После войны дед пошел преподавать в 170-ю московскую школу. Ученички ему достались - не приведи Господь. Василий Ливанов, Эдвард Радзинский, Марк Розовский, Андрей Миронов... Их учил математике мой дед.
Потом - школа в "заполярном поселке Тикси", потом опять Москва, затем - командировка в Германию и преподвание в Первой Советской школе г.Берлина.
Много чего было...

А потом уж - пенсия, дом.

Деда знали все продавщицы в округе - он знал их всех по именам и знал дни рождения.
"Илья Васильич! Вам сыру?" "Как себе, Зиночка, как себе..."

Каждый день - пока позволяло здоровье - дед прогуливался по Тверской, заходил в Елисеевский и покупал там кофе, затем - на обратном пути - хлеб в Филипповской. Как-то, в начале 90-х, дед решил обновить гардероб и зашел "по пути" в магазин (судя по дедову возмущенному рассказу - это был мегадорогой бутик очень известной марки ;)). Поскольку дед зашел без капли соменения и с истинно аристократическим брезгливо-снисходительным выражением на лице - обслуга засуетилась... Все костюмы, предложенные деду и примерянные им, были с негодованием отвергнуты - на одном не понравилась ткань, на втором - подкладка, у третьего - крой. С фразой - "приличных костюмов на Горького теперь не найдешь" - дед покинул магазин. Персонал, я полагаю, выпал в осадок...

В 96-м, во время выборов у нас на участке, как всегда, была уйма телевизионщиков - тут и Ельцин голосует, и Зюганов, и куча всех прочих. И тут с участка выходит дед - в парадном костюме, при всех орденах-медалях. Телевизионщики к деду кинулись - такой колорит! "За кого голосовали?" - спрашивают. А дед хитрый - говорит: "Знаете", говорит - "В одной умной книге все уже давно сказано". Телевизионщики погрустнели - подумали про Библию... А дед им - "Мой дядя самых честных правил..." И далее по тексту... Почти всего "Евгения Онегина". Они обалдели.

В июле 98-го деда не стало. А было ему 86 лет. Из больницы почти ничего не пришлось забирать. Но две вещи были основными для меня - пилочка для ногтей ("быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей") и томик сонетов Шекспира. Эти же вещи я три года спустя забирал из больницы, где лежал папа...

А еще дед завещал парадный пиджак свой с орденами и медалями - как его не станет - каждое 9 мая надевать, парад смотреть да за память всех выпить. Вот и завтра - надену дедов пиджак, парад посмотрю - и за всех дедов и бабок выпью. Кому - здоровья, а кому - память...

И это все, что я хотел рассказать о своем деде.

А это - дед в 95-м. Его сфотографировал - просто так - один парень, а потом, случайно встретив деда на улице - отдал фото.


Imported event Original