|
| |||
|
|
Дай нам руку в непогоду...
…И вдруг одно неосторожное движение! Нога предательски заскользила по металлу… В ушах застыл пронзительный крик уличных зевак, стоявших неподалеку. И в то же мгновение, будто кто-то незримый подхватил его: скульптор беспомощно повис в воздухе, на восьмиметровой высоте… Будто в благодарность. Это уж после свидетели необычайного происшествия расскажут Михаилу Аникушину, что, падая, он зацепился курткой за правую руку Александра Сергеевича, ту самую, что вольно и широко, в порыве божественного вдохновения откинул поэт. – Не знаю, не знаю, материалист, конечно, скажет, что я зацепился случайно, – вспоминал Аникушин, – но я помню живое прикосновение Александра Сергеевича. Он протянул мне руку! При жизни Пушкин вовсе не мечтал увековечить собственную персону в мраморе и бронзе. Напротив, отказывался от лестных предложений именитых ваятелей. Некогда, в одном из писем к жене, Пушкин, сообщая своей Наташе московские новости, сетовал: «Здесь хотят лепить мой бюст. Но я не хочу. Тут арапское мое безобразие предано будет бессмертию во всей своей мертвой неподвижности…». «Арапское безобразие», так досаждавшее поэту при жизни, с веками трансформировалось в самый романтический и любимый миллионами пушкинский облик. http://www.rusiskusstvo.ru/journal/2-200 Статьи из журнала «Русское искусство» О журнале | Анонсы | Новости | Статьи
|
||||||||||||||||||||||