Валерий ЯКОВ, «Известия», 22 февраля 1994 года

Куда уходит «Вымпел»

Шестая перестройка
Лишь немногим более пятидесяти человек из нескольких сот офицеров «Вымпела» согласились сменить цвет своих погон со всеми вытекающими из этого нюансами. Но и они, по крайней мере большинство, пошли на это вынужденно, так как не имеют квартир, стоят в очереди на жилье и лишены возможности свободного выбора.

Таким образом, отряд фактически самораспустился, и в рапорте комиссии МВД можно будет признать, что «Вымпела» больше не существует. Шестой перестройки за последние два года отряд не вынес и особенно болезненно воспринял эту — заключительную.

Предыдущие передачи «Вымпела» из рук в руки происходили в основном в одном ведомстве — под крышей бывшего КГБ. Вначале он был подчинен ПГУ (Первое главное управление) и входил в отдел «С», отвечающий за разведывательно-диверсионную деятельность в глубоком тылу противника. После того как ПГУ трансформировалось в службу внешней разведки—СФК, «Вымпел» передали Министерству безопасности, затем поочередно всем остальным ведомствам, меняющим вывеску КГБ-МБ-МБР... В конечном итоге отряд оказался в Главном управлении охраны, куда уже успели забрать «Альфу». Это была последняя пересадка перед конечной остановкой - МВД.

Информация об указе президента просочилась в прессу довольно быстро (утечка, скорее всего, была организованной); журналисты начали гадать, что бы могло послужить причиной такого решения. Попытки добиться каких-то комментариев в руководстве МВД или в Главном управлении охраны ни к чему не приводили, там отделывались лишь общими фразами. Никто не хотел подтверждать и появившееся сообщение, что более ста сотрудников «Вымпела» подали рапорта об отставке.

Оставался единственный шанс — искать встречи с кем-нибудь из этих сотрудников и узнавать обо всем из первых уст. Как это происходило, рассказывать я по ряду причин не могу, но в конечном итоге нужный мне человек оказался в редакции, и мы отправились на одну из баз отряда, расположенную в подмосковном лесном массиве. Часть объектов здесь существует еще со времен войны, когда на них готовились разведчики и диверсанты для заброски в тыл врага. Здесь же, кстати, обучался и ставший позже легендарным Николай Кузнецов.

В комнате, где мы расположились для беседы, нет абсолютно ничего примечательного — обычный казенный кабинет с казенной конторской мебелью.
Собеседники просят не включать диктофон, а пользоваться лишь блокнотом.

Профессия— диверсант
Костяк группы «Вымпел» начал формироваться в 79-м году во время афганских событий. Тогда же в ПГУ были созданы спецподразделения «Каскад», «Зенит», «Омега».

Но официальной датой своего рождения «Вымпел» считает 19 августа 81-го года, когда фактически завершилось формирование отряда, и он был подчинен непосредственно начальнику ПГУ. Возглавил группу боевой контр-адмирал, в связи с чем и появилось у отряда неожиданное название — в знак ассоциации с капитанским вымпелом на мостике.

Людей в отряд подбирали отовсюду — из армии, из КГБ, из гражданских вузов... Долго присматривались, затем беседовали, делали предложение, и если человек соглашался, то после этого начинался долгий отборочный марафон. Среди основных требований была и необходимость владеть хотя бы одним иностранным языком и иметь отличную физическую форму.

В среднем — отбирался один человек из 15—20 претендентов. После этого начинался долгий процесс обучения и тренировок, невзирая на то, что люди приходили с одним, а то и двумя высшими образованиями. На подготовку настоящего профессионала «Вымпела» уходило в среднем до пяти лет.

Причем основная учеба про¬исходила не на полигоне, а в реальном деле. Офицеры группы, отвечающие за определенные направления, — конкретную страну и конкретные объекты в ней, после специальной подготовки отправлялись нелегально в зону своей ответственности. Там они уже не по картинкам, а в реальной жизни осваивали объекты, которые в случае событий «X» следовало уничтожить, блокировать, захватить... Или наоборот — защитить, как, например, наши посольства, консульства или военные объекты за рубежом.

О захвате группой «Вымпел» дворца Амина в Кабуле писалось довольно много. Но мало кто знал, что офицеры группы так же хорошо, как дворец Амина, знали вовсе не теоретически многие другие дворцы, резиденции и военные объекты в различных государствах мира... Что они проходили стажировку в партизанских отрядах Никарагуа, Камбоджи, Вьетнама..., перенимая там передовой диверсионный опыт.

За десять лет суперсекретная группа «Вымпел» превратилась в одно из самых мощных спецподразделений мира, и не только ничем не уступала знаменитой американской «Дельте», но кое в чем и превосходила ее. Так, например, сотрудники «Дельты» ни разу не выбрасывались с вертолетов на палубу атомного ледокола или на крышу реакторного зала АЭС, чтобы за считанные секунды освободить их от террористов.

На борьбу с терроризмом «Вымпел» был переориентирован в 92-м году, когда Россия уже перестала считать своих вероятных противников, и даже, наоборот, стала с ними активно дружить, выпрашивая то займы, то советы, то просто доброе расположение. Чтобы не пугать новых друзей засвеченным в прессе отрядом и использовать в мирных целях его уникальный опыт, мастеров-диверсантов бросили на борьбу с тем самым делом, которое им было известно до тонкостей.

В связи с такой перестройкой на марше у отряда изменились штатная структура, задачи, характер тренировок. Теперь предстояло бороться с наркобизнесом, терроризмом, особо опасными преступниками, освобождать заложников... А учения проводились на Курской, Калининской, Белоярской АЭС, которые захватывались «террористами» — из числа сотрудников местных органов безопасности. Последние ни в чем не подыгрывали и свою роль работали всерьез. Так, «Вымпел» впервые в мире выбрасывался на крышу реакторного зала, проходил все заслоны и уже непосредственно пульт управления освобождал за 7 секунд.

То же самое было в 92-м году и с атомным ледоколом в Мурманске, захваченным местными чекистами-«террористами». Среди белого дня группа водолазов «Вымпела», никем не замеченная, поднялась при помощи специальных приспособлений на борт, мгновенно сняла внешнюю охрану. Тут же с вертолета выбросилась еще одна команда и за семь секунд освободила центральный пульт управления.

В 93-м, во время учения на «Арзамасе-16», сотрудники группы проникли в зону через, казалось бы, непроходимый периметр, преодолели все средства технической охраны и за 17 секунд захватили цех по производству ядерных боеприпасов.

Чуть позже другая команда отряда за несколько секунд освободила спецвагон для перевозки ядерных боеприпасов, якобы захваченных террористами.

Все эти эффектные операции проводились, естественно, не для показухи. Отряд не только нарабатывал опыт, но и выявлял множество огрехов в системе охраны спецобъектов. Правда, рекомендации «Вымпела» далеко не всегда выполнялись. Мало что изменилось в транспортировке ядерных боеприпасов, по-прежнему в Мурманском порту стоят с чисто символической охраной уже не один год два судна с радиоактивными отходами...

Большую часть времени отряд занимался, конечно же, не учениями, а реальными боевыми операциями.- Так, например, в 92-м году в Москве у трех вокзалов десять сотрудников «Вымпела» стремительно взяли хорошо вооруженную международную банду из 14 человек с одним миллионом фальшивых долларов.

В 93-м году сумели предотвратить попытку вывоза радиоактивных материалов из-под Екатеринбурга. Блестяще провели операцию по фальшивым авизовкам, не дав преступникам получить более миллиарда рублей.

Не раз участвовали в освобождении уже реальных заложников. Кроме этого, сотрудниrи группы постоянно выполняли различные задания в «горячих точках». В Душанбе до сегодняшнего дня 4 сотрудника «Вымпела» охраняют российского посла. Узнав, что отряд распадается, они связались с базой и попросили отозвать их в Москву.

Таким образом, практически до последнего времени группа «Вымпел» довольно успешно использовала свой уникальный опыт и с лихвой окупала те средства, которые шли на ее содержание — в прошлом году только на зарплату и обучение было затрачено более двух миллиардов рублей. Зарплата, кстати, не так уж и велика, офицер в среднем получает чуть больше трехсот тысяч рублей — со всеми надбавками за звание, выслугу, прыжки с парашютом... У командира отряда (генерал-лейтенантская должность) вместе со всеми накрутками едва набегает 500 тысяч. Коммерсанты, прослышавшие о распаде отряда, стали активно зазывать к себе офицеров, предлагая им за работу в своей службе безопасности до полутора тысяч долларов.

Указ за отказ?
Во время октябрьских событий «Вымпел» получил приказ взять Белый дом. Точно такой же приказ они получали и в августе 91-го. Тогда Л. Шебаршин, еще возглавлявший ПГУ, дал возможность тянуть время и не включаться в сомнительную операцию. «Вымпел» на штурм не пошел, и позже им это засчитали высочайшей заслугой.

На этот раз офицеры отряда снова отказались штурмовать Белый дом. Такое же решение приняла «Альфа». В Кремле, где оба спецподразделения находились в ночь с 3-го на 4-е, началась заметная паника. Видимо, в этом отказе почудилась поддержка противной стороны, засевшей в Белом доме. На деле офицеры снова не захотели втягиваться в политическую борьбу, дошедшую до кровавого витка.

К утру они выдвинули условие: пойдем в Белый дом, но только после того, как вся прилегающая территория будет очищена от мирных граждан и надежно оцеплена, чтобы избежать случайных жертв. Выполнять это условие было некому. Министр В. Ерин убрал своих людей с улиц, оставив город на произвол судьбы. Войскам, подлетевшим маршем к Белоvу дому, уже некогда было думать об оцеплении и о том, как отличить москвича-зеваку от москвича—защитника БД. Да и времени на раздумье им уже не оставили, сразу дав команду «Огонь!».

К десяти утра «Вымпел» и «Альфа» выдвинулись из Кремля к Арбатской площади. Здесь к ним подъехал начальник Управления охраны М. Барсуков и стал убеждать, что они должны идти к БД, где гибнут случайные люди, гибнут молодые и неопытные солдаты. Должны своим профессионализмом предотвратить еще большую трагедию. Его аргументы убедили. Обе группы так вперемешку и подошли к месту боя. Но решения своего — не стрелять ни в одну из сторон — не изменили.

Поначалу помогали выносить раненых. Затем вдруг прошел слух, что руководству Белого дома выйти живыми не позволят. И тогда «Вымпел» и «Альфа» решили идти в БД и под своим прикрытием вывести оттуда людей. Всех — и случайных защитников, и их неуступчивых лидеров.

Обе группы вошли в горящее здание вперемешку. Барсуков по космической связи (телефон был постоянно рядом с ним) попросил, чтобы штурмующие прекратили огонь. Но когда группы вошли в ЗДАНИЕ, танки почему-то снова начали по нему бить. Где-то примерно в это время Руцкой, знавший о том, что «Вымпел» рядом, кричал в эфир, обращаясь к командиру отряда генералу Герасимову: «Дима, вспомни Афган!» Герасимов это слышал. Но он и без того помнил, что в Афгане, где он три года командовал бригадой спецназа, Руцкой однажды спас ему жизнь...

Теперь Герасимову приходилось идти брать Руцкого. (Помимо прочего, они были однокурсниками по академии. Там же в то время учились Павел Грачев и Анатолий Куликов, командовавший у Белого дома внутренними войсками.) На этот раз судьба свела их всех на одном пятачке в центре Москвы и по разные стороны баррикад.

Руцкого, Баранникова, Хасбулатова... «Вымпел» и «Альфа» выводили вместе, прикрывая собой от толпы, от случайных пуль и не случайных. Увозили на автобусе «Вымпела».

Позднее «Альфу» еще как-то простили, «Вымпел», об отказе которого президенту доложили сразу же и не без комментариев, — нет. Трудно было простить и отказ, и крики в эфире, и фронтовой долг командира...

Потянулись недели томительной двусмысленной неясности. По недомолвкам, слухам, каким-то кремлевским коридорным веяниям чувствовалось, что отряду грозит очередная перестройка. Руководство «Вымпела», чтобы хоть как-то упредить ситуацию, попробовало внести свои предложения, суть которых сводилась к следующему: создать на базе отряда федеральный учебный центр для обкатки оперативных работников внешней разведки, контрразведки, спецназа, которые и до этого стажировались на объектах отряда. Подчинить центр (многие годы, кстати, база «Вымпела» ради маскировки так и называлась ОУЦ — отдельный учебный центр), а в реальных операциях принимать участие по заявкам СВР, ФСК, МВД...

До президента эту идею донесли. Но поздно, Указ уже был подписан. Руководство отряда об указе узнало через неделю. Но и теперь, спустя почти месяц, в отряд так и не поступили ни копия указа, ни приказ Барсукова о переходе «Вымпела» в состав МВД. С людьми, не раз прошедшими в буквальном смысле слова огонь и воду, с профессионалами высочайшего класса никто разговаривать (и уж тем более — советоваться) не стал. Им просто довели команду.

112 офицеров — от лейтенантов до полковников — подали рапорта об отставке. Еще около 150 человек перешли в Управление охраны, службу внешней разведки, контрразведки, министерство по чрезвычайным ситуациям. Часть людей ушла в коммерческие структуры. 39 человек продолжают искать работу. Человек 50 согласились служить в МВД.

Причины такой реакции на перевод в какой-то степени субъективны, но, думаю, понятны. Два ведомства — МВД и МБ (как и все его предшественники) никогда не питали особых симпатий друг к другу, хотя и находили общий язык в отдельно взятых совместных операциях. Учитывая это плюс всю изложенную выше предысторию указа, а также метод его принятия и доведения до «вымпельских»» масс, вряд ли следовало ожидать иной реакции. Элитное и в то же время уникальное боевое спецподразделение не без оснований сочло себя униженным.. «Это все равно что современному летчику-истребителю предложили бы летать в полку «кукурузников» или оператора АЭС перевели на дизель», — объясняли мне собеседники, не скрывая своего отношения ко все более разрастающемуся монстру МВД. Да и к возглавляющему его генералу армии.

Министр В. Ерин почти полтора часа беседовал с Дмитрием Герасимовым, убеждая его, что «Вымпелу» в милицейской шинели хуже не будет и что задачи изменятся ненамного. Правда, и после этой беседы было не до конца ясно, что собирается делать милиция с офицерами-диверсантами, в совершенстве владеющими иностранными языками, прыгающими с парашютом, управляющих парапланами и многими другими приспособлениями, детально знающими совсекретные объекты не только России, но и других государств.

Вернувшись от Ерина, генерал Герасимов собрал на объекте в клумбе всех своих людей из боевых «отделов и заявил, что готов согласиться на переход в МВД, но при одном условии — если отряд будет сохранен целиком и, никто из офицеров не уйдет. Однако ни один из подавших рапорта обратно их забирать не стал, никто из нашедших работу своего решения не изменил…

После этого сорокавосьмипетний генерал сообщил руководству МВД, что он также служить в этом ведомстве не будет и если не найдется места в системе разведки или контрразведки, то подаст рапорт об уходе на пенсию - 29 календарных лет службы (40 лет выслуги) позволяют. Хотя и не хочется.

Отряда «Вымпел» больше не существует. Политические интриги и мотивы снова взяли верх над разумом и, как всегда, «ко времени», когда преступность, по сути, объявила всему обществу открытую войну, а терроризм во всех своих проявлениях ворвался в нашу жизнь и набирает обороты.

Мне не известно, празднует пи криминальный элемент и мафиозные чиновники развал «Вымпела». Не знаю, как отмечают это событие в различных западных спецслужбах. Но думаю, что и у тех, и у других повод для радости есть.