seventh Seal» — это прямой пересказ одноименного фильма Ингмара Бергмана в форме баллады. Поскольку эта длинная песня, по сути, рассказывает хорошо известную историю, я не буду приводить ее текст текст. Скажу лишь, что музыка этого шедевра сочетает в себе трубу и готический средневековые песнопения на бэк-вокале, напоминающий звук настоящих соборов. Это больше похоже на записи Death in June, чем на поп-песню Скотта Уокера. И этот трек сразу же привлекает внимание слушателя.

Второй трек на этом альбоме — «On your own again». Это своего рода поп-трек с простой лирикой, поэтому тоже не буду приводить. В некотором смысле это настоящее вступление к эьому альбому, в то время как «Seventh Seal» — самостоятельный шедевр, приложенный к этому альбому как бонус. В качестве вступления этот короткий трек быстро передает две новые идеи альбома. Первая — это музыкальное использование ритма. Вторая идея — преодоление предполагаемого разрыва, ухода или другой личной трагедии. Это логичный следующий шаг после мрачной печали «Scott 3».

Трек The world's strongest man — песня действия, которой разворачивается в «свингующем Лондоне». Также, похоже, сохраняется позитивный тон «On your own again». В первом куплете герой песни заявляет о своем намерении заменить отсутствующую возлюбленную своим собственным эго. Это может быть новым смелым шагом для современного мужчины, который заменяет свою потребность и зависимость от женщины своим собственным андрогинным «я». В припеве говорится, что герой не самый сильный мужчина в мире, что противоречит названию песни. Это также может означать новую мужскую идентичность, не основанную на показной силе и достягательстве. К кому обращается Скотт? К обобщенной женской фигуре? Говорит ли он, что не может понять женский мир? Возможно, он противопоставляет ей прямую мужественность фаллических прямых башен. Но эти башни блестят «Как монетки». Это не признак величие или богатства. Наоборот, это признак дешевизны и пустой претенциозности. Или, может быть, он сравнивает здесь свои родную американскую культуру, с их небоскребами, и обычаи своего нового британского дома. Но во втором куплете персонаж ломается. И ему приходится признать, что ему все еще нужна его потерянная женская половина. Он должен признать, что в чём-то он слаб. На более глубоком уровне, женская фигура, к которой Скотт обращается, может быть музой или эманацией в духе Блейка. В этой трактовке башни это изощренные, но лишённые истинного вдохновения тексты или композиции. А упоминаемый в конце «теплый дизайн» — их противоположность. Текст песни:

[Куплет 1]

Когда утро повернулось ко мне,

Морские птицы пролетают сквозь его туманное лицо

И я вернулся сюда, чтобы занять твоё место

В моей жизни

[Припев]

Разве ты не знала, что я не самый сильный мужчина в мире?

Когда дело касается тебя и твоего мира, я теряюсь

Разве ты не видишь мои башни, они могли бы сиять, как монетка?

Верни меня снова к своему тёплому замыслу

[Куплет 2]

И снова, снова, снова

Тоскую по вещам здесь снова

И мне нужен твой смех, ты знаешь, я не могу притворяться

Больше

[Припев]

Разве ты не знала, что я не самый сильный мужчина в мире?

Когда дело касается тебя и твоего мира, я теряюсь

Разве ты не видела мои башни, они могли бы сиять, как монетка?

Верни меня снова к своему теплому замыслу.

Но следующий трек — «Amgels of Ashes». После двух предыдущих поп-рок-хитов это более спокойная и философская композиция. Что именно представляют собой ангелы пепла, я не уверен. Некоторые могут предположить, что это наркотики. Но третий куплет, кажется, содержит отсылки к идеям Фридриха Ницше или Мартина Хайдеггера. «Несокрушимая тьма» — это бездна, в которую можно заглянуть. «Emptinies empties» звучит похоже на «Das Nichts nichtet». А «no right and wrongs» может быть отсылкой к «за пределами добра и зла». Но могут быть и другие подобные философские отсылки. «Falling» в четвертом куплете также может быть отсылкой к высказыванию Ницше «падающего подтолкни». В конце песни ангелы должны делать людей сильнее. Это может быть отсылкой к общей идее достижения стадии сверхчеловека. И это резонирует с предыдущей песней. Потому что, чтобы стать сильнее, нужно признаться, что ты не самый сильный в мире. Но в конце Скотт поет о смирении и пути Франциска Ассизского. Это, кажется, полностью переворачивает весь посыл. Кроме того, это, похоже, вводит новую идею — идею силы в хрупкости, идею могущества в скорби. Именно это должно стать сердцевинной новой чувствительной мужской идентичности в пост-маскулинном мире.:

[Куплет 1]

Ангелы Пепла

Снова и снова вернут твои страсти

Их лучи света достигнут

Сквозь тьму и коснутся тебя, мой друг

[Куплет 2]

Они полетят в танце разума

И ослепят тебя крыльями

Окутанные пламенем

Если ты превратишься в эхо

Они, возможно, вспомнят твое имя

[Куплет 3]

В нерушимой тьме

Где пустота опустошается в одиночестве

Нет начала и остановки

Где нет правильного и неправильного

[Куплет 4]

Что ж, для некоторых это нормально

Кто может повесить абсурд на стену

Если твои слепые руки не могут нащупать

Сквозь эти безмерные воды, ты упадешь

[Куплет 5]

Ты слишком долго следовал шаблонам

И мимолетным ощущениям

И полнота, которая наполняет

Пульс длительности исчез

[Куплет 6]

Пусть великое созвездие

Слышен треск мерцающего пепла

Пусть они сгорят в огне

Все, что нужно для исповеди, — это слово, всего лишь слово

[Куплет 7]

Я могу порекомендовать ангелов

Я видел, как они сделали человека сильным, о, таким сильным

Если твое смирение проявится

Тогда я уверен, что они возьмут вас с собой

[Куплет 8]

Вы можете сказать им, кто вас послал

Это может помочь вам подняться на небеса

Вы можете сказать, что он смеялся

И он ходил, как святой Франциск, с любовью

«Boy Child» — это холодная, но в то же время тёплая, необычная песня, совершенно не похожая на поп-музыку. Она начинается с почти электронной звуковой гармонии, могла оказывать влияние на пост-индастриал с тех пор. Текст парадоксален. Мальчик из из названия, оказывается демоном, «сидящим» на спине и нуждающийся в изгнании. Он — препятствие на пути, обещанном «ангелами пепла» в предыдущей песне. Обещание молодости и новой жизни в первом куплете почти алхимическое. Следующие куплеты также передают это ощущение, но они ещё более загадочны. В последнем куплете мальчик больше не демон. Но тогда кто он? Воспоминание, психологическая травма? Экзорцизм осуществляет некая леди рассвета c помощью песни, которая может быть параллелью другим женским образам на этом альбоме. Также важно, что мальчик-бес пришел без имени, а «ангелы пепла» должны назвать имя.

[Куплет 1]

Ты заблудишься

Мальчик едет у тебя на спине

Уведи его

Сквозь темные зеркала, полные трещин

Сквозь забытые дворы

Там, где ты раньше искал молодость

Старость обретает новую жизнь

Протяни руку, ты можешь потрогать, это правда

[Куплет 2]

Он не тень

Теней, как и ты, понимаешь

Сердца держатся

Если ты останешься одним, ты останешься свободным

Иди и ищи леди

Кто даст, а не отнимет

Обнаженная в тишине

Она остается на краю рассвета

[Куплет 3]

Ночь начинает опустевать

Вот тогда начинается ее песня

Она сделает тебя счастливым

Она заберет тебя глубоко внутрь

Огни окон для странников

Спрячься в своих опухших глазах

Эхо смеха

Спрячься в бедрах городов

[Инструментальная часть]

[Куплет 4]

Любовь, поймай эти Фрагменты

Вихревые в ветрах ночи

Чего это может стоить

Вернуть мальчику зрение?

Расширения сквозь измерения

Оставляют тебя в холоде и хромоте

Мальчик не должен дрожать,

потому что он пришел без имени

Вторая сторона пластинки открывается песней — «Hero of the war». Это очередная смена темпа. Более энергичная поп-рок-композиция, в которой Скотт обращается к матери ветерана боевых действий, вернувшегося домой самоваром. Песня антивоенная и сатирическая. Она разрушает старый идеал мужчины как солдата в империалистической иностранной войне. Эта песня крайне актуальна для современной России. Текст песни:

[Куплет 1]

Он герой войны

Весь район говорит о твоем сыне

Миссис Рейли, возьми его медали, раздай их всем

Покажи его пистолет всем детям на улице

Жаль, что он не может пожать руку или пошевелить ногами

[Куплет 2]

Он герой войны

Ты можешь увидеть его фотографию в местных новостях

Миссис Рейли, кажется, соседки нигде нет

Когда-то ты не мог удержать эту шлюху рядом

Ничего страшного, дорогой, ты снова с мамой

[Куплет 3]

Он герой войны

Как и его отец, отдавший жизнь на войне

Трагично, как ты чуть не умерла от боли, когда его рожала

Без мужа рядом во всем этом

Позвони в звонок, если проголодаешься или упадешь

[Куплет 4]

Ты герой войны

Почему эти слезы на Твоя щека? Это так нелепо.

Чувство пустоты, пустота героев, таких как твой сын.

И что заставило его бросить мать ради оружия?

Его гнало вперед, его оттесняли назад, и ничего больше.

Он герой войны.

«The Old Man’s Back Again (Dedicated to the Neo-Stalinist Regime)» — полное название этой песни. Некоторые считают, что она посвящена Пражскому восстанию. Но, на мой взгляд, она скорее отражение конца эпохи более либеральных шестидесятников и хрущёвской оттепели в Советском Союзе. В песне нет персонажа по имени старик, давшего название песне. Вместо этого она представляет собой панораму сцен, каждая из которых связана с советским творческим деятелем. Например, в третьем куплете речь идёт о советском поэте Андрее Вознесенском, известном своим стихотворением «Анти-миры». А в четвёртом куплете — о фильме Андрея Тарковского «Иваново детство». Даже к «Очереди» Сорокина тут есть отсылка. Хотя она вышла позже. Заглавный старик — не человек, он — репрессивная машина государства. Любовь к подобным репрессиям и Сталинизму должна быть высшей формой токсичной маскулинности, которую Уолкер критикует в других песнях этого альбома. Она крайне актуальна для современной России. Но также и для любого другого контекста, в котором громят искусство. :

[Куплет 1]

Я видел руку, я видел видение

Она тянулась сквозь облака, рискуя мечтой

Тень пересекала небо

И она раздавила его о землю, словно зверь

[Припев]

Старик вернулся

Старик вернулся

[Куплет 2]

Я видел женщину, стоящую в снегу

Она молчала, наблюдая, как они забирают её мужчину

Слезы жгли её щеки

Ибо она думала, что слышала, будто тень покинула эту землю

[Припев]

Старик вернулся

Старик вернулся

[Куплет 3]

Толпы собрались, отвернув лица

И они выстраиваются в очередь весь день, словно драконы отвращения

Пожилые женщины шепчутся

Говоря о том, чего же эти молодые горячие головы хотят от нас

И Андрей В. кричит, его глаза звенят, как колокольчики

Его Антимиры крутятся у него в голове

Он сжигает их во сне

Для полусонного они словно мертвы

[Припев]

Старик вернулся

Я вижу, он вернулся

[Куплет 4]

Я вижу солдата, он стоит под дождем

Для него нет старика, за которым можно было бы идти

Поглощенный своей болью

Озадаченный лицами, которые проходят мимо него

Он хотел бы другое имя

То, которое у него есть, — проклятие, кричали эти люди

Почему они не могут понять?

Его мать звала его Иваном, а потом умерла

[Припев]
Старик вернулся

Старик вернулся

Я вижу, как он вернулся

Да да да да да да да да

Дви-даба да дви-даба да дви-даба да дви-даба да да да да дододо ди дада дада да дадададада!

Следующая песня — «Dutches». «Dutches» звучит как типичная поп-песня о любви и кажется чем-то не совсем выстраивающемся в общий ряд этого альбома. Но первый куплет «Dutches» довольно загадочен. Возможно, это прямое продолжение песни «герой войны», потому что «твои дети живы и дышат», но это не значит, что у них все хорошо. Последняя строчка первого куплета звучит так, будто речь идёт о менструации или потере девственности. Но до этого упоминаются дети. Так что, вероятно, это не правильная интерпретация. «Герцогиня» может быть той же женской фигурой, которая должна помочь изгнать-исцелить мальчика-демона. Это также может значить, что она может быть музой или эманацией. А значит эта песня может быть о творческом процессе, а не о любви. Дети, которые все еще дышат — это песни, которые все еще популярны. «велосипедные звонки и твои картины Рембрандта» могут обозначать душный материалистический, эмпироцентрический мир, который противостоит настоящему искусству.

[Куплет 1]

Это твои велосипедные звонки и твои картины Рембрандта

Твои дети живы и всё ещё дышат

И твой взгляд, полный потери, когда ты встречаешь меня

Заставляет меня чувствовать себя вором, когда ты истекаешь кровью

[Припев]

Герцогиня, Герцогиня

Зажги для меня свечи

Герцогиня, Герцогиня

Верни мне всю свою любовь

Я прихожу, слушаю, я прикасаюсь прикосновением

[Куплет 2]

С Персидским морем, текущим по твоим венам

Ты сбрасываешь свои имена с временами года

И всё же они возвращаются со своими последними останками

И они кладут их перед тобой, как причины

Твоё сверкающее платье говорит «нет», оно говорит «да»

Оно говорит, что мне нечего скрывать

Это твоя беззаботная плоть и благодать твоей старухи

Это лицо твоей юной девушки, которым я дышу

[Припев]

Герцогиня, Герцогиня

Зажги для меня свечи

Герцогиня, Герцогиня, Герцогиня

Верни мне всю любовь

Я лгу, она плачет

«Get behind me» — песня в перепадах настроения. В ней загадочные меланхоличные фолк-нуарные куплеты чередуются с бодрыми припевами, напоминающими раннего Дэвида Боуи. Стоит отметить, что строчка «убирайся от меня» на самом деле может означать «убирайся от меня» или «изыди» в смысле «изыди, Сатана!», в том виде, как она встречается в Библии. И поэтому, возможно это именно та песня, которой нужно лечить-изнонять демона-мальчика из песни «Мальчика». Леди, которая упоминается в первом куплете скорее всего та же самая «герцогиня» из прошлой песни или «лэди» из «мальчика». Припев в этом контексте становится порадоксально противоречивым:

[Куплет 1]

Это знаки, как мы их видим

Нет никаких порогов

Нет никаких клятв, которые можно нарушить

Когда мы поднимаемся или падаем

Нет шума высоко над нами

Когда луна вращается в космосе

Только лицо леди

Которую мы любили за её благодать

[Припев]

Убирайся от меня, убирайся от меня

Не хочешь ли ты снова прислушаться ко мне?

Мне очень нужен друг

Убирайся от меня, убирайся от меня

Напомни мне напомнить

Не возвращаться туда снова

[Куплет 2]

Когда нити темных моментов

Начинают дрожать от звука

И почти сформировавшийся шепот затихает

Границы окружают

Мы продолжаем выходить за их пределы

Сквозь меняющиеся облака

Почему я не такой, как ты, брат?

Такой электрический, такой гордый

[Припев]

Убирайся от меня, убирайся от меня

Не хочешь ли еще раз прислушаться ко мне?

Мне очень нужен друг

Убирайся от меня, убирайся от меня

Напомни мне напомнить

Не возвращаться туда снова

[Куплет 3]

Освободи нас от этого чувства

Чтобы мы снова стали

Чтобы мы не чувствовали тяжести времени

И лица

Любви, через которую мы проходим,

Вновь появляясь в своем первоначальном виде

[Припев]

Убирайся от меня, убирайся от меня

Не хочешь ли еще раз прислушаться ко мне

Господи, мне очень нужен друг

Убирайся от меня, убирайся от мен

Напомни мне напомнить

Не возвращаться туда снова

Последняя песня — «Rhymes of Goodbye». Это мощный завершающий трек с медленной, но тёплой мелодией. Текст снова загадочен и требует тщательного анализа. Первый куплет намекает на освобождение и преодоление трагедии. Во второй строке снова упоминаются «замыслы». И, как известно, «замыслы» в этом альбоме ассоциируются с женщинами. Стремление к звезде может быть отсылкой к пути коммерческой поп-звезды. Тогда «импровизированные замыслы» — это низкокачественные песни такого певца. «Стремление к истине» может представлять собой произведение настоящего поэта. Четвёртая строка снова высвечивает конфликт этого альбома. Что именно ушло, что именно осталось? Правда? Правда — это истинная поэзия? Скотт обращается к своим старым путям, чтобы согреться. Скотту приходится писать коммерческие поп-песни, чтобы зарабатывать на жизнь, но это отдаляет его от истинной поэзии. Но улыбка музы возвращает его к ней. Предприпев загадочен. В припеве упоминаются ночные дети. Они, кажется, какие-то демоны. Или, может быть, это сны. Или может быть это ненаписанные песни. Второй куплет, похоже, говорит об эмпирических чувствах и материальных потребностях, которые могут испортить или помешать идеалистическому поэтическому гению. Тени и трещины уже появлялись как атрибут зеркала, с помощью которого творится магия в песни «мальчик». И то что их пронзают лучи солнца, тоже говорит о вреде эмпирического для творчества. В целом идея этой песни мне тоже кажется очень Блейковской. Текст песни:

[Куплет 1]

Я прошел долгий путь от цепей из металла и камня

От самодельных конструкций и поисков звезды

Чтобы ухватиться за истину, чтобы согреться

Я оборачиваюсь, и она исчезает, ты улыбаешься, и она рождается

[Предприпев 1]

Рифмы женского

Река, которая никогда не кончается

Рифмы измерения

Окружает нас огнем и друзьями

[Припев]

И ревущие сквозь тьму

Ночные дети летят

Я все еще слышу их пение

Рифмы прощания

[Куплет 2]

Внутри ничего нет, но внутри говорит голос

Это все еще моя империя, и у меня есть выбор

Это целители смерти, в ней все еще горит огонь

И я буду поддерживать его горение руками желания

Колокола наших чувств могут стоить нам нашей гордости

Могут прозвонить границы, которые сводят на нет наши жизни

Могут прорезать, как солнечный свет, тени и трещины

Наш Нагота зовет, наша нагота возвращается

[Предприпев 2]

Рифма наших страстей

Найди красоту в любви

Рифма нашего безумия

Сожги города, толкайся и пихайся

[Припев]

И ревущий сквозь тьму

Ночные дети летят

Я все еще слышу, как они поют

Рифмы прощания

Comments

Scott 3

Mon, 30 Mar 2026 23:58:42 GMT

Я возвращаюсь к написанию обзоров на музыку.

Я давно слышал о Скотте Уокере. В середине 60-х он был вокалистом в бойз-бэнде «Walker Brothers», потом пытался начать сольную карьеру, но она быстро прервалась. Но и всех музыкантов с подобными биографиями Скот Уолкер выделяется тем, что в 90-х Скотт Уокер комбэкнулся с новым мрачным пост-индустриальным звуком. Но в этом посте я расскажу его альбомах Скотт 3 и Скотт 4 1969-го года выпуска. Именно коммерческий провал альбома Скотт 4 окончил тот этап карьеры Уокера. Но в то же время, как мне кажется именно эти альбомы заложили фундамент будущего саунда Скотта. И именно эта его мрачная составляющая, видимо, так контрастирующая с позитивной попсой 60-х и сделала его непопулярным у современников. Но если говорить обще то оба этих альбома по cтилю — барочный оркестровый арт-поп с фокусом на глубокий вокал Скотта, за которым, на мой взгляд, скрывалась глубоко образная лирика, образующая смысловой гипертекст. А где же альбомы Скотт 1 и Скотт 2, вы спросите? Я их пробовал слушать, но они мне показались более близкими к чисто попсовому звуку Братьев Уокер. Поэтому я решил их пропустить. Дальше я хотел разобрать оба эти альбома. Но разбор на Скотт 3 уже получился очень длинный, поэтому дальше публикую только его.

Альбом: Scott 3

Исполнитель: Scott 3

Год Выхода: 1969

Жанр: Baroque Pop

Cцена: Лондон

Scott 3 track by track

Мне кажется, что эту пластинки можно разделить на условно вальсовую и женскую, и условно маршевую и мужскую часть. Конечно, разделение не идет прямо по сторонам пластинки, как я изначально думал. Первая вальсовая часть почти что готическая, а если сказать точнее эфирная. Эфирная даже не в смысле ощущения полета, а в смысле наполненности призраками. В каком-то смысле этот альбом ощущается как альбом про призраков, которые наблюдают за делами мира живых. При этом эти призраки совершено пассивно будто бы замерзшие в Лимбе. И это не с проста. Это очень холодный, зимней альбом. В женской части этого альбома призраки наблюдают за личными драмами персонажей. А в мужской те же призраки наблюдают за драмой истории с ее войнами. Если посмотреть на обложку альбома, то вы увидите огромный женский глаз в зрачке которого отражается Скотт. Тема глаз и взгляда часто повторяется в песнях этого альбома. Кроме глаз в этом альбоме часто появляются другие части тела. Но они соединены не с друг-другом, а с разными фантастическими метафорами. Одним словом это не телесность человека, а телесность призрака. Персонажи этого холодного меланхоличного альбома однозначно призраки. А в остальном про них мало что можно сказать. Мы только знаем, что они как любовники (like lovers), но они не любовники, они как воины (like warriors), но они не воины, они как ветераны (like ragged soldiers), но они не ветераны. Они застывшие во льду тени.

Открывающий трек «It's raining today» встречает нас как раз такой меланхоличной, холодной атмосфере, о котором я писал выше. Он отлично ее устанавливает, хотя там еще нет призраков. Использование ондес Мартено (раннего электронного инструмента с завораживающим, скользящим звучанием) создает эту готическую, неземную атмосферу. Струнные не наполнены эмоциями; они висят в воздухе, как туман и дождь на оконном стекле. Эта песня идеально воплощает концепцию «женской части», но с важным нюансом. Женщины здесь — не персонажи, а фантомы.

Девушка у окна поезда: Она существует лишь в мимолетном воспоминании, в моменте потенциала, который так и не реализовался. Она «улыбается сквозь дым» — она мираж, игра света.

Девушка на углу улицы: Она — «холодный дрожащий лист». Она не человек, а проекция его собственного эмоционального состояния. Он видит её, но тут же отмахивается, заявляя: «Никаких комплексов для меня / Потому что комплексам нужна компания». Он не способен установить связь с реальной, осязаемой женщиной.

Песня — это пейзаж отсутствия. «Женщина» здесь — это воспоминание о женщине, а не реальное присутствие. Это закладывает ключевую тему для Уокера: неспособность установить связь в настоящем, оставляющая «я» застрявшим в янтаре воспоминаний. Рассказчик совершенно пассивен. Дождь — это событие, которое с ним случается. Он «наблюдает» за улицами. Он не действует; он помнит. Бридж — ключ ко всей мрачности песни. Самое тревожное в ней не воспоминание о потерянной любви, а её замена:«Мы уходим, как влюблённые, чтобы заполнить пустоту / Повторяем наши мечты кому-то новому». То есть лирические герои уходят как влюбленные, но они не влюбленные. Возможно, они символы на билбордах и обложках глянцевых журналах, продающие образ романтической любви новому поколению. Это имеет смысл в конексте прошлого Скотта как айдола. Дождь, «целлофановые улицы» (яркий образ, намекающий на нечто пластиковое, искусственное и прозрачное) и «истории невезучей старой хозяйки» создают мир дешевых съемных комнат и увядшего городского упадка. Это акцент на окружающей среде как отражение внутреннего опустошения, и эта среда отделяет это песню от более идеалистической романтической готики. Тем не менее «It's raining today» — в первую очередь песня атмосфера.

«Copenhagin»— это возможно самый романтический трек на пластинке. уже более вальсовый. Довольно легко представить себе вальсирующую пару, когда Скотт поет про карусель. Это не вальс для бального зала; это вальс для музыкальной шкатулки, которую не заводили десятилетиями. Мелодия действительно имитирует звучание музыкальной шкатулки (челеста, нежные струнные). Эфирная атмосфера сохраняется, но это другая, неземная атмосфера. «It's Raining Today» была эфирной в смысле тумана и дымки — заслоняющей, холодной. «Copenhagen» — эфирная в смысле запомненной мелодии — хрупкой, далекой, возможно, воображаемой. Скорее всего он отражает его романтические отношения с реально девушкой с которой он познакомился в Копенгагене в клубе «Карусель». Женщина здесь — не призрак (девушка у окна поезда) и не проекция (девушка на углу улицы). Она — соучастница взаимной регрессии.

«Надежда на меня, я надеюсь на тебя»

Взаимность выражена сразу. Это не пассивный наблюдатель из песни «Сегодня идёт дождь». Здесь есть «мы», и это подлинное партнёрство. Но какое именно партнёрство?
«Мы — подснежники, падающие в ночи / Мы растаем, прежде чем приземлимся»
Это ключевой образ. Подснежники — ранние весенние цветы, символы надежды и обновления. Но здесь они падают бесформенными, тают, прежде чем смогут обрести твёрдую форму. Любовь описывается как нечто, что не может пережить соприкосновение с землёй — с реальностью. Она существует только в падении, только в момент падения.
«И наша любовь — старинная песня / Для детских каруселей»

Это душераздирающая строчка, замаскированная под романтическую. «Старинная песня» — это реликвия. Это нечто сохранившееся, но уже неживое. Карусель — это механизм, имитирующий движение: лошадки поднимаются и опускаются, платформа вращается, — но она никуда не движется. Это само определение застоя, замаскированного под движение.

Уокер говорит: наша любовь прекрасна, но это прекрасная копия. Это то, во что мы укрылись, а не то, что движет нас вперед по жизни. Поэтому хотя эта песня и может показаться более живой, на самом деле она просто о более легкой и романтичной форме призрачного существования. В средней части это ясно показано:

«Копенгаген, ты — конец / Исчез и снова сделал меня ребёнком»

Копенгаген — это не просто город; это состояние — состояние «снова стать ребёнком». И обратите внимание на слово «конец». Это не начало; это пункт назначения. Копенгаген представляет собой окончательное возвращение к невинности. Но затем Уокер сразу же усложняет это:

«Дети не боятся любить и смеяться / Когда жизнь их развлекает»

Условное наклонение имеет решающее значение. Дети любят и смеются, когда жизнь их развлекает. Это подразумевает, что жизнь больше не развлекает взрослого рассказчика. Любовь становится чем-то, что нужно воссоздавать искусственно, посредством регрессии, потому что в мире взрослых ты утратил способность к ней.

«Rosemary» — это уже более тревожный вальс. Тут мы покидаем промежуточную прослойку, саван, между миром живых и мертвых и оказываемся полностью на территории призраков. Мне он больше нравится. Аранжировка (снова Питер Найт) создает тревожное напряжение: струнные переходят в диссонанс, деревянные духовые извиваются, словно дым, вокруг гаснущей свечи. Это не эфирно в смысле парения; это эфирно в смысле присутствия призраков. Это трек создает атмосферу драматической истории заглавной Розмари практически ничего о ней не сообщая. Розмари — женщина, но она также и пленница — времени, памяти, фотографии. В песне она лишена голоса. Ее описывают исключительно со стороны: «Проснись, Розмари», «Она слышит», «Она видит». Этот приём, обрамляющий повествование, гениален в своей жестокости. Фотография на стене — застывший момент — становится организующим принципом её существования. Она застряла в замкнутом круге воспоминаний: «Вспомни прошлое лето / Вспомни губы того коммивояжера, мистера Джима».Припев передаёт её внутренний мир только через то, что она воспринимает, а воспринимает она мир, полный ловушки:

Будь проклята эта фотография, придётся ее снять!

Она слышит шум лодок, плывущих по реке.

Она видит собаку, изо всех сил пытающуюся cорваться с поводка.

Она слышит звон часов, и они бьют, как молоток,

Забивающий ещё один гвоздь в гроб ee юности.

Это та самая тёмная сторона, не готическая в романтическом, литературном смысле, а готическая в смысле психологического ужаса. Ужас не сверхъестественный; это ужас уже прожитой жизни, уже упущенных возможностей, тела, которое медленно, слышно превращается в гроб. Коммивояжер Мистер Джим — загадочный персонаж. С одной стороны кажется бывшим любовником Розмари. Но чего только стоит описывающая его фраза «От него пахло чудесами шепота витражей ». Тут получаем полный комплект синестезии. Через ощущение запаха передается шепот (звук) витражей (визуального предмета искусства). « Вот чего я хочу / Новый шанс в жизни / Но мое пальто слишком тонкое, мои ноги не летают»

Переход от третьего лица (Розмари) к первому лицу резок. Внезапно наблюдатель перестает быть отдельным от наблюдаемого. Исповедь обнажена: желание обновления и осознание того, что средства для этого обновления — пальто, ноги — недостаточны. Рассказчица — Розмари; Розмари — рассказчица; слушатель, возможно, и то, и другое.

«И я смотрю на ветер и вижу еще одну мечту / Проносящуюся мимо«

Ветер повторяется в творчестве Уокера как символ сил, неподвластных контролю. Здесь мечты не сбываются и не отменяются; они просто проходят мимо, наблюдаемые тем, кто не может их поймать. Мне также очень нравится куплет:

Вечера с подругами матери

Беременные глаза, обвисший подбородок

Опухшие кончики пальцев наливают cтаринный чай в старинные чашки

Кто ты и где ты была?

Застывшая в невесомом ветре

Наблюдая за проезжающими поездами с платформ под дождем

Послушайте, что происходило в поп-музыке в 1969 году. The Beatles записывали «Abbey Road». The Rolling Stones выступали в Альтамонте. Поп-музыка двигалась либо к утопизму, либо к цинизму. «Розмари» не предлагает ни того, ни другого. Она предлагает женщину в комнате, наблюдающую за собакой, рвущейся на поводке, и слушающую, как часы вбивают гвозди в её молодость. Нет ни побега, ни революции, ни катарсиса. Есть только фотография на стене и воспоминание о коммивояжере, от которого пахло чудесами, и который ушёл.

Это не цинизм — цинизм требует веры в то, что что-то скрывается. Это нечто ближе к видению: трезвый, беспощадный взгляд на то, из чего на самом деле состоит жизнь для тех, кому не повезло с движением вперёд.

«Big Louise» — еще один грустный и плаксивый вальс, описывающий плачущую женщину. Рефреном повторяется загадочная фраза: «In a world filled with friends you lose your way», которая наполняется печальным смыслом, благодаря мелодии трека. Мне также очень нравится лирика « Она наполняет мешки под глазами / Лунные лучи/i>»

Глаз – это не просто окно; это вместилище. Он хранит лунный свет, который является отраженным светом – точно так же, как лицо Уокера на обложке – это отраженный свет. Мужской певец, мужское «я», существует внутри женского глаза. Он – один из лунных лучей, которые она собирает. Но лунные лучи это не просто лунный свет — это еше и стрелы Дианы, которые могут ранить. Я думаю, что это может быть метафорой плача.

»Она – дом с привидениями / И ее окна разбиты</i>»

Если ее глаза – это окна, и они разбиты, то и отражение – мужское «я» – тоже разбито. Уокер поет не просто о Луизе; он поет изнутри нее. Дом с привидениями – это ее тело, ее разум, ее взгляд. И он – один из призраков. Опять же разбитое состояние окон может говорить о проблемах со видением, например вызванных слезами в глазах.

Когда Уокер поет «Розмари» или «Большую Луизу», он не принимает на себя роль в театральном смысле. Он исследует мужское «я» в женском сознании — как мужчины формируются женским взглядом, женскими ожиданиями, женскими воспоминаниями. Коммивояжер мистер Джим существует только в памяти Розмари; он — ее сон, ее фотография. «Грустный молодой человек» в «Большой Луизе» существует лишь как отсутствие, о котором она скорбит.

Уокер, певец, — это оба этих человека. Он — отражение в глазах. Он — тот, кто ушел. Он — тот, кого помнят, или забывают, или оплакивают. Припев меняет регистр. Он менее конкретен, чем куплеты, более афористичен. Мелодия придает ему вес гимна или народной поговорки. Но содержание парадоксально: как можно заблудиться в мире, полном друзей?

Ответ Уокера, прослеживающийся в этих песнях, заключается в том, что связь не предотвращает изоляцию. Она может даже её вызывать. «Мир, полный друзей» — это не утешение; это ландшафт, в котором всё ещё можно заблудиться. Вчера время «звучало сладко» — но звук не есть субстанция. Сладость была слуховой, возможно, иллюзорной. Эта метафора дома с приведениями одновременно выполняет несколько функций:

Дом с привидениями обитаем, но не живыми, а призраками. Луиза населена воспоминаниями.

Дом с привидениями — это также зрелище, то, чего люди избегают или о чём шепчутся.

«Окна разбиты» означает, что она не может ясно видеть наружу, и, возможно, её тоже не видно. Граница между внутренним и внешним пространством размыта.

И печальный молодой человек ушёл.

Это призрак, который преследует её. Отсутствие — это присутствие. Дом стал домом с привидениями, когда он ушёл.

Её халат порван / И слёзы размазывают помаду.

Эти детали опустошают своей обыденностью. Это не оперная скорбь; это беспорядок женщины, одинокой в своей квартире. Порванный халат, размазанная помада — это противоположность гламура, который мы могли бы ассоциировать с поп-песней. Уокер настаивает на обыденных текстурах разрушения.

А соседи весь день только и шепчутся.

Она не просто изолирована; о ней говорят. Сообщество, которое её не принимает, всё равно определяет её. Она существует как объект сплетен, как поучительная история, как женщина из квартиры 4B, у которой когда-то был кто-то, а теперь нет.

«We Came Through» — первый марш на этом альбоме. И тема его меняется на более «мужскую», которую я бы назвал «cозерцанием истории»

Мы прошли сквозь!

>Тут сразу вопрос насквозь чего?

>Возможно, это та самая пелена, которая отделяет мир живых и мир мертвых.

Мы прошли сквозь на конях как воины из далека!

>Опять же прошли как воины, но они сам не воины.

Наши черные кони танцевали на могилах вчерашних желаний,

>Черные кони, кони подходящие для призраков

>Они танцуют на могилах вчерашних желаний, потому что эти желания оставлены и забыты

Одержимые нашими видениями, обрамленными огнем.

>Это особое поэтическое виденье Скотта

Я приветствую вас, ведь вы еще верите в то, что за дверьми.

>Тут Скотт обращается к новому поколению, которое еще не умерло.

>И это поколение еще не разочаровалось в своих идеалах

>и готово участвовать в новых войнах и революциях

Вы видели детей замерзающих на коленях

>Возможно, тут речь идет о всех страждущих и отверженных,

>которые мотивируют революции

И молящихся ветру,

>Как уже выше было отмечено ветер может быть символом бессознательной силы

>Например, государство.

Чтобы тот спустил их серых мадонн назад.

>Это может быть отсылка к Нотр-даму, который упоминается в следующем моменте

Cтреляйте из ружей, и отдайте честь тем, кто умер за дело свободы

>это не призыв к боевым действиям, а эвокация образа почетных похорон

И мы сегодня будем выть, но мы не будем лежать без сна,

>тут явный парадокс, когда люди спят они не воют

>Отсутствие сна может ассоциироваться с отсутствием мечты (dream=dream)

Глядя на статуи одетые в звезды.

>cложно сказать, что это значит конкретно

>Возможно это статуи героев прошлого, о которых идет речь в следующих строках

>Или это снова статуи Нотр-дама

Мы не будем мечтать, ведь мечты больше не сбываются для нас.

>Тут уже явно говорится про мечты

>Скотт предоставляет своего лирического героя как члена разочаровавшегося поколения

Они убежали далеко и спрятались в пещерах с изможденными, пылающими глазами

>Тут мы опять видим образ глаз
>Причем, как мне кажется, глаза принадлежат не им (мечтам), а пещерам.

>И мечту прячутся в этих глазах как в пещерах, на что намекает обложка.

>В глазах-пещерах мечты становятся призраками ка в песни про Большую Луизу

Их холодные голоса разрывают наши сердца как ножи

>Использую предыдущие идеи, мы получаем ключ к интерпретации альбома.

>И эта мажорная маршовая песня вcтраивается в один ряд с прошлыми вальсами

>Только теперь речь идет не о мечтах отдельного индивида, а о мечтах целого поколения.

Мы прошли сквозь!

Подобно готическим чудовищам, восседающим на Нотр-Даме,

>Понятно, что речь идет о знаменитых горгульях

>То есть лирический герой поет, что его поколение обращено в камень, то есть совершено пассивно

>Почему горгульи проходят сквозь? непонятно.

>Cкорее всего они прошли сквозь проблемы своего поколения, воины и революции.

Мы наблюдаем за обнаженными душами человечества, вытекающими из водостоков (gutter),

>Это очень интересная метафора

>C одной стороны «gutter» — это сточные канавы, что-то грязное и неприятное.

>С другой стороны «gutter» — это водостоки и горгульи сам по себе водостоки

>и это наблюдение делает эту сцену удивительно рекурсивной.

Задушенные лавиной времени,

>опять же получается, что поколение прошло через время своей молодости

И мы — гиганты,

>Что делает их очень гордыми за себя

Пока мы видим, как наши короли и страны поднимают свои щиты,

>Но история не заканчивается и государства поднимают новые поколения на войну,

>В то время как прошлое поколение уже превратилось в горгулий и не собирается не в чем участвовать

И Гевара умирает, в гробу своих идеалов,

>Понятно, что имеется в виду че Гевара

И по мере того, как предсказания Лютера Кинга исчезают из виду,

>Тут упоминается Мартин Лютер Кинг.

>И Мартин Лютер Кинг, и Че Гевара умели незадолго до выхода этого альбом

>И они могли быть героями поколения Скотта

Мы прошли сквозь!

«Butterfly» — красивый барочный и мечтательный короткий трек. В плане лирики это короткий стих, который, возможно выражает фантазии, которые упоминаются в других песнях.

«Two Ragged Soldiers» — закрывает первую сторону пластинку, объединяя ее общую вальсовую тему с темой войны марша «We Came Through». Но тут мы уже видим, не подготовку молодого мира к войне, а мир после войне с замерзающими без денег ветеранами-инвалидами. C Другой стороны лирика намекает нами, что лирические герои не настоящие ветераны, а только метафорически сравниваются с ветеранами. Но тогда кто они? Любовники? Бомжи, которые сделали сознательный выбор жить в мире фантазий? У этого трека наиболее сложное содержание и огромное количество эмоциональных перепадов. Лирика этого трека настолько интересна, что я хочу привести ее целиком. Обратите внимание на возвращение образа глаз:

Они говорили прозрачные фразы зеркальным женщинам

>Очень странные образы, может это женщины состоящие из зеркал

>или это женщины отраженные в зеркалах

И они сворачивали с пути, что его запутало,

>Тут появляется тема запутанности

Они покинули лето как два рванных солдата

>Как два рванных солдата, но они не были рванными солдатами, ветеранами

>А кем они были?

>Может быть они были женщинами, и зеркальные женщины это их собственные отражения,

>И возможно герои этой песни это Розмари и Луиза из прошлых песен,

>Или может быть они сом Уокер и его подружка из Копенгагена.

Таща свои каблуки через фантазии

>Каждый куплет заканчивается упоминанием фантазий.

>Каблуки также могут быть женским атрибутом

Были обеды в миссиях для двух замерзших статуй,

>персонажи снова сравниваются как в «we came through»

И долгие продуваемые ветрами службы, сожравшие их колени,

>Также как и в той песни появляется символика религии и ветра

Иногда страсти зимой превращались в безмолвные моменты,

>Тут у нас появляется упоминание страсти, что странно для двух ветеранов

>хоть она может быть и в религиозном смысле

И слезы наворачивались на глаза, когда они предавались фантазиям.

>Cимволизм глаз, тема плача и возвращение фантазий.

Были ночи на скамейках в парке, черствый хлеб для голубей,

>эстетика бомжевания

Доброе утро для лиц, которые просто отворачивались

>никто не любит бомжей

На одной дороге путаница, а на другой желание

>опять странные дороги для ветеранов

Так что они взяли дорогу к своим фантазиям

>возвращение к фантазиям

Один говорил об озере, где он раньше плавал,

У другого в голове не осталось воспоминаний

>довольно ужасное состояние остаться без воспоминаний

Обняв друг-друга два рванных солдата

>Cтранно, зачем, солдатам обнимать друг-друга

Смеясь прошли войну, которую они не видели,

>Очень странные образы

Смеясь в мире полном фантазиями

Вторая сторона пластинки открывается треком «30 Century Man». Это самый бойкий, самый близкий к року, к такому кантри-року трек альбома. также это главный хит с этого альбом у Скотта, потому что «Скотт 3» еще не был полностью провальным у публики. Меня очень цепляет его открывающий куплет.

Посмотри на карликов и посмотри на гигантов

Кем из них ты хочешь быть?

>Напоминает какое-то вступление к созданию персонажу в DnD

>Скорее всего тут слушателю предлагается выбрать свою роль в истории

И если решить не можешь

Вот ответ, вот ключ

Ты можешь замерзнуть как 30-вековой мужчина

>Cкотт предлагает альтернативу слушателю, который не хочет участвовать в истории.

>Тем кто не хочет участвовать в истории, Скотт предлагает заморозиться

>как горгульи на Нотр-Даме в песни «We came through»

Как 30-вековой мужчина

>Причем, замечу, что это именно мужчина, а не женщина.

>И мне кажется эта песня отражает тему поиска новой маскулинности и идеи мужской судьбы.

>идеи маскулинности в мире, где старые идеалы солдатской доблести полностью себя дискредитировали

Я сохраню свой хлеб и возьму его с собой

Еще на сто лет или типа того

>Эта абсурдная идея, что человек может не только сам заморозиться,

>но и взять с собой cэндвич

Жаль, что ты меня там не увидишь,

Пожимающим руки Шарлю Де Голлю

>Почему слушатель не увидит Скотта пожимающего руку де Голлю?

>Может быть потому что он не доживет до этого времени

>Но это не так, ведь слушателю, тоже предлагают стать 30-вековым человеком.

>Cкорее всего дело в том, что Шарль де Голль не может стать таким человеком,

>потому что главная характеристика 30-векового человека его отказ от участия в истории,

>а Шарль де Голль активный исторический деятель

Будь крутым и заверни в пищевую пленку все что можешь.

>Продолжение темы с 30-векомым сэндвичем

>крионическое cохранение человека приравнивается к сохранению продуктов в холодильнике

Будь 30-вековым мужчиной

Ты можешь замерзнуть как 30-вековой мужчина

Как 30-вековой мужчина

>Тут Скотт дает новый образ замерзшего состояния, которое повторяется в песнях этого альбома

>Но этот образ не готически возвышенный, а нелепый образ мусора замороженного в морозилки.

>Но окончательно не понятно осуждает ли его Скотт, противопоставляя таким замороженным людям

>Активных деятелей истории, Де Голля, Че Гевару, Мартина Лютера Кинга.

>Или наоборот действительно пропагандирует как способ уйти от ужасов истории.

>Не понятно, пост-ирония.

«Winter Night» — еще один грустный вальс. Вторая по краткости песня в альбоме. Мне тут всегда цепляют строки — «Your eyes are lantern \\ Growing dim. »
«Two Weeks Since You've Gone» — еще одна грустная песня с эмоциональными перепадами. Кажется, что эта песня резонирует с похожим треком «Two Ragged Soldiers» с другой стороны пластинки.

Две недели назад ты ушла и я чувствую себя как тот бомж,

Побирающийся из мусорных баков в переулке,

>Опять мы возвращаемся к образам бомжей как в «Two Ragged Soldiers»

>Тут традиционные образы романтической готики дополняются образами городского упадка

>Так творчесво Скотта шагает на территорию готик-панка, если не по форме, то по смыслу

Он поднимает голову пока я прохожу мимо,

>Тут мы видим необычный прием, когда образ из метафоры внезапно становится объектом в повествовании
>Как в народной английской песни «where was a man of double deed»

Цепляясь за обрывки беспокойной городской ночи

>Тоже необычная фраза, укрепляющая атмосферу городского упадка и добавляющая сюрреализм.

Я читал всю свою грусть в лицах знакомых

>Тоже необычный прием.

>Разве не должно быть наоборот?

В Баре Кэлли в прошлую пятницу

И я не возвращался с тех пор

Как перепутал кого-то с другом

>Это упоминание друзей, возвращает нас к песне «Big Louis»

И если я буду достаточно долго ходить по этим улицам

То ты снова случишься со мной?

>Тут любовь описывается как нечто, что просто рандомно происходит с человеком как случайное событие

>Причем, не просто какая-то любовь, а любовь с конкретным человеком

C кем ты делишь сладкий вкус лета?

Мои воспоминания преследуют тебя сквозь лужи дождя

>Образ холодного дождливого города

>предположительно зимнего Лондона

Реки внутри меня все еще текут

К морю твоих рук

> какая-то сексуальная образность

И если я закрою свои глаза достаточно надолго,

Увижу ли я тебя снова?

>Опять попытка решать проблемы не практически, а путем бегства в мир фантазий

>как в песне «Two Ragged Soldiers».

«Sons Of» — эта песня меня больше всего зацепила при первом прослушивание. в ней поется о судьбах разных мужчин, с неизбежной зловещей импликацией, что все эти судьбы ведут к смерти. Мне этот трек напоминает «Who by Fire» Леонарда Коэна.

«Funeral Tango» — это то, что говорит название танго про смерть, правда танго полное черного юмора. Этот Трек довольно сильно выделяется на фоне остальных треков этого альбомов. То есть это не эфирное излияние, а такое танго Мортиши и Гомеса из семейки Адамсов. Но тем не менее это такая черная вишенке на торте, которая утверждает готическую атмосферу этого альбома. Этим трэком Скотт как бы четко говорит нам:«Да в этом альбоме есть смерть». И возможно все эти грустные расставания, о которых поется в песнях этого альбома, это не просто разрывы отношений с возлюбленными, а разлука вызванная смертью. Что делает все эти песни куда более зловещими.

«If You Go Away» — завещающий трек альбома, построенный на эмоциональных перепадав. У Вокера тут грубо говоря есть три фазы: If you go away — ночь и тьма, If you stay — cолнце и день, If you might have kept me by your side — тень. Это ковер на песню французского певца Жака Бреля «Ne me quitte pas», поэтому я не буду писать о ней подробно. Но это достойное завершение альбома, отлично резонирующее с песней «Two weeks since wou left».

Comments

Другие Комиксы той эпохи

Sat, 28 Mar 2026 03:06:46 GMT

Я написал ненавидимую всеми серию постов про серебряный век Марвел. Встает вопрос, что читать дальше. Но в первую очередь давайте подумаем какие еще комиксы были в ту эпоху, с 56-го до 1970-го. А они были совершено разные. Давайте рассмотрим их по отдельности

DC Comics

Это основные конкуренты Марвел в ту эпоху. Вообще они почти полностью контролируют рынок супергероев в конце 50-х. Грубо говоря DC в этот период выпустила намного больше комиксов чем Марвел. Поэтому читать это все кажется мне невозможной задачей. Но я серьезно рассматривал этот вариант. Поэтому я проанализировал все серии и выбрал то что стоило бы прочитать. Читать целиком всего Бэтманан и Супермена я вряд ли буду. Потому что это очень много комиксов. Но кажется, в конце 50-х главным драйвером волдбилдинга в DC был даже не комикс про супермена, а комикс про супербоя, «Adventure Comics». То есть приключения супермена в детстве. И там буквально в паре выпусков ввели весь лор супермена. А так DC очень ответственно подходили к задаче снабжать американских детей комиксами про Супермана. Каждый месяц на полках появлялось 3-5 комиксов про Супермена в основном с филерными историями. Большую часть из этого я пропустил бы. И туда бы отнес бы и Аквамена с Чудо-женщиной. Другой важный комикс того времени это «Showcase», где DC опробовало новые идеи. Там появились почти все новые серии: Флеш, Зеленый Фонарь, Лига Справедливости и так далее. Поэтому можно читать только Showcase а потом продолжать читать отпочковывавшиеся от него серии, если там что-то нравится. К середине 60-х DC начали реагировать на продвижение комиксов Марвел, которые предлагали читателю непрерывные сюжетные линии. Одной реакцией на это был апдейт серии про Бэтмана, который стал известен как период желтого/оранжевого овала. Именно с начала этого периода, думаю, и нужно читать Бэтмана серебряного века. Также появились новые герои и команды, например, «Металические Люди» и «Дум Патруль». В конце шестдесятых основные комиксы DC типа Супермена и Чудо-женщины наконец-то стал посерьезней. Но это уже подготовка к веку бронзовому. Также в это время стали возвращаться хорроры и появились связанные с хоррорами новые персонажи, которые так любят Грант Моррисон. Например, в это время появилась Болотная Тварь, но я про нее писал несколько лет назад. Я не очень хотел бы сейчас читать комиксы DC Серебряного Века. Но я составил ридинг гайд по чтению серебряного века DC для моих любимых фанатов:

reading guide

Комментарий: я добавил к каждому комиксу дату начала и окончания пириода, в рамках которого он мне казался интересным. 1970.09 — это дефолтная дата окончания Серебряного века (выбранная мной, совершенно условная). Читать до нее комикс не обязательно. Если он кажется вам скучным и тупым, то его лучше дропнуть. У некоторых комиксах указана вторая дата начала чтаения. Это альтернативная дата, когда содержание комикса сильно меняется. Думаю, что если комикс изначально был слишком тупым, то его можно дропнуть. Но если указана вторая дата, то в случае дропа, к нему рекомендуется вернуться с этой даты. Например комикс «Detective Comics» я рекомендую начинать читать с ноября 1955-го года, потому что это дата первого появления «Марсианского Сыщика» во вселенной DC. Мне кажется, что этот конкретный выпуск поэтому досочно любопытный. Причем, я бы сказал что этот Марсианский Сыщик — это первый герой серебряного века DC, хотя сам комикс еще предшествует серебряному веку. Следующие несколько серий можно прочитать, чтобы ощутить дух той эпохи, называемой «ядерной зимой комиксов». Но большинство этих комиксов могут быть весьма унылы, и я советую, этот комикс дропнуть. И вернуться к нему мае 1964 года, когда начинается эра Бэтмана с Желтым овалом. В следующем столбце «skip» я отметил те серии, которые кажутся по своему важными, но которые я полностью планирую скипать, потому что их содержание кажется достаточно унылым. "+-" в этом контексте означает, что о скипе я думаю, хоть я и не уверен, потому что очень мало знаю об этой серии.

name	start	end	second start	skip
Adventure Comics	1955.04	1970.09	1957.01	«-»
Detective Comics	1955.11.	1970.09.	1964.05.	«-»
Showcase	1956.10.	1970.09.		«+-»
Blackhawk	1957.03	1970.09.		«-»
Superman's Girlfriend Lois Lane	1958.04	1970.09		«-»
Challangers of Unknown	1958.05	1970.09		«-»
Action Comics	1958.07	1970.09		«-»
Flash	1959.04	1970.09		«-»
Mystery in space	1959.08.	1966.09.		«-»
Superboy	1959.09	1970.09		«-»
The Brave and the bold	1959.10.	1964.12.		«-»
Green Lantern	1960.08.	1970.09.		«-»
JLA	1960.10.	1970.09.		«-»
Aquaman	1962.02	1970.09.		«+-»
Atom	1962.07.	1968.10.		«-»
Metal Men	1963.05.	1968.10.		«-»
House of Secrets	1963.08.	1966.10	1969.09	«-»
Doom Patrol	1964.04.	1968.10.		«-»
Hawkman	1964.05.	1968.09.		«-»
Batman	1964.06.	1970.09.		«-»
House of Mystery	1964.06.	1970.09.		«-»
Metamorpho	1965.07.	1968.04.		«-»
Teen Titans	1966.02.	1970.09.		«-»
Plastic Man	1966.06.	1968.06.		«-»
Wonder women	1966.09.	1970.09.	1968.09.	«-»
Inferior Five	1967.04.	1968.10.		«-»
Spectre	1967.10.	1969.06.		«-»
Strange Adventure	1967.10.	1970.09.		«-»
Angel and the ape	1968.01.	1969.10.		«-»
Unexpected	1968.04.	1970.09.		«-»
Beware the creeper	1968.06.	1969.04.		«-»
Anthro	1968.07.	1969.08.		«-»
The Secret Six	1968.07.	1969.08.		«+-»
Hawk and Dove	1968.08.	1969.07.		«-»
Hawkman and the Atom	1968.11.	1969.11.		«+-»
The Witching Hour	1969.04.	1970.09.		«-»
Phantom Stranger	1969.06.	1970.09.		«-»
Superman	1970.10.	1970.09.		«+-»
Superman's Pal Jimmy Olsen	1970.10.	1970.09.		«+»
World’s finest comics	1970.10.	1970.09.		«+»

Charlston Comics

Это издательство интересно по двум причинам. Во первых для него активно рисовал комиксы Стив Дитко, и создал там таких героев Капитан Атома, Синего Жука (редизайн) и Вопроса. Во вторых Алан Мур создал своих хранителей, занимаясь переосмыслением этой вселеной. Так Капитан Атом стал Доктором Манхеттеном, Синий Жук стал Ночной Совой, а Вопрос стал Роршахом. Это переосмысление было не просто попыткой адаптировать этих персонажей под новые вкусы, но фактически оно было чем-то вроде заочной философской дискуссией со Стивом Дитко и его объективистскими ценностями. Поэтому эти комиксы я бы рекомендовал фанатам Стива Дитко или фанатам Хранителей. С этим издательством есть несколько проблем. Во первых, это издательство « прославилось» плохим качеством печати. Также его комиксы не связанные со Стивом Дитко, на мой взгляд не представляют большого интереса. Сейчас эти комиксы для меня явно не в приоритете. Читать ран Дитко Капитан Атома, наверное. будет тяжело, потому что он довольно длинный.

Dell Comics/Goldkey Comics

Тут могу немного напутать. Потому что тут несколько издательств которые объединялись и разъединялись. Но это очень интересное издательство, о котором сейчас часто забывает. А интересно оно по двум причины. Во первых оно издавало комиксы по лицензии Диснея. Во вторых оно полностью игнорировало цензуру Комикс Код. Аргументировало оно это тем, что в Диснеевских комиксов ничего подцензурного быть не может. Но что парадоксально из за этого эти Диснеевские комиксы в ту эпоху были самими отвязными. И до возвышения Марвел именно это издательство было главным конкурентом DC. Были у них и свои герои, не связанные с Диснеем. Вроде как самый известный из них это Магнус, борец с роботами. Еще там был Турок, охотник на динозавров, про которого позже сделали несколько видео-игр. Ближе всего к классическим супергероям был Доктор Полярис. Эти комиксы примечательны отсутствием в них прямой цензуры Комикс Кода. Хотя кажется современной публики нравится только Магнус. И обложки у этих серий были офигенные, нарисованные масляными красками. Но боюсь это как раз тот случай, когда обложки были интересней самих комиксов. Что же касается комиксов по лицензии Дисней, что стоит отметить комиксы про Дональда Дака от Карла Баркса хотя начали выходить в 30-х и 40-х годах до рассматириваемого периода. Карл Баркс сделал Дональда Дака настоящей звездой комиксов, и постепенно добавлял вспомогательных персонажей, постепенно заложив основы популярного мультфильма Утиные Истории. Не уверен, но возможно пик Утинных Историй в комиксе про Дональда Дака как раз пришолся на этот период. Читать комиксы про персонажей Диснея я не буду, потому что их очень много. Возможно стоит почитать Магнуса, борца с роботами. Но он у меня не в приоритете.

Tower Comics

Это небольшое издательство примечательно тем, что там в середине 60-х работал легендарный художник Уоллис Вуд. Там он создал команду супер-героев агенты Г.Р.О.М.А и их лидера Динамо. Если эти комиксы также хороши как работа Вуда в Марвел, то скорее всего на них стоит обратить внимания. Также из плюсов стоит отметить небольшое количество выпусков, но кажется, к сожалению, эти серии остались не законченными. Обратить внимание на эти комиксы стоит в первую очередь, конечно, фанатам самого Вуда, который был больше известен комиксами в других жанрах (НФ, криминал и андерграунд). Но для меня эти комиксы также не являются главным приорeтом.

Warren comics

Это интересный издатель, который боролся с цензурой и издавал комиксы для более взрослой аудитории, просто издавая их в другом формате: чернобелые журналы (magazine) вместо аляповатых листков (сomic books). Потом в 70-х на эту территорию агрессивно вторгнется Марвел. Наиболее это издательство известно своими антологиями хорроров Eerie, Creepy и Вампирела. Но также они издавали и нецензурные комиксы про Войну и, кажется, НФ и криминал и юмор, хотя и не так много как EC комиксы. Эти комиксы я бы поставил бы для себя в более высокий приоритет чем супергероев.

Журнал Мэд

Остатки знаменитого издательства EC комикса, также обходившего цензуру издавая журнал (magazine). Но в отличие от Warren, Эд Гейнс решил полностью сосредоточиться на одном журнале детском юмористическом журнале Mad. И он действительно стал супер-популярным. И перод золотого века этого журнала частично попадает на наш период. Там действительно часто публиковалься потрясающие сюрреалистический визуальный юмор высочайшего класса. Но я не хочу читать его, потому что кажется, что юмор там часто был слишком topical, то есть связанный с тогдашними полистическими событиями и популярными фильмами и телешоу. Вряд ли я вытяну все «отссылки».

Андерграунд

Но в мире американских комиксов были игроки даже более бескомпромиссные чем издательство Warren и журнал Мэд. Они собирались в заполненном ЛСД районе Сан-Франциско Хайт Эшбери, и в историю искусств они вошли как движение «Андерграундных Комиксов». Самым известным его представителем был Роберт Крамб, создавший котика Фрица. Также схожу вспоминаются «Воздушные Пираты», рисовавшие порно-комиксы про Мики-Мауса. Как можно понять из вступление эти создатели работали на ниспровержение устоявшихся представлений и активно использовали шок-контент. Сейчас многие комиксы этого течения доступны благодаря издательству Фантографикс. Приоритет этого контента я для себя также обозначил бы как крайне высокий.

Манга

Я не хочу ограничиваться только контентом из США. И в рассматриваемом периоде 1956-1970 уже существовало много разной Манги. Но если бы я стал читать мангу из рассматриваемого периода. Я бы стал читать мангу Осаму Тетцуки сплошняком. Это в первую очередь Астро Бой (Могучий Атом) и Кимба, Белый Лев. Но не только. Тетцука также создавал и прекрасную около-философскую Мангу про Будду, и в таком же стиле мангу «Феникс», которая тоже скорее для взорслых, а не для детей. И не важно, что этот контент частично выходит за рассматриваемый период. Это не важно. Также, добавлю что Манга в ту эпоху достаточно сильно отличалось от наших о ней стереотипах, которые сложились скорее в 80-е. И я не хочу быть Тетцука-абсолютистом. В 70-е выходила важная и интересная историческая манга про детей-самураев, и взрослых самураев, типа Lone Wolf and Cub. И это то к чему я бы перешел бы после Тетцуки. Приоретет Манги я назвал бы крайне высоким

Европейские Комиксы

Также не стоит забывать и про Европейские Комиксы. Они также как и манга развивались и цензурировались тоже совершенно не так как американские. В рассматриваемый период 1956-1970 я бы сосредоточился на Франко-Бельгийских комиксах (BD) и Итальянских Комиксах. Хотя комиксы, конечно, были и в других cтранных. В плане BD, я бы начал банально с Эрже и приключений Тин Тина. Тин Тин начался намного раньше рассматриваемого периода. Но некоторые книги про него выходили и в этом периоде, а сама система периодизации имеет мало смысла за пределами Америки. Тем менее я хотел бы сделать ее глобальной для удобства. Дальше можно вспомнить эротическую фантастику про Барбарелу и журнал Pilote, в котором публиковались совершенно разные комиксы, начиная Астерикса и Обеликса и заканчивая психоделическим вестерном Блюбери от Мебиуса. Итальянские комиксы включают в себя такие серии как Дьяболик и Corto Maltese Уго Прата. Приоритет этих комиксов также крайне высок. Хоть находить их может быть и тяжело, потому что они не такие продаваемые. Другой проблемой с чтение этих комиксов может быть языковой барьер.

Comments

Marvel Silver Age 3

Mon, 23 Mar 2026 13:43:40 GMT

Теперь, вооружившись новым критическим аппаратом, мы готовы снова рассмотреть серии Серебрянного Марвел. Мы уже рассматривали их в разрезе временных периодов длинной полтора года. Но теперь давайте подведем итоги, в разрезе определенных серий. Как я уже, кажется, писал выше, однозначно разделить эти серии на плохие и хорошие довольно сложно, потому что у каждой есть свои высокие и низкие моменты. Пойду примерно в порядке появления серий:

cерии

Фантастическая Четверка: Это первая серия и во многих смыслах флагман серебряного века Марвел. Поэтому фанбои часто превозносят эту серию, выше чем она того заслуживает. По своему вкусу это очень странный почти что ситком про супергероев. «Почти что» потому что юмор там довольно своеобразный (tongue in cheek). Потом этот сериал получил славу офигенной фантастики про исследование вселенной. Но в начале этого не было, или такие элементы фантастики добавлялись довольно медленно. Тем не менее такое направление развитие сериала можно было бы предположить, так как основой для него послужил НФ комикс «Победители Неизвестного» (Сhalangers of the Unknown) самого Джека Кирби. Однако эта НФ закваска тут была еще смещена с лихими комиксами, о гигантских монастрах кайдзю, которые в Марвел перед этим рисовал тот же Кирби. Но как мне кажется центральным концептом для этого комикса является семья. Поэтому, я считаю, что основными сюжетными арками для этого комикса нужно считать свадьбу Рида и Сью, а также рождение Франклина, а не только рождение Галактуса. Как мне кажется, после рождения Франклина и примерно к 100-му номера творческие способности Кирби явно исчерпали себя. И мне кажется это говорит, что естественный срок жизни этого комикса был примерно 100 номеров. Но как флагман Марвел эта серия на могла закончиться. Вместо этого она дала несколько cпин-оффов. Начиная с не очень удачных сольных приключений Человека Факела, и продолжая такими сериями как Серебряный Серфер, Капитан Марвел, Налюди и даже Черную Пантеру. Присутствие Человека-Факела было важно для поддержания связи с золотым веком. Поэтому он был настолько популярным вначале, что получил сольную серию. Но потом самым популярным персонажем стало Существо. Я думаю, что образ существа — это образ супергероя «унтерменша», которого мучают герои «уберменши». И такой образ парии привлекал читателей. Также интересна тема с «Невидемой девочкаой», которая действительно часто оставалась невидимой в не самом приятно смысле и воплощала разные неприятные женские стереотипы, например, готовила и убирала за мужскими членами команды, а в сражениях она просто сразу попадала в плен. И это вызывало критику комикса со стороны прогрессивной общественности.

Халк: Эта одна из немногих действительно оригинальных идей Марвел Серебряного века. Во всяком случае она была позаимствована не из комиксов DC, а из классической истории Стивенсона про «Доктора Джекила и Мистера Хайда», а кто-то видит в дизайне Халка даже элемент Франкенштейна и волка-оборотня. Во всяком случае, в первых выпусках Халк был намного более злым и умным чем мы привыкли. Было в этом многое от ужасов. Но потом он превратился в нечто вроде большого сердитого ребенка. У этой эволюции есть свои основнаия. Если посмотреть на самого Мистера Хайда, то его злость это лишь поверхностная интерпретация сюжета. Но, возможно, Доктор Джекил достиг своей цели, и выпивая формулы, он отбрасывает навязанное обществом супер-эго, становясь идеальным первозданным Адамом. И таким же первозданным Адамом в каком-то смысле становится Халк. Этот образ меня очень вдохновил. И я придумал для него особое название «Паладин Венеры». Но надо понимать что у этого комикса было сложное детство и он прошел через руки разных создателей. Поэтому детаои того как Брюс Бэннер превращается в Халка, и на что Халк способен постоянно менялись. Потому сложно сказать в чем изначально был концепт Халка, и удалось ли его достичь. Возможно, этой целью было стать одним из основателей Мстителей. У раннего Халка много энергии хоррора. Но с развитием серии она постепенно исчезает.
Человек-Муравей:
Хэнк Пим — один из наиболее провальных героев из ранних. Скорее всего изначально, главным концептом было сделать его основателем Мстителей. И других глубоких идей за ним не стояло, что считывалось из комиксов, часто довольно бредовых. Например, там муравьи строили и управляли короблями. Основная идея Человека-Муравья, герой, который может уменьшаться, была позаимствована из комикса DC «Атом». Поэтому в этом отношении Человека-Муравья тоже нельзя назвать. Возможно из-за такого слабого основания Человека-Муравья все время переизобретали, то усиливая, то ограничивая его способность становиться большим. Но это не спасло его серию от прекращения. В конце-концов он нашел себе место в команде Мстителей, где с ним наконец-сто стали выходить интересные истории. Также интересным является персонаж «Оса», с которой у Хэнка Пима отнюдь не платонические отношения. Оса страдала от тех же проблем, что и Невидимая Девочка. Но из нее создатели комикса сделали просто настоящий Бимбо-унитаз.
Человек-Паук:
Питер Паркер — второй претендент на звание флагмана Марвел, и сейчас, возможно, самый популярный герой Марвел. Но я недавно понял, что он на был полностью оригинален, хотя Стив Дитко и сделал хорошую работу как дизайнер, создавая его образ. Я понял, что Человек-Паук в значительной степени копировал формулу, не супермена, а супербоя. Тут и схожая цветовая схема, подростковые проблемы, ходьба в школу, жизнь с пожилыми опекунами. Но у Дитко Была идея. Ему было важно показать моральное взросление героя. И я думаю, что в этом был изначальный концепт Человека-Паука. Кок объективист Стив Дитко считал, что супер-герои должны быть морально безупречными. Но был готов сделать послабление для супергероев-подростков. И Человек-Паук должен был быть историей о превращении морально-лабильного супергероя-подростка в супергероя идеального. И Питер Паркер действительно двигался дальше по жизни. Он закончил школу и стал студентом. И, кажется что Стив Дитко, достиг своей концептуальной цели за 33 выпуска комикса. Но так как Стэн Ли не хотел менять формулу, это привело к конфликту, и уходу Стива Дитко из Марвел. После этого серией занимался Джон Ромита старший. И, что удивительно, эта смена не только не привела к падению качества комикса, а наоборот, только его повысела. Но оригинальная идея Дитко растаяла вместе с ним в тумане. У Ромиты комикс получается скорее просто про некий вайб Питера Паркера. Про определенную атмосферу приключений в Нью-Йорке, где за каждой помойкой спрятана секретная лаборатории. Это близко по духу к тому вечному возвращению, которое мы наблюдаем в комиксах Роя Томаса примерно той же эпохи. У Дитко была и другая философия, и другая атмосфера. Дитко всегда тянуло к мрачному нуару с жестокими убийствами, но в комиксах Марвел это влечение он реализовать не мог.

Тор: этот герой, созданный Джеком Кирби, уже многое брал у супермена. И честно говоря, ранний Тор был не очень несмотря на интригующую связь с скандинавской мифологией. Зато после возвращения Джека Кирби он развился в нечто действительно стоящее: уникальные яркий стиль сочетающий мифологию и научную фантастику. Изначальная идея, возможно, тоже заключалась в том, что Тор должен стать Мстителем. Но впоследствии Кирби опять же создал нечто совершенно оригинальное: историю о преодоление в себе человеческого ради возвращения к божественным корням.

Железный Человек: Еще один герой созданный Джеком Кирби для комикса Мстители, но получившей свой канонический желто-красный костюм от Стива Дитко. Сейчас очень популярен благодаря фильмам MCU. Но первый часть серии о Железном Человека мне не очень понравилась. Там есть и чисто провальные моменты, примерно в то же время, что и у Тора. Но тут есть просто и большое количество материала, которое не зашло мне чисто из-за вкуса. Тем не менее признаю, что мне понравился ран Арчи Гудвина в самом конце. И вообще мне кажется, что комиксы про Железного-Человека тем интересней, чем больше в них расскрывается личность Тони Старка. При этом надо учитывать, что образ Тони Старка алкоголика появился намного позже и был создан Боб Лэйтоном в начале 80-х. Даже у Арчи Гудвина Тони Старк это скорее кто-то типа Джеймса Бонда. Также вопрос откуда Марвел украли концепцию Железного Человека. Скорее ее корни также как и у Халка в хоррорах и в историях про человека в железной маске Дюма.

Мстители: Это еще один кандидат на звание флагмана Марвел. Считается, что главная идея Мстителей заключается в копировании лиги справедливости DC — несбалансированного собрания разношерстных героев. Также Марвел использовала мстителей, чтобы реанимировать Капитана Америку. И в определенной степени основная серия про Капитана Америку в Серебряном веке это именно Мстители. Но писать комикс про такой разношерстный состав героев (Капитан Америка, Тор, Железный-Человек, Человек-Муравей, Халк) было сложно. И вскоре состав поменяли, оставив только Капитана Америку, и добавив туда Соколиного Глаза и Алую Ведьму с ее братом. Это была уже совсем другая команда. Потом ее состав еще много раз менялся. Появлялись такие герои как Вижн и Черная вдова. Тем не менее качество историй про этих новых мстителей тоже скакало и на флагман эта история тоже не тянуло. Проблему решил Рой Томас, но это тоже произошло не сразу. Это была долгая борьба за интересных персонажей и сценарии. Но мне кажется, то чего удалось доситич Рою Томасу с мстителями — было большим достижением. Если Фантастическая Четверка была семьей, а Люди-Икс военизированным отрядом, то Мстителеи в большей степени были именно командой, которая решала проблемы на совместных заседаниях.

Доктор Стрендж: Еще один герой созданный Стивом Дитко. Не совсем понятно как Объективистские ценности Стива Дитко сочетались с магической природой этого героя. Но кажется основной идей этого комикса было создать максимально насыщенный визуальный спектакль для зрителей. Однако при этом сами сюжеты были очень примитивные, а персонажи деревянными. Весь интересный ворлд-билдинг вокруг магической стороны мира Марвел тоже находился в отдалённом будущем. Винить в этом можно было формат комикса в форме крохотных шестистраничных добавок в серии «Strange Tales». Но Дитко достойно завершил серию уничтожив Бесконечность. Хотя после ухода Дитко серию также долго разрывали разные создатели. Мне кажется, что при Джини Колане серия вернулась во вполне хорошую форму, хотя фанаты это не оценили. Джин Колан превратил Кли из декорации в интересного персонажа. Хотя и до него в серии делались интересные вещи. Например, Мари Северен создавала прекрасных монстров, можно вспомнить хотя бы оживший Трибунал.

Ник Фьюрри: Довольно интересный персонаж. Мне кажется, что Джек Кирби создал его как идиализированный образ самого себя во время Второй Мировой Войны. Это первая версия была комедийным боевиком про вторую мировую. И поэтому она была немного серьезней обычных комиксов про супер-героях в тот моменнт. Я не разбирал там все очень подробно. Но потом Ника Фьюрри зачем-то перенесли в мир шпионских боевиков 60-х. На мой, взгляд получился уморительный контент. Хотя не все согласны. А потом серией начал заниматься Джим Стеранко и получилась визуальная бомба! И пока серией занимался Стеранко все было хорошо. Но без него она просто развалилась.

Сорвиголова: Комикс с тяжелой судьбой. Возможно его главной идеей было поддержать людей со слабовидящих и слепых. Хотя я не уверен. Он очень быстро попал в производственные ад с кавалькадой создателей. И качество очень сильно от них зависит. Мне понравилась работа Уоллиса Вуда и Барри Виндзор-Смита. Сюжетная арка с Человеком-пауком от Ромиты тоже неплоха, хотя она скорее больше про Человека-Паука. Больше всего Сорвиголовой занимался Джин Колан. Его арт хорош, но я не уверен что он хорошо понимал нюансы мира вокруг Сорвиголовы. По сути своей Сорвиголова это Бэтман. И Уоллис Вуд писал Сорвиголову как интеллектуально насыщенную историю про Бэтмана (типа Тёмного Рыцаря), что мне и понравилось. Кажется в Марвел все это понимали. Но они не понимали, что не все что хорошо для Бэтмана хорошо для Сорвиголовы. И, возможно, из-за влияния популярного комедийного сериала в 60-х они стали перебарщивать с комедийными элементами и глупостью.
Люди-Икс: Многие фанаты надолюбливают этих людей-икс потому что они тут довольно сильно отличаются от того, чем они стали в триумфальные для себя 70-е. Но мне довольно понравился первый ран стэна Ли. Концепция школы с подростками-мутантами ощущалась как нечто свежея. И главное у комикса довольно быстро сформировалась концепция. Мутанты были метафорой маргинализированных групп. Но после ухода Ли Рой Томас тоже направил этот комикс по более комедийному камповому направлению, что нанесло удар ему имиджу. Во время своего второго рана с Ниловм Адамсом Рой Томас начал исправлять свои ошибки, и в итоге ран получился отличным. Но это не смогло спасти серию от заморозки.

Капитан Америка: Я уже упоминал Капитана Америку в контексте сериала «Мстители». И так как основное развитие Кэпа происходило именно в сериале «Мстители», то иногда создается впечатление, что в этом комиксе оставались объедки. И качество этого комикса часто было так себе. Хотя такого всякого рода объедки там нередко чередаовались с интересными сюжетными арками. Я бы отметил сюжетную арку про космический куб, трилогию Стеранко, и появление Сокола. Сам по себе Капитан Америка важен для Марвел как связь с Золотым Веком. Поэтому интересна его характеристика как персонажа потерянного во времени, страдающего от травм старого солдата. В этом отношения интересна сюжетная линия с чувством вины за гибель его сайдкика Баки.

Cубмаринер: Еще один герой из Золотого Века. Мне его приключения не очень понравились. Уж больно они похожи на рыцарский роман. Уж больно все персонажи там деревянные. В целом, кажется, что Намор намного хуже адаптируется к Серебряному веку, потому что у него намного меньше связей с внешнем миром. У него нет своей команды Мстителей. Тем не менее даже тут есть по своему интересные истории и персонажи.

Капитан Марвел: Это один из самых странных персонажей если задуматься. Он появился чтобы «забить имя«. Капитан Марвел — это инопланетный солдат, который оказывается на земле, чтобы выполнять приказы инопланетного правительства. Но скорее всего смысл комикса был в том, чтобы показать что он находит верным для себя защищать Землю. Изначально в нем было много от Супермена. Потом неприятный период с кавалькадой авторов. И наконец Рой Томас полностью изменил этого персонажа и сделал его больше похожим на Шазам. Но эта была более подростковая, тревожная версия Шазама.

Капитан Марвел: Это один из самых странных персонажей если задуматься. Он появился чтобы «забить имя«. Капитан Марвел — это инопланетный солдат, который оказывается на земле, чтобы выполнять приказы инопланетного правительства. Но скорее всего смысл комикса был в том, чтобы показать что он находит верным для себя защищать Землю. Изначально в нем было много от Супермена. Потом неприятный период с кавалькадой авторов. И наконец Рой Томас полностью изменил этого персонажа и сделал его больше похожим на Шазам. Но эта была более подростковая, тревожная версия Шазама.

Cеребрянный Серфер: Еще один комикс со сложной историей. Кажется, что Кирби создал серебряного Серфера как этакого космического Пинокео. Он был очень далек от людей и ему надо было с нуля учиться всему человеческому. Но Стэн Ли переделал этого персонажа под себя. И несмотря на проповеднический тон и хороший арт Джона Бускемы, это испортило замысел Кирби. И Кирби был очень в обиде из-за того, что Стэн Ли сделала с его персонажем. По одной из версий именно из-за этого он и ушел из Марвел.

Были еще короткие серии: Cтражи Галактики, Касар, Доктор Дум. Но про них еще рано делать выводы. Слишком мало было выводов. Еще всю дорогу Марвел публиковали короткие фантастические рассказы типа « Tales of the Watcher». К той же категории можно отнести и короткие хорроры из «Tower of Shadows». Они довольно бестолковые, и похожи на более слабую версию сумеречной зоны. Но Арт там бывает интересный.

Cложно сказать, какая серия является для меня любимой. Но я вижу, что у меня есть определенные предпочтения. Моя команда мечты: Тор, Халк и Доктор Стрэндж. И если выбирать четвертого, то я разрываюсь между Капитаном Америкой и Ником Фьюри.

Общие итоги тоже подводить сложно. Ясно, что Марвел обновили визуальный язык комиксы и сделали положительное заявление о социальной справедливости. но из-за внутренних конфликтов пока сделать более глубокое заявление они не смогли, чем заработали репутацию легкомысленного чтива.

Comments

Marvel Silver Age 2

Fri, 20 Mar 2026 15:39:25 GMT

В прошлом посте я поделился своим мнением об об авторов текстов в комиксах Марвел серебрянного века. Теперь, давайте перейдем к художникам. Мне не хватает компетенций, чтобы также разбирать. Мне кажется, художников можно разбить на четыре категории.

рисовальщики (draftsman). Они ориентируются на классические стандарты живлписи. Они достигают наивысшего успеха при создании выразительных портретов персонажей и атмосферных сцен. В Марвел я бы отнес сюда в первую очередь Джина Колана. Но вообще, большинство художников к этой категории относятся.

Дизайнеры. Как говорил, Джим Стеранко этот подход к созданию комикса противоположен подходу рсиовальшика. Дизайнер вместо попытки реалистично воспроизвести мир с множество деталей сосредотачиваются на аффектаъ, создаваемых яркими цветами, формами и узорами. Кроме вышеупомянутого Стеранко к дизайнерам можно отнести и создателя человека-паука Стива Дитко, вспомните узоры на костюме человека-паука или психоделические узоры в измерениях Доктора Стренджа.

Cтилясты. Грубо говоря, это те ходожники, которые специализуются на том, чтобы рисовать стилизованных персонажей. Многие такие художники — это карикатуристы и шаржисты, но сейчас этим круг стилистов не ограничивается. Но в те времена они в основном оседали в юмористических журналов. Поэтому в Марвел в то время было мало. Самым заметным стилистом я бы назвал Мари Северин.

Самое интересное, что Джек Кирби не попадает ни в одну из категорий, приведенных выше. Его стиль не идеально реалистичный, не абстрактный, и не стилизованная карикатура. В основном его стиль характеризуется динамизмом и сложными углами, что требует глубоко чувства динамики и геометрии пространства, но его персонажи больше похожи куклы или игрушки (action figures). Мне кажется этот подход больше похож на создание сцен в современных компьютерных игр и моделирование сражений. Я бы назвал такой тип художников моделистами. Многие художника копировали стиль Джека Кирби, поэтому в Марвел стало работать множество художников, владеющие подобным стилем, хотя мне все же кажется, что в душе они все были больше рисовальщиками. Кто еще обладал подобным талантом моделиста? Может быть Уоллис Вуд или Бил Эверет. Но я не уверен.

Cреди фанбоев Марвел существует убеждение в абсолютной гениальности Джека Кирби и Стива Дитко. Но я с ним не согласен. Джек Кирби был не только звездой, но и дойной коровой Марвел. Он создал около полтыши комиксов в этот период. Далеко не все из которых обладали высоким качеством. Поэтому если не выбирать сверху лучшее, то средний уровень комиксов Кирби не так высок. Также он принял терпильскую и соглашательскую позицию по отношению к корпоративному редактору Стэну Ли, что привело к установлению тоталитарной атмосфере в Марвел в дальнейшем. Стив Дитко был в какой-то степени противоположностью его. Стив Дитко довольно жестко держался за свою философию и был довольно конфликтным человеком. И эти конфликты нередко приводили к падению качества его комиксов. Мне кажется, что единственными художниками-гениями в Марвел Были Джим Стеранко и Нил Адамс. Но, Джим Стеранко создал всего около 30 комиксов, большинство из которых были революционны для жанра. Поэтому очень сложно сравнивать его с Кирби. Но, мне кажется, что Стеранко был такой мефистофелевской фигурой, который появился из неоткуда как чертик из табакерке, создал идею авангардного арта в этих комиксах, заразил ее всех, а потом исчез.

Один из основных аргументов касательно гениальности дуэта Джека Кирби и Стэна Ли заключается в том, что они все создали. Действительно, Джек Кирби создал многих супер-героев Марвел: Капитан Америка, Фантастическая Четверка, Железный Человек и так далее. Стива Дитко также превозносят за то, что тот создал Человека-Паука и Доктора Стрэнджа. Но я вижу тут проблему, потому что, почти все люди, кто работал над комиксами Марвел, создавал своих персонажей. Но у публики есть окно внимания только на 10 персонажей или типа того. И по сути дела эти известные герои просто заняли место. И из-за этого мы не видим так много персонажей придуманных другими создателями. так что мой тезис, что Кирби и Дитко просто заняли место, в то время как герои придуманные другими людьми могли бы стать такими же популярными, если бы они были первыми.

Но кроме художников и писателей для восприятия комикса нужен еще и читатель. Поэтому давайте рассмотрим как можно читать старые комиксы:

Cовременный Потребитель: это читатель, которой воспринимает старый комикс с позиции современных медиа. Таких людей все будет раздражать. И ляпы в сюжете, и устаревшие графичесие технологии, и «тупой» арт. И если оставаться на этом уровне, то эти комиксы вам не понравятся.

Фанбой: Этим важнее прочить про первое появление разных персонажей и разные культовые события. Но фанбоев злит, когда вместо известных персонажей используются малоизвестные, или когда авторы серий слишком далеко уходят в экскременты.

Критик: Это уже следующей уровень. Такой читатель понимает технические аспекты создания комикса и пытается оценивать качество объективно. Но достичь этого уровня не так просто. Оно требует определенных знаний из бэкграунда серий и их создателей.

Поэт: Также как и с любыми другими видами искусства в комиксах можно найти поэтического гения. Поэтому их можно использовать как источник собственного вдохновения. И тогда вообще не важно, о чем конретно хотели сказать автора. Нужно включать собственное воображение и придумывать свою историю со своими правилами, своими образами и так далее. Это странный подход к чтению комиксов, но он полезен, потому что позволяет развивать собственное творчество.

Воображаемый ребенок: Такой может представить себя типичным читателем комиксов в то время, где они выходили, то есть ребенком. Это позволяет получить от них удовольствие так как это и предполагалось.

Кажется, что два последних способа самые правильные. Но они и самые труднодостижимые, потому что требуют особой энергии, типа энергии воображения.

Comments

Marvel Silver Age 1

Tue, 17 Mar 2026 22:09:46 GMT

То что я начал читать комиксы из серебряного века Марвел запустила книга Роя Томаса The Marvel Age of Comics: 1961 - 1978. Я ограничил свое чтение серебряным веком, который с моей точки зрения начался в 1956 и кончился в 1970. А для Марвел это период 1961-1970. Само разделение на золотой и серебряный век, и так далее придумали коллекционеры комиксов еще в 50-х годах. Тогда правда был только «Золотой век», и «золото» в его название обозначало стоимость коллекционных комиксов, а не их содержание. Но теперь я мог сам оценить качество так называемых комиксов «cеребрянного века» Марвел, и оценить то, заслуживают ли они своего «серебрянного» статуса или нет. Если кратко, то впечатления о комиксов у меня очень разные. Даже если рассматривать отдельные серии, то везде есть свои низы и верхи, и поэтому подвести однозначные итоги очень сложно.

Давайте разберемся сначала из чего складывается качество комикса. Понятно, что комикс состоит из текста и картинок. Но за всем этим стоит нечто общее, а именно сценарий. Обычно сценарий пишет отдельный «писатель». Писательское мастерство можно разбить на несколько отдельных навыков:

грамотность: умение складывать буквы в слова. Несмотря на отдельные опечатки, с этим в комиксах было все нормально. Этот навык отрабатывается в начальной школе. Основной атрибут: внимание.

передача смысла: следующий уровень. умение складывать слова в предложения, а так, чтобы передавать нужный смысл. Тут тоже были свои ошибки, но я не назвал бы их критическими, а их количество очень обильным. Этот навык отрабатывается в старшей школе. Основной атрибут: внимание

Cоздание голосов персонажей: Это очень важный аспект текста. В идеале у читателя, должна быть возможность, читая диалог узнавать персонажей только по структуре их речи без подписей и указателей. Это первый настоящий посетительский навык, которому не учат в школе. Для обретения этого навыка важна начитанность, насмотренность, и опыт общения с разными людьми. Также можно предположить, что так как все, создаваемые писателем голоса персонажей, являются отчасти голосом самого писателя. Поэтому можно предположить, что этот навык зависит и от «харизмы» писателя.

Cтиль: Это практически тоже самое, что и создание голосов. Но относящаяся не только к голосам персонажей, но и к описанию предметов или голосу рассказчика. Стиль очень важен в поэзии и художественной литературе. В комиксах для стиля остается мало места. Но оно все равно есть, например, в подписях к панелям. И мастерское использование стиля может сразу обозначить время действия или атмосферу комикса. Cтиль и создание голосов персонажей составляет вместе базовый компонент писательского мастерства, который называется написание сценариев (scripting). Для развития стиля ключевым навыком является та же начитанность, что и для создание голоса.

Ритм повествования (pacing): это тоже очень важный элемент текста, о котором многие не задумываются, но в комиксе часто именно ритм повествования отделяет новичка от профи. Главный принцип тут можно было бы сводить к аристотелевскому принципу единства времени и места, но это не совсем так. Грубо говоря, если между панелями на одной странице проходит меньше секунды, а потом появляется панель. которая отстаёт от предыдущей на несколько дней, то это нужно как-то обозначить иначе у читателя может возникнуть дезориентация. Значительные перемещения в постоянстве без телепортации обычно также подразумевают большие временные затраты. Если их не обозначать, то у читателей как раз будет ощущения, что персонажи телепортируются. Тут есть довольно хитрые приемы. Например, если на странице много текста, то она обычно субъективно воспринимается читателем как более медленная. Чрезмерное растягивание экшен сцены по панелям может сделать ее медленной и так далее. Основной атрибут — внимание.

Cоздаие сюжета (plotting): Это про движение из пункта A в пункт B. Придумывание такого маршрута очень похоже на доказательство математических теорем. Основной атрибут — интеллект.

Cоздание миров (worldbuilding): это уже что-то чего нет в обычной литературе. Дело в том, что каждый комикс добавляет что-то в содержание комикс-вселенной. Поэтому авторы должны не только держать в голове все, что было написано до них, но и думать загодя как их решение в конкретном комиксе повлияют на всю вселенную в целом. Если создание сюжета (plotting) — это тактика, то создание миров (worldbuilding) — это стратегия. Основной атрибут — интеллект.

Концептуализация: . Если cоздание сюжета (plotting) — это про поиск пути из пункта A в пункт Б, то то, что я называю «концептуализацией» — это собственно про определение, что такое «A», и что такое «Б». Это навык следующего уровня, потому что он требует от автора умения формулировать собственную философию. И для начала эта философия вообще должна быть. Без концептуализации можно сделать технически качественный контент. Но в действительность это будет просто пустой контент, лишенный внутреннего содержание, и это будет всеми ощущаться при прочтении. Главный атрибут для концептуализации — это уже не интеллект, а что-то что можно было бы назвать мудростью.

Я пишу про эти навыки, чтобы объяснить как работал Стэн Ли, автор, которого обычно считают ответственным за создание большинства героев Марвел. Стан наглухо справлялся с написанием сценарием (scripting) в самом вульгарном виде, то есть с навыками 1-4, но скорее всего у него был очень низкий интеллект. Возможно, другая причина была в том, что у Стэна Ли просто не было времени нормально придумывать сюжеты, а когда оно появлялось, то он мог работать нормально. И поэтому все задачи типа 5-8 он перекладывал на художников. И такой стиль работы, когда фактически художник придумывает комикс, а писатель только пишет текст называется «методом Марвел». «Метод Марвел» приводил к тому что качество комиксов в огромной степени зависело от того, какие художники над ними работали. Более того, это привело к позиции, что все лавры за созданных героев должны принадлежать художникам. Этой точки зрения, например, придерживается Алан Мур. Но я для справедливости отмечу, что Стэн Ли точно ответственен за то, чтобы дать героям Марвел, их изначальные голоса, что было все таки внесло что-то в изначальный успех героев Марвел.

Эта ситуация требует взглянуть на основных художников Марвел как на писателей. Не уверен, что я пока готов оценить Джека Кирби и Стива Дитко как создателей сценариев (scriptors). Но были вполне компетентны на уровне создания сюжетов, миров и концептуализации. И в плане концептуализации оба этих легендарных художников придумывали законченные осмысленные концепты для своих серий. Но эти концепты, никогда полностью не были реализованы из-за волатильной природы мира комиксов, и того как прервалась их карьера Марвел. Но не у всех художников так хорошо получалось работать со Стеном Ли. Жан Колан, который был блестящем рисовальщиком, явно не мог тянуть на себе создание сюжетом. Уоллис Вуд вообще не смог долго работать с Ли. Что же касается Джима Стеранко, то мне сложно однозначно его характеризовать. Вполне можно сказать, что его у него были проблемы и с ритмом повествования, и с сюжетом, и с построением миров, и с концептуализацией. Но в каком-то смысле он настолько работал по своему, что мне сложно его ругать.

Главным дуновением свежего ветра во второй половине 60-х стал Рой Томас. Его писательский стиль радикально отличался от стиля Стэна Ли. Можно сказать, что с интеллектом у Роя Томаса все было в порядке, и он поднял написание сценариев и построение миров в Марвел на доселе не досягаемый уровень (на троечку). Можно даже выдвинуть провокационный тезис, что это именно Рой Томас с его ворлдбилдингом создал вселенную Марвел как мы ее сегодня знаем, например, через призму MCU. Cлабые места стиля Роя Томаса в создании ритма повествования. И это можно сказать про все то поколение автором комиксов, что пришло вместе с ним. Что же касается концептуализации, то эта сфера у Томаса ставит меня в тупик. Потому что, кажется, что вместо создания пункта А и пункта Б и поиска траектории из A в Б, он был заинтересован в создании бесконечного движения по кругу из пункта А в пункт A. Этим он радикально отличался от предшествующих ему Кирби и Дитко. Такое движение по кругу могло бы показаться идеальным форматом для бездушной корпоративной машины, заинтересованной в выдавливании максимальной денежной массы из фанатов. Но у этого движение по окружности была и светлая сторона: Рой Томас явно рассматривал свои сюжеты как платформу для пропаганды идей экологии и социальной справедливости среди подростков. И возможно именно в этом было ядро его философии. С другой стороны, на эту философию можно смотреть как на форму пост-модернизма, отрицающего большие нарративы прошлых поколении, ради бесконечного возвращения, а также возрождения утерянных связей с комиксами Золотого Века, комиксами других компаний и литературными мирами Wierd Fiction. Кажется, что такая литературная игра для Томаса была важнее фундирования каких-то законченных (псевдо)философских идей.

Comments

The Man who got no ideas

Sat, 14 Mar 2026 16:17:39 GMT

Человек, у которого не было тем для разговоров.

Томас. М. Диш

1982

Я уже дошел до последних произведений Диша. Но я зашел на второй круг, чтобы познокомиться с циклом хорроров «Мистическая Минесота». Но для начала я прочитал еше один сборник рассказов «Человек, у которого не было тем для разговоров». В этот сборник входят рассказы Диша с середины 70-х до конца 80-х. Этот период в творчестве Диша можно описать как периодж после «Новых Миров» Майкла Муркока и всего явления «Новой Волны». Поэтому рассказы в этом сборники ближе к традиционной НФ. Как часто бывает у Диша, короткие рассказы тут скорее ближе к анекдотам. Причем не обязательно плохим. Но поэтому я не буду их все разбирать. А вот те рассказы, что по длине ближе к повести тут довольно осмысленные и неплохие. Первый из них «Человек у которого не было тем для разговора» описывает абсурдный мир, в котором людям нужно получить лицензию, чтобы общаться друг-с-другом. Повесть «Концепты» из межавторского цикла «Медея» внезапно оказалась актуальным пост-киберпанк опусом про чат-рулетку и ИИ-агентов. «Понимая человеческое поведение» — тоже неплохая повесть про человека со стертой памятью в стиле «Вспомнить Все» Дика.

Но расскажу подробнее про короткие рассказы. Из них стоит отметить «Квартиру по соседству с войной». Этот рассказ Урсула ле Гуин выбрала для своего сборника фантастики. Но Диш отказал ей в праве его напечать. В «мечтах» Диш писал, что он сделал это потому что этот рассказ плохой, и вообще он от него отказывается. Но в действительности о вовсе не плохой. И единственной хорошей причиной не печатать его в сборники могло быть только то, что это НФ а сюрреалистическая притча. Там описывается квартира, в которой были проблемы, что из-за стенки с соседями доносились какие-то глухие звуки, но связаться не получалось. А однажды двери этой соседней квартиры открылись и оттуда на носилках работники красного креста выносят раненого солдата. И оказалось, что в той соседней квартире идет война. И там переодически, то артелерийские обстрелы, то бомбежки. А потом война стала распространяться в другие квартиры. И тогда кто-то прибил к лифту записку: «давайте остановим войну». Тогда с войны пришли два здоровых лба, сорвали записки, да еще разбили череп тому, кто ее описал. В итоге из этого дома пришлось уехать.

«Пирамиды Минесоты» — не совсем рассказ, а письмо в газету, с предложением cтроить пирамиды в Миннесоте подобные eгипетским. Пирамиды по плану Диша должны строить волонтеры. Главный смысл этого проекта заключался в отсутствие практической цели. Диш пишет, что после того как он опубликовал это письмо, то ему действительно стали приходить письма от людей, которые хотели серьезно поучаствовать в строительстве пирамид в Миннесоте, хотя на самом деле это был пранк и никаких пирамид строить не предполагалось.

Еще интересный рассказ «взрослый». Про десятилетнего мальчика, который просыпается в теле взрослого. Правильно там отмечается то, как дети не следят за своими вещами. Он уходит из квартиры без вещей. Потом по всей видимости возвращается в чужую квартиру, и убивает тамошнего владельца, приняв его за грабителя. Потом он идет гулять и встречает проститутку. Они идут трахаться. Но перед основным действием он признается ей, что он на самом деле десятилетний мальчик в теле взрослого. Тогда проститутка признается ему, что на самом деле она десятилетняя девочка в теле проститутки. «планета изнасилований»: мир будущего на основе идей Андре Дворкин. «Джози и лифт»: Лифт увозит девочку Джози, которая в нем хулиганила, в ад. Ад очень похож на наш мир, но все события в нем развиваются максимально плохо. Одно из особенностей ада в том, что все попытки суицида в нем проваливаются. Поэтому, если у Вас получилось совершить суицид, то вы были не в аду.

Человек, у которого не было тем для разговора

В Будущем приняты абсурдные законы, согласно которым для того, чтобы вести беседу за пределами семьи и работы нужно получать специальные права как на вождение машины. Главный Герой сдает экзамен на получение лицензии, но у него проблемы, что он не может на брать достаточно балов из-за того, что не может придумать хорошие темы для разговора. Но когда он сдает второй экзамен, происходит компьютерная ошибка, и он получает временное удостоверение, которое может стать постоянным, если набрать достаточно много балов на следующем тестировании или получить три рекомендательных стикера от владельцев постоянных лицензий. ГГ идет в клуб для разговоров «partyland». Клуб функционирует как чат-рулетка. Все садятся на разные стулья, диваны и седушки, и они рандомно переставляются. Там он знакомится с девушкой по имени Золушка Джонс, но она тоже на временной лицензией. Потом ему дает стикер какой-то дед просто так (но нужно три, то есть еще два). Но потом оказывается, что в мире разговоров процветает коррупция. И заветные стикеры покупаются за большие деньги или интимные услуги. Лучше всего их покупать у специальных посредников со связями. И почти все люди в клубе «partyland» либо с временными лицензиями, либо такие посредники. После этого, набравшись храбрости, ГГ идет сдавать экзамен. Его принимает необычный профессор общения с татуировкой «cвергнем правительство Америки силой оружия и насилия.». ГГ рассказывает ему почему он так плохо придумывает темы для разговора: дома с женой он смотрел телевизор, пока она не уехала в Аризону встречать конец света света с сектой, а на работе я общаюсь только с ИИ агентами. И он говорит ему, все ты хорошо говоришь, только тем для разговора у тебя нет, поставлю тебе столько балов, что тебе все равно нужны рекомендательные стикеры, а в клубе «partyland» делать нечего, лучше сходи вот в этот крутой андеграундный клуб. В андерграундом клубе ГГ поговорил с черной танцовщицей, и она пообещала ему стикер, но только после нового года. Потом ГГ в магазине встретился с сумасшедшей поэтессой Мэдлин, страдающей от Ишиаса. И поэтесса пригласила его к себе домой пить пиво. И когда она узнала о проблемах ГГ, то сказала, что даст ему стикер, если ГГ придумает для нее идеи для 20 новых стихотворений. Мэдлин — это, конечно, сам Томас Диш in drag. И так ГГ вроде получил последний стикер, но на самом деле не получил, потому что черная танцовщица начал его динамить. И, когда срок к которому нужно было достать стикеры подходил к концу, он пришел к ней домой, но вместо нее дома была ее ассистентка. И ассистентка рассказала ему, что все свои стикеры эта танцовщица после нового года продал, а сама уехала к мужу в Делавэр. ГГ попросил стикер у ассистентки, но оказалось, что у нее тоже нет лицензии. И оказалось, что они разговаривали нелегально. Тут ГГ понял какой это абсурд — лицензия на разговоры. Но лицензия ему самому была нужна. И поэтому он понес деньги в «partyland». Там он встретил Золушку Джонс, и она cказала, что всех спекулянтов посадили. Но она сама к этому времени получила лицензию. И она дала ему последний стикер в обмен на туфлю. Наверное, потому что у нее был обувной фетишизм. Конец.

Концепты

История из межавторского цикла «Медея», которым командовал Харлан Элисон. Но главная героиня этой повести — домохозяйка с Земли. Ее муж полностью киборгизировал свое тело, чтобы оставаться успешным в мире ИИ-агентов. У них нет романтических отношений, но она нужна ему как символ человечности. Мне эта пара напоминает пару из рассказа «Пустая Комната», только в будущем, в более зрелом буржуазном состоянии. Она скучает и проводит время в космической чат-рулетки. Только эта чат-рулетка не использует камеру, а вместо нее люди видят концепты своих собеседников. И так она однажды заходит в эту чат-рулетку, а там жопа! И она влюбилась в эту жопу. И это оказался гражданин с планеты Медея. И в этой видео-рулетки был режим, on hold, чтобы продолжать общаться с собеседником. И она поставила свой терминал в этот режим. А этот гражданин только и думал как избавиться от нее, чтобы не платить за транс-галактический интернет. Но он продолжал общаться с ней. Пока их терминал не понадобился Ватикану и группе «Чудаков» с Медеи, которые решили крестить Газовый Баллон с Медеи, чтобы огорчить поселенцев, использующие Газовые Баллоны для строительства своих барж. И так эти чудаки взяли расходы на интернет. И поэтому все еще продолжали общаться, но в это время домохозяйка находилась в Ватикане. И там она подсела на наркотик «вера». Крестить Газовый Баллон так и не получилось, потому что он общался с людьми цветовыми пятнами, которые проецировались на его коже, и нормально ответить на вопросы из символа веры, которые ему задавал ИИ-агент кардинала, он так и не смог. Но после всех событий мадам под впечатлением от всех римских мадонн решила завести ребенка. У них был горячий секс по телефону. Но потом он ее все же бросил. И мадам заказала себе ребенка ИИ-агента, который должен был взрослеть по мере того как с ним общаешься. И назвала она этого ребенка «Малыш Иисус». И общаться с ним нужно было через тот же самый терминал, который передавал концепты. И она сделала так как будто бы Малыш Иисус находился на Медеи с мачехой. Но мадам было тяжело ждать того, когда Малыш Иисус станет взрослее и с ним можно будет общаться. И она стала прокручивать время вперед. Но тогда переменные, которые должны были заполняться в зависимости от общения заполнялись среднестатистическими показателями. А от этого ИИ-дети становились скучными и аутичными. Например, Малыш Иисус не хотел ничем заниматься кроме как играть в шахматы (потому что шахматы были единственным фактом, который указали в запросе), и его я-концепт не развивался, и он выглядел на экране терминала как человечек из палочек. И тогда мадам отнесла его в школу для ии-детей. И там он должен был общаться с другими моделями. И когда его вернули из школы модам, то его я-концепт развился и он выглядел уже как мальчик на экране терминала. Но оказалось, что другие модели рассказали ему, что он живет в симуляции. И это вызвало непоправимый экзистенциональный кризис. И тогда мадам попросила поговорить с его мачехой. И Малыш Иисус показал, что она лежит в луже крови. И он сказал, что когда он узнала, что находится в симуляции, то попросила убить себя. Больше дозвониться до Малыша Иисуса у мадам не получалось. Конец. Мне эта история напомнила эпизод «Черного Зеркала». Это уже даже не кибер-панк, а пост-киберпанк. Настолько Диш опережает свое время. Тут он предсказал многие современные технологии и феномены типа видео-чата, ии-агентов, любовь на расстоянии и даже эмоджи.

Понимая Человеческое Поведение

В будущем появилась новая услуга — cтирать людям память, чтобы они могли начать новую жизнь после серьезной травмы. Главный герой — один из таких людей со стертой памятью. Он работает на парковке и посещает курсы в университете Колорадо в Боулдере. В свободное время он ходит в походы по Колорадо. Там он встречает девочку Роуи Ротшильд и ее кукол. Ее мать инвалидка, которая занимается дельта-планеризмом, тоже со стертой памятью. Роуи Ротшильд все время ждет, что ее мама разобьётся, потому что тогда ее отправят в детдом, который предположительно находится в Денвере. И тогда куклы смогут посетить кукольного Папу, а для католических кукол это очень важно. Также ГГ находит группу людей, занятых строительством пирамид. Главное правило строителей пирамид на спрашивать про предназначение пирамид. Потом лекторша из университета, говорит ГГ, что она его бывшая жена. И собирается ему испортить его беспамятство и рассказывает все о его прошлой жизни. Но ГГ наводит справки об этой лекторшы. И оказывается, что это сумасшедшая женщина, которая пристает ко всем людям со стертой памятью и рассказывает им одну и ту же историю. Но ему становится ее жалко. И ГГ решает жениться на ней, удочерить Роуи Ротшильд, купить автомобиль в кредит и присоединиться к строителям пирамид. После этого герой думает, что он более никогда раньше ни чувствовал себя человеком в большей степени.

Comments

1969-1970: Конец Серебряного Века

Fri, 13 Mar 2026 14:05:11 GMT

рейтинги

1. Люди-Икс. рейтинг:7.5 категория:S

Внезапно, один из худших комиксов старого сезона стал лучшим комиксом сезона 1969-1970. Этого результата удалось достич благодаря арту Нила Адамса и относительно серьезному сценарию Роя Томаса. Тем не менее эта серия фактически была отменена Марвел, что может говорить о довольно спорных вкусах аудитории. Большой успех людей-икс после перезапуска в 1975 году свидетельствует о том, что у этой серии был большой потенциал, который оценили и раскрыли только через пять лет.

2. Доктор Стрэндж. рейтинг:7.4 категория:A

Визуально интересный комикс. Наверное, благодаря этому выбился в лидеры. Тоже не был оценен аудиторией и отменен.

3. Мстители. рейтинг:7.2 категория:A

Культлвый ран Роя Томаса. Он действительно создал новый подход к сценариям в комиксах. Пляс потрясающий выпуск про предательство Вижна.

4. Тор. рейтинг:6.9 категория:B

Завершение рана Джека Кирби про бога Грома. Мне кажется этот комикс Кирби лучше всех держал планку качества. Но там было пару дурацких выпусков.И в этом сезон Тор мне показался все же не таким ярким и интересным как в предыдущмм. Особо запоминающегося тут не так много.

5. Человек-Паук. рейтинг:6.7 категория:B

К Человек-Пауку мне тоже сложно придраться. Хотя не сказал, что эта часть моя любимая. Мне больше всего запомнились прогресивные темы связанные с персонажем Проулером. Это направление сюжета ближе к бронзовому веку. И действительно, в начале Бронзового века этот комикс бедет играть большое значение.

6. Железный человек. рейтинг:6.7 категория:B

Этот комикс действительно сильно вырос благодаря сценариям Арчи Гудвина. А до этого Железный Человек мне не нравился.

7. Доктор Дум. рейтинг:6.5 категория:B

Тут довольно исполнена довольно оригинальная для того времени идея зделать главным героем злодея. Пока было всего два выпуска. Но мне понравился арт Вали Вуда во втором.

8. Халк. рейтинг:6.4 категория:B

Вроде про зеленого громилу тоже неплохо. У меня этот комикс довольно буйные фантазии вызывает. И это наверное его главное достоинство.

9. Капитан Америка. рейтинг:6.3 категория:B

А вот к этому комиксу у меня уже смешенное отношение. С одной стороны тут есть шедевральные выпуски с артом Стеранко и неплохая история про остров Изгаников и Сокола. С другой стороны тут много довольно проходных выпусков

10. Фантастическая Четверка. рейтинг:6.3 категория:С

А вот этот комикс от Кирби меня уже конкретно разочаровал. Единственная интересная сюжетная линия там оказалась плагиатом из Стар Трека. Полное ощущение, что серия себя исчерпала и ее пора было закрывать. Поэтому Джек Кирби и ушел из Марвел.

11. Капитан Марвел. рейтинг:6.0 категория:С

Интересные эксперементы. Но их вектор не очень ясен. Еще одна отмененная серия. Но будет скоро возраждена и будет важна в начале бронзового века.

12. Башня Теней. рейтинг:5.9 категория:С

Новая антология ужастиков. Вполне сооствествует духу времени. Есит пара хороших комиксов. Но в остольном они весьма средненькие

13. Серебренный Серфер. рейтинг:5.9 категория:С

В прошлом сезоне этот комикс у меня был лидером. Но теперь он скатилься. И был отменен весьма заслужено.

14. Палата Тьмы. рейтинг:5.7 категория:С

Еше одна антология ужасов.

15. Сорвиголова. рейтинг:5.6 категория:С

Очень странный комикс. Тут есть интересныйе выпуски. Но к супергероике они мало относиятся. А так остольные комиксы довольно лажовые.

16. Подводник. рейтинг:5.4 категория:С

Довольно посредственно, есть не считать интересные литературные пересечения с Weird tales.

17. Касар. рейтинг:5.0 категория:D

Аналог Тарзана от Марвел. Пока было всего 2 выпуска. Нужно присматриваться. И первый выпуск очень хуевый. Поэтому рейтинг D.

18. Cмотритель. рейтинг:5.0 категория:D

Cборник фантастических историй с твистами. Причем, Довольно посредственных.

19. Ник Фьюрри. рейтинг:4.6 категория:F

Этот комикс продолжает привычные доя этой серии эксперементы, но делает это крайне неудачно. Поэтому рейтинг F for Fail.

Тир-лист

история

Мне всегда казалось, что этот период в истории Марвел был упадочным, когда интерес публики к супергероям снижался. Марвел лишилась своих лучших художников: Джека Кирби, Джима Стеранко и Нила Адамса. А пару лет до этого компанию покинул Стив Дитко, создатель Человека-Паука. Были закрыты пять серий: Люди-Икс, Доктор Стрэндж, Серебряный Серфер, Капитан Марвел и Ник Фьюрри, агент Щ.И.Т.А; Две из которых были вовсе не плохи. Но в то же время Марвел открыли две новых анталогии ужасов, два новых комикса для девочек, и две анталогии про супергероев: «Astonishing Tales» и «Amazing Adventures», который я решил не включать в подборку. Также, что касается качества самих комиксов, то этот период действительно был менее ярким. В первую очередь из-за того, что Кирби стал халтурить. А может из-за того, что естественный срок жизни его сериалов пришел к концу. Но в тоже время мне показалось, что средний уровень комиксов продолжал расти. Поэтому можно говорить о постепенном эволюционном улучшении. А называть этот период упадком было бы слишком смело.

Comments

Tower of Shadows 1-6 & Chamber of Secrets 1-6

Wed, 11 Mar 2026 06:57:44 GMT

1969-1970

Чтобы завершить чтение комиксов Marvel Серебряного века, мне также нужно упомянуть две серии ужасов: «Башня теней» и «Комната тьмы». Смысл Кодекса комиксов и Серебряного века в целом заключался в том, чтобы похоронить комиксы ужасов. Но, похоже, существовала серьёзная потребность в них. Поэтому Marvel запустила эти две серии. Поскольку Кодекс комиксов всё ещё действовал, здесь нет ничего по-настоящему страшного. И, по сути, большинство историй ужасов здесь посредственные. Жемчужиной этой коллекции является история «В полночь!» в «Башне теней» № 1 Джима Стерано. Cама история малопонятна и больше похожа на горячечный ночной кошмар. Стеранко говорил, что эта история подверглась серьезной критике редакции, которая также завернула его обложку. И это была основная причина того, что он ушел из Марвел. Мне также понравилась история Уоллеса Вуда, которая является просто трогательной фэнтези-cказкой. Странно, что таких комиксов в то время было так мало. Кажется, на неё есть отсылки и в первой игре Baldur's Gate, поскольку антагонистом является некромант по имени Xzar. Помимо оригинальных историй, в этой серии есть адаптации произведений Э. А. По и Г. Ф. Лавкрафта. Мне особенно нравится адаптация рассказа Э. А. По «Маска красной смерти» Роя Томаса. Он не только перенёс действие из мрачного средневековья в постапокалиптический мир, но и дал главному антигерою имя Грисволд. Как мы теперь знаем из работ Томаса М. Диша, Руфус Уилмот Грисволд был соперником Эдгара Аллана По и его первым биографом. Так что использование имени Грисволд не случайно. Кроме того, в этих сериях можно встретить лучших художников Marvel и их лучшие работы того времени. К ним относятся, как я уже упоминал, Джим Стеранко и Уоллес Вуд, а также Мари Северин, Джек Кирби и Джон Бушема.

Все это последние комиксы Марвел Серебряного века. Дальше будет подведение итогов и анализ.

галерея

Это «копатель». Один из рассказчиков, и главный маскот хоррор-комиксов Марвел. Тут в исполнении Джима Стеранко.

Фрагмент комикса «В полночь!» Джима Стеранко. Это новое слово в визуально нарративе.

Первое появление Xzar-а.

То как Уолесс Вуд изображает проклятие Xzar-a тоже заслуживает восхищения.

Comments

The Word of God: Or, Holy Writ Rewritten

Sun, 08 Mar 2026 07:13:12 GMT

Cлово Божье, или cвятое писание писаное по нову

Томас. М. Диш

2008

«Cлово Божье», это произведение Томаса М. Диша было написано конце 2004, начале 2005 года, но было издано только после его смерти. Сложно сказать, что это конкретно, толи роман, толи повесть, толи сборник рассказов. Суть его в том, что после всего анализа фантастики, Америки как нации лжецов, и тому подобного, Томас Диш, принял единственно, правильное решение, и обявил себя Богом. То есть не просто пророком Бога, как какой-нибудь жалкий Мухамед или Филип Дик, а просто Богом. И частично эта книга представляет запись его учения и доктрины, частично расуждение о религии вообще, частично автобиографию, и ,как я уже упоминал выше, частично повесть и сборник рассказов.

Cамо религиозное учение Дища не очень интересное с религиоведчиско-философской точки зрении. Оно скорее интересно с точки зрения возможности узнать взгляды самого Диша. Его учение стоит на трех китах: пацифизм, анти-натализм и добровольное вымирание человечества. Также он призывает своих последователей одеваться эксцентрично, например, ковбоями и верить во всякую чушь, типа ноева ковчега. Это нужно для того, чтобы их считали «опасными сукиными детьми» типа Талибанов. Потомучто, как пишет Диш, главная задача религии — это заставить окружающих считать ее последователей «опасными сукиными детьми». Он иллюстрирует эту идею притчей обу учетеле тригонометрии из ПТУ. Его отправляют на тренинг личностного роста, чтобы ученики наконец-то начали его слушать и что-то запоминать. Тренер убеждает его, что чтобы добиться этого результата, ему нужно создать новую личность, личность ковбоя. Потом он говорит, что чтобы завершить курс личностного роста ему нужно прыгнуть с парашутом. Он приходить прыгать с парашутом. А там все кто пришел прыгать — ковбои. И один из них с криком «Йахуу!» выпрыгнул и из самолета, и из паращута. И тогда учитель тригонометрии засал сам прыгать. И тогда тренер говорит ему, если ты не можешь прыгнуть с парашутом, тогда ты должен покреститься. И учитель тригонометрии пошел креститься в самую дещевую церковь в городе, а это была церковь «Ноева Ковчега» совмещенная с контактным зоопарком. И у этой церкви было правило, что нужно обязательно публично отрицать все теории происхождения видов, кроме происхожения всех животных от животных с Ноева ковчега. И когда после этого этот учитель выходил к студентам в ковбойской шляпе и говорил в начале каждого урока про Ноев Ковчег, то студенты сразу понимали, что перед ними « опасный сукин сын» и начинали его слушать. Я почему-то представил себе сейчас Савватеева.

Но больше всего мне понравился чисто художественный наррастив, который можно было бы назвать «Филип Дик в аду». Да, действитлеьно в главе про «Диш» описывает страдания Филипа Дика в аду, куда его отправили за его доносы. Там он оказывается женат на режессерки Джойслин Шрагер из рассказа Диша «Жизнь Джойслин Шраггер» и питается исключительно собачьим кормом. Но главным наказанием для Филипа Дика является писательский Блок. В соборе Сатаны Филип Дик встречает архитектора Филипа Джонсона. Оказывается, что Филип Джонсон как продвинутый сатанист посещает ад при жизни. Архитекотр дает Дику попробовать свою кровь, и тем самым возвращает тому его писательский дар. Но за возможность писать Филип Дик должен выполнить услугу: он должен убить Томоса Диша. Но убить он должен его очень оригинальным образом. Дик должен отправиться назад во времени, вселившись в себя же 10-летнего в 1939 году и убить родителей Диша в день его зачатия. Диш писал, что врать по-американски — это значит врать по крупному. Поэтому кроме того, что он Бог, он утверждает, что его отцом был писатель Томас Манн. Потому в его нарратив Филип Дик должен убить Томаса Манна! И это смерть, по мнению Диша, должна привести к победи Оси во второй мировой войне и миру из романа «Человек в Высоком Замкк» Филипа Дика. Далее следует череда приключений, часть которых парадирует «На Дороге» Керуака, а часть «Смерть в Венеции» Томаса Манна (Томас Манн влюбляется в десятелетнего Филипа Дика, но тот организует ему сердечный приступ, но уже с помощью электрошока). Но все заканчивается божественным вмешательством со стороны самого Томаса Диша, который как Бог вселяется в своего отца (не Томаса Манна). И все исправляет. Этим, он, кстати, противоречит, тому, что его отец — это Томас Манн, потому что до этого Диш писал, что путешествуя назад в прошлое вселяться можно только в себя или в своих предков.

В приведенном выше рассказе про Филипа Дика Диш возвращается к его любимой теме с ложными именами. Томас Манн регистрируется в гостинице под ложным именем «Герман Гессе». А Филип Дик, когда путешествует во времени представляется Филипом Ротом. Это не с проста, потому что Филип Рот написал роман «Заговор против Америки» c cюжетом похожим на «Человека в Высоком Замке» Дика. Такой тут юмор, а-ля литературное домино. Еще тут есть рассказ про то, как Христос и Святой Петр отправляются в Канзас-Сити смотреть фильм Мэла Гибсона «Cтрасти Христовы». Потому тут много вещей относящихся к культурному контексту начала-середины 2000-х.

Мой вердикт — это книга для фантов Томаса Диша. Тут очень много фактов и мнений писателя, много «пасхальных яиц» (Томас Манн живет в номере 334, упоминаются пирамиды в Миннесоте). Собственно центральный нарратив может понравиться любителям «литературного домино». Но его точно не стоит читать тем, кого не интересуют Филип Дик и Томас Манн. А также тем, для кого кто-то из этих писателей является священной коровой.

Comments

Marvel Super-Heroes 19,20 + Astonishing Tales 1

Sat, 07 Mar 2026 18:46:55 GMT

1969-1970

Осталось несколько нераскрытых историй. В комиксе Marvel Super-heroes есть пара историй. Первая история посвящен Казару. Она настолько плохо нарисован и сюжетно не продумана, что я не хочу вдаваться в подробности. Это еще одна битва Казара против его брата Морского Разбойника. Они отправляются в какие-то дальние земли в поисках сокровищ, но это даже не «дикие земли». Второй рассказ о Докторе Думе, сражающемся с алхимиком Диабло. По сути, это история о том, как Диабло пытается соблазнить Доктора Дума использовать машину времени Доктора Дума, чтобы изменить историю мира. В конце концов, неплохая история. Это был смелый шаг со стороны Роя Томаса — сделать злодея главным героем комикса. Я думаю, что суть характера Доктора Дума — это его обида. Третий рассказ — это самостоятельная научно-фантастическая история, известная как «Марвин и марсиане». В этой истории марсиане обещают игроку непревзойденную стратегию азартных игр, если он предоставит им сокровище. Но загвоздка в том, что сокровище — это сам игрок. Эта история совершенно бессмысленна. Летом 1970 года Marvel также запустила новую серию под названием «Удивительные истории» (не путать с «Истории, которые поражают»). В ней параллельно выходили две серии: одна о Казаре, другая о докторе Думе. Поэтому я решил рассмотреть их в одном посте. История о докторе Думе — это своего рода мешанина идей. Доктор Дум сражается с повстанцами, а также в ходе событий создает некое чудовище Франкенштейна. Спасением этой истории является графика Уоллеса Вуда. История о Казаре в этом выпуске — это просто захватывающая битва с охотником Крейвеном. Ее нарисовал Джек Кирби.

иллюстрации

Кто так собак рисует?

Зловещее изменеие истории

Доктор Дум в исполнение Уолеса Вуда.

Новая цель для атаки найдена.

Comments

Плесень в Машине

Fri, 06 Mar 2026 22:47:49 GMT

Мир Габора представлял собой сетку ржавых заборов и облупившейся побелки, территорию эха. Военная база у подножия Карпат была выведена из эксплуатации вместе со всем миром после Трехнедельной войны, но никто не удосужился вывести из эксплуатации Габора. Он был сиротой последнего потрясения, частью человеческого наследия, упущенной из виду при великом закрытии счетов. Ему было одиннадцать, а может быть, и тринадцать лет — записи были утрачены в том же пожаре, что и его родители, — и он жил в промежутках заброшенного гарнизона, призрак в мертвой машине.

Его дни были литургией мелких, необходимых краж. Сегодняшний ритуал привел его в старый командный бункер, бетонную жабу, присевшую под камуфляжной сеткой, которая давно сгнила, превратившись в ленты. Воздух внутри был пропитан запахом плесени и холодного камня. Он пришел за медной проволокой, но то, что он нашел, оказалось гораздо интереснее.

В подвале, за дверью, отмеченной радиационными трилистниками, выцветшими до мягкого, безобидного желтого цвета, находилась лаборатория. А в лаборатории, внутри хранилища, которое было вскрыто, словно консервная банка, какой-то огромной, сфокусированной силой, находился небольшой прозрачный куб из люцита. А внутри куба, словно окаменелость в янтаре, висела какая-то частичка чего-то. Она была меньше обрезка ногтя, корочка вещества цвета синяка. На этикетке, напечатанной с чопорной точностью, было написано: ОБРАЗЕЦ 7-VX / ВНЕЗЕМНОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ / ПРОТОКОЛ СОДЕРЖАНИЯ ОМЕГА.

Габор вытащил куб из бархатной подставки. Он был холодным и тяжелым. Он понятия не имел, что это такое, но тщательность, с которой он был запечатан, и та невероятная сила, которая потребовалась для взлома внешнего хранилища, говорили ему, что это ценно. А ценность в его мире означала торговлю.

В ту ночь, укутавшись в одеяла в бывшей офицерской каюте, он поднёс куб к лунному свету. И тут он почувствовал это. Не голос, не совсем. Скорее, это было похоже на давление в затылке, мягкое, но настойчивое зондирование, как кошка, похлопывающая по закрытой двери. Это было чувство огромного, холодного любопытства. И тут в его голове расцвела мысль, не его собственная, идеально сформированная и пугающе чёткая.

«Ну, это шаг назад. Я ожидал увидеть «Людей в чёрном», или хотя бы команду техников в защитных костюмах. Вместо этого я получил дикого ребёнка. У Вселенной больное чувство юмора. Хотя, наверное, лучше, чем чувство сострадания. Сострадание такое утомительное.»

Габор уронил куб. Он тихонько ударился о одеяла. Он уставился на него, сердце бешено колотилось в груди.

«Не делай этого», — снова нахлынула мысль, смешанная с чем-то вроде раздражения. «Ты меня доведешь до головной боли. Если бы у меня была голова. Что, как видишь, является предметом спора. Меня зовут Рекс, кстати. А тебя?»

«Г-Габор», — прошептал он сухим хриплым голосом.

«Габор. Отлично. Хорошее, солидное имя для выжившего в антиутопии. В нем есть определенный… восточноевропейский фатализм. Теперь, Габор, я оказался в затруднительном положении. Я нахожусь в этой маленькой стеклянной коробке уже, как мои похитители называли, «шесть месяцев», хотя мое восприятие времени скорее геологическое. Меня мучительно, до боли мучает жажда. Думаешь, ты сможешь налить хоть каплю воды?»

Воды. Инопланетной плесени, а это именно плесень, нужна была вода. Габор, движимый любопытством, которое пересилило страх, открыл флягу и капнул одной каплей на люцит. Капля скатилась, но мысль Рекса была острой и отрезвляющей.

«На меня, пожалуйста. Не на клетку. Честно говоря, для такого сообразительного парня ты не очень… ой, ладно, неважно. Всего каплю. На образец.»

Габор осторожно наклонил куб и капнул каплю на поврежденную частичку через открытый верх контейнера. Эффект был мгновенным. Частичка замерцала, запульсировала и увеличилась в размерах, удвоившись, а затем утроившись. Теперь она занимала площадь размером с ноготь. Голос в его голове стал четче, сильнее и теперь обладал отчетливым тембром — утонченным, веселым и невероятно старым.

«Ах. Нектар. Я бесконечно благодарен тебе, Габор. Еще немного, и я, возможно, смогу оценить тонкости твоего прекрасного, хотя и слегка пахнущего плесенью, жилища.»

Габор, теперь совершенно очарованный, добавил ещё одну каплю. Плесень снова разрослась, превратившись в тонкую бархатистую плёнку. Голос в его голове стал настолько ясным, что казался вторым сознанием.

«Великолепно! Ну, посмотрим. Ты. Я. Разрушенный мир. Классическая завязка. Напоминает мне десяток постапокалиптических романов, большинство из которых перегружены деталями. Главное — сохранить чувство юмора. Ты читаешь, Габор?»

«Я… я раньше читал. В библиотеке базы были книги. Моя мама читала мне».

«Ах, читатель! Это многообещающе. Уверен, у твоей матери был отличный вкус. Нам нужно это обсудить. У меня очень твёрдое мнение о второй половине Пруста. Скучный человек. И даже не начинайте говорить о состоянии комиксов после Серебряного века. Трагический упадок. Но сначала предложение. Ты один. Я… заперт. Мы могли бы оказать друг другу огромную помощь. Если ты позволишь мне… присоединиться к тебе.»

Присоединение не было болезненным. Это было похоже на прохладную жидкость, скользящую в пространство за его глазами, мягкое занятие. И вместе с этим пришла сила. Габор чувствовал крыс в стенах, их маленькие, испуганные сердечки. Он чувствовал слабые искорки сознания в мотыльках, порхающих у окна. Он мог силой мысли сдвинуть упавшую на пол фотографию. Телекинез. Это было так же естественно, как напрячь новую мышцу.

«Вот,» — сказал голос Рекса из его собственной головы. « Заметное улучшение. У тебя телепатический и телекинетический потенциал особенно одаренного тритона, но с моим опытом мы можем показать себя с лучшей стороны. Итак, с чего же мы начнем?»

Габор подумал о единственном, что имело для него хоть какой-то эмоциональный вес. «Мои родители. Они похоронены в Брашове. Я никогда не мог туда поехать».

«Брашов. Паломничество. Как это чудесно в готическом стиле. Мне нравится. Путешествие, столкновение с прошлым, развитие персонажей. Да, давайте. У меня такое чувство, что это будет гораздо интереснее, чем сидеть в пыльном офисе.»

Дорога в Брашов была известна в округе как Дорога Медведей. Она петляла через густые, древние леса, и медведи, изгнанные с гор голодом, отвоевали её себе. Габор, с его скудными пожитками в мешке, шёл с вновь обретённой уверенностью. Рекс был для него постоянным остроумным комментатором, постоянно критикующим пейзаж.

«Прекрасный участок вырубки леса. Прямо как у Кормака Маккарти. Возможно, даже слишком прямолинейно.»

Они завернули за поворот и увидели их. Медведица с двумя медвежатами, измождённые и отчаявшиеся, перегородили дорогу. Медведица поднялась на задние лапы, огромный, лохматый памятник голоду, и издала фыркающий рык.

«Ах, местные жители. Не волнуйся, Габор. Думай о них не как о медведях, а как о литературной аллюзии. Это наша собственная «Медведица» из произведений Фолкнера, но с меньшим количеством метафизических мотивов и более насущными проблемами с зубами. А теперь слегка подтолкни её.»

Габор сосредоточился. Он вспомнил фотографию на полу. Он сфокусировался на ревущем, первобытном центре страха в мозгу медведицы. Он толкнул.

Эффект был мгновенным. Медведица упала на четвереньки, её глаза расширились от растерянности, граничащей с паникой. Она зарычала, издав звук чистой тревоги, а затем повернулась и рухнула в заросли, её детёныши покатились за ней следом.

«Превосходно! Идеальное применение силы. И, кстати, о литературных медведях, знаете ли вы, что в «Зимней сказке» Шекспир описывает уход медведя, преследуемого медведем? Нет, подождите, это «уход, преследуемый медведем». Ключевое различие. Одно — сценическая ремарка, другое — биологическая нелепость. Тем не менее, я уверен, что наша медведица чувствует, будто её кто-то преследует. Вперёд!»

Они шли дальше, и хорошее настроение Рекса было заразительным. Он рассуждал о сравнительных достоинствах балета Чайковского «Спящая красавица» и диснеевской адаптации, пока они шли по местности, которая выглядела так, будто ее разбомбил сам Бог.

Кладбище в Брашове было совсем не таким, каким его представляли обрывочные воспоминания Габора. Это было уже не тихое поле камней и воспоминаний. Оно преобразилось. Над входом возвышалась кричащая вывеска, подсвеченная мерцающим, спасенным неоном: «НЕКРОПОЛИС КОШМАРОВ! – ИСПЫТАЙТЕ НЕВЕРОЯТНЫЕ ОСТРЫЕ ОЩУЩЕНИЯ!»

Внутри надгробия были вырваны с корнем и заменены аттракционами. Там был аттракцион «Дорога в ад», где потрепанные машины врезались в бетонные стены по замкнутому, повторяющемуся кругу, а их пассажиры (скелетные манекены) вылетали через лобовые стекла. Воздух был наполнен записанными криками и запахом горелой резины и попкорна. Другой аттракцион, темный, грязный шатер, обещал «Золотую мечту» – симуляцию передозировки героином, дополненную мерцающими, красивыми огнями, которые медленно гасли. Зазывалы в потрепанных костюмах чумных докторов манили немногочисленных посетителей с пустыми глазами.

«Боже мой» — прошептал Рекс в голове Габора, его обычный утонченный тон сменился на тон искреннего благоговения. « Это тематический парк смерти. Карнавал ужасов. Это как если бы Уолт Дисней и маркиз де Сад родили ребенка и дали ему разрешение на строительство. Это… гениально. И невероятно, невероятно безвкусно. »

«Мы должны найти могилу моих родителей», — сказал Габор, пытаясь игнорировать соблазнительный шепот аттракциона, обещавшего ощущение погребения заживо.

Да, да, конечно. Миссия. Давайте продолжим. Игнорируйте заманчивый атракцион имитации удушья. Это всего лишь звук и ярость, означающие… низкую высоту над головой.

Они прошли через гротескную середину, мимо «Гильотины веселья» и «Игровой площадки «Чумная яма»». Рекс продолжал непрерывно комментировать происходящее, но Габор чувствовал новое напряжение в своем инопланетном спутнике, сосредоточенное внимание. Их вели.

Они остановились перед большим искусственным каменным склепом. Внутри, под мерцающим черным светом, стояли восковые фигуры ведьм вокруг котла. Они были грубо сделаны, их лица застыли в наигранной, злобной радости.

«Стоп», — скомандовал Рекс. «Посмотри на третью слева».

Габор посмотрел. У восковой ведьмы были тонкие седые волосы, огромный крючковатый нос и подбородок, почти касающийся его. Ее глаза были широко раскрыты и полны интриг. Она показалась Габору знакомой, но он не мог вспомнить, кто именно.

«Старая Ведьма. Из комикса EC «Призрак страха». Хозяйка, которая больше всего… ужасает. Будь я проклят. Или, может быть, будет проклята. Какое необыкновенное сходство.»

Пока Габор смотрел, солнце, представлявшее собой бледную тряпку за облаками, наконец, село. В тот же миг, как исчез последний луч света, восковая фигура замерцала. Грубый воск размягчился, расплылся, а затем снова принял нужную форму. Ведьма перестала быть статуей. Она стала живой. Плоть и кровь, и на лице ухмылялась ужасная, многозначительная ухмылка.

Она вышла из-за сцены, ее потрепанные одежды зашуршали. Ее голос был похож на хихиканье, которое царапало Габору нервы. «Ну-ну-ну. Долго же ты шел, Рексик. Ты заблудился? Или остановился, чтобы полюбоваться пейзажем?»

Габор почувствовал, как шок прокатился по его телу, а затем медленно, постепенно, нарастало ужасающее веселье.

«Ты», — прошептала мысль Рекса. «Это была ты. Все это время. Утечка в протоколах содержания. Приглашение… Кладбище.»

«Конечно, милый», — прохихикала ведьма, ее глаза сверкали древним, паразитическим разумом. «Ты же не думал, что военные смогут построить хранилище, достаточно прочное, чтобы вместить нас, правда? Нам нужно было, чтобы ты вырос. Чтобы ты восстановил свои силы. И нам нужен был сосуд. Милый, пустой, одинокий маленький мальчик, чтобы перенести тебя сюда. История про могилу родителей? Да ни за что! Я просто хотела увидеть своего старого друга».

Она протянула свою скрюченную, любящую руку к лицу Габора. «Ну, Рексик, будь добр и отдай ребенка. Нам столько всего нужно наверстать. И столько… работы нужно сделать».

Габор застыл на месте, пешка в игре, о которой он только что узнал, его разум внезапно превратился в поле битвы сил, гораздо более древних и ужасных, чем любая война, которую он знал...

Comments

X-men 54-66

Fri, 06 Mar 2026 01:23:15 GMT

1969-1970

Следующая серия — «Люди Икс». Раньше Люди Икс были объектом насмешек. Но эта серия от Роя Томаса и Нила Адамса блестяща. Рисунки Нила Адамса потрясающие. А сюжет и сценарий Роя Томаса, по крайней мере, удовлетворителен. История начинается с того, что Арнольд Дрейк представляет брата Скотта Саммерса, Алекса Саммерса. Алекс тоже мутант, но он ещё об этом не знает. Но затем его похищают с церемонии вручения дипломов бандиты в египетских одеждах. Его отвозят в музей, в зал Древнего Египта, чтобы он встретил нового злодея, известного как Живой Фараон. Когда Рой Томас берёт на себя историю, братьев Саммерс захватывают и увозят уже в настоящий Египет. Там Живой Фараон высасывает их жизненную энергию и превращается в гигантский Живой Монолит. Но его взрывают атомной бомбой, что срывает его план. После этого Люди Икс разделяются, но входят в силу новые законы против мутантов, и роботы-стражи начинают захватывать мутантов. Но в конце истории выясняется, что тот, кто руководил операцией, сын Траска, тоже был мутантом, и Стражи нападают на него, становясь неуправляемыми. Алекс Саммерс обнаруживает в себе способность производить разрушительные энергетические взрывы и теперь носит имя «Хаос». После поражения cтражей Люди Икс ищут учёного, Карла Ликоса, друга профессора Икс (который «погиб» в предыдущей подборке). Но они не знают, что Карл Ликос был укушен птеродактилем-вампиром в юном возрасте во время экспедиции в дикие земли. И поэтому он сам стал оборотнем-вампиром-птеродактилем, Сауроном. На самом деле Рой Томас хотел, чтобы Саурон был летучей мышью, но цензурный кодекс комиксов ввёл запрет на вампироподобных летучих мышей. Но ничего не говорилось против вампироподобных птеродактилей! Так родился Саурон, один из самых странных антагонистов Людей Икс. В итоге, битва с Сауроном каким-то образом приводит Людей Икс в Дикие земли. Там они встречают Казара, этакого Тарзана от Marvel, который занят войной против странного племени. Оказывается, все члены этого племени — мутанты. И это Магнето превратил их в мутантов. Люди Икс и Казар объединяют силы и побеждают Магнето. Затем Люди Икс возвращаются в свой штаб и обнаруживают, что профессор Икс на самом деле жив. Он все это время сидел в подвале и телепатически поддерживал Людей Икс. После этого Люди Икс сражаются с японским мутантом Санфайром, который мстит американцам за Хиросиму и Нагасаки, с инопланетянами и Халком. Но в середине этой сюжетной арки серия оказывается на грани закрытия, и выпускаются только переиздания. Это довольно печально, потому что она находилась в далеко не самом плачевном состоянии. Возможно это связано уходом Нила Адамса в DC, где он прославился своим раном «Бэтмана» b «Зеленый фонарь и Зеленый Стрела». «Люди Икс» были возрождены лишь в 1975 году Леном Вейном.

Арт Нила Адамса

Люди Икс против Ожившего Монолита.

Крутая сцена с падением в окно.

«Хаос» в драматической сцене

Cаурон и его история

Cражение в Диких Землях.

Comments

The Voyage of the Proteus: An Eyewitness Account of the End of the World

Tue, 03 Mar 2026 17:59:49 GMT

Путешествие Протея: свидетельство очевидца о конце света

Томас Диш

2008

«Путешествие Протея» — одна из последних повестей Томаса Диша. Она интересна тем, что ее главным героем является сам Томас Диш, и тем что вскоре после ее написания Диш совершил самоубийство. Этл своего рода фэнтаэзи о попаданцах, в котором Диш попадает в сеттинг Илиады и Одиссеи. Эта короткая повесть, но очень интересная и наполненная отсылками.

«Протей» — это корабль Агамемнона, и большую часть времени Диш находится на этом корабле. Там он встречают пророчицу Кассандру, которой выбили все зубы во время массового изнасилования, после взятия Трои. Кассандра и старый Диш обнаруживают, что когда они занимаются отвратительным сексом, Кассандра может получать ведения о современной Дишу Америку. И она начинает пророчить о ее падении. Но что-то четкое выделить в ее пророчествах сложно. Н корабле Диш обучает английскому я языку молодого эллина по имени Сократ. Но в какой-то момент тот нападает на Диша, и обвиняет его в том, что тот не эллин. Но Агамемнон приказывает остановить драчку. После этого Сократ вызывает Диша на соревнование по отгадыванию загадок. Диш отгадывает тривиальную загадку Сфинкса, после чего он должен убить Сократа специальным загадковым ножом (Riddle knife). Cократ умоляет оставит его в живых, ссылаясь на свой возраст, но Диш убивает его со словами: «cоси хуй!». Но эти слова действуют как проклятия, и Сократ возвращается в виде призрака, тени, одержимый одим желанием — cосать хуй. Но, как известно, у древних греков нельзя угощать такие тени кровью и вином, и оказывается, что спермой их угощать тоже нельзя. Кассандра предупреждает об этом Диша, но другие матросы все же дают призраку Сократа на клык. Из-за этого корабль «Протей» оказывается проклят и на него начинают нападать гарпии. Диш убивает одну из гарпий мечом, за что его принимают в ряды воинов Ахеи. Один из воинов решает стать кровным братом Диша. Он оказывается поэтом Гомером. Но в ритуале смешивания крови они используют меч с кровью гарпии, что приводит к заражению болезнью типа СПИДа. У Диша этот СПИД проявляется в форме жажды самоубийства. А у Гомера в форме слепоты. Чтобы снять проклятие Протей отправляется на поиски врат Гадеса. Эти поски приводят его на руины Кносского дворца. Там Диш находит стул с откидной спинкой и засыпает. На этом повесть заканчивается.

текст

Мне кажется эта повесть представляет, довольно сложный гипертекст. Пророчица «Кассандра» может быть отссылкой на псевдоним самого Диша «Кассандру Кай» и на его повесть « Getting into Death». Поэтому этот персонаж не является чем-то внешним по отношению к Дишу. И секс с ней не является сексом с женщиной, а скорее чем-то вроде мастурбации. Почему эта мастурбация приводит к ведениям современной Америки отдельный вопрос. Сократ — может быть остылкой к рассказу Диша « Cмерть Сократа». Не знаю почему, но почему-то Диш чувствует себя проклятым из-за него. Как пишет сам Диш гарпии появляются у Данет в его географии Ада в лесу самоубийц. У Данте это демоны, которые мучают самоубийц. Поэтому они обозначают, что Диш явно думал о суициде, когда писал это произведение.

Также это произведение странно политическое. Диш сравнивает Агамемнона с Джоржджем Бушем младшим, а разрушение Трои он сравнивает с его кампаниями в Ираке и Aфгаенистание. Но также Диш критикует и ислам как «религию мира». Он предсказывает, что на похоронах Джорджа Буша произойдет теракт. На этом основании он предрекает, что его должны убить либо агенты американской госбезопасности либо исламские радикалы. Интересно, что на кануне своего самоубийство Диш пишет, что его смерть будет политическим убийством.Вот что Диш пишет о лжецах в этом политическом контексте:“—
Самые отъявленные лжецы всегда самые опасные. Они не ожидают, что им поверят, но и не ожидают, что их привлекут к ответственности за их ложь.—Так как же поступать с такими людьми?—Как и все остальные. Их игнорируют. Их мелкие пограничные войны остаются незамеченными. Их приглашают на мирные конференции где-нибудь в глубине Судана или пустыни Гоби. Их оставляют на произвол судьбы и желают им всяческих успехов в убийстве друг друга. Так поступают цивилизованные люди».”. Тут нужно вспомнить, что нацией лжецов Диш называл Америку. Все это довольно актуально и в наши дни, если заменить Буша на Трампа.

Концовка повести довольно невнятная. Кассандра решает, что ее видения Америки являются вымыслом. Потому что такой странны не может существовать. А Диш возвращается в свою Америку не просыпаясь, а засыпая. Это все говорит о том, что реальность 2008-го года является ложью и иллюзией. В этой концовки много от Филипа Дика.

Общие впечатления у меня от этой повести смешная. С одной стороны ее интересно читать. С другой стороны она слишком современна реалиям 2000-х годов и это может помешать ей стать бессмертной. Также Диш тут намного сознательнее двигается в сторону пост-модернистской литературы. И это всегда менее интересно, когда авторы сознательно выбирают такой стиль, чем когда они приходят к таким экспериментом спонтанно, то есть под давлением своей музы.

Протей снова идет: дальнейшие приключения на конце света

Томас Диш

2008

Нечеткий конец, и то что заявленная тема конца света осталась не раскрыта, требовала. появления сиквела. И сиквел действительно вышел. Это очень редкая книга. И я не смог получить доступ к ее тексту. Но вот описание сюжета:

В этом продолжении «Путешествия Протея» действие переносится из мрачных, полных приключений морей гомеровской Греции в мрачные и ещё более мрачные улицы постапокалиптического Нью-Йорка, где Автор сталкивается с угрозами выселения, убийства и исчезновения самой своей личности. На помощь ему приходят его старый товарищ по кораблю «Протей», Сократ, ставший постмодернистским аналогом Летучего Голландца, вечно скитающегося из порта в порт, и вы, Дорогой Читатель, персонаж, иногда упоминаемый в других романах, но никогда прежде не показанный во всей красе, со всеми его недостатками.

Убита известная пожилая кинозвезда, радикальные веганы взрывают Макдоналдс, а свирепый ирландский волкодав по кличке Террор жестоко нападает на Автора и его верного и преданного товарища, Гарри, лхаса апсо, в лучших традициях собачьих суперзвезд, собаку, которая может занять место рядом с Лесси, Рин Тин Тином или Астой.

Всем, кто интересуется будущей историей человечества и нашей находящейся под угрозой планеты, не следует пропустить это шокирующее и трогательное приключение.

Из описания видно, что тут Диш еще больше углубляется в постмодернимзм. Не уверен что это хорошая повесть. Но мне кажется, что хронологическая близость этой повести к суициду Диша делает ее более зловещей. А то, что, похоже, центральным элементом сюжета становится инфантильная сказка про собак в духе истории про Bunny Honeybunney, только делает его более зловещим. Это одна из тех историй, которые человек рассказывает сам себе перед смертью, чтобы успокоиться.

Comments

On SF

Tue, 03 Mar 2026 03:03:46 GMT

Томас Диш
про НФ
2005

«Про НФ» — еще один сборник нон-фикшена от Томас Диша. Я вначале думал, что это просто издание книги «Мечты из которых сделаны наши вещи». Но нет, оказалось что это сборник статей из периодики, на мой взгляд, довольно сырой, в том плане что у него нет какого-то редакторского предисловия или обрамления. Большую часть его содержания составляют рецензии на разные произведения в жанре НФ. И мне довольно странно писать обзор на сборник обзоров, один из которых тоже является обзором на сборник обзоров. Но теме не менее хорошо, что весь этот материал доступен под одной обложкой. Потому что собирать все это по отдельности из разных журналов было бы очень сложно. Многие темы из книги издание книги «Мечты из которых сделаны наши вещи» тут снова повторяются. Поэтому я не буду их тут повторять, и сосредоточусь на новом.

текст

Одно из первых эссе в сборнике это знаменитое эссе Диша «Научная Фантастика — это какой-то крнж». Там развивает свою о теме о фантастике как подростковой литературе. И подростки испытувают лютый кринж, если их причисляют к более юной категории. Типа студенты первокурсники очень боятся, что их примут за школьников. А студенты-втрокурсники, что их примут за первокурсников. Поэтому НФ-литература активно пытается огородиться от детской литеруры заигрывая с детскими темами, хотя по факту ей и остается. Но кроме этой характеристике Диш выделяет две новые. Первая из них относится не только к НФ, но скорее к мета-жанру, который можно было бы назвать словом «экшен», хотя, кажется, при классификации литературы этот термин не используется. А именно фантазии о собственной силе. В качестве хрестоматийного примера такой литературы Диш приводит писанину Эдгара Р. Берроуза про Джоне Картера с Марса. Диш считает, что такая литература может быть полезна, потому что она учит читателя уверенности. А подобная уверенность нужна людям с низов общества если они хотят конкурировать с «nepo-babies». Третий тип НФ основан на ресентименте. Диш приводит редакторскую колонку журнала «Astounging Science Fiction» из середины 50-х, где с гордостью утверждалось, что почти все читатели согласно опросу являются «техническими работниками». Но Диш замечает, что «Технический Работник» — это не обязательно доктор технических наук. И в эту категорию стоит относят людей ручного труда и все между. И у такой аудитории есть большое желание увидеть на страницах НФ как лично герой, тоже простой работяга, или автор опосредованно, объясняя как работают фантастические феномены в его мире, макают в говно ученных-в-говне-моченных мейнстирмные гипотезы которых оказались не верны, или которые не могли справится с представленной в произведении проблемы. Примером такого ресентиментарного присателя будет «Нуль-A».

Eще тут есть эссе и рецензии, из которых можно больше узнать о самом Томасе Дише, чем об из предметие. Например в одном из эссе Томас Диш спорит с писателем Йенном Уатсоном о том, что важнее в фантастике «cтиль» или «идеи». Cам Диш выступает за стиль. И это не удивительно, потому что он один из лучших стилистов в мире НФ. И отчасти из-за этого он был так недооценен НФ комьюнити, которое определенно ищет в литературе идеи. Еще мне запомнился его обзор на фильм «Контакты третьего рода» Стивена Спилберга. Его Диш предлагает анализировать как фильм о поисках бога. Но мне особо запомнилось в этом абзоре, что оригинальную трилогию Звездных Войн он также предлагает анализировать как историю подростка (Люка Скайуокера), обретающего уверенность в сексе (силу). Не помню в контексте этого эссе или другого, Диш вспоминает про книгу Кэмпбелла «Герой с тысячью лиц», на которой основан сюжет «Звездных Войн». В этом контексте Диш замечает, что каждый автор обязательно напишет свое «путешествие героя» независимо от того хочет он этого или нет. Дише внезапно признается, что его «путешествие героя» — это «Отважный Маленький Тостер».

Тут есть и эссе, которые возвращаются к фигуре Эдгара Алана По. Мне очень понравилось замечание Диша, которого не было в прошлой книги, что «По секуляризировал тему проклятия (damnation), а проклятие — это ключевая идея романтизма». Мне эта мысль очень пригодится, чтобы расмотривать По как ступень в истории литературы романтизма. Я давно думал об этом, но не мог ее так точно сформулировать.

После По Диш разбирает классиков НФ (имеется в виду "золотой век" американского НФ). Мало кто из них уходит от его пиздюлей. Даже «Новый Дивный Мир» (все же из другой категории) Олдаса Хаксли кртикуется не как актуальная фантазия о будущем, а как старорежиные воздыхание, о временах без социальной мобильносости, когда холопы знали свое место. Рэй Брэдбери критикуется как автор чистого слопа (slop). Но это еще не очень плохо, потому что такой слоп может быть знакомой с детства кашой или молочным супом из вермешели. И люди любят Брэдбери за такой вкус детства. Но ничего большего из себя он не представляет. Однако, Диш также критикует Брэдбэри за романтизацию образа маленького американского городка, что он считает вредным, так как а таких городках часто уживаются самоуверенность, жестокость и невежество. Азимов не так плох как Брэдбрри, он действительно хорошо разбирался в науке. Но он является в первую очередь гением самопиара, а не литературу. Одинм из худших писателей после прочтения текстов Диша кажется Ван Вогт. Он как раз ни в чем не разбирался и писал ресентиментарную фантастику и фантазии о силе (power fantasy). Хуже, наверное, только Рон Хаббарда. Отношение к Курту Вонегуту, у него смешенное. Диш вроде признает значение таких произведений как «Бойня номер 5» и «Колыбель для кошки». Но в то же время Диш критикует Вонегута за то, что тот всего говорит с читателем как взрослый с ребенком, а все его персонажи говорят одним голосом. Теодор Старджен обычно выглядит как хороший писатель хоть и не без причуд. Но лучшим писателем золотого века Диш называет Хайнлайна. Но даже тому достается. И анализирую «Звездный Десант», Диш пишет о латентном гомосексуализме главного героя. Например, Диш замечает у него серьгу в ухе в виде черепа, и вместо отношений с женщинами предпочитает драки с однополчанами. В итоге Диш делает вывод, что тем кого Звездный Десант побудил присоединиться к армии, лучше пойти в гей-клуб. Я не читал всех этих автором, но мои впечатления касательно того, что я читал, тут подтверждаются.

Еще меня заставила размышлять статья, в который Диш анализирует сборники «лучших НФ рассказов» за 1979 год. В результате Диш приходит к выводу, что литературный НФ эстаблешемент оккупировала литературная мафия, состоящая из таких писателей как Ларри Нивен, Эдвард Брайант, Вонда МакИнтайр, Орсон Кард и другие. Всех их объединяет то, что они моложе Диша, пишут успешные литературные сериалы и не имеют отношения к «Новой Волне». Мне так и хочется заключить, что доминирование этой клики авторов есть свидетельства смерти литературного пост-модернизма в конце 70-х. Но ирония ситуации в том, что в другой рецензии, рецензии сборника пост-модернистской литературы, Диш критикует понятие «пост-модернизма» как бессмысленное. Действительно любой читель, читающий разнообразную литературу и читающий ее внимательно, быстро заметит, что все так называемые техники и даже почти все темы пост-модернизма, в действительности созданы авторами модернизма (Джойс, Элиот) или даже классической литературы (Мильтон, Сервантес). Поэтому большинство популярных изложений теории пост-модернизма никуда не-годятся и подойдут либо поверхностным не-читателям, желающим разобраться в смысле слова, а потом кидаться им как ругательством. В этой ситуации, единственное, понимание «пост-модернизма», которое не лишено смысла, — это своего-рода Цайтгейст новой литературу конца 50-х — конца 70-х годов. Конечно, всегда есть продолжатели старых традиций, существующие в это время. Косвенно признаками пост-модернизма все еще можно считать фрагментарность, отказ о больших нарративов (об этом я скоро планирую написать в другом контексте) и иронию. Но это не так важно. фактически большое количество авторов, игнорируемых филологами, но широко представленных в массовой культуре становятся пост-модернистами. В том числе в этой моей интерпретации пост-модернистами, становится не только Уильям Берроуз, но и, например, Филип Дик, и сам Диш, и вообще все движение Новой Волны. И я считаю, что пост-модернизм как любой Цайтгейст, умер когда ушло его время. И именно в конце 70-х его время ушло. И та литературная мафия, которую критикует Диш, это авторы нового поколения, не-постмодернисты. Популярность длинных романов с понятным предсказуемым сюжетом и четкими, и более того, литературных серий может быть свидетельством жажды аудитории к обретению нарратива. Диш сам в это время переходит к написанию романов: «на крыльях песни»,«соседствующии жизни» с четким и понятным нарративом. Даже У. Берроуз переходит к написанию более сюжетно упорядоченной линейной Трилогии Красной Ночи. Можно сказать, что это просто изменившиеся ситуация на рынке литературы задала авторам новые рамки. И наверное это так. Но Диш остается пост-модернистом по воспитанию и принять вкусы нового поколения не может. Но в целом я считаю, что мое понимание пост-модернизма полезно, потому что оно должно позволить исследователям пост-модернизма прекратить обсуждать базворды (buzzwords), и начать наконец-то сфокусироваться о литературе. Потому что только так можно проверить мою теорию.

В конце я хотел бы выписать книги, с которыми, как мен показалось, Диш рекомендует ознакомиться. Например книга Рудольфа Рюкера «Белый Свет», в которой описывается потусторонний мир с нестандартной топологией. Кажется эту идею у Рюкера подрезал Алан Мур в своем « Иерусалиме». И вообще Рюкер написал, например, тако опус как «Тьюринг и Берроуз». Пэтомому думаю, что этот автор целиком достоин к ознакомлению. В качестве лучшего рассказа 1979-го года Диш выбирает рассказ Конни Уилис Дейзи на солнце.Также Диш превозносит роман Timespace Грегори Бенфорда, которого мы уже встречали как автора жесткой НФ. Также Диш советует обратить внимание на Джона Кроули, автора серий AEgipt и романа Summer Engine. Также Диш высоко оцениваeт серию «Книга умирающего солнца» Джина Вульфа, но ее итак, наверное, все знают. В качество хорошей книги c обзорами НФ Диш рекомендует эту книгу Дэвида Прингла. Еще одна интересное книга это роман Ксорандор Кристины Брук-Роз. Диш пишет, что это роман о языках, и Ксорандор — это вымышленный язык программирования, который понимает один из героев романа, огромная ожившая гора. Также Диш высоко оценивает произведения классиков кибер-панка Гибсона и Стерлинга. Кажется, что именно в кибер-панке Диш видит продолжателей своей родной фантастики Новой Волны.

Comments

Iron man 11-28

Sun, 01 Mar 2026 17:55:02 GMT

1969-1970

В прошлый раз, когда я читал Железного Человека, меня не впечатлили сценарии Арчи Гудвина. Но в этот раз, кажется, я втянулся. У Арчи Гудвина был опыт в создание хоррор-комиксов для взрослых для издательства «Warren». И у Арчи Гудвина получается лучше всех вплетать элементы хоррор комиксов в комиксы Марвел. Очень хочется сказать, что этот комикс наконец-то перестал быть комиксом про супергероя «Железногого Человека», и стал комиксом про Тони Старка, человека. Может быть это и так. Но Тани Старк у Арчи Гудвина — это такой Джеймс Бонд. И общая оценка этих сценариев, наверное зависит от того, насколько высоко вы ставите Яна Флемига. Тем не менее даже этот уровень Яна Флеминга достаточно высок для комиксов в это время.

картинки

Арчи Гудвин и его художник имитируют стиль классических хоррор комиксов EC comiccs.

Еще один хоррор-момент из этого выпуска

Cюжет тут примерно такой. Злодей Мандарин догадывается, что Железным человеком является промышленник Тони Старк. Для того, чтобы обмануть и разубедит Мандарина Тони Старк создает робота «Тони Старка». После этого Тони Старк отвлекается на сражение с русским злодеем, энтузиастом музыки Диско, Красным Призраком, и его супер-макаками. Красный призрак пытается захватить научный питомник с обезьянками, чтобы расширить свою армию. Он пытается привлечь Единорого для борьбы с Железным Человеком. Но в итоге бросает Единорога под завалами с Железным Человеком. В итоге Единорог объеденяется с Желчелом. Но даже так они не могут победить Красного Призрака, потому что на его стороне могучая идеология музыки Диско. Но одна из его макак оказывается супер-умным псайкером и выступает против плана Красного Призрака. Но когда Желчел возвращается домой, то оказывается, что созданный для обмана Мандарина робот, занял место Тони Старка и Желчела. И самого Тони Старка отовсюду выгоняют. Но группа злодеев, включающая в себя Мидаса и Уитни Уинтерс, теперь известную как мадам Маска, узнают о появившимся двойнике Старка и пытаются использовать его, чтобы захватить его бизнес. Мадам Маска довольно интересный персонаж. Ее лицо было обезображено в аварии, и ее лицо скрывает маска на что намекает ее имя. Арчи Гудвин мастерски подходит к этой тему. Он никогда не показывает лицо под маской, а только реакции других персонажей на него. Тут он полностью использует свой опыт автора ужастиков. И при этом Уитни Уинтерс в этих историях занимает место плохой девушки «Джеймса Бонда». После этой истории Тони Старк возвращает себе позицию, но переживает клиническую смерть. После этого он решает оставить роль Желчела и ищет себе приемника. В этом качестве он находит себе отставного черного боксера и тренирует его. Но настоящей причинной того, что боксер покинул спорт стало образование тромба мозге. Во время битвы со злодеем «Красным Динамо» — тромб отрывается и боксер умирает. Это одна из самых зрелых сюжетных линий в комиксах этого жанра. Хотя пока я ясно, что боксера вводили в сюжет, чтобы убить.

картинки

Eдинорог встречает Красного Призрака.

Зацените прикид Призрака. А ведь это бывший советский ученый.

Мадам Маска

Основной темой в этой подборки комиксов у Арчи Гудвина становится смерть, ее неминуемость и близость. Это довольно хороший и неожиданный прогресс для комиксов. Также в концу подборки довольно активно проскакивает тема экологии и гражданских прав. Это темы характерные для «Бронзового Века». Не уверен, что всем понравится как эти темы тут раскрываются. Но во всяком случае, этот комикс пытается говорить с относительно зрелым читателем. И на этом фоне такие типичные для Марвел достоинства как хорошо нарисованные драки уходят на второй план.

p. s. картинки плохо грузятся.

Comments

The Dreams our stuff is made of

Wed, 25 Feb 2026 03:49:32 GMT

Томас М. Диш

Мечты из которых сделаны наши вещи

1998

Это нон-фикшн от Томаса Диша. Отчасти продолжает темы из эссе «Об использовании художественной литературы». Достаточно сложно определить о чем эта книга, кроме того, что она про научную фантастику. Как Диш пишет, это не мемуар, но это и не Линейная история научной фантастики. Я бы сказал, что у этой книги нет четкого фокуса. Это сборник довольно колких рассуждений на заданные темы. Тут Диш предстает перед нами в новом Амплуа of fedora tiping sceptic. А ведь любовь к скептицизму и опровержению фабуляций, было тем, что свело Диш и Джоном Сладек. И тут Диш атакует мифы НФ именно как скептик. И не всем такой формат понравится. Но в чем точно нельзя обвинить автора, так это в отсутствии интеллектуальную честности и глубокого знания корней НФ и другой литературы. И хотя «это не мемуары» мы все равно можем много узнать из этой книги и о самом Дише.

текст

Эта книга начинается с того, что Диш возвращается к своему тезису из эссе «Об использовании художественной литературы», что НФ — это в первую очередь жанр детской литературы для интеллектуально развитых подростков. Но он замечает, что уже в значительной степени не так. Элементы НФ пронизывают поп-культуру со всех сторон, а «интеллектуально развитые подростки» все больше предпочитают НФ литературе компьютерные игры. Это распространение НФ заключается не только а в появлении роботов и динозавров в «мультиках для самых маленьких» в то время как раньше для встрече с ними нужно было читать специфические пульповые журналы, но и в том, что на сферу НФ обратили внимение и «серьезные писатели». Диш приводит в пример Дорис Лессинг, Гора Видала, Маргарет Атвуд, Питера Акройда, Иру Левина, П. Д. Джеймс, Пола Тору и Майла Крайтона. Можно также вспомнить и про НФ новой волны к которой относили и самого Диша. Так что напрашивается вывод, что НФ эволюционирует как мета-жанр литературы. Однако, как замечает Диш, превосходство всех этих новых направлений над классической «пульповой» НФ само по себе является иллюзией, укоренившейся в нашем классизме и эджизме. «Молодые люди — не существа низшего порядка, они просто другие.» — замечает Диш.

Еще одно спорное утверждение, которое Дищ делает — что НФ — это в первую очередь американский жанр. Этот тезис будет важен для развития дискурса как мы увидим дальше, поэтому это не просто культурный империализм. Если бы не это, то этот тезис можно было бы понять просто как искусственное ограничение объема. Сам Диш признает массу и создаваемое ей гравитационное поле британской и французской НФ. Поэтому анализ даже этих национальных традиций НФ значительно утяжелил бы его книгу. Но потом он постулирует сомнительный тезис, что если произведение НФ и написано за пределами США, то ее сеттинг все равно неявно является американским. И хотя это спорно, что-то в этом замечание есть. Я не буду приводить примеры. Но я предлагаю вам следить за подобным американизмом в НФ. Поэтому никакого Лемма. Никакого Аниме.

Далее Диш развивает этот тезис, утверждая что НФ — это американский жанр, потому что Америка — это нация лжецов. Языческим покровителем Америки является индейский бог Койот. Его потомки — это не только такие литературные персонажи как братец Кролик и Том Сойер, но и все писатели фантасты в определенной степени. Диш явно ассоциирует это любовь к громкому показному вранью и с любовью к научной фантастике, и с известными политическими скандалами. Но Диш на этом не останавливается и вспоминает про «Satanic Ritual Child Abuse», которые определенно считает обманом. От «Satanic Ritual Child Abuse» он переходит к обсуждения культов НЛО, где изнасилование людей уже занимаются пришельцы. Вот мы и снова вернулись к НФ.

Развивая этот тезис дальше Диш приходит к выводу, что основателем научной фантастики нужно считать Эдгара Алана По. А все дело в том, что По публиковал псевдо-научные мистификации с фантастическими элементами. Даже «Пим», единственное «полнометражное» произведение По действительно изначально выходило как такая литературная мистификация, и читатели считали, что они с затаенным дыханием следят за настоящим трэвеллогом. Также Для Диша важно, что По публиковался в журналах, и мечтал о создании общенационального журнала приключенческих рассказов. Эта идея могла действительно послужить появлению пульповых журналов в Америке. Главной преградой для этой теории служит то, что часто первым фантастическим произведением называют «Франкенштейна». Опровержение Дишем этого тезиса в тексте звучит неубедительно. Но как мне кажется, тут корректно было бы использовать генетический аргумент. «Франкенштейн» — очень специфическая книга примыкающая к литературе эпохи романтизма. В то же время как по утверждению Диш вся пульповая НФ берет начало в рассказах По.

Также интересно, что Диш сравнивает По с У. Берроузом. Оба этих писателя имели образ опустившихся наркоманов и алкоголиков. Оба из них приобретали большее влияние в Европе чем у себе на родине. По имел огромное влияние на Бодлера. А Бодлер имел влияние на У. Берроуза, замечу. Диш связывает это с тем, что европейцы могут легко подствить себя на место этих писателей, представив себе, что если бы они жили в Америке, то сами точно стали бы опустившимися пьяными ковбоями-наркоманами. Диш обозначает эстетическое направление обоих этих писателей как Gross out, что вполне справедливо. При этом я бы заметил, что то что делеает Диш полностью противоположно этому. Диш никогда не описывает никаких трансгрессивных сцен, а только выстраивает сцены для воображения читателей. Не знаю как назвать этот подход противоположный Gross Out. «Сomme il faut» или «элегантным подходом». Но По и Берроуз не comme il faut.
Также как и По Берроуз мистификатор как любой истинно американский писатель. Для подтверждения этого тезиса достаточно вспомнить его «Письма Яге». Но Берроуз намного меньше опирался на мистификации в своем продвижении, потому что смог оседлать волну европейского успеха, что По, увы, сделать не смог. В остальном же и Берроуз, и По, отличается определенным флером инфантильности в своем творчестве. Диш обращает внимание на криптограммы в &lauqo;Золотом Жуке», но нарезки Берроуза — это просто способ вывести те же криптограммы на новый уровень. Все это «интеллектуальные» игры для мальчиков-скаутов. Берроуз часто обращался в своем творчестве к темам приключенческой литературы для мальчиков, хотя, кажется, ее эталоном для него был «Лорд Джим» Конрада, и пытался написать «The Revised Boy Scout Manual», который сам по себе был своего рода литературной мистификацией и апдейтом «поваренной книги анархиста». А в одним из Берроуз говорил, что читает только НФ, что вполне могло быть издевательством над интервьюерами, потому что Берроуз имел в виду ту же «инфантильную» пульповую НФ, что и Диш. Все это делает этих авторов, По и Берроуза, особо приспособленными для такой же инфантильной пульповой НФ. По, возможно, был путеводной звездой для этого жанра. Но Берроуз сам стал путеводной звездой для «фантастики новой волны». Можно обратить внимание хотя бы на упоминания Берроуза в манифесте Майкла Муркока, которым тот открывал свое редакторство в «New Worlds». Но, попросту говоря, обе эти звезды указывали одно и то же направление. И обещанная литературная революция оказалась фикцией.

Кажется, тут мы уже готовы выписать формулу НФ по Дишу. НФ ведет себя как мистификация. Она рассказывает читателю о технологиях, которые он итак ожидает и этим его цепляет. Мистификация бы не сработала бы, если бы она говорила о полностью невероятных вещах, в которые никто не верил. Но в отличает от мистификации НФ фантастика грубо не обманывает его. Она всегда признается, что это просто фантастика. Люди, которых такое может заинтересовать — это в основном мальки-подростки. И потом обычно фантастика превращается в смесь из приключений, сражений, gross-out или образовательно-развлекательного контента. Это то, что обычно нравится читать мальчикам-подросткам. Начиная с 60-х в формулу добавился секс. Но это скорее подтверждает вышесказанное. Фантастика новой волны — примерно тоже самое, но перспектива смещена дальше в 60-е.

Дальше Диш рассматривает разные темы фантастики. Одна из основных таких тем — это тема космических полетов. С одной стороны Диш считает что с одной стороны космические полеты — это выражение в фантастики идей о массовом вознесение (rapture). То есть все улетят в космос и на земле никого не останется. А с другой стороны космические корабли это экстраполяция идей о личных автомобилях. Типа у меня будет своя ракета, и я полечу куда я хочу. И действительно пик популярности космической фантастики приходится на период активной автомобилизации. В контексте Диш сравнивает разные истории о путешествие на Луну Жуль Верна и Герберта Уэллса. Во первых, Диш замечает, что это первые «серьезные» произведения о путешествии на Луну. До этого появлялись и другие произведения о путешествие на Луну, например Люциана и Свифта. Но все они были сатирой. Потому что до этого идея путешествия на Луну казалась людям абсурдной. Например можно тут вспомнить и сатирическое произведение Уильяма Блейка «Остров на Луне». Во вторых, стоит заметить что оба этих автора не были американцами. Но Диш замечает, что действие романа Жуля Верна происходит в Америки. Там после гражданской войны создано «общество пушек» из отставных артиллеристов, которые строят все более и более большие пушки. И из одной из них таки достреливаются до луны. Для Диша это фантасмагорическая смесь НАСА и Guns' owners associaction, cовершенно точно предсказание направления правой американской фантастики. У Уэллса же ракету строит частный предприниматель. Это только дополняет мозаику и смешивает освоение космоса с правым дискурсом. Думаю, что Дишу только не хватало фигуры Элона Маска как последнего штриха картины.

Следующая тема, которую рассматривает Диш, — тема ядерного оружия. Ядерную войну в фантастической литературе впервые описал Хайнлайн в своем рассказе. Вообще Хайнлайн регулярно появляется в этой книге как своего рода злодей, проводник правых идей среди НФ сообщества. Вообще Хайнлайн прошел полный путь от социалиста (он был последователем калифорнийского писателя-социалиста Аптона Синклера(Нефть)) к фашизму (например, в том рассказе про ядерную войну объясняется почему в эпоху ядерной войны нужно перейти к диктатуре, или можно вспомнить тот же «Звездный Десант»), и от фашизма к либертаринаству. Тем не менее многие люди хавали книги Хайнлайна, потребляли правые идеи на эмоциональном уровне и не могли понять из-за собственной наивности, и потому что «Чужак в чужой стране» создал Хайнлайну репутацию левака и писателя-хиппи. Также, начиная с этого романа Хайнлайн активно добавлял секс в свои произведения, чтобы привлекать молодежь, и что важнее он был первым, кто начал это делать. В самом скандальном произведение Хайнлайна, романе «Свободное владение Фарнхэма» ядерная война преподносится как нечто позитивное, потому что она может уничтожить дегенеративную городскую культуры с людьми, сидящими на вэлфере и леваками. Но автором, который больше всех писал про ядерную войну, скорее всего, является Филип Дик. И Филипа Дика можно считать одним из основателей жанра пост-апокалипсиса. Но что Диш отмечает в книгах Филипа Дика про ядерную войну, это его постепенное смешение в область солипсизма. В романе дика 1964-го года «Предпоследняя правда» правящие элиты разыгрывают фейковую ядерную войну и обманом загоняют население под землю. Груба говоря, к середине 60-х народ так намучился с ожиданием ядерной войны, что в лице Дика предпочел считать что ее нет и не будет, и решил дальше жить спокойно. Но есть еще один тип фанатов, пост-апокалипсиса (без отношения к Дику), пишет Диш. Это ультра-правые «анархо-фашисты», которые ждут ядерной войны, чтобы наконец-то проявить себя без надзора федерального правительства в честных условиях, где будет править право сильного. Для таких людей в Америке существует обильная серия фантастике про «выживальшиков». И скорее всего с этого типа фантастики в России Беркем аль Атоми украла сюжет «Мародера».

Дальше Диш разбирает феномен сериала «Стар Трек». Этот сериал познакомил с фантастикой несколько поколений телезрителей. И так как для многих именно Звездный Путь стал путем в фантастику, фанаты «настоящей» пульпувой фантастики (и Диш в их числе) ненавидят фанатов Стар Трека как грязных казуалов. Анализируя спокойную атмосферу сериала Диш приходит к выводу, что корабль «Энтерпрайз» — это просто перенесенный в космос идеализированный офис, куда можно ходить на работу в пижаме. И в этом основная радикальная культуртрегерская роль Звездного Пути — научить поколение американцев работать в офисе. В то же время этот сериал пропагандировал социализм в духе Эдварда Беллами. Тут мы возвращаемся к теме, объединяющей американских правых и левых государственников, космической программе. Дело в том, что по Диша вся фантастика до этого момента была рекламой космической программы. И звездный путь в том числе. Но в действительности как можно понять уже из лунного романа Жуля Верна, космическая программа это такое место, куда можно на мирное время положить и там тренировать много военных специалистов. Потому вся космическая программа неминуемо скатывалась в фашизм и милитаризм.

Но у освоения внешнего космоса была альтернатива в виде космоса внутреннего. Именно на внутреннем космосе сосредоточились фантасты новой волны. Одним из ключевых людей в этом течении был Джей Джи Баллард, c которым Диш был знаком лично. Баллард на 10 лет старше Диша. Он провел часть своего отрачесва в японском лагере для военопленных, где заразился духом Камикадзе, что выражалось к страсти к самоуничтожению. Баллард был алкоголиком, которой любил пьяным быстро ездить на спортивных машинах. Баллард был монологистом, который мог бесконечно вещать о своих идеях внутреннего космоса, и с которым было невозможно спорить. В то же время Баллард, кажется, испытывал особое удовольствие, когда он уничтожал космическую программу в своих произведениях. В то же время Диш пишет, что американские писатели новой волны формировались в колледже, читая писателей модернистов Джойса, Кафку, Томаса Манна, Камю, Беккета, Жана Жене и Пинтера. К этой категории Диш относит Нормана Спинрода, Джоанну Русс, Харлана Элисона, Джона Слажеке, Урсулу ле Гуин и Джина Вольфа. Основным местом, где они могли публиковать свои рассказы стал журнал «New Worlds» под редакцией Майкла Муркок. Но Муркок не был изощренным интеллектуалом, воспитанным на летературе модернизма. Диш пишет, что он пришел из мира самых пульповых-из-пульповых боевиков про Тарзана, и в этой среде он создал своего знаменитого Эльрика-Альбиноса. Муркок был хорошим бизнесменом, и он отлично понимал, что можно продать своей аудиторией. И когда он продавал своей аудитории освоение внутреннего космоса в журнале « New Worlds», он в действительности продавал своей аудитории романтизированный взгляд на собственную наркоманию, алкоголизм и так далее. Образ жизни Балларда должен был все это воплощал на практике. Но как пишет Диш фантасты Новой Волны были плохими наркоманами, потому что, во-первых, гонораров на наркотики упорно не хватало, во-вторых, многие авторы, наример, Харлан Элисон, вообще не употребляли вещества.

Еще одно направление в литературе 60-х и 70-х связано с падением пут цензуры в США. Его можно назвать интеллектуальной порнографии. Диш выделяет в этом жанре Филипа Рота и Эрику Йонг. Из этой среды вышли такие писатели фантасты как Роберт Силверберг и Барри Малцберг.

В главе про гендер в фантастике Диш рассматривает несколько писательниц-фантасток. Тем не мене тут у Диша начинают гореть ушиу, пототму что до этого он утверждал, что вся НФ по своей сути литература для мальчиков. Одна из этих фантасток Анна МакAфри пишет про планету наездниц на драконах. Диш замечает, что это переложение популярного поджанра литературы для девочек, про девочек наездниц и их лошадей. Следующая фантастка — это Уонда МакИнтайр пишет уже для взрослой аудитории. Но Диш критикует ее за чрезмерную плаксивость и эмоциональность, так как она использует желание плакать как индикатор хороших персонажей. Третяя писательница — это Урсула Ле Гуин. Урсула Ле гуин кажется самой серьезной писательницей фантастской. Но Диш ее критикует именно за чрезмерную серьезность, а также анархо-феменистическую повесточку. Особенно Диш критикует Ле Гуин за ее сборник фантастики для курсов литературы. Он считает, что она ограничили свой сборник контекстом северо-американской фантастики после 60-го года, чтобы получить правильную репрезентацию с большим количеством женщин и представителей меньшиств. И выбирая рассказы для сборников она сознательно выбирала слабые и короткие рассказы мужчин. А также рассказы с заметно лево-либертарной повесткой. Диш считает, что в сборник нужно было добавить Британских фантастов: Aртура Кларка, Джей Джи Балларда, Майла Муркока, Брайана Алдиса, Джона Брюннера, Анджелу Картер, Джозефин Сакстон, Кристофера Приста, Яна Уотсона. Также он несправедливо исключила классиков фантастики 40-50-х: Aзимова, Брэдбери, Хайнлайна, Корнблута, Бестера, Уолтера Миллера младщего и Курта Вонегута. Этим писательницам фантасткам Диш противопоставляет Джоанну Русс, которая пишет удалую фантастику про боевую бой-бабу Аликс. Думаю, именно ее персонажкам мы обязаны образу Лары Крофт. То есть, как мне кажется Диш считает, что НФ это игра для мальчиков. Но девочки тоже могут в нее играть, если они играют условно мужские роли. Но менять правила игры под себя ни в коем случае не надо. Все это тема с игрой в чужие роли не случайна. Диш замечает, что писатель-фантаст является профессией крайне насыщенной транссексуалами. Ничего плохого Диш в этом не видит.

Дальше Диш разбирает тему связи НФ и религии. Само сообщество фанов (сокращение от слова «фанатик») НФ похоже не довольно чудной культ. Добавьте к этому генетическую связь НФ с мистификацией и желание этой публики быть красиво обманутыми. А еще вспомните про силу личности многих писателей фантастов, способных бесконечно вещать о своих идеях. Диш приводит в пример таких авторов как Ван Вог, Теодор Старджон, Филип Дик и Джей Джи Баллард. И мы получим плодотворную почву для самых настоящих сект. Диш считает, что еще мистификации По про месмеризм создали благостную почву для теософии мадам Блаватской и секте Christian Science мадам Эдди. Диш, считает, что многие new age секты следуют по пути этих двух ранних сект. Далее Диш рассматривает три современные секты: Cаентологию, Аум Синреке и Небесные врата. Все эти три секты имеют корни в НФ. Если с сектами Саентологии (уже изучали год назад) и Небесными вратами (Suicadal UFO cult) все понятно, то Аум Синреке вызывает некоторые вопросы. Но Диш утверждает, что вместе с восточной мистикой в основу идеологии Аум Синреке легли «Оснавания» Азимова. А основу рекрутов этой секты составляли фанаты взрослой манги. Но в целом Диш не очень глубоко погружается в японскую культура, поэтому не уверен насколько это соответствует правде.

Диш также описывает свои встрече с Теодором Стардженом и Филипом Диком. Встреча с теодором Стардженом произошла в середине 60-х. Судя по всему к этому времени Старджеон полностью принял альтернативные ценности хиппи. Он предлагал Дишу заняться сексом втроем с ним и его супругой. Я не уверен, означает ли это, что Старджеон был создателем какой-то мини-секты имени себя. Встреча с Филипом Диком произошла в 1974-м году, когда Дик был на пике своего опыта с «ВАЛИС». Диш пишет, что Дик был уверен в реальности своего опыта и хотел, чтобы ему верили. Диш сомневается в реальности этого опыта, и предполагает его мистификацией или результатом эпилептического припадка. Но главное, Диш уверен, что Дик был на грани того, чтобы основать гностическую церковь ВАЛИСа с собой в качестве верховного жреца. Но Диш хвалит его за то, что он этого не сделал, и вместо этого написал отличную литературу об этом опыте, возможно лучшую в его карьере, с чем я согласен.

Роботы в НФ оказываются отражением мыслей автора об угнетенных классах, или даже женщинах домохозяйках.
Инопланетяне могут изображать сразу три вещи: иностранцев, другой пол, или нас самих. Касательно вопроса расы в фантастике Диш советует обратить внимания на Октавию Батлер. В поисках интересных инопланетян Диш советует обратить внимание на автора жесткой НФ Хола Клемент и его цикл «Тяготение». Другие авторы жесткой НФ Грег Бенфорд,Дэвид Брин, и Грег Бир. Но есть и другой тип жесткой НФ, которую Диш порицает. Это милитаристские космические оперы, которые пропагандируют военно-индустриальные коплекс и расширение космической программы. К это категории Диш относит Пурнелла и Дрейка. Тем кого интересует военная фантастика Диш советует читать книгу «Бесконечная война» Джо Холдемана. Он также обсуждает расизм в фантастике и в этом контексте упоминает «свободное владение Фарнхема». Но самой расистской книгой становится любимая книга Тимоти МакВея Дневники Тернера. Там описывается спираль насилия, которую постепенно разворачивает банда нео-нацизма. И все заканчивается тем, что ради расовой чистоты ядерным оружием уничтожает континент Азии.

Не обделяет своим внимание Диш и кибер-панк. Он замечает, что действительно, классическая НФ часто игнорировала компьютеры. И в итоге фантастика про компьютера стала отдельным жанром, собственно кибер-панком. И ее панк компонент заключается в формуле «high tech, low life». Но Диш критикует современных критиков, которые ухватившись за этот панк-аспект причисляют к кибер-панку современных трансгрессивных писателей пост-модернистов. К этой категории Диш относит: Кэти Акер, Уильяма Берроуза, Дона де Лило, Роба Хардина, Томаса Пинчона, Уильяма Ти Вольмана и Тэда Муни. Но, как считает Диш, причислять этих авторов к кибер-панку неверно. По его мнению, они скорее сюрреалисты, реагирующие на НФ. Как он пишет в этом нет ничего нового, и приводит в пример сюрреалистов еще реагиующих на писанину Жуля Верна: Раймонда Русселя, Юджина Ионеско, Итало Кальвино и Харри Мэтьюс. И их нужн анализировать надлежащим образом.

В конце этой книги Диш дает свой прогноз насчет будущего НФ. Он дает пессимистичный взгляд на книжную индустрию в конце 90-х. В этой системе молодые авторы должны писать слоп, чтобы попасть на полке, и даже устоявшиеся авторы должны писать монотонные литературные серии, чтобы закрепиться на рынке, и только абсолютные мэтры могут писать что-то оригинальное, что может быть издано. Конечно, это взгляд до появления платформы Amazon, которая хорошо встряхнула книжный рынок. В общем Диш считал, что деградирующая НФ литература будет постепенно замещаться НФ фильмы и компьютерными играми. Фильмы могут быть очень зрелищными, но по своей структуре они не могут быть насыщены концептами. Поэтому все НФ фильмы обречены быть тупыми, примерно уровня Звездных Войн. Поэтому последним убежищем для умной НФ (и умных детективов) остаются компьютерные игры. Сам Диш следовал своему учению. И в 1986-м году он написал сценарий и текст для компьютерной игры Амнезия, текстовую адвенчуру с элементами выживания. тут можно посмотреть геймплей. По моим ощущениям Диш вощел в геймдев слишком рано, чтобы быть успешным. Но по этой игре можно сделать вывод, что когда он писал об «интерактивные программах», то он имел в виду что-то вроде текстовых адвенчур. И он прав и не прав в определенном смысле. Жанр наиболее близкий к интерактивной литературе сегодня — это визуальные новеллы. И они действительно популярны. Но основным жанром визуальных новел является романтика и эротика, о чем Диш никогда не догадался. Детективные и НФ сюжеты скорее относятся к адвенчурам и некоторым РПГ. И кажется, что так как Диш видел в НФ медиум для умных детей, он в первую очередь хотел, чтобы игроки-читатели сами активно думали над загадками-головоломками или принимали решения, которые влияют на сюжет. И компьютерные игры действительно вытесняют «детскую литературу». Только популярные игры вытесняют не НФ, а комиксы, потому что до обычной НФ литературы они не дотягивают. НФ в понимание Диша должны вытеснять «Умные видеоигры». Но что это конкретно такое сложно определить. Игра «Амнезия» 1986-го года мне очень напомнила игру «Disco Elisium» (там вам и детектив и НФ). Амнезия не имеет ролевых элементов, но там похожее начало м есть что-то похожее в ее флоу, в том плане, что игрок может совершать ошибки, которые могут быт по своему интересны и полезны. И в этом плане «Disco Elisium» является превосходным примером интерактивной литературы. Но ее клоны сейчас только начинают появляться, а значит мы только сейчас стоим в начале эры интерактивной компьютерной литературы как ее видел Диш. Но если вернуться к литературе и внимательно прочитать, что пишет Диш, то мы получим действительно хороший совет для авторов НФ: пишите YA фантастику для девочек. Потому что НФ для молодых, а мальчики вас все равно не будут читать, потому что они играют в компьютерные игры. И те авторы которые поступили так с учетом взрыва популярности YA жанра действительно стали миллионерами.

Общие впечатления от этой книги у меня смешенные. Многие ее тезисы довольно провокационные. Но спорить с ними мне тяжело, потому что Диш точно владеет матчастью лучше чем я. И мне приятно у него поучиться. Это неплохая книга, чтобы находить списки авторов на определенные заданное темы. Больше всего меня тут раздражает это отсутствие одного центрального тезиса на котором можно сосредоточится и текучий стиль прозы диша иногда напоминающий стариковское брюзжание. Часто Диш просто рассказывает про разные скандальные аспекты НФ. Не уверен, что могу рекомендовать эту книгу, но она выиграла Небулу. Но главное, что она удовлетворила мои потребности в получении знания.

Comments

Sub-mariner 11-28

Sun, 22 Feb 2026 19:04:35 GMT

1969-1970

Прочтана эта подборка комиксов про Намора, царя Атлантиды. Впечатления так себе. И деле не в плохом сюжете или рисунке. Сюжет от Роя Томаса неплох. Арт от Мари Северин неплох. Но впечатление, что повторяются и прокручиваются уже знакомые сюжеты. Нам показывают Намора как защитника экологии, но это уже было. Намор сражается с пиратами, мутантами, плохими атлантами и морскими чудовищами. Но это все уже было! Из общей монотонности цвета морской волны выделяются тут только литературные пересечения со вселенными Роберта Говарда, миром Конана-варвара, и Лавкрафтом. Причем, сюжетная линия с древними Лавкрафта началась на страницах «Доктора Стренджа», продолжилась тут, и завершилась на страницах «Невероятного Халка». Причем, именно часть истории, попавшая в эту серию, мне показалась самой насыщенной. По атмосфере это конечно не Лавкрафт (краснопузых и белопузых нет), а фильм ужасов категории Б, но и это смотрится в комиксах довольно прикольно.

картинки

В этой сцене на пляже Мари Северин нарисовала, наверное, всех сотрудников Марвел на тот момент (№18)

Девочка превращается в кошку. Такие ужасы тут для вас припасены. (№22)

Comments

The Brave Little Toaster

Sat, 21 Feb 2026 01:35:26 GMT

Томас М. Диш

Отважный маленький тостер

1980

«Отважный маленький тостер: cказка на ночь для маленьких бытовых приборов.» — наверное самое знаменитое произведение Томаса Диша. По форме это детская сказка. И то что его запомнят как сказочника он сам предсказал в своем романе «На крыльях песни», когда сделал своего персонажа известным певцом детских песенок с образом Bunny Honeybunny. Да и в новелле про тостера есть следы сказок про брата из сестру Bunny Honeybunny и Honey Honeybunny. Но эта новелла была сама впервые опубликована в журнале «Magazine of Fantasy and Science Fiction», который не позиционировал себя как детское издание. Язык повести будет сложным для современных детей и скорее является умелой стилизацией под детскую литературу 19-го века. А в самой повести есть очевидные шутки для взрослых.

Текст и Картинки 18+

Сюжет повести прост. В летнем домики есть пять бытовых приборов: тостер, радио-будильник, настольная лампа, электрическое одеяльце и пылесос. Хозяин их давно уже не навещает. И они решают отправиться в путешествие и найти своего хозяина. Их подход к путешествию довольно изобретательный. Они используют старый автомобильный аккумулятор, чтобы запитать пылесос, который будет тащить офисное кресло с остальными устройствами. На своем пути они проходят через ряд простых приключений и в итоге находят квартиру хозяина. Там они узнают, что тот женился, и больше не посещает летний домик из-за сенной лихорадки своей супруги. И устройства организуют обмен с помощью радио-передачи и меняют себя на шесть черно-белых котят. В итоге они оказываются у пожилой балерины и служат ей.

В повести есть несколько тем, на которые стоит обратить внимание. Начнем с темы гендера. Когда устройства встречаются с белками. Давайте я приведу этот фрагмент целиком и вы заодно оцените стиль этого произведения и то насколько оно не детское:“«Теперь вы должны назвать нам свои имена, — сказала Марджори, — раз уж мы только что назвали вам свои».

«Боюсь, у нас нет имен, — сказал тостер. — Видите ли, мы — бытовая техника».

«Если у вас нет имен, — потребовал Гарольд, — как вы узнаете, кто из вас мужчина, а кто женщина?»

«Мы ни мужчины, ни женщины. Мы — бытовая техника». Тостер повернулся к пылесосу за подтверждением.

«Что бы это ни значило, — резко сказала Марджори. — Это не может изменить универсальный закон. Каждый — либо мужчина, либо женщина. Мыши. Птицы. Даже, как я понимаю, насекомые». Она поднесла лапу к губам и захихикала. «Вы любите есть насекомых?»… «Я знаю, что нам всем бы понравилось делать. Мы можем рассказывать анекдоты. Начинай ты».

«Я не думаю, что знаю какие-нибудь анекдоты, — сказал пылесос.

«О, знаю», — ответило радио. «Вы же не поляки, правда?»
Белки покачали головами.

«Хорошо. Скажите мне, почему для того, чтобы вкрутить лампочку, нужно три поляка?»
Марджори с ожиданием захихикала. «Не знаю, зачем?»

«Один держит лампочку, а двое других поворачивают лестницу».
Белки переглянулись в недоумении.

«Объясните, — сказал Гарольд. — Кто из них мужчины, а кто женщины?»

«Это неважно. Они просто очень глупые. В этом вся суть анекдотов про поляков: поляки должны быть настолько глупыми, что что бы они ни пытались сделать, у них ничего не получается. Конечно, это несправедливо по отношению к полякам, которые, вероятно, так же умны, как и все остальные, но это смешные анекдоты. Я знаю ещё сотни». «Ну, если это была справедливая выборка, то я не очень хочу услышать остальное», — сказала Марджори. «Гарольд, скажи ему (him)…»
«Это (it)», — поправило радио. «Мы все это (it)».

«Скажи им, — продолжила Марджори, — анекдот про трех белок, гуляющих по снегу». Она доверительно повернулась к лампе. «Это тебя вырубит. Поверь мне».
Пока Гарольд рассказывал анекдот про трех белок в снегу, бытовые приборы обменялись взглядами, полными скрытого неодобрения. Дело было не только в том, что им не нравились пошлые шутки (особенно старому пылесосу «Хувер»); кроме того, они не находили такие шутки забавными. Пол и связанные с ним сложности просто не имеют отношения к жизни бытовых приборов.” То есть белки полностью укоренены в идях гендарной бинарности. Они все воспринимают через отношения мужчин и женщин. Их психология вполне объясняет, почему многие люди так в штыки восприняли новые гендеры современной гендерной теории. В то же время у бытовых приборов нет гендера. Это совершенно очевидный факт.

Другой фичей этой повести является то, что главная способность Тостера это не, как можно было ожидать, способность поджаривать разные вещи, хотя она тоже есть, а способность отражать от своей поверхности разные образы. В начале путешествия в тостера влюбляется цветок, который называет самого тостера цветком, потому что на самом деле цветок влюбляется в свое отражение в поверхности. Тут Диш делает мудрый вывод, что на самом деле люди любят не других людей самих по себе, а свое отражение в них. Потом, если вернуться к теме гендера, то белка Гарольд смотрит на свое отражение в тостере и говорит ему:«на самом деле ты мужчина.» А белка Марджори смотрит на свое отражение с другой стороны и говорит «на самом деле ты женщина». И тостер с обоими соглашается. Тут наверное, можно найти выводы для теории гендера, который в значительной степени тоже зависит от способности отражать чужие ожидания о нем. Возможно, это можно было бы назвать перформативностью. Но мне кажется, тут речь идет о чем-то более фундаментальном. Третья способность к отражению проявляется в кульминации рассказа, когда бытовые приборы одеваются приведением и пугают мусорщика или «пирата». Важный момент в повести, что мусорщик видит свое лицо в отражение и пугается, потому что его лицо уродливо, а уродливо оно, потому что он зол и аморален.

Но главная черта устройств, в этом произведении — это их желание служить и приносить пользу хозяину. Мне кажется, что главный ключ к пониманию этого произведение это понимание того, что «бытовой прибор» — это современный политкорректный способ написать слово «раб». Тостер и другие бытовые приборы в повести рабы, причем рабы абсолютные. Сама возможность не быть рабом просто вне их онтологии, также как и возможность иметь гендер. Мы уже тут читали-разбирали рассказ Диша «Рабы». В нем главный герой Бэррон задается вопросом, есть ли у него душа. И скорее всего приходит к выводу, что ее нет. А дальше из этого следует вывод, что он раб. Для бытовых приборов из этой сказки эта цепочка философских выводов будет тривиальной и верной. Хозяева Бэррона — это молодая бисексуальная пара, о которой мы узнаем больше в рассказе-компаньоне «Мастер Милфордского алтаря» (заметьте двойственность раб-хозяин (master)). Из этого рассказа мы узнаем, что эти отношения закончились разрывом, кажется эмоционально тяжелым для Диша. И бытовые приборы в этой повести также переживают разрыв с хозяином, и в итоге находят его живущим с женшиной. Поэтому, мне кажется, что бытовые приборы в этом рассказе символизируют мужчину-гея, тоскующему по любовнику-доминатору, ушедшему от него к женщине. Хотя в этой сказке Диш и говорит нам, что секс и гендер тут не важен. Также в этому символизму можно добавить момент из «На Крыльях Песни», когда Диш называет Алисию и Рея &lauqo;хозяивами» Даниэля, что делают Дэниэля таким же метафорическим « рабом», а значит и в логике нашего дискурса «бытовым прибором». Роман объясняет, что Рэй может быть хозяином Дэниэля, потому что «Рэя большая душа». Это вполне укладывается в логику «тостера». Вот мои основные тезисы об этой повести: 1) «рабы» в связки «Милфордского», «На крыльях песни» и «тостер» образует своего рода триптих. Где «Рабы» стоят с одной стороны, «тостер» с противоположной, а « На крыльях песни» представляет собой центральное произведение. 2) Персонажи произведение вместе представляют собой одинокого мужчину-гея, страдающего от разрыва отношений. Финал повести говорит о готовности двигаться дальше в жизни и искать новые отношения. 3) В какой-то степени Диш видел себя как «писателя без душу» и переживал из-за этого. Возможно тут речь шла о разрыве между массовой и высокой литературой, или о чем-то более эзотерическом. Создание внутреннего образа бытового прибора позволяет снять вопрос о души, удалив душу из онтологии.

Эти рассуждения приводят меня к довольно чудной картине, как пистатель, Томас Диш, представляет себя сразу пятью бытовыми приборами одновременно! В этом есть что-то очень шизоидное, и в представлении себя неодушевленной вещью, и ощущения себя пятью независимо, хоть и сообща, действующими персонажами. Кажется, что каждый бытовой прибор символизирует отдельную психические функции или сторону личности этого мужчины-гея. Не скажу, что символизирует пылесос, но он консервативен, и тащит всю остальную команду вперед. Радио — отвечает за когнитивные способности, то есть память, учет времени и общение с другими персонажами. Одеяльце дает тепло и уют. Что делает лампа я не скажу, но как-то помогает видеть. А тостер как раз способность к отражению, то есть рефлексии, и тут же и зеркальные нейроны с эмпатией. Тут же можно попробовать ответить на вопрос почему тостер главный? Во первых он младший, и это должно отвергать устоявшиеся представления о лидерстве старших и опытных. В вторых, в его способности к отражению есть что-то особенное. Потому что, как мы уже читали выше, любовь — это отражение. О роли тостера стоит подумать поглубже.

А пока вы думаете расскажу, что было дальше. В 1986 году выходит издание в виде детской книжке с картинками. В 1987 выходит одноименный мультфильм. Самым большим отличием от оригинальной повести является то, что бытовые приборы остаются со своим хозяином, который спасает их со свалки. Тут зловредные анимационные продюсеры полностью выбрасываю за борт довольно осмысленный посыл о необходимости двигаться дальше после расставания, и заменяют его по сути дела на романтический миф о любви с первого взгляда, о непременном воссоединении влюбленных, и о непременном преодолении разлуки. Этот миф, усвоенный в детстве вполне себе способен портить людям жизнь. Но это еще не все. В 1988-году Диш написал сиквел «Отважный Маленький Тостер отправляется на Марс». А в 90-е вышли два OVA cиквела к анимационному фильм, один из которых, тоже был про Марс, а другой был про компы. Но что удивительно, на этом связь Диша с миром анимации не закончилась. От одного лично знавшего Диша человека я узнал, что оказывает Диш продал корпорации Дисней идею мультфильма «Король Лев»! И это оказалось правдой! Действительно, есть документально подтвержденная версия сценария «Король Калахари» c подписью Диша. Потом этот сценарий много раз расширяли и переписывали, и в титрах финальной версии «Короля Льва» Диш не упоминается. Но это была первая альфа-версия сценария из которой все выросло. Поэтому Диша можно считать автором идеи «Короля Льва;raquo;. А значит, когда фурри рисуют арты накаченных гомо-львов по мотивам «Короля Льва» они не искажают авторский замысел, а реконструируют его. Cкорее всего это действительно то, о чем Диш думал, когда сочинял «Короля Калахари».

И при этом «Кароль Лев» — это мультфильм очень важный для фурри-фэндома. Можно сказать, что он ответственен за появление целого поколения фурри. Мне очень хочется назвать Томоса Диша одиним из дедушек фурри сообщества наряду с Осамой Тетцукой и Робертом Крамбом. Никто из вышеприведенных личносчтей не был фурри, но в творчестве всех этих деятелей прослеживается какая-то особенная извращенность, которая потом перетекла в творчество фурри сообщества. И я теперь могу чувствовать ее в разном творчесве, как гончая чувствует запах. Я ощущал этот запах исходящим и от Диша. И тут напрашивается теория, что изначально Диш хотел воспитать поколение людей, ассоциирующих себе с антропоморфной бытовой техникой. Например, в тексте «тостера» к читателям постоянно обращаются как к маленьким бытовым прибором. И можно было надеяться, что они разовьют в себе суб-личности бытовые приборы, без гендера,... и без души. Но это было слишком экстремально, слишком шизоидальльно. И тогда злой волшебник Диш создал «Короля Льва», который заставил детей развивать в себе субличности животных, что было менее шизоидально, и более органично. Но это просто еще одна сказка. Во всяком случае влияния Диша на современные мультфильмы вполне заметно. Кроме «Тостера» и «Короля Льва», к которым Диш приложил руку, влияние того же тостера заметно, например, и в «Истории Игрушек».

Comments

Fundamental Disch

Thu, 19 Feb 2026 01:14:54 GMT

Томас Диш

под редакцией Самуэля Дилейни

Фудаментальный Диш

1980

«Фундамениальны Диш» сборник рассказов Диша, отобранных Самуэлем Дилейни. С одной стороны, этот сборник пытается дать читателю панораму твочества Диша за почти что 20 лет творчества, что делает его отлично подъодяшем для новых читателей. В то же время тут Диш уже представляется состоявшимся автором, и кроме привычных фантастических рассказов тут приводятся пара его эссе и либретто к опере «падение дома Ашеров». Да и на вступление Самуэля Делани тоже стоит обратить внимание. Все это в сумме говорит о том, что к этому времени Диш уже стал своего рода корифеем в мире фантастики. Я тут рассмотрю четыре условно ранних рассказов Диша, а потом его эссе.

текст и картинки

Машина Судного Дня (Doomsday machine): Набор заметок о дисфункциональном мире будущего. Например, суициды массово становятся модными среди молодежи и детей. Или люди массово крушат и нападают на личный авто-транспорт. Чтобы cпасти автопарк сенат принимает поправки к конституции, которая приравнивает автомобиль к человеку. В итоге, люди женятся на машинах. Занятно. Но как показал книга «Культура времён Апокалипсиса» 1987 года нам не нужна фантастика, чтобы погрузиться в мир безумия. Все это уже происходило на самом деле во время написания рассказов Дишем.

Двойное время (Double Timer): Этот рассказ важен, потому что это первый опубликованный рассказ Диша. Сюжет разворачивается в мире, где копы начали использовать машину времени для раскрытия преступлений. В итоге раскрываемость преступлений достигла 100%. И мы оказываемся в мире, где все преступления совершаются либо случно, либо в приступах страсти. Все преступления совершаются в приступах страсти — это достаточно интересно, такой мир Жана Жене. Но один человек в этом мире решил совершить идеальное убийство. И все дело в том, что он сам полицейский, и он собирается использовать для совершения убийства своей жены машину времени. Но все идет на перекосяк. И коп бежит предупреждать о грядущем провале самого себя. Герой спорит с самим-собой, случайно себя убивает. Это должно привести у ужасному невозможному парадоксу. Но, почему-то это приводит к тому, что главный герой бесконечно переживает один и тот-же день как день сурка. Мне эта концовка показалась слабоватой. Потому что кажется парадокс мог бы быть поинтереснее. В истории создания Диш, пишет, что написал рассказ за четыре дня вместо того, чтобы готовиться к экзамену в NYU, где он учился на историка. И после успешной публикации, он сразу бросил учебу, потому что решил, что стал писателем. Он сам критикует рассказ как слишком бледный. Я бы не сказал, что он бледный, мне скорее показалось, что он просто «ванильный». Но в иоге Диш приходит к выводу, что главная задача этого рассказа заставит читателя сказать себе: « Я могу написать лучше чем это дерьмо», и написать свой рассказ.

Готическая Миннесота (Gothic Minтesota): ужастик, про то как маленькая девочка попадает в дом страшной старой бабке. Я не хочу ничего спойлерить. Скажу, только что история в начале ощущается как «Страна Приливов» Терри Гиллиама, а кончается как нечто среднее между фильмом «Ведьмы» с Анджеликой Хьюстон и фильмом «Ведьма»
Роберта Эгерса. Диш тут показал себя как прекрасный автор хоррора. Еще у него есть серия юмористических хоррор романов «Мистическая Миннесота», которые теперь я должен прочитать.

Ассасин и сын (Assasin and son):
Эта история ближе всего к классической фантастике. Есть планета в космосе, кажется пустынная, населенная расой разумных телепатических пузырей с семью полами. Люди ссылают на эту планету преступников. В итоге люди на этой планете разделяются на два класса. Большинство людей живут в трущобах и пузыри в них плюют. Но пузыри наложили табу на убийства членов собственного вида из-за телепатического вампиризма. И часть людей занимают престижную нишу наемных убийц, ассасинов. Культура людей на этой планете начинает напоминать средневековый арабский восток со строгими законами и иерархии. В рассказе нам показывают драму младшего сына одного из ассасинов. Суть драмы заключается в том, что профессия ассасина передается от отца к старшему сыну. Поэтому главный герой не может быть ассасином, и выбрать принять менее престижную профессию священника. Атмосфера напоминает «Дюну», как я себе ее представляю. Жалко, что главный герой так и не поебался со слизняками. А так могли бы сделать cюжетный ход, что главный герой поебался со слизняками определённым правильным образум, получил их псионический вампиризм, и так стал супер-ассасином. И с новыми супер-способностями он поклялся любой ценной вернуться на землю. И можно было бы написать большой роман-эпопею типа «Дюны». Но это я уже фантазирую.

История создания «Утерянной Аркадии»:

Об использовании художественной литературы: Теория: отличное эссе, в котором Диш пытается ответить на вопрос, почему люди перестают читать художественной литературу. Вначале Диш разделяет художественную литературу на жанровую, и не жанровую литературу-литературу. Понятно, что жанровая литература определяется определяется своей повторяющейся клишированной структурой. Но кто определяет эту клишированную структуру? Ее определяет сам читатель. Поэтому жанровая литература существует потому что у людей есть потребность в определенном стандартизированном литературном опыте. НФ Диш тоже относит к жанровой литературе. Основой этого жанра Диш считает, то что герои использует интеллект для решения своих нетривиальных задач и преодоления опасностей, с которыми они сталкиваются. Специальной аудиторией НФ он называет «одаренных детей, увлекающихся подростков, и отстающих в развитии взрослых«. Дело в том, что этом мотивирует школьников и студентов усердней ботать физику и матан. Типа в кибер-панке герой выживает потому что круто прогает, и читатели тоже начинают интересоваться программированием. И фантастика стала тогда востребована, когда физика и матан стали востребованы. Когда они заканчивают учиться, то проподает и интерес к НФ. А «отсталые взрослые» это те кто попал в академическую систему, но ничего там не добился, но продолжает надеяться на успех и поэтому «отстали в развитии». От себя добавлю, что НФ все таки не самый худший вид жанровой литературы и он все же на протяжении своей истории как-то менялся и эволюционировал. Достаточно сравнить рассказы, которые Диш публиковал в разных журналах. Его публикации в New Worlds Майкла Муркока не сравнятся с публикациями в Fantastic Цили Гольдшмит. Первые намного серьезней. Разобравшись с жанровой литературой Диш переходит к серьезной литературе-литературе. Но его подход к ее анализу не менее циничен. Диш замечает, что классический роман сформировался примерно в то же время, когда в обществах появилась социальная мобильность. И Диш выдвигает гипотезу, что классическая литература была одновременно рекламной брошюрой и учебников для представителей низших классов, откуда они узнавали об обычаях верхних и об их достатке. Понятно, что такое было особо интересно молодым людям. А люди уже сформировавшиеся, победившие или проигравшие в социальной гонке, закономерно теряли интерес к «серьезной литературе». Интерес, конечно, не пропадает у разного рода сумасшедших и самих писателей. Мне пока не очень понятно, где в этой литературе место для разного андерграунда и литературных панков. Но мне кажется Диш дает тут вполне ясную но циничную картину литературного мира как производной исторического процесса. Наверное, весь нон-фикшен Диша похож на это эссе.

Comments

Captain Marvel 11-21

Tue, 17 Feb 2026 20:28:20 GMT

1969-1970

Это комиксы про капитана Марвела, странного героя, которого придумали, чтобы забить имя. И эта серия очень быстро попало в неприятную ситуацию, когда она прыгала между несколькими авторами. Из-за этого адекватная сюжетная линия так и не складывалась. Напомню, что в сюжет в этой серии заканчивался на том, что капитана Марвела собирались расстреливать его собственные соотечественники и расы Кри как отказника и дезертира. Внезапно, его спасает космический бог Зо, и дает ему огромные новые силы, чтобы отомстить своим обидчикам. Не понятно, кто такой Зо, Б-г или дьявол. Но во всяком случае его появление в комиксе ведет к «Первому комиксу Марвел полностью нарисованному под ЛСД». Что есть несомненный плюс. Но большое начальство Марвел с этим не согласилось. И помнила автора комикса с Арнольда Дрейка на Гэрри Фридрих. Фридрих сделал так, что сюжетная линия с Зо оказалась обманом. И все дело в сложных политических хитросплетениях на планете Кри. За разоблачение заговора Верховный Интеллект награждает капитана Марвела новым костюмам. Но у медали есть и оборотная сторона. Капитан Марвел оказывается заперт в «Негативной Зоне». В этот момент сюжетные вожжи в свои руки берет Рой Томас. Он заставляет Рика Джонса, бывшего дружка Халка и Капитана Америке, теперь находящегося в перманентном расстройстве, найти магические поручни. Эти поручни, позволяют ему телепатически общаться с Капитаном Марвелом, и ударив обруч об обруч он может «меняться молекулами»l; c негативной зоной, призывая Капитана Марвела на свое место. При этом Рик сам переносится в негативную зону.

Первый комикс Марвел полностью созданный под ЛСД.

Это делает Капитана Марвела крайне похожим на старого «капитана Марвела» издательства Фосет, ныне известного как «Шазам». Это окончательно возвращает Мар-велла в архетипическую категорию превращающихся суперменов, которых я всех называя шазамами. Еще один известный шазам, это британский Марвелмен, которого очень интересно вернет к жизни Алан Мур в начале 80-х. У Этой версии Капитана Марвела и Муровского Мираклмана много общего, вроде переноса тела в другое измерение. Теперь понятно, почему Марвел грозило засудить Мура и журнал «Warrior». Но главное отличие это Мар-велла от вышеприведённых шазамов в том, что параллельно существуют два сознания, а у Мура сознание «меняет тело как костюм». Да и Рик Джонс в этой фазе своего развития, тревожный тинейджер, который пытается начать карьеру фолк-рок певца, что довольно сильно отличается от жизнерадостного Билли Бэтсона (Шазам).

Рик Джонс и новый Капитан Марвел

Cюжетная линии, которые создает Рой Томас внезапно имеют смысл. Можно, сказать что один из немногих комиксов Марвел, где сюжет лучше рисунка. Да и посмодернистская игра Роя Томаса с Шазамом интригует. Конечно, его супергеройское-экшен наполнение оставляет желать лучшего. И комикс теряет популярность и начинает выходить не регулярно. Следующий выпуск выйдет только в 1972 году. Но после этого «Капитан Марвел» становится одним из главных серий Марвел начала-середины 70-х. Можно даже сказать, что тут Рик Джонс становится почти-что главным героем вселенной Марвел в этот период.

Comments

On Wings of Song

Tue, 17 Feb 2026 05:00:29 GMT

На Крыльях Песни

Томас М. Диш

1979

Нужно все таки нам добивать «На крыльях песни». Потому что впереди все же самая интересная половина романа. И у меня есть, что сказать.

часть вторая.

Напомню, что первая половина романа закончилась тем, что Дэниэль Вейнтреб со своим неистребимым желанием петь м летать и супругой Бо в состояние фактически комы, оказался в родном Нью-Йорке. Супругу помещают в нечто вроде морозильника. Содержание там, конечно не бесплатно. Но Дэниэль, теперь взявший имя «Бен Босоло», продает обильный багаж припасенный для медового месяца, чтобы решать свои финансовый проблемы.

Эта часть начинается 13 лет спустя после вышеупомянутого инцидента. Меня начало этой части поразило своим холодным реализмом, по сравнению с которым весь прошлый роман воспринимается как сказка или сладкий сон. В мире романа Нью-Йорк фактически стал социалистическим государством. Материальные проблемы людей с пропиской решаются за счет государства, хоть и без особого шика. Например, им часто приходится питаться однообразной едой с выдачей по карточкам. Но даже это многим в мире романа кажется роскошью, и ради этой халявы или света духовной жизни в Нью-Йорк как светлячки устремляется множество душ. Но там их ждет статус лимиты (temp), то есть работника без прописки. Что означает необходимость жить в ужасных общежитиях городского пролетариата и работу на унизительных работах. И несмотря, на то что Дэниэль родился в Нью-Йорке, он также оказывается в статусе лимиты. Но находит способ выкрутиться из этой ситуации. Он устраивается помощником в качалку «Корпарация Адонис» и фактически живет там, и в то же время интенсивно качается. Как вы можете догадаться, все посетители и сотрудники качалки оказываются геями. То есть это та самая качалка из мемов про «короля качалки». И, видимо, Дэниэль там еще подрабатывает гей-шлюхой. Но как и многое в романе это оказывается в сфере недосказанного. Глава начинается с того, что «Бен» просыпается в постели одного из посетителей, но тот уже ушёл на свою полицейскую работу. Там Дэниэль встречает подставную жену этого полицейского, и она готовит ему завтрак. И эта подставная жена будет важна дальше для сюжета. После этой сцены Дэниэль в одних шортах (потому что у него не было с собой другой одежде) идет по Улицам Нью-Йорка в межсезонье. Заходит посрать в кафешку, получает там звонок от знакомого, который говорит, что для него есть вакансия в хоре театра Метастазио. И Дэниэль должен еще успеть перед собеседованием зайти к своему товарищу, опытной феи и богатому безработному архитектору, Клоду Дуркину помыться и одолжить смокинг. Тут в начале отлично описывается жизнь полу-бомжа в большом городе и его попытки ворваться в мир искусства. Я чувствовал холод Нью-Йорка на своей коже, когда читал это.

Дальше мы оказываемся в мире театра «Метастазио», специализирующемся на опере Бел Канто. Там «Бена» собеседуют карикатурный жеманный гей транс-ниггер. Только собеседует он его не в хор, а в швейцары. Транс-Ниггер убеждает «Бена» перед отказом сходить на одну оперы, что бы тот понял к погрузиться в какой прекрасный мир у него есть возможность. М Дэниэль действительно слушает одну оперу. Еле досиживает до антракта, думает: «какая муть! Уйду ка я пораньше». Но тут в фойе он встречает подставную жену своего партнера из качалке. И оказывается, что она безумно фанатеет от оперы Бел Канто. И он предлагает ей занять его место в боксе. Но когда он ведет ее в бокс, кто-то резко снимает с него «карнавальную маску»! Это графиня Марципан, помешанная на музыки тетушка Бо. Она узнает Даниэля, и требует объяснить, что стало с ее племянницей. Он, конечно после оперы, показывает ей «моразилку». Графиня Марципан требует от Дэниэля забрать Бо в нормальный дом и жить там с ней. В качестве «нормального места жизни» она предлагает хоромы ее подруги Алисии Шиф. О ней мы поговорим позже. После шока этой ситуации он решил взять работу швейцара в опере «метастазио», хотя к опере Бел Канто у него совсем не лежала душа. И к работе швейцаром тоже. Хотя как вскоре оказалось швейцару нужно кроме непосредственных трудовых обязанностей нужно принимать знаки внимания от патронов. Но пошлого, о чем вы могли подумать. Просто иногда нужно сходить в гламурный ресторан и красиво попить шаманского. То есть тут Диш нам показывает два радикально удаленных полюса гей-жизни Нью-Йорка. С одной стороны брутальная качалка, а другой стороны мир маэстро Понасенков с оперой, дорогими ресторанами и воздыхающими пожилыми фанатками.

Но вернемся к сюжету. Так Даниэль стал жить с Алисией Шиф, музыковедкой, и ее спаниелем по кличке Инкуб. Говорят, что спаниэль Инкуб ее ебал. Но что важнее для сюжет, так это то, что Алисия ему рассказывала приторно сладкие сказки про брата и сестру, кроликов Bunny Honeybunny и Honey Honeybunny. Еще у Алиссии Шиф была теория, что искусство романтизма проложило дорогу политическому насилию коммунистов в 20-м веке. Как она поясняла, что если культурные люди свыклись с мыслью, что если условный Дубровский ради личной справедливости может стать разбойником, то ее не удивит, что кто-то становится разбойником ради справедливости социальной. Также Алисия оказывается бывшей супругой примадонны «Метастазио» кастрата Рея. А чтобы вы понимали всю пикантность ситуации, то всеми примадоннами «Метастазио» являются черный мужчины-кастраты. И никакой сексуальной жизни, что понятно, у них с Алисией не было. Но дальше происходит череда комических событий. Подставная жена из начала романа просит Даниэлю передать Рею коробку шоколадных конфет. И в коробке оказывается любовная записка, конечно не подписанная. И Рей решает, что ее написал Дэниэль несмотря на наличие там слов «Я простая девушка». И Рей начинает бегать за Дэниэлем в поисках большой мужской любви. Но Дэниэль, конечно говорит правду, и даже устраивает Рею встречу с автором письма. Но та такая няша-стесняша, что ни в чем не признается. И Рей остается при своем мнение. Полное ощущение, что мы оказываемся в атмосфере кэмповой оперы Бел Канто.

И так бы Дэниэль и продолжал динамить Рея. Но в мире происходит экономический кризис. Во время кризиса качок в Адоннисе устраивает шумный суицид, так как не может снабдить свои прекрасные мускулы протеины. Во время кризиса от ушной инфекции умирает Инкуб, предварительно засрав и обоссав все хоромы Алисии. Но главное тетушка Марципан умирает в Лондоне от тифа. И Дэниэлю нужны деньги на препараты для коматозной Бо. Поэтому он идет к Рею и становится... его вещью, заключая с ним контракт в стиле маркиза де Сада. Согласно с этим контрактом, Дэниэль обязывается удовлетворять Рея когда и как ему захочется, в остальное время он обязуется носить огромный начинённый взрывчаткой пояс верности, именуемый в романе «поясом безумия», а главное Дэниэль обязуется стать транс-ниггером. То есть мы опять вернулись, опять у той ситуации, которая была у Даниэля с Гусом в тюрьме, но с намного худшими и абсурдными условиями. И после долгих ухищрений, и благодаря особому хлебному пудингу (я даже боюсь представить, что такое), Дэниэль все же убеждает Рэя научить его петь!

И вот наступает день, когда Дэн, наконец, первый раз выступает перед публикой! Он выступает перед на приеме у кардинала Нью-Йорка. Дэниэль будет развлекать кардинала и его гостей, как настоящий мастер оперы эпохи возрождения. Но перед выступлением он узнает, что придурковатей (dorky) Пол Дуркин, был тем террористом, который взорвал трубопровод на Аляске в годы отрочества Дэниэля. Дэн выходит на сцены и поет. Но основа его репертуара уже не Бел Канто, а некая новая музыка. Во время центрального номера Дэниэль одевает кроличьи ушки и исполняет приторно-сладкую песню кролика Bunny Honeybunny. Мне в этой сцене сразу представился кролик, которого нарисовал Дерек Томас, для обложки альбома группы Swans « White Light from the Mouth of Infinity». Публика рукоплещет. Дэна приглашают регулярно выступать в церкви «мраморный коллегиат », реально существующей церкви в Нью-Йорке. По стечению обстоятельств именно там читает проповеди автор книги «Бог — это продукт». На этом основание этого преподобного можно отождествить с реальным препадобным Норманом Винсентом Пилом. А значит «Бог — это продукт» — это отсылка к бестселлеру «Cила позитивного мышления». Пикантность, этой ситуации придает то, что Дэн является атеистом. Но его это не смущает. Чтобы установить контакт с новой аудиторией Дэн делает себе татуировку с иконой богоматери на лице. Вместе с Алисией Шиф он создает шоу Honeybunny Time, где он выступает в амплуа зайчика. Но с успехами наступают и свои проблемы. Рей «освобождает» Дэна, но при этом и перестает быть его спонсором, а вместо этого требует процент от выступлений. Еще процент требует агент. В итоге денег на поддержание Бо начинает не хватать. Дэн говорит, что собирается передать ее отцу. И тут Бо после 15 лет отсутствия внезапно возвращается в свое тело.

И Бо отвозят в больницу. И там ее постепенно приводят в чувства. Она рассказывает, что после выхода из тела в образе феи полетела к отцу, Грандиону. И там она попала в ловушку для фей, которую тот установил у своего кабинета, чтобы феи не могли подслушивать его секретные дела. И кабинет был единственным местом, где Грандион снимал бороду. То есть получается, что Грандион больше всего боялся, что без бороды его увидят феи. Но потом машину разгромили погромщики, и она освободилась. И это было именно в тот момент, когда началась третье глава и мы обнаружили Дэна в Нью-Йорке. Так Бо лежит в больницы какое-то время а потом снова подсоединяется к аппарату полета и улетает феей. Но в этот раз она подписывает бумаги, и ее сразу сжигают. Потому что после стольких лет жизни феей материальная жизнь потеряла всякий смысл. А Дэн так и мучался, мучался а все не мог выйти из тела. Но весь этот скандальный инцидент сделал Дэна и его шоу Honeybunny Time известным, можно сказать национальным феноменом. По современным меркам Дэн стал чем-то вроде модного рэпера.

В финале романа Дэн отправляется в тур по стране с шоу Honeybunny Time. Он приезжает в свой родной городок Амисвиль в Айове, и выступает там в школьном актовом зале в костюме зайчика. Нам показывают, что стало с персонажами из начала романа и как они реагируют на песни Дэниэля. В конце он исполняет свою песню «Летая», будучи подключенным к «полетному аппарату». Интересно отмететь, что по жанру это колыбельная. Я приведу эту песню целиком:

Мы умираем!

Мы летаем,

Вверх к потолку, к полу вниз, вниз из окна к берегу.

Мы болеем!

Мы плывем над океаном, вниз к морю,

В бурю, через чашку чая.

Мы сеем!

Мы течем

Вниз по канализации, по приливу,

И входим в ворота, которые так широко зияют.

Мы умираем!

Мы летим

Под потолком вниз к полу,

Из окна вниз к двери.

Летаем, плывем, течем, летим:

пока ты жив, нельзя отрицать,

что полет, плавание, течение и полет

— более мудрые, разумные и прекрасные занятия,

чем обман, ложь, продажа и покупка,

и попытка погрузиться в бездонную истину.

И тут ультра-правая учителька обществознания, с которой Дэн спорил в начале романа достает пистолет и вышибает Дэну мозги. Когда ее спросили, зачем она это сделала, то она ответила:«чтобы защитить права свободного предпринимательства.». На этом роман заканчивается. Но перед этим нам говорят, что в момент убийства полетный аппарат показывал «полет&raqou;. И читатель может подумать, что Дэн успел стать феей перед смертью и исполнить свою мечту. Но несколько страниц до этого нам говорили, что аппарат на сцене будет фейковым и никакого полета быть не может. В итоге финал остается открытым для интерпретаций.

Для начала отмечу сложную топологию романа. Кроме главного героя тут много других персонажей. Они все по своему интересны. Но мы не видим их судьбу целиком. Мы видим их мимоходом через глаза главного героя, Дэниэля Вейнтребы. Но почти каждого героя видим не один раз, что сшивает удаленные по тексту сцены романа. И почти каждого такого героя мы видим дважды, и при этом они раскрываются с противоположных сторон также как противоположны среда в качалке, и среда в опере Метастазио. Точна также двояк и финал роман. С одной сторон роман констриуриует романтический образ феи, полета, песни. И главный герой действительно в каком-то смысле в конце добивается своей романтической цели. И происходят все невероятнейшие событий, которых требует сентиментальный принцип в литературе: возвращение Бо и успех на сцене. И в какой-то степени роман говорит о дуальной природе творчества, о значении для творчества эманаций в смысле Блейка. Но, внезапно творческая полнота приходит не от феи Бо, а от Алисии Шиф, которая вообще-то не очень симпатично. И все движение к творческой вершине происходит в атмосфере неприятно оперы Бел Канто через служение неприятным людям и чуждым идеям. В конце Дэн и просто превращается в гротеск, транс-черный зайчик с татуировками икон, исполнявший сладко-приторный христианский поп. То есть можно сказать, что тут Диш как и конструирует идею романтической творческой реализации, так ее и деконструерует. Полный Цикл. Уробороc.

О чем же собственно этот роман? Очевидно, что Дэниэль Вейнтреб — это сам Диш. И можно было бы сказать, что он изображает его творческий путь в литератур. Целью Диша, возможно, была поэзия. А ужасный анахроничный театр Метастазио это его образ «научной фантастики» и жанровой литературу, которую Диш также писал под псевдонимами. Рискну предположить, что в образе Алисии Шиф отражена Cели Голдсмит, редактор журнала Fantastic, который активно публиковал рассказы Диша и имел склонность к сказочности. С другой стороны, это роман про секс. В конце романа Дэн рассуждает, что секрет его успеха заключается в том, что его сексуальные энергии оказались в правильном положении, и ссылается на Вильгельма Рейха. А сама невозможность полета является скрытой метафорой импотенции. И решением выступает погружные в мир гомосексуальности. расcкрыте своих истинных предпочтений. Но в первую очередь, я думаю, это роман о политическом насилие. Убийство Дэна в конце романа — политическое насилие. Тезис Алисии Шиф — тезис о политическим насилии. Клод Дуркин — он и фея, и гениальный политический террорист. И возможно его теракты и были основным актом его творчества. То есть, полет души начинается в тот момент, когда политический радикал проливает кровь. «Да здравствует нож!» — может быть как возгласом толпы, аплодирующей певцам Бел Канто, так и девизом боевой революционной группы. Такой основной тезис этой книги. Только этот тезис довольно подрывной. Интересно, что примерно десять лет до выхода этой книги Филип Дик написал донос на Диша в ФБР, утверждая, что роман «Camp Concentration» cодержит закодированные подрывные призывы. И возможно это вдохновило Диша на то, чтобы написать роман, который, действительно, полностью состоит из таких закодированных призывов и сообщений.

В общем видно, что это глубокая многоуровневая литература. Более того, как банально это не звучало бы. Он действительно актуален, причем, благодаря тому как он отражает реальностью культурных войн.

Comments

On Wings of Song

Fri, 13 Feb 2026 13:40:50 GMT

На Крыльях Песни

Томас М. Диш

1979

Это произведение Томаса Диша ближе всего к классическому роману. А если быть точнее, то к роману о взросление героя, bildungsroman. Есть мнение что этот роман несмотря на фантастическую подоплеку в значительной степени является для Диша биографическим. Но даже если это так, то автобиографией он является закодированной. И больших трудов стоило бы полностью ее раскодировать. А все дело в том, что, похоже, вторая часть содержит в себе огромное количество закодированных (gay coded) описаний жизни гей-субкультуры в Нью-Йорке 70-х. Гейскость происходящего не вызывает сомнения. Но стиль Диша в значительной степени отличается от стиля того же Берроуза и собственно слово «гей» и его синонимы никогда не произносятся. А также в романе минимум эротики. От этой книги у меня очень много впечатлений, поэтому я разделю их на две части.

часть первая

Главного героя романа зовут Даниэль Вейнтреб. Его отец, Авраам, родился в Израиле, в кибуце, рядом с границей с Сирии. Но кроме еврейских корней у Авраам были и американо-немецкие, и когда началась очередная арабо-израильская война Авраам уехал в Нью-Йорк учиться на врача на деньги своего американского деда. По его настоянию Авраам принял христианство и немецкую фамилию Вейнтреб. И так Авраам стал работать дантистом в Нью-Йорке. В какой-то момент он встретил мать Даниэля, Мили. Авраам был на 20 лет старше Мили, и брак у них был не очень счастливом. В какой-то из момент, когда Дэниэлю было четыре года Мили их с отцом бросила. Тогда Авраам поехал работать в маленький городок в Aйове, Амисвиль, где не было дантиста. Но потом Милли в какой-то момент вернулась в семью, когда Дэниэлю было примерно 10 лет, и стала изображать из себя приличную домохозяйку несмотря на опыт жизни в богемной среде в Нью-Йорке. В 12 лет Дэниэль встретил свою первую любовь. Это был Юджин Мюллер, который очаравал его знанием огромного числа рассказов про приведений. Семья Мюллеров была одной из самых влиятельных и богатых в Амисвиле. Вместе с Юджином Дэниэль начал зарабатывать деньги тем, что развозил газеты на велике. Но в какой-то момент террористы взорвали трубопровод с газом или нефтью с Аляски, и в Америке наступил энергетический кризис. Из-за этого газета, которую ребята развозили вышла из бизнеса. Тогда ребята придумали развозить газету из соседней Минесоты. Но это было нелегально, потому что газеты из «синих штатов» были запрещены цензурой.

Давайте на этом остановимся и поговорим про мир романа. В нем показана Америка будущего жестко разделенная по политическим линиям. В штатах «фермерского пояса» установилось что-то вроде христианского национализма, и почти вся светская культура находится под перманентной угрозой запрета. В то же время либеральные синие города страдают от переселения и перманентного экономического кризиса. Все это постоянно усугубляет разрыв между гражданами. Но катализатором этой ситуации послужило открытие феномена «полета». В мире романа существует аппарат, к которому можно подключиться и правильно спеть песню, то можно оказаться в состояние вне тела, «полете» или состоянии «феи». Фея может наблюдать физическую реальность вокруг себя, но не может с ней механически взаимодействовать. Причем, феномен феи научно зафиксирован. Причем сознание феи как-бы преодолевает человеческое эго, все кажется им прекрасным, но их особо завораживают разное вращающее движение. Поэтому разные вращающиеся предметы типа мотора холодильника могут стать для них ловушками. Многие феи не возвращаются в свои тела. Некоторые попадают в ловушки. А некоторые улетают жить в космос. Но как в конце замечают в романе сама солнечная система является огромным вращательным механизмом, огромной ловушкой для фей. Но главная проблема с феями в том, что энтузиасты полетов наблюдали за умирающими людьми и зафиксировали, что никакая фея при смерти из человека не выделяет. А значит фея — это не душа. Но так как фея обладает большинством свойств души, связанных с мистическими переживаниями, то получается, что душа и вовсе не нужна. Это вызвало шквал негодования радикальных христиан, «подбожжников». И стали проводить компании по запретам полетов, дошло дело и до масс-шутингов с терроризмом. В итоге, запрет полетов остался на уровне штатов. В Aйове, конечно, полеты запрещены, и даже любое светское пение находится на гране запрета из-за ассоциации с феями. Но Милли рассказывает Дэниэлю, что та пыталась летать в Нью-Йорке, но не смогла достичь скорости отрыва. И тогда Дэниэль решает любой ценной научиться петь и летать.

Но вернемся к сюжету романа. Даниэль и Юджин в тайне от родитилей отправляются в Минеаполис на ралли республиканского кандидата в президенты. Но перед тем как отправиться на ралли так как времени навалом они решают сходить в кино на мюзикл «золотоискатели 1984 года». Этот мюзикл — кэмповая пародия на роман «1984» подробно описывается в романе. И там все хорошо заканчивается благодаря аппарату полетов: главный герой и его возлюбленная подключаются к ним и улетают в космос от злого общества. И пока Даниэль наслаждается музыкой во время титров, Юджин выходит в туалет. Они договорились встретиться в Фое кинотеатра. Но Даниэль не может его дождаться. Он заходит поискать друга в туалет, но вместо него находит мужиков, один из которых делает другому минет. И тогда идет к стадиону на ралли по мосту через Миссисипи. Видит город. И понимает, что Юджина он больше не встретит. Потому что, конечно, он выбрал остаться в этом городе. И идти на ралли нет никого смысла. Даниэль сразу возвращается в Амисвиль. Проходит еще какое-то время и к Даниэлю приходят копы. Оказывается его арестовывают за торговлю запрещенными газетами. Оказывается, что Мюллера старший крышевал всю операцию. И когда его сын пропал, то он решил, что Даниэль об этом что-то знает. И решил выбивать из него признания в тюрьме.

Так Дэнниэль попал в тюрьму Спирит Лэйк на срок восемь месяцев. Тюрьма это была не совсем обычная по нашим представлениях. Никаких решёток и ограды там не была. А не было их потому, что всем заключенным в желудок зашивали торпеду с радио-бомбой. И если они выходили за периметр тюрьмы, то торпеду взрывали. И в мире романа это была нормальная практика, которая никого не удивляла. Например, всем жителям Газы вшили такую торпеду. И из-за «ошибки компьютера» подорвали. Короче, в тюрьме кормили крайне плохо, но за отдельную плату можно было заказывать еду из Макдональдса. Это скоро будет важно. Заключенные летом работали на фермах, а зимой на заводах. И зимой его Дэниэля отправили работать на завод, где из термитов делали еду. You will eat the bugs, and you will be happy! Но отношения с другими заключенными у Дэнниэля складывались неплохо. У него даже появились друзья. Среди них была одна некрасивая девушка, которую посадили в тюрьму за нелегальные аборты. Они очень много знала, и делилась с Дэниэлем интересным опытом, в том числе про полеты, а также с ней было интересно спорить. Еще бывшая учительница Дэниэля подарила ему книгу либерального проповедника «Бог — это продукт». Ее смысл в том, что церковь это примерно как ресторан, который продает людям бургеры. И весь связанный с церковью лор это просто маркетинг. Поэтому атеист тоже может быть христианином, потому что необязательно верить в Роланда Макдональда, чтобы есть бургеры, то есть использовать религию, чтобы решать свои психологические проблемы. Но интересное место в этой книге — что можно жить в мире Бога, а можно жить в мире Цезаря. Жизнь в мире Цезаря означает сосредоточение обусловленных обществом социальных и экономических целях. А жизнь в мире Бога означает сосредоточенность на какой-то лично сложнодостижимой цели. Для Дэниэля такой целью стало пение и полет. Но мир Бога во многом более жесток, чем мир Цезаря, потому что он требует от людей полной искрености. Поэтому проще жить в мире Цезаря. Но мир Цезаря скоро рухнет, и останется только мир Бога. И те люде, которые не жили в мире Бога обречены на духовную погибель. Но Дэниэль про это не дочитал, потому что книжку у него спиздили. В тюрьме был человек, который красиво пел. Его все звали «Гус», но само деле его так не звали. Просто он носил комбинезон, на котором кто-то из прошлых владельцев. И Дэниэль решил, что будет отдавать ему бургеры в обмен на уроки пения. Но примерно в это же время его подруга уже на позднем месяце беремености взорвала, себя выйдя за периметр. И тогда в ее вещах обнаружилась книга «Бог — это продукт». То есть она была той гнилью, кто эту книгу спор. Дэниэль хотел забрать эту книгу, но не смог, потому что на вещи заключенных проводился аукцион. И Дэниэль начал участвовать в аукционе на книгу, но Гус перебевать его ставки. И это очень сильно испортили их с Дэниэлем отношение. Но когда Дэниэль все же дочитал книжку, он решил все таки подойти к Гусу за уроками пения. Даниэль cказал: «за уроки пения буду платить своими бургерами, если не хочешь есть, сможешь выменять на них что-нибудь у других заключенных, хочешь книжку тебе отдам!». А Гус ему отвечает:« не нужна мне твоя книжка, я на твои булки все смотрю, но не от бургеров. За уроки пения будешь платить мне своей жопой!» Но Дэниэль зажался, и так уроков у Гуса и не взял. И когда Дэниэль выходил из тюрьмы, то Гус дал ему совет:«Чем в большем состояние хаоса будет твоя жизнь, тем лучше ты сможешь петь ».

Это только первая часть романа. Но тут уже много о чем можно рассуждать. Например, книга «Бог — это продукт». Это своего рода ключ к философскому прочтению этого романа. Например, ситуация с заключенными в тюрьме, которые вынуждены покупать бургеры, причем через посредников втридорога. Ecли бургеры это метафора Бога, а тюрьма без решеток и заборов &mdashl это метафора современного государства, то напрашиваются определенные сравнения с клерикальным фашистским государством. Что же касается идеи про мир Бога и мир Цезаря, то это мне очень напоминает максиму Алистера Кроули «Твори свою волю». Дэниэль часто в романе встает перед ситуацией сделать что-то рисковое ради своей цели, но он всегда отступает: сбежать в Минеаполис, взорвать себя торпедой, продать жопу за уроки пения. Это потому что он конформист. Он сам себя так называет, когда встречает свою мать в Айове. И Aйова символизирует состояние конформизма. Вообще в романе часто фигурирует тема рабов и господ. И в этом отношение конформист Даниэль — раб. Именно об этих рабах Алистер Кроули писал «рабы должны служить». Сводного человека-звезду, человека-фею от рабы именно чти и отличает способность к полету, способность к песни. И Гус, и Дэниэль были заключенными, но Гус хозяин, а Дэниэль — раб.

После выхода из тюрячки Дэниэль начал заниматься музыкой, и даже научился играть на пианино. Конечно, он вернулся в школу. Но тюрьма его изменила, и он стал крутым парням. Даже стал спорить с ультра-консервативной учителькой обществознания по кличке «Айсберг». Так он обратил на себя внимание девочки Бо из своего класса. Но Бо оказалась не простой девочкой, а дочерью богатейшего человека в Aйове, Грандиона Уайтинга, англомана и владельца всех тех заводов по переработки жуков в еду. Бо это довольно важный персонаж в романе. По сути это смесь Алисы из «Black Alice» и Джойслин Шрагер из одноименного рассказа. Также как Джойслин она одержима созданием кино. Только Бо пытается снимать фильм о своем отце. И, действительно, именно Грандион — настоящая звезда этой части романа. Например, он говорит: «Справедливость всегда справедлива, это бесспорно. Но честность относится к справедливости так же, как здравый смысл к логике. Иными словами, справедливость может (и часто так и происходит) превосходить честность. Честность обычно сводится к простому, искреннему убеждению, что мир должен быть устроен с учетом собственного удобства. Честность — это детское понимание справедливости. Или понимание бродяги… Бродяги, — продолжал он невозмутимо, — в отличие от нищих. Люди, которые выбрали унижение как образ жизни, без смягчающих обстоятельств слепоты, ампутации или слабоумия… Но все люди по определению несут ответственность за себя. Все взрослые, то есть. Бродяги же настаивают на том, чтобы оставаться детьми, в состоянии абсолютной зависимости. Представьте себе самого неисправимого такого жалкого человека, которого вы когда-либо видели, и представьте его в возрасте пяти лет вместо пятидесяти пяти. Какие изменения вы могли бы заметить? Вот он, несомненно, меньше ростом, но в моральном плане тот же избалованный ребенок, ноющий из-за своего… Страдания, уговоры, добивающиеся своего, без каких-либо планов, кроме как немедленного удовлетворения, которое он либо выманит у нас силой, либо, если это не удастся, попытается выманить у нас, прикрываясь величием и таинственностью своего унижения». И весь его диалог написан в таком тяжеловесном философствующем стиле. Или, например, он говорит «Быть джентльменом — значит добиваться желаемого, лишь неявно угрожая насилием. В Америке, в целом, нет джентльменов — только менеджеры и преступники. Менеджеры никогда не проявляют себя в достаточной мере и готовы отдать нам свою автономию и большую часть денег, которые они помогают зарабатывать. Взамен им позволяют наслаждаться иллюзией безгрешной жизни. Преступники же, наоборот, проявляют себя слишком сильно и погибают от рук других преступников или от наших рук. Как всегда, золотая середина — лучший вариант», или «Удовольствие, — сказал Грандион Уайтинг, закуривая очередную сигарету, — это великое благо. Оно не требует объяснений, извинений. Это то, что есть — причина для продолжения жизни. Нужно устроить свою жизнь так, чтобы все удовольствия были доступны. Не то чтобы на всё хватало времени. В конце концов, бюджет каждого человека ограничен». Чтобы дополнить портрет, нужно сказать, что Грандион Уайтинг носит огромную накладную бороду. Он говорит, что это именно то, что делает его джентельменом в смысле приведенной выше цитаты, то есть тем, кто может отжимать добро не прибегая к насилию. И когда он ходит с бородой, то его рассуждения напоминают первую цитату, то есть такую утилитаристскую (псевдо)-аналитическую философию. А когда он снимает бороду, то из него прет какая-то галковшина как в приведенных двух последних цитатах.

Так, что происходит дальше? А дальще Грандисон собирает компромат н Даниэля, и заставляет его взять Бо в жены. И как часть брачного контракта Даниэль должен отказаться от карьере музыканта и поехать в Гарвард получать «серьезную профессию». Они едут в грандиозное свадебное путешествие. Но перед этим они останавливаются в Нью-Йорке, в специальном отеле, который специализируется на полетах. Молодожены подключаются к апаратам и пытаются взлететь. У Бо сразу получается взлететь. А Даниэль тужится, тужится и у него все не получается. Не уверен, но возможно эта какая-то символическая репрезентация импотенции во время первой брачной ночи, классический комедийный сюжет. Но потом оказывается, что Бо не возвращается в свое тело. День не возвращается, два не возвращается, и так далее. И тогда Даниэль включил телевизор, а там, говорият, что самолет на котором они должны были лететь в Рим взорвали террористы. И тогда Даниэль понял, что это для него шанс. И решил начать новую жизнь в Нью-Йорке под вымышленным именем «Бен Босоло». Босола была фамилией итальянских беженцев, которые когда-то жили в комнате Дэна. И он много думал о их судьбы. Тут мы сталкиваемся с часто сопутствующей творчеству Диша теме ложных имен. В этом романе имя «Гуса» тоже ложное. Говорят, что фамилия Босола связана со словом «лес» на. То есть имя Бен Босола означает «сын леса». И видимо меняя имя Дэн символически меняет свою судьбу.

Также во второй части герои читают грошовую self-help книгу «Как вести себя так, чтобы развить в себе тот характер, который хочешь.». Эта книга основана на странном учении «Develop-mental mechanics» из Портланда, штат Ореган. Я сейчас записал это название, и понимаю что его можно интерпретировать двояко, то ли как механику развития, то ли как механику дьявола. Так вот, второй закон механики дьявола гласит«Если ты чего либо хочешь, ты должен это взять. Если ты хочешь этого достаточно сильно, то ты это возьмёшь.». Третий закон гласит:«Всегда претворяйся, что ты твоя любимая кино-звезда, и ты ей станещь». Не уверен, что я прав, но снова какие-то отсылки Liber OZ. Разговоры про звезды и волю, но теперь сформулированные на языке пошлейшей self-help книжки. Относительно прошлых идей во второй части все ясно. Грандион — воплощение Цезаря из мира Цезаря. Бо — хозяйка, потому что она занята любимым киноискусством, а Дэн нет. И бо не настолько эгоистична как Джойслин Шрагер, потому что объектив Джойслин нацелен на нее саму, а объектив Бо нацелен на ее отца.

Comments

Daredevil 50-67

Mon, 09 Feb 2026 02:24:33 GMT

1969-1970

Довольно безблагодатные комиксы про Сорвиголову, адвоката Мэтта Мурдока. Но когда сорвиголова не занимается напрямую супергероикой, то этот комикс мастерски погружает нас в бездны безумия. Особенно, когда его рисует Барри-Виндзор Смит. В остальном же он крайне уныл. Тут есть довольно забавные выпуски про призрака «Мертвую Голову». Но по законам времени это оказывается человек в костюме. Но ничего, не долго осталось ждать первого удара по комикс-коду. Но что еще важно, после встречи с этим «призраком», Cорвиголова наконец-то признался в своей идентичности Карэн. Поэтому это можно считать развитием персонажа.

Comments