Войти в систему

Home
    - Создать дневник
    - Написать в дневник
       - Подробный режим

LJ.Rossia.org
    - Новости сайта
    - Общие настройки
    - Sitemap
    - Оплата
    - ljr-fif

Редактировать...
    - Настройки
    - Список друзей
    - Дневник
    - Картинки
    - Пароль
    - Вид дневника

Сообщества

Настроить S2

Помощь
    - Забыли пароль?
    - FAQ
    - Тех. поддержка



Пишет Misha Verbitsky ([info]tiphareth)
@ 2018-02-21 00:05:00


Previous Entry  Add to memories!  Tell a Friend!  Next Entry
Настроение: sick
Музыка:Жириновский читает рэп
Entry tags:putin, smeshnoe, zhirik

дома взрываются, газ, самолёты, теплоходы
Гениально
https://www.youtube.com/watch?v=d-0N1iUiM4U
жирик читает рэп, энджойкин-стайл

дети беспризорники, погибают, так сказать, выбрасываются из окон,
горят каждый день, дома взрываются, газ, самолёты, теплоходы,
преступность! Проституция! Детей вывозят! Чтобы на замену
органов! Вы понимаете что происходит вывезены сотни тысяч
женщин русских на панель стоят в европе

Найдено тут:
https://potsreotizm-new.livejournal.com/2670824.html
Привет



(Читать комментарии) - (Добавить комментарий)

Друид, ГО
[info]aculeata
2018-02-21 15:34 (ссылка)
off: от Друида из фейсбука

МОЯ ОБОРОНА
[the inside story of great rock-n-roll swindle]

Предисловие.

Это не книга, а просто цикл воспоминаний, веселых и грустных. Не автобиография, ее писать лень, кому нужен третий том Войны и Мира. Просто так получилось, что очень долгое время, да и по сию, видимо, пору я был так или иначе связан с группой Гражданская Оборона. Или это Оборона связана со мной? Не важно.
Поэтому здесь будут фигурировать только те персонажи, которые или имели непосредственное отношение к этой связи, или были участниками разных историй вокруг или внутри группы. Не будет, например, воспоминаний про "формейшн", истории группы Сопротивление, да и много чего еще, хуй с ним, как говорится.
Ах, да, фанатам, любителям сладкозвучных мифов, ревнителям светлых образов - к прочтению не рекомендуется.
Кто не спрятался - я не виноват.

*

Девяносто второй год, вечер, я простуженый валяюсь в своей комнате на Рабочке, в Загорске. Мне - тринадцать и я люблю рок-музыку и книжки, а вот учиться не люблю вовсе.

Из источника аудиоразвлечений на Рабочке в наличии только приемник VEF, благодаря которому я задолго до этого узнал, что своевременная замена элементов питания гарантирует вечность музыкальному произведению, или услышал историю то, как двое сошли среди бескрайних полей. Представлялись мне эти двое, кстати, следующим образом: насыпь, черная громада поезда и два силуэта, бредущих через заснеженное до горизонта поле перпендикулярно этой насыпи - прочь.
В поисках новых звуков кручу верньер настройки, незнакомый голос начинает что-то рассказывать, к нему присоединяется собеседник, говорят про Омск. Довольно скучно, собираюсь уже крутануть дальше, но тут проскакивает волшебное слово "группа", какая-то группа Гражданская Оборона, лидер которой никак не хочет лично прийти на эфир Тихого Парада, поэтому гость студии привез какую-то свежую пленку. "Группа? Из Омска? Рок петь будут?! Интересно...." Внезапно звук меняется и из охрипшего, но басовитого динамика моего VEF раздается другой голос: "...последняя песенка моя" и начинается СВОБОДА.
Впервые я услышал, что можно петь по-русски, без всяких электрогитар и барабанов такой РОК, до которого всем этим песням про батарейки и Таганроги, а заодно и героической группе Кино (которой мы все заслушиваемся), как до Китая. Рефрен песни крутится в голове, ведущий и гость продолжают что-то говорить про Егора Летова ("так вот, как его зовут"), звук вновь меняется: ЕВАНГЕЛИЕ. Все тот же могучий, без возраста, голос, наполненный теперь крайней задушевностью, как колыбельную пропевает пугающее "... задуши послушными руками своего непослушного Христа." И тут я понимаю, что про того самого Христа, который висит на кресте в лаврской трапезной и которого мне с детства жалко до слез, тоже можно петь и это тоже РОК.

Утром я первым делом схватил валявшуюся на шкафу гитару, выданную когда-то маме в качестве награды за участие в агитбригаде и, не умея на этой гитаре играть вовсе, изображая ритмический бой, заорал: ЭТО ЗНАЕТ МОЯ СВОБОДА!

*

После этого никаких записей ГО мне не попадалось целый год - срок в те времена огромный, так что о могучем голосе я как-то подзабыл. Тем более, что чехардой понеслись Крематорий, ДДТ и Зоопарк. Более того, невыносимое желание греметь РОК занесло меня в какую-то идиотскую "Группу акустического рока Чай", где я играл на пивной банке. Единственное выступление этого коллектива закончилось, не начавшись, на новогоднем вечере в школе #19, в которой я, за некоторое время до этого, пребывал в начальных классах. Насколько помню, подвыпившие старшеклассники не одолели коммутационных проблем, поэтому ни одного аккорда группы Кино (а вы что думали?) из колонок системы "Родина" не раздалось. Так что весь мой имидж, в виде черного шерстяного свитера и черных же очков неимоверного размера, напяленных из-за превосходного фингала, поставленного мне накануне Вадиком Журавлевым, не произвел на публику должного впечатления.

(Здесь, кстати, нелишне будет сказать, что в обозначении временных отрезков я могу изрядно путаться, так что не удивляйтесь. Например, пресловутое выступление группы акустического рока не состоялось уже в те времена, когда доступ к записям Обороны я вполне имел, ибо сейчас вспомнил, что электрогитару Ирис нашему гитаристу одалживал Диня Пыхчеев, который был преизрядным панком и любителем ГО, а я, в свою очередь, прекрасно понимал уже, что это за группа. Исправлять и уточнять мне лень, лучше буду дополнять.)
Гитарист и идейный лидер пресловутого Чая, Минька Блюзман, страшно гнобил меня за интерес к Обороне. "Играть не умеют, звук - говно.." - шипел он при любом упоминании, любовно прилаживая булавками на обои очередного БГ. Да, информационный и товарный голод того времени доводили до смешного; менялись фотографиями музыкантов на пару недель, "повисеть". Клаптон из "Ровесника" обменивался на неделю на Юру Шевчука из журнала "Мы", а Григорян из того-же "Мы" - на Жоржа Харрисона из какого-то отечественного битлз-бука.

С Минькой связана еще одна история "прооборону". В то время пышным цветом полыхали Студии Звукозаписи, представляющие собой закуток, в служебной части которого располагались катушечники высшего класса, типа Электроники-004, с которых воспроизводилась перезаписывемая на какие-нибудь Яузы фонограмма. В приемном же отделении, за стойкой или окошком, можно было сделать заказ, отдав для этого кассету, а за отдельную плату - переписать "текстовку" - бумажку с названиями песен альбома. В одну из таких точек, располагавшуюся в самом центре Загорска, напротив лавры и памятника Ильичу, мы с Минькой и зашли за его очередным Роллингстоунзом. Из глубин технического помещия раздавался тихий, но узнаваемый звук. "Гоооовнаааа-пиирогааа", завывали контрольные колонки под характерный гитарный скрежет. Я страшно удивился: звук знакомый, но здорово похоже на ЧайФ.
- Это ЧайФ? - спросил я у звукозаписывающий личности.
- Нет, это Гражданская Оборона. - был саркастический ответ.
- Опять твое говно, пошли отсюда, заскрипел Блюзман.
- Да это Стоунз твои говно, а вот это - заебись! ГООВНААПИРОГААА!
(Надо признаться, что песня эта и сейчас мне нравится. Более того, считаю, что это лучшее и единственное произведение Кузи Уо. Кстати, здание это, шикарное трехэтажное здание бывшей лаврской гостиницы, с видом на лавру и Ильича, в котором некогда располагалась эта лавка, спустя очень много лет сгорит, ибо монаси приемлют и желают много чего.)

*

Непосредственный же доступ к записям ГО я получил в школе #22, находившейся по моему основному тогдашнему месту жительства - Кировке. Район этот был любопытен тем, что там практически не было гопников, в привычном для всех понимании. Состоящий на 99,9% из частного сектора (0,1% составляла пара двухэтажек), находящийся с одной стороны в "историческом центре", а с другой представляющий собой натуральнейшую деревню с водой-на-колонке, отхожими ямами и огородами, был он населен алкоголиками, художниками и православными. Никакой сегрегации, кстати говоря, не происходило, художник, например, мог быть православным алкоголиком, также как и алкоголик мог быть православным художником. Вообще духовная, скажем так, компонента у жителей района была достаточно сильна, недаром единственная постоянно действующая церковь Загорска, Ильинская, находилась в минуте ходьбы от моего дома. Среди молодых обитателей Кировки бытовало убеждение, что все они - хиппаны, поэтому модно было пить портвейн, курить анашу и слушать исключительно записи Ленинградского рок-клуба, рассказывая собутыльникам о степени своей хиппейности. Однако горе было случайному путнику, забредшему в этот патриархальный уголок из другого района. Буквально пять минут назад размазывающие пьяные слезы по щекам, затирающие про братскую любовь и вопящие хором песни БГ, кировские хиппаны резво подкатывали к такому и, щурясь масляными от анаши глазами, заводили знакомую всем песню из разряда "а ты чо ваще за хуй такой?".

Центром, баром и клубом движения служил мужской туалет на третьем этаже нашей школы (между прочим, по словам моей бабки, в шестидесятых курировавшейся главным психиатром горбольницы, вместе с седьмой - "школой дураков"). Там можно было весьма комфортно прогулять пару-тройку уроков, покуривая беломор, угощаясь дешевым винишком и слушая увлекательные истории про пидорасов от покойного уже, увы, Гарика Холоднова, по прозвищу Холодильник.
Холодильник был, надо сказать, наверное самым натуральным хиппаном, из всех кировских хиппарей. Он никогда не дрался, не выпендривался, вообще был грустен и сентиментален, плюс отлично, по тогдашним меркам, играл на гитаре. Игре на этой самой гитаре он обучился у Андрюхи Шумака и, в свою очередь, показал мне пару аккордов. (Спустя несколько лет Гарика зарежет по пьяни только вышедший из тюрьмы сосед, а Шумак, традиционно рвущий струны при исполнении пинкфлойдовской Vira превратится в отца Андрея Шумилова.)
Так вот, Оборону Холодильник не переносил на дух, считая музыкой плебейской и суетной, каковой ее, в общем, считали все кировские хиппаны. Были, однако и два исключения - Таскин и Симон, учившиеся на год старше меня. Именно от них я и заполучил первые кассеты с Красным Альбомом и Мышеловкой. Вместе со мной этими альбомами овладел и Макс Еремян, который познакомил меня за год до этого с Минькой Блюзманом и о котором еще, скорее всего, пойдет речь в этой писанине.

Ха, вспомнил историю, достаточно характерно описывающую нравы кировских хиппанов: один из них, Мишка Гапонов, отчего-то не взлюбил этого самого Еремяна. Каждое утро, покуривая в компании таких же хиппанов на крылечке школы, при виде приближающегося Макса, обладавшего на тот момент изрядными патлами, раздавался приказ: "Ерёма, иди сюда!". Макс бледнел, но делать было нечего, поэтому приходилось подходить. Его ожидал удар в район солнечного сплетения с вопросом: "Ерёма, когда подстрижешься?!" Закончилась эта история трагикомически: доведенный до исступления Макс однажды пошел в парикмахерскую. Каково же было его изумление, когда утром на крыльце он услышал привычное: "Ерёма, иди сюда!", за которым воспоследовал удар и, "Ерёма, хуль ты подстригся?!"
Кстати, именно Еремян позвонит мне десять лет назад и скажет: "ты прикинь, тут вроде как по радио сказали, что Летов помер", но это будет изрядно позже, не буду забегать вперед.

[продолжение - будет]

19.02.2018

(Ответить) (Ветвь дискуссии)

Re: Друид, ГО
[info]aculeata
2018-02-21 15:34 (ссылка)
И вторая часть, от сего дня:


МОЯ ОБОРОНА
2

Отдельного упоминания стоит качество тех самых записей: при наличии отсутствия должного технического обслуживания магнитофонов не только у частных владельцев, но и в упомянутых Студиях Звукозаписи, и без того не лучший саунд Обороны дополнительно облагораживался различными спецэффектами, самым клевым из которых было увеличение скорости воспроизведения фонограммы, что только добавляло задору. В результате нескольких же перезаписей на таких машинах довольно инфантильный хардкор ранних альбомов превращался практически в speed-metal, а Летов начинал голосить весьма заливисто, с эдаким pitch +0.5. Из-за этого Прохор Селиванов, например, заполучивши от Сани Таскина необходимую кассету вообще поначалу был уверен, что это Таскин и поет: в пучинах скоростного забоя балдежом реял пронзительный Буратино.
Что интересно, появившиеся в продаже винилы имели приблизительно такое же ускоренное звучание, так что некоторое время спустя, во время зенита славы ХОР-рекордз я, приобретя несколько ремастеренных релизов был страшно разочарован: какого хера так занизили скорость, где весь драйв?!

*

Главным, наверное, в то время для меня действием, был внутренний отход от задушевного Кировского хиппизма и осознание себя ПАНКОМ. ПАНК же в моем представлении был движением таких, как я: много читать (а читал я все подряд, недаром же на спине моей джинсовки была шариковой ручкой нарисована обложка Дюрренмата, представляющая собой картину "Музицирование скелетов"), лазить по промзонам и заброшенным домам, бухать и жить _не_по_правилам_. Я был уверен, что чуваки из Обороны поступают также, а иначе зачем вся эта "колючая проволока и ваще"?
Конечно, были попытки слушать и разный другой "панк", например Лаэртского или какой-нибудь Монгол Шуудан, но, что называется, не канало: первый казался бледным и попсовым эпигоном Григоряна, компенсирующим свою бледность матюгами и похабщиной, а вторые - частушками. Да так и было, чего уж.

Самым сильным тогдашним обломом в поисках ПАНКА были две записи: Автоматических Удовлетворителей и Sex Pistols. АУ, на сторону "B", я записал в той самой Студии Звукозаписи (на стороне "А" была Некрофилия). Пистолз же просто купил в магазине Радиотовары, зайдя туда случайно. Правда, пришлось бежать домой за рублем, именно столько стоил продукт польских пиратов. Каково же было мое изумление, когда столь прославленные в уже появившихся рок-энциклопедиях Удовлетворители оказались глуповатой, вовсе не актуальной на тот момент, социальной сатирой ("Рэйган-провокааатор? Да какой, на хуй, Рэйган?!") а легендарнейшие Пистолз просто - банальным мажорным рокенролом, да еще и с каким-то гопником на вокале.
Про Пистолз, кстати, я узнал вовсе не из рок-энциклопедии, а из оранжевой КонтрКультУр'ы, которая окончательно убедила меня, что ПАНКИ - это люди, которые читают книжки, шляются по местам разной степени урбаничности и люто ненавидят любые правила, а вместе с правилами и все, что по этим правилам существует, то есть весь окружающий их мир.
Попал этот оранжевый номер ко мне следующим образом: осенью девяносто третьего, шляясь по мокрому вечернему городу, я встретил Диню Пыхчеева.
Как уже говорилось, Диня слыл панком и лидером группы Мусоропровод. Несколько раз я до этого уже с ним пересекался, каждый раз изумляясь его отмороженному виду; белому, с бритыми висками, хаеру (по бытовавшей легенде, этого хаера боялась Динина школьная училка - "будто там кто-то ползает", - говорила она), шинелеобразному пальто и общей, как сейчас бы сказали, _упоротости_. Тем вечером мы внезапо разговорились и решили зайти бухнуть в "каморку", репетиционную точку трикотажной фабрики, где досиживал последние дни некий ВИА, имевший на тот момент запоминающееся наименование Соблазн. Через третий стакан невнятного ликера польского происхождения мне было предложено играть на басу, а после четвертого состоялась первая репетиция на неподключенных местных музимах.
Домой я пер на кривых ногах, но ощущение было такое, что практически лечу. Кажется, кричал ХОЙ.

С началом репетиций с Мусопроводом (что расшифровывалось, между прочим, как "проводить ментов") подкрался конец моему образованию. Надо признаться, что избавиться от меня родная школа #22 порывалась еще весной, когда на выпускной линейке радостным голосом мою фамилию зачитали в списке покидающих гнездо девятиклассников, но тогда я удивился и (из принципа) взбунтовался - зашел к директрисе и заявил, что хочу продолжать учебу.
Лето выдалось превосходным. Вспомнил одну историю: как то раз, очень ранним утром, я шел от Селиванова, с которым в ту пору мы могли запросто трепаться сутки напролет. В руках моих было по свежеподаренному Прохором противогазу, а третий противогаз я напялил на себя, благо он был без фильтра и дыханию особо не препятствовал. Навстречу шла одинокая и весьма задумчивая девушка.
- Простите, не подскажете, сколько времени? - пробубнил я из недр резиновой хари.
- Половина... (тут девушка подняла взгляд на меня) ....пятого, ОЙ! А почему вы в противогазе?
- Скоро война. Спасибо.
После лета, началась не менее превосходная осень: в моей противогазной, опять-таки, сумке, с намалеванным черной масляной краской знаком Анархии, одиноко болтались изрисованная лозунгами тетрадка и какой-нибудь дежурный учебник, пустоту же прекрасно дополняла бутылка Анапы или Сахры. На ремне этой сумки, в октябре, Вольдемар Ежков красной и синей шариковыми ручками художественно изобразит триколор, выглядящий очень смешно из-за защитного белого цвета. Можете сами попробовать раскрасить. Символизировал этот триколор протест против реформации коммунизма, именно так подавалась вся история с Домом Советов. Впрочем, на политику нам всем было положить; все, что происходило вокруг, как раз идеально подходило под понимание Анархии, а то, что где-то там делали Руцкой, Руслан Мембраныч, Анпилов или выставляющий себя им противовесом Ельцын, воспринималось как абсурдные дрязги обломков Совка.

Репетировал Мусоропровод на квартире у Дини, расположенной в панельной девятиэтажке Северного поселка Загорска. В мои обязанности входили игра на басу, обеспечение процесса звукозаписи и походы в ларек за спиртом Рояль. Выглядело это примерно так; часов в девять утра я, навъюченый полуакустической бас-гитарой системы музима чесал на остановку автобуса-скотовоза за номером 2. Протошнив через весь город "двойка" доставляла меня как раз к оплоту Загорского панка, где, поднявшись на пятый этаж я принимался звонить в дверь, а если звонки не помогали - начинал в эту дверь колотить. Рано или поздно из двери высовывалась лохматая Динина физиономия, имевшая все следы удачно проведенного вечера. Далее, пока хозяин отпаивался водой и чаем, я коммутировал аппарат и, в зависимости от состояния, шел (или не шел) в ларек. Через некоторое время появлялся гитарист Леха Букин, по прозвищу Глобус и репетиция, кое-как, начиналась.
Изрядную часть времени занимала борьба с аппаратом, центром которого являлся микшерный пульт Эстрада - тяжелый и жуткий, оклееный черепаховым дерматином, чемодан. Для тех времен иметь собственный микшер, да еще и с ревербератором, было чем-то невероятным. Я, например, помню, как ради одной репетиции дружественного Мусоропроводу коллектива этот пульт перемещался на руках через весь город, или как для попыток записи собственного материала я катил его через этот же город на санках к себе на Кировку. Надо признаться, что от этого агрегата было две больших пользы: во-первых, я более-менее начал понимать, что, как и куда надо подключать и какие ручки вертеть для того, чтобы разрозненный лязг инструментов превращался в нечто похожее на звук и, во-вторых, произведенной посредством него записью альбома "Рапорт на мою жизнь", единственный оригинал которого был, естественно, утерян.
Вот еще характерная история: вспомнил, как Глобус, желая окончательно превратить свою шиховку со звукоснимателем в полноценный электрический инструмент, дабы как все иметь возможность красиво подключать звукосниматель проводом к разъему, а не сматывать этот провод вокруг гитары, притащил огромных размеров коловорот и как летели щепки от обечайки под напором могучего сверла. Гнедо системы DIN - совок болталось в образовавшемся дупле, но Глобус был весьма доволен, втыкая и вытыкая штекер.
К вечеру уставший от репетиционного процесса коллектив, как правило, перемещался в подъезд, кто-нибудь непременно шел в ларек и литр Рояля, в разведенном состоянии являвшийся эквивалентом пяти бутылок водки, с первой космической скоростью нахлобучивал наши панковские мозги. Вопились песни, разбивались гитары, терлись душевные до слез и соплей телеги за жизнь. После одной из таких посиделок я всю дорогу до Кировки проспал на полу "двойки"-скотовоза. Что интересно, ни разу никто из нас не подвергся какому-либо наезду, ни за бритые виски, ни за грим а-ля Роберт Смит, ни за пьяные вопли или вот такое вот спанье в общественном транспорте. Мы выглядели и были слишком инопланетянами.
Еще помню, как мы, непонятно откуда, узнали что в Москве должна играть Оборона, но по лени и раздолбайству так никуда и не поехали, не больно то и хотелось. И это, надо сказать, слава Богу, потому что как раз на том концерте в ДК Горького несколько тысяч таких вот "инопланетян" щедро отхватило от ОМОНа. Ничего об этом мы не знали.
Спирт тренировал печень, бас - пальцы, пульт - звукорежиссерские навыки, а оранжевая КонтрКультУр'а - мировосприятие. Не помню, где ее умудрился раздобыть Диня, скорее всего это был подгон Дурилы, бывшего уже на тот момент гитариста Мусоропровода, главное, что она своевременно угодила ко мне.

Нет особого смысла пересказывать содержание того номера, для тех же, кто вовсе не в курсе, отмечу, что с точки зрения "экзистенциального сибирского панка" данный журнал - апогей, прыг-скок и недостижимая вершина всего, что в этой стране может быть сказано о рок-музыке, апофеоз людоедского тандема "художник - журналист". Никогда, ни до этого, ни, тем более, после, никому не удалось создать ничего подобного. Впрочем, скорее всему здесь виной цепь событий и совпадений; начатый пронзительным некрологом Янки, он продолжался монументальным интервью Летова, авторской дискографией Обороны, Комитетом Охраны Тепла, яростной Плюхиной телегой, а заканчивался порнографической провокационной пьесой Свена Гундлаха, наполненной саморазрушением до краев.
Все эти "пронизывающие степи", трубы заводов, покосившиеся избы, херовые гитары и какая-то необыкновенной чистоты Вера, пронизывающая все это, казались отражением в пыльном зеркале, плохо напечатанной, но от того не менее реальной фотографией моей собственной жизни. "ПАНК - это такие чуваки..."

(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)

Re: Друид, ГО
[info]5cr34m
2018-02-21 21:14 (ссылка)
спасибо. прочел с удовольствием.

(Ответить) (Уровень выше)

Re: Друид, ГО
(Анонимно)
2018-02-21 22:25 (ссылка)
да, эта оранжевая контркультура и ко мне угодила совершенно случайно, однако же весьма своевременно. без нее я вряд ли бы узнал о существовании кота и eoc так рано.
https://www.youtube.com/watch?v=U_j6q6GB0ZI&list=RDU_j6q6GB0ZI

(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)

Re: Друид, ГО
[info]tiphareth
2018-02-21 23:54 (ссылка)
> https://www.youtube.com/watch?v=U_j6q6GB0ZI
хорошие, да

(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)

Re: Друид, ГО
(Анонимно)
2018-02-22 00:42 (ссылка)
вот это видео еще очень люблю:
https://www.youtube.com/watch?v=dgKQqjomAZg
вообще, удивительная штука жизнь: никогда бы не подумал, что смогу услышать их вживую и даже понимать, о чем поется.
а вот сибирский панк почти больше не могу слушать, с тех пор как война с украиной началась (а ведь когда-то ходил на го в ккз украина и всем сердцем ждал откровений от игоря федоровича).

(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)

Re: Друид, ГО
[info]tiphareth
2018-02-22 00:54 (ссылка)
Летов, если б дожил, топил бы дико за Украину
Неумоев вот дожил, и большего заукраинца поискать

(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)

Re: Друид, ГО
(Анонимно)
2018-02-22 01:14 (ссылка)
миша, а почему вы в этом так уверены?
я вот, например, посмотрев https://www.youtube.com/watch?v=5NEAxE9DJuA, остался в полной растерянности.

(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)

Re: Друид, ГО
[info]tiphareth
2018-02-22 04:06 (ссылка)
потому что я с ним общался где-то за полтора года до смерти
Летов уже тогда был конченый русофоб, меня шокировал

(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)

Re: Друид, ГО
[info]kambodja
2018-02-26 00:44 (ссылка)
1000%, что Летов был бы против реинкарнации совка сегодняшней. Ну и вообще, я постил уже фотку эту

https://lastfm-img2.akamaized.net/i/u/770x0/c67e5d5939944163c1165bb43e96c1d7.jpg

это с его диска, внутренний буклет.

(Ответить) (Уровень выше)

Re: Друид, ГО
[info]kambodja
2018-02-26 00:44 (ссылка)
а где это публикуется? может, там уже третья часть есть?

(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)

Re: Друид, ГО
[info]aculeata
2018-02-26 00:49 (ссылка)
Третья часть:
(публикуется в фейсбуке у Друида https://www.facebook.com/john.mojo.rising
но там не навигация, а говно)

МОЯ ОБОРОНА
3

За первое учебное полугодие десятого класса я зашел в школу, как мне кажется, раз двадцать максимум, из них пару раз - на дискотеку и на какую-то предновогоднюю посиделку, где декламировал стих про то, как в поле растет молочай.
Получив табель с полугодовыми отметками и увидев в нем восемь двоек и две неаттестации, я с облегчением пошел домой.

Ближе к весне дела в Мусопроводе окончательно обрели характер тотального пьянства а я, в свою очередь, устал от попыток переводить подобные упражнения в осмысленную музыкальную деятельность. В результате репетиции прекратились вовсе, я же принялся захаживать в места октябрятского детства, на ту самую Рабочку, о которой шла речь в самом начале. Первый раз меня затащил туда Мозга - Паша Михайлов, мотивировав это тем, что там парни тоже играют на гитарах. Действительно, на люках около школы #19 сидела довольно большая компания каких-то веселых малых, от одного из которых Мозга тут же получил пиздюлей. Перед этим он успел представить меня главному, Лехе Свиридову и мы незамедлительно принялись демонстрировать друг другу познания в первых, вторых и третьих блатных и перечислять друг другу известные песни. Свирид, "король Рабочки", был хорошим парнем, несмотря на общую гоповатость своих подопечных. В разборках был справедлив, а солидные габариты и немалая физическая сила позволяли ему оставаться неизменно добродушным.

У этой компании тоже имелся клуб, который назывался просто - Дом, двухэтажная расселенная развалина с печным отоплением, прямо напротив Юных Техников, в которых я когда-то пытался ходить ради авиамоделизма (каковой, кстати, Мозга там до сих пор преподает).
Несмотря на то, что как таковых панков в компании не было, да и с Кировскими хиппанами их роднила только скорость наезда на незнакомцев, тусовка Дома мне нравилась, можно было под треск немилосердно дымящей печки гонять крепкий чай, сваренный в чайнике из моего сарая, пить вино, трепаться обо всем подряд и петь песни. Репертуар Свирида сводился к Кино, весьма странной версии песни про Фантом, еще каким-то дембельским пустякам и всяким шуткам, вроде "ты приходи ко мне на баню, я тебя оттарабаню", так что мои Обороновские запасы пришлись как нельзя кстати. Было забавно наблюдать, как накрашенные и начесанные подруги рабочкинских гитаристов-песенников трудолюбиво переписывают в тетрадки "Русское Поле" или "Зоопарк" под мою диктовку. "Ты разборчивей пиши!" - цыкал Свирид Катьке. Потом я расставлял аккорды на этих списках, попутно показывая парням новые. В общем, в какой-то мере, на тот момент я был преподавателем этакого оригинального КСП. Имелась даже печка, лыж не хватало.

Были в этой гоп-компании, кстати и два любителя рока - мой одноклассник по начальной школе Димка Русанов, на тот момент страшный фанат Кинчева и Пашка Астраханцев - не будучи никаким панком, тем не менее весьма уважавший ГрОб. Как раз с Астраханцем мы и отправились однажды погулять ясным апрельским днем. У нас имелось какое-то количество портвейна и бутылка водки в формате чебурашки. Пройдя насквозь ряд девятиэтажек, мы форсировали ручей и забрались на солнечный пригорок у заброшенного кладбища, именуемого в Загорске "старым". Солнце припекало, снега почти не осталось, беседа была неторопливой, а вино - крепким. Нахлобучило нас так, что мы даже не стали открывать водку, а еле-еле потащились обратно, при том я попутно умудрился скатиться вниз к ручью. В городе мы распрощались с Астраханцем до вечера, собираясь поужинать уцелевшей поллитрой и я бесцельно пошел по центральной улице в сторону библиотеки. Портвейн звучал в голове раскидистыми аккордами, птицы галдели в кронах лип и тут мой размазаный взгляд уперся в приближающуюся девицу, лоб которой был перетянут тряпкой, испещренной литерами "А". Поняв, что дело тут не просто так, ибо нормальные девки головы черными тряпками не вяжут, я остановился и, дождавшись приближения неопознанного объекта, вопросил: "Аквариум?? Гребенщиков?!" Девица заулыбалась и закивала. Еще немного сфокусировав зрение и мозги я уже не спросил, а скорее требовательно проорал: "АНАРХИЯ?! ЕГОР ЛЕТОВ?!!" Девица заулыбалась и затрясла головой куда как с большей амплитудой.
Выяснилось, что барышню зовут Алина, учится она на художника, действительно является панком и ей девятнадцать лет (пришлось врать, что мне - восемнадцать). Дошли с ней до той самой квартиры на Рабочке, допили остаток портвейна и хотели было посягнуть на Астраханцевскую водку, но совесть взяла свое и поллитра товарища осталась нетронутой. Попев песен под аккомпанимент пресловутой маминой гитары, под которую я когда-то орал про свободу, мы отправились обратно в центр, уговорившись встретиться на днях и попить пивка.
"БАБА - ПАНК!" - изумлялся я по дороге на Кировку, "бывает же такое!"
Учитывая упомянутый уже информационный голод, легко можно себе представить, какой силы был в те времена голод ОБЩЕНИЯ. Найти единомышленников было нелегко и среди парней, а уж среди девчонок - фантастика!

Пива мы, действительно, попили, причем закуской послужил притащеный Алиной вискас, прекрасно, по ее словам, годящийся для этого дела. Впервые увиданные мною сухарики, напоминавшие своим видом экскременты какого-то небольшого ископаемого животного, на закуску годились слабовато, но неплохо перебивали мыльную пену "Очаковского". Расплатой за такие гастрономические эксперименты была поразившая меня неимоверная пищевая аллергия.
Свои прогулки мы продолжили и дальше, я помаленьку знакомил барышню с местной музыкальной тусовкой, водил на Дом и вообще выходило, что мы, вроде как, _гуляем_. Правда, на горизонте маячил серой тенью некий Вовочка, проживающий в Москве и являющийся официальным Алининым кавалером, но воспринимался он каким-то фантомом. "Где та Москва?"

Интересный момент: чем больше я тогда получал доступа к музыке, которая, по идее, стилистически принадлежала к условному "панку", тем меньше мне этот панк хотелось слушать. Алина, допустим, балдела от ФРОНТ242, утверждая, что это тоже панк, а на меня все это пиу-вжж действовало, как рвотное. Все больше меня манили недавние дали отшумевших шестидесятых и тут...

Возможно именно от Вовочки барышня и заполучила кассету с НОВЫМ АЛЬБОМОМ ГО. Тело кассеты было оформлена весьма художественно: красивая надпись черным маркером ГрОб, пробитые каким-то гвоздем дырки, с растекающимися вокруг красными потеками лака для ногтей, изображали кровь, брызжущую из пулевых отверстий, одним словом - красота! Презентация альбома, носившего вычурное название Сто Лет Одиночества состоялась дома у Алины, который находился, что интересно, строго по диагонали от штаб-квартиры Мусоропровода. Сдался мне этот Северный.
Первым делом из динамиков китайской мыльницы раздался какой-то гулкий удар явно кухонного происхождения, а потом началось невероятное: та самая СВОБОДА, которая никак не давалась мне в руки, гремела и переливалась через край, а вслед за ней тягуче тянулась колыбельная из недавнего детства - ЕВАНГЕЛИЕ.
Кассету я тут же унес, молниеносно попрощавшись с подругой, на Рабочку и там подверг всестороннему изучению на аналогичном китайском кассетнике. Результат исследования был удивительным; это была Оборона и, в то же время, вовсе не Оборона. Было понятно, что это точно не панк, но что-то забытое и теплое пульсировало в этих извивающихся аранжировках, то ли Битлы, то ли Криденс, то ли Jesus Christ Superstar, то ли еще что-то, слышанное давным-давно с бобин катушечного магнитофона.

В то время я умудрился внезапно играть в останках "группы акустического рока Чай", носившей уже не менее идиотское и претенциозное название Вуден Бридж (за что, кстати, был подвергнут наезду с попыткой мордобоя от приревновавшего Дини) и, параллельно, репетировать подозрительные кабацкие вещи у Андрюхи Ожаренкова, по прозвищу ШалалУла. Репертуар Бриджа состоял из Григоряновского Хабибулина и авторского материала Сиши Тарева, а Шалалуловский и вовсе являлся чистым блатняком про "брейкданс на левом яйце".
С музыкальной точки зрения, от Бриджа не было никакого толку, кроме парочки тухлых концертов, один из которых был увековечен на Алинин фотоаппарат. Самой динамично исполненной вещью этого коллектива, что показательно, была Все Идет по Плану, врезанная на предконцертной репетиции, устроенной на моей террасе; плюющиеся от одного упоминания Обороны музыканты рубились так, что терраса та еле выжила.
От Шалалулы же (обитавшем в избушке еще на триста метров по диагонали от дома Алины) мне досталась изрядная пачка бобин и пластинок, и многочисленные нотации про "культуру исполнения". Интересно, но факт; чем сильнее лабух гудит, тем больше он трет про эту самую культуру.
Как-то раз, когда мы сидели летним вечером у него в конуре, в окно постучала довольная и поддатая Алина:
- Пойдем ко мне! Там, правда, Вовочка приехал, но это ничего!
- Ну, пойдем... - сказал я без особого энтузиазма и спрыгнул во двор с подоконника.
В подъезде барышня внезапно припала ко мне со словами: "а теперь поцелуемся, пока Вовочка не видит." Тут что-то внутри у меня щелкнуло и, довольно резко ее отстранив, я проскрипел: "ну уж нет, пошли к Вовочке, а так - я не могу." Алина как-то напряглась и мы поехали на лифте вверх.
Вовочка оказался длинным, нескладным и милым, хотя и несколько истеричным, парнем лет двадцати. Попели каких-то песен и я отправился восвояси, по дороге пытаясь осмыслить произошедшее. Становилось понятным, что_гулять_ больше, наверное, не выйдет.
И действительно, несмотря на последующее расставание Алины с этим самым Вовочкой, не вышло. Я, стремительно откатывающийся все дальше назад, к Битлам и хиппизму, вряд ли подходил на роль парня такой клевой панковской девахи.
Спустя полгода мы встретились в электричке в которой я, уже увешаный всеми хиппейными атрибутами, ехал на Арбат. Девушка выглядела цивильно и ничего теперь не выдавало в ней панка.
- А глаза у тебя все такие же... - процедила Алина.
- Это какие? - поинтересовался я.
- Ну такие. ЧЕЕСТНЫЕЕ.
"Вот и поговорили."

23.02.2018

(Ответить) (Уровень выше)


(Читать комментарии) -