Мiр вечного севера

Этим дневником я давно не пользуюсь

http://uchitelm-rb.livejournal.com/
теперь я здесь

Коммунизма ожидать.

Сейчас многие политически ангажированные недалёкие идиоты всё чаще говорят об общей сути коммунизма и Христианства, при этом забывая о многолетних кровавых гонениях Церкви в СССР.
Коммунизм и Христианство не совместимы ни в чём, но враждебны, потому, что Христианство ищет Царствия Небесного, а коммунисты грозятся обустраивать землю. Христианство призывает к любви и смирению, а коммунизм - к ненависти и зависти, называя эту зависть социальной справедливостью, и призывая ненавидеть более успешных в жизни людей. Христианство было открыто Богом, а коммунизм, как и все извращения, пошёл от дьявола. Не забывайте, что дьявол, - обезьяна Бога, он не может ничего создавать, а только извращает уже данное Творцом. Все коммунистические вожди по своему происхождению были иудеями, - отвергшими Христа служителями культа мошиаха, т.е. сатанистами.
Православный Христианин всегда следует заповедям и интересам Святой Церкви, а чему следуют сторонники СССР не понятно. Целью совецкого государства являлось производство оружия и повсеместный контроль государственной лжи над населением. Но дело тьмы всегда бесплодно, и в результате мы получили равенство нищеты с дефицитами продовольствия, тюрьмы, лагеря и расстрелы. Короче говоря, коммунизм даёт равенство в смерти на земле, в то время как Христианство утверждает жизнь, дарованную Христом (Жизнь в самом полном её понимании) и не равенство в Царствии Небесном. Вот такая принципиальная разница. Так обманывает дьявол, - и на земле счастливо пожить не даст, и в ад отправит.
Следует вспомнить и о том, что Святой Патриарх Тихон наложил на большевиков анафему, а её ещё никто не отменял.

Comments

Притча

Прежде чем положить карандаш в коробку, карандашный мастер отложил его в сторону. Есть 5 вещей, которые ты должен знать, - сказал он карандашу, - прежде чем я отправлю тебя в мир.
Всегда помни о них и никогда не забывай, и тогда ты станешь лучшим карандашом, которым только можешь быть.

Первое: Ты сможешь сделать много великих вещей, но лишь в том случае, если ты позволишь Кому-то держать тебя в Своей руке.
Второе: Ты будешь переживать болезненное обтачивание время от времени, но это будет необходимым, чтобы стать лучшим карандашом.
Третье: Ты будешь способен исправлять ошибки, которые ты совершаешь.
Четвертое: Твоя наиболее важная часть, будет находиться внутри тебя.
И пятое: На какой бы поверхности тебя не использовали, ты всегда должен оставить свой след.
Независимо от своего состояния, ты должен продолжать писать."

Карандаш понял и пообещал помнить об этом, он был помещен в коробку с призванием в сердце.

(Автор не известен)

Comments

Конец начался

Более двухсот человек (из них 131 - дети) в Иркутске получили острое отравление в результате употребления воды из иордани около Михайло-Архангельского храма.
http://www.gzt.ru/topnews/accidents/284589.html

На офигенно "свободных" электронных СМИ тут же начался нехилый срач в адрес "невежественных обрядоверцев", или, по-нашему говоря, хула на Святую Церковь. Но не всё в этой истории так гладко, как бы им хотелось либерастам. Информагентства ссылаютя на то, что Михайло-Архангельский храм находится в заболоченной зоне, где вода могла быть отравлена выбросами отходов предприятий и расположенного не по-далёку кладбища, совершенно забывая о том, что храм существует уже долгие десятилетия, и никаких заражений ранее не было. Кроме того, пострадавшие и сотрудники инфекционной больницы отмечают, что с симптомами отравления в стационар были доставлены только те люди, кто набирал Святую воду не в храме, а прямо из источника – что позволяет предположить, что источник мог быть отравлен уже после освящения воды. Известно, что настоятель Михайло-Архангельского прихода о. Калиник, известный миссионер и обличитель сектантских ересей, неоднократно получал угрозы в свой адрес. Так, что вся эта истерия может быть просто гнусной и подлой провакацией врагов Православия.
Хорошо написано здесь http://community.livejournal.com/pravoslav_ru/3427144.html.

Comments

Цитата

"Не ищите затаенного смысла в моих словах. Я всегда говорю без намеков и иносказаний. И не оставляю ничего невысказанного и недосказанного. Я вообще не верю в мысли между строк и в литературные айсберги. Когда людям нечего сказать, они маскируют ничтожность говоримого ими ложной видимостью, будто у них есть скрытое мощное основание и затаенная глубина мысли. Блестящие примеры на этот счет дают не только писатели, но и кинорежиссеры. Был у нас в учреждении сотрудник, которого считали величайшим мыслителем именно за то, что он был мастером насчет «айсбергов» и «между строк». Когда он довел свое искусство до предела, т.е. вообще стал обходиться без строк, между которыми помещались его мыслительные глубины, и без надводной видимой части своих «айсбергов», мы поняли, что он — заурядный паразит и дурак. Но репутация мыслителя за ним сохраняется до сих пор. Мое положение имеет то преимущество сравнительно с такими мыслителями, что мои «айсберги» не имеют подводной части, а между строками нет промежутков". Александр Зиновьев «Гомо Советикус».

Comments

О нашем поражении (Диакон Андрей Кураев)

Христианство — едва ли не единственное мировоззрение на земле, которое убеждено в неизбежности своего собственного исторического поражения. Христианство возвестило одну из самых мрачных эсхатологий; оно предупредило, что в конце концов силам зла будет “дано вести войну со святыми и победить их” (Откр. 13,7). Евангелие обещает, что врата ада не смогут одолеть Церковь, что Церковь непобедима. Но “непобедимое” не означает обязательно “победоносное”.

В перспективе земной истории — не всемирно-историческое торжество Евангелия, но всемирное же владычество антихриста (1).

Да, пора завести разговор о том, о чем сегодня меньше всего принято говорить в “христианском обществе” и в “христианской культуре” — о последнем. О конце света. Об антихристе.

Тема антихриста в демократической журналистике считается непристойной. Даже те публицисты, что числят себя христианами, считают неудобным вспоминать о завершающей книге Библии — “Апокалипсисе”. Мне терять уже нечего. После выхода моей брошюры о желательности восстановления Храма Христа Спасителя, людьми “антисистемы” (если использовать гумилевский термин) мне был поставлен окончательный диагноз: “Впереди у Кураева, видимо, простой черносотенный национализм и банальнейший великодержавный шовинизм. У него уже исчезает проповеднический дар — ни одного яркого образа, ни одного блистательного парадокса. Он уже стращает читателей “формированием нового мирового порядка” — излюбленная тема борцов с жидомасонством. Он уже не стесняется говорить вслух о своей любви к России. Он уже, подобно шовинистам, болезненно зациклен на мнении Запада о России. Пока это еще лишь еле различимые нотки, но скорость падения больше скорости подъема... Дно есть дно, и падение туда может быть бесконечно, но не может быть безнаказанно”(2).

Так вот, “формирование нового мирового порядка” — это не только “излюбленная тема борцов с жидомасонством”. Во-первых, “новый мировой порядок” — это предсказанное Писанием общество, в котором уже невозможно будет жить христианам. Во-вторых, это “излюбленная тема” всех оккультных движений. В-третьих — это и в самом деле нескрываемая цель всех масонских движений (в чем можно убедиться хотя бы по апологетике масонства у рериховского ученика Клизовского(3)). Наконец, это просто историософский термин, различающий традиционно религиозные общества и тот порядок вещей, что складывается к исходу ХХ века.

Поскольку я не политолог, а христианский журналист, я пишу на эту тему не потому, что этот “новый мир” придет, не из футурологического азарта. Просто я полагаю, что Священное Писание не нуждается в цензуре — ни в оккультной, ни в прогрессистской, ни в “христианско-демократической”. В Писании же тема “нового мирового порядка” звучит как тема богословская.

“Вот — Апокалипсис... Таинственная книга, от которой обжигается язык, когда читаешь ее, не умеет сердце дышать... Он открывается с первых же строк судом над церквами Христовыми... Это книга ревущая и стонущая... “(4). Вот об этом стоит сказать прежде всего остального. Апокалипсис говорит и об избавлении христиан от ставшего невыносимым гнета “мира сего”, и о том, что основная вина за торжество антихриста лежит не на “масонах”, а на христианах. Христиане устали быть христианами — вот почему ослабеет свет. Христианам захотелось быть еще кем-то, захотелось попробовать подзабытой языческой духовной “экзотики” — вот почему тьма вновь распространится по всей земле “от шестого же часа до часа девятого”(5). “Здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут себе избирать учителей, которые льстили бы слуху; и от истины отвратят слух и обратятся к басням” (2 Тим. 4,3-4)(6).

Пожалуй, это главная весть христианской апокалиптики: люди сами выберут себе новую веру и новых владык, сами откроют мир для “князя тьмы”.

Что же делает неизбежным такой последний выбор?

Одна из причин этого — своего рода “асимметрия вооружений” добра и зла. Добро не может избирать некоторые средства земной политики, не переставая быть добром. Напротив, для зла нет ограничений. Оно может проводить даже благотворительные акции, не изменяя своей собственной природе (если филантропические действия будут устроены так, что помогая людям в одном отношении, они будут укреплять их союз со злом в иных проявлениях их жизни — например, через разжигание тщеславия жертвователей).

Добро не может насильственно вторгаться в сознание людей. У зла нет ограничений на гипнократию. Христиане не ставят задачу выведения новой расы людей через использование генной инженерии. Неоязычество, напротив, вполне готово к проведению генно-селекционной работы с человечеством.

Кроме того, очевидно, что слишком глубоко в человеке сидит “бегание креста”, желание жить мимо труда, в том числе мимо труда по исполнению заповедей. С той или иной настойчивостью и громкостью мы все бубним в лицо Христу те слова, что сказал Ему великий инквизитор у Достоевского: “Уйди, Ты нам мешаешь!”. И однажды этот занудно бубнящий мятеж увенчается полным успехом. Согласно повседневно-бытовым желаниям наших сердец — се, оставляется дом наш пуст.

Люди создадут-таки такой образ жизни, такое общество, в котором нельзя будет найти Христа (7). И это будет конец истории.

Сроков мы не знаем. Вполне может быть, что нынешний неоязыческий бум угаснет так же, как погасли древние гностики и ариане, богомилы и хлысты... Вполне может быть, что пророки “эры Водолея” окажутся очередными лжепророками. Дело ведь не в этом, а в том, что чем дальше, тем больше “чаяния прогрессивного человечества” смыкаются с тем, против чего гремит Апокалипсис.

Я не строю политических прогнозов. Просто так говорит Библия. И так говорит Гете: “Я предвижу время, когда люди перестанут радовать Бога” (8), и тогда настанет конец.

Одна из основных интуиций Библии — восприятие истории как священного пространства, где встречаются и ведут диалог Бог и человек. Если же история не может исполнить этого своего назначения — она кончается. “Так бежит время, и с собою гонит всех к последнему дню явления Господа нашего Иисуса Христа... “ (преп. Феодор Студит) (9).

Когда-то мне не давал покоя вопрос: почему история кончается. Почему — при всех наших грехах — Творец не даст шанса еще одному, незапятнанному поколению? Потом я увидел: история нужна, пока у человека есть свобода. Когда свобода последнего выбора отнимается — створки истории схлопываются. Движение невозможно.

Так равнинная река сама на излучине может намыть плотину: сначала в этой излучине затонет несколько бревен, к ним будет прибивать ил и песок. Появится отмель, затем — коса. А затем возможно и появление плотины. И нужно будет промывать другое русло.

Так и река истории. Поколение за поколением оставляет все больше грязи в ее русле. И небо становится все дальше. Все труднее расслышать вопрос: “Господи, что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?”. И еще сложнее услышанный ответ исполнить... Конец истории: ничего уже не сбывается... Не исполняется. И ничто не входит в Вечность.

До некоторой степени утешительно было бы считать, что антихрист некоей неотразимой магической силой насильно навяжет себя людям. Но в том-то и особенность последней исторической трагедии, что “народы со всею охотою сделаются его союзниками” (преп. Ефрем Сирин) (10). А для того, чтобы человечество само сделало такой выбор — в его повседневной жизни должно быть что-то, что подталкивало бы его к нему. Антихрист сможет быть избран и признан только в том случае, если его система ценностей еще до его явления стала господствующей. На смену Евангелию, официально все еще чтимому, приходит иной идеал — и вместе с ним на место человека заступает Масса, умерщвленная своим идеалом. “Так к полному удовольствию нашей современной печати совершится последний фазис христианства и заключатся судьбы всемирной истории. Настанет "хилиазм", "1000 лет" блаженства, когда будут писаться только либеральные статьи, произноситься только либеральные речи, и гидра "национализма" будет раздавлена... Скучновато. Ах, канальственно скучновато везде...” (11)

В том Царстве антихриста, которое описывает Апокалипсис, у человека будет свобода — выбирать того или иного кандидата, купить эту марку холодильника или иную. Но пригрядшее общество не сможет дать ответ на вопрос: что значит быть христианином.

Уже сегодня ответ почти неслышен. На Западе “быть христианином” понимается как “быть порядочным гражданином, исправно платить налоги и в меру заниматься филантропией”. Крупнейший протестантский богослов ХХ века Пауль Тиллих, отвечая на вопрос, молится ли он, отвечал: “Нет, но я медитирую” (12).

В православных странах ответ еще хуже: “быть православным — значит быть русским (болгарином, сербом, румыном, греком)”... Вспомним — чем искушает антихрист христиан на “восьмом Вселенском Соборе” в “Трех разговорах” Владимира Соловьева...

По догадке Владимира Соловьева мечта антихриста — запереть православие в ритуально-этнографический заповедник. В “Повести об антихристе”, которая венчает посмертную работу В. С. Соловьева “Три разговора”, антихрист, провозгласивший себя президентом земного шара, надеясь купить благорасположение к нему православных, обращается к ним с такими словами: “Любезные братья! Знаю я, что между вами есть и такие, для которых всего дороже в христианстве его священное предание, старые символы, старые песни и молитвы, иконы и чин богослужения. И в самом деле, что может быть дороже этого для религиозной души? Знайте же, возлюбленные, что сегодня подписан мною устав и назначены богатые средства Всемирному музею христианской археологии с целью собирания и хранения памятников церковной древности... Братья православные! Кому по сердцу эта моя воля, кто по сердечному чувству может назвать меня своим истинным вождем и владыкою, пусть взойдет сюда!”...

Помнится, толпа иудеев именно это и сделала, требуя осуждения Царя Иудейского и клянясь Пилату, что нет у нее иного владыки, кроме кесаря... Так вот, у Соловьева в этот момент, когда “большая часть иерархов, половина бывших староверов и более половины православных священников, монахов и мирян с радостными кликами взошли на трибуну”, встает старец Иоанн и свидетельствует, что “Всего дороже в христианстве сам Христос”.

По крайней мере по отношению к православию политика соловьевского антихриста уже реализуется: православие успешно вгоняется в этнографически-ритуальный заповедник. Можно говорить и писать об обрядах и традициях — нельзя (в прессе или в школе) говорить о вере.

Недавно на одном монархическом съезде, где с трибуны постоянно звучала триада “православие-самодержавие-народность”, я заметил, что три весьма милые и интеллигентные женщины впереди меня оживленно и “на троих” читают книжку под названием “Руническая магия”, причем явно воспринимая ее в качестве “учебного пособия”. Я попросил этих активисток “русского возрождения” хотя бы здесь не баловаться играми с сатаной. В ответ мне глубоко убежденно прошептали, что “надо же все знать! со всем познакомиться!” Вот, правда, когда я их спросил — знают ли они “Отче наш” или библейские заповеди — ответом было молчание... Постепенно даже христиане забывают, что значит — “быть христианином”.

В течение последних столетий христианство старательно опустошалось просветительским рационализмом. Богословы (протестантские и католические, а следом за ними даже православные) старались рационально обосновать христианскую веру. Мистика тщательно выпаривалась. Таинства были превращены в обряды, а последние — в “библию для неграмотных”, то есть в изъяснение библейских текстов посредством жестов. Очищенное от “магизма” (то есть от энергийной, благодатной насыщенности Сверхмирным Присутствием) христианство стало слишком рациональным. И когда европейцам открылись глубины аскетики и мистики Востока, они стали всматриваться в них, нисколько не подозревая, что своя аскетика и своя мистика есть в церковном христианстве.

И сегодня религиозное сознание нецерковных людей просто поражает своей противоречивостью. Заходит речь о православии — и оно обвиняется в “обрядоверии” и “магизме”. Но тот же самый человек обращается к миру нехристианских, языческих и шаманских практик, и тут он уже преисполнен решимости обрести эзотерический смысл самых странных обрядов и признать весьма полезной любую языческую практику насыщения любого предмета любой “энергией”. И даже многим церковным людям еще невдомек, что протестантизация православия ведет в тупик, потому что делает нас безоружными перед возрожденным язычеством. Будущее церковной мысли — в развитии “философии культа”. Хватит баловаться морализаторством и в обрядах видеть только символы, а в богослужении — проповедь. Пришел враг более страшный, чем рационализм. Пока мы доказывали, что наши обряды не магия, пришла действительно магия. И защищаться от нее надо не словом, а благодатью.

Христиане, оставшиеся только с “социальной доктриной Церкви” в руках и с рассуждениями о “христианском понимании прав человека”; христиане, стесняющиеся святой воды и буквального понимания слов Спасителя о преложении хлеба и вина в Его плоть и кровь, не смогут устоять перед наступлением оккультных сил. Именно — сил, стихий, а отнюдь не просто пропаганды.

Нас подталкивают к “реформам”. И правда - когда живой организм живет, он развивается. Но нет ощущения, что всегда эти призывы идут от людей, желающих добра Церкви, и нет ощущения, что все предлагаемые реформы пойдут на пользу.

Нам говорят, что если Церковь начнет реформы - то исчезнут основания для критики в ее адрес. Нам говорят, что если Церковь начнет реформы — это станет признаком ее жизнеспособности. Но на деле-то все наоборот: чтобы стать сегодня сторонником реформ — достаточно просто впечатлительности, внушаемости, “современности”. Чтобы плыть по течению и пользоваться похвалами неверов, чтобы принимать комплименты по поводу своей “терпимости” и “открытости” от неоязычников — не надо мужества (13). Но чтобы быть самими собой при любой погоде — нужно иметь больше твердости. Эту внутреннюю твердость и пытается распылить “дух времени”, настойчиво влагая в умы нехитрую мысль о том, что Церковь должна догонять наше время, что мерилом для христианства является постхристианский мир, а совсем не Евангелие. Но на языке сегодняшней прессы “мужественными” называют отступников, безопасно диссидирующих под публичные аплодисменты, “безвольными соглашателями” (“не решающимися разорвать догмы церковных традиций”) — тех, кто остается верен Православию.

Христианство сводят к словам, а словами учат играть. В “игровой” цивилизации постмодернизма подмена понятий происходит так незаметно, в такой бытовой заурядности партийной полемики, что человек и не замечает вдруг — а на чьей стороне он оказался-то. И вот, например, церковный (или уже антицерковный — как тут разобрать?) журналист Яков Кротов пишет об инциденте, в ходе которого прихожане освобождали переданное им здание церкви от прежнего арендатора: “Община пошла на самозахват части помещений, учинив акт вандализма — разбив все туалеты в техникуме” (14). Унитазы, кстати, стояли в алтаре. Но “актом вандализма” оказалось не устройство туалета в алтаре, а то, что верующие прекратили его функционирование...

Важно понять, что царство антихриста не устанавливается внешне-чудесным образом. Оно не вторгается в наш мир из глубин преисподней. Оно постепенно зреет в человеческом обществе. Если те образы царства антихриста, что нам дает Библия, переложить на язык политологии, мы увидим, что, во-первых, это царство экуменическое. Экуменическое — в смысле объемлющее “экумену”, мир той культуры, где живут или могут жить христиане. Царство антихриста может быть вполне глобальным — и все же не включать в себя те районы Земли, те народы и страны, где нет христианских церквей. В конце концов, если там и так Сын Божий не принят или отвергнут, неизвестен или забыт — зачем тратить силы на внешнее подчинение этих регионов западным христоборческим силам.

Почему я говорю — “западным”? Потому что царство антихриста все же должно быть достаточно глобальным. А глобальное управление требует высочайшей техники управления и предполагает существование весьма развитого аппарата управления. И именно Западная цивилизация разработала технологию глобальной и дотошной власти. Ни одна из предыдущих “всемирных” империй не обладала аппаратом принуждения и управления столь сильным, чтобы действительно контролировать жизнь своих провинций и граждан. В лучшем случае она ограничивалась контролем над жизнью местных элит. Но для обывателя почти не было разницы — в какую из столиц уходят его налоги.

В современном же западном сообществе возникли такие техники управления, которые позволяют властям иметь практически полную информацию о всех сторонах жизни гражданина, а также позволяют мгновенно доносить до сведения исполнителей распоряжения верховной власти (во времена Гоголя, как мы помним, от Петербурга, стоящего на границе Империи, до неких славных городов — “хоть три года скачи — не доскачешь”).

Кроме того, развитие экономики последних столетий привело к полной экономической зависимости человека от государства. Первый шаг на этом пути — это уничтожение крестьянского “натурального хозяйства” и создание региональных рынков. Человек, не включенный в активные торговые отношения с городом, отныне уже не в состоянии прокормить свою семью. Следующий шаг — создание общенациональных рынков. Город или область, не участвующие в общенациональной кооперации, разоряются и все равно теряют как экономическую, так и политическую независимость. Наконец, в ХХ веке складывается система общемировой экономики — и теперь уже целая страна, отказывающаяся играть по правилам мирового рынка, все равно не сможет отстоять своей независимости.

С точки зрения экономической эффективности — это чрезвычайно действенная система. Но она вызывает одно следствие, которое может оказаться роковым для конца истории: человек потерял навык к самостоятельной жизни. Степень его зависимости от внешнего мира не убавилась, а многократно возросла. Современному человеку угрожают опасности, о которых не беспокоился человек “традиционного общества”. Он зависим не только от погоды и стихий, но и от поставок бензина и газа, тепла и энергии, а теперь еще и от потока информации. Отключение одной из артерий, питающих квартиру, город, область, страну, ведет к вымиранию их обитателей даже при таких погодных условиях, которые обогатили бы традиционные хозяйства.

Сегодня христиане нередко видят опасность и “антихристовы знаки” в штриховом товарном коде или в электронных кредитных карточках. Верить в то, что некие штрихи и знаки могут воздействовать на совесть человека — значит непозволительно много отдавать на откуп магии и идолам (“мы знаем, что идол в мире ничто” — 1 Кор. 8,4). Но электронная торговля все же несет в себе определенную опасность. Малейшая покупка становится легко контролируемой. В обществе потребления покупка и продажа — самая важная часть человеческой жизни. И электронные деньги делают ее полностью прозрачной.

А теперь представьте себе, что у государства вновь появились ясно выраженные идеологические приоритеты. И для их достижения оно решает использовать современные средства контроля за публичной и частной жизнью граждан. В Советском Союзе были распространены добровольно-принудительные пожертвования в виде “государственных займов”, “облигаций” и взносов в различные массовые “добровольные” общества. Если кто-то уклонялся от жертвы ДОСААФу, на его отношения с государством ложилась некоторая тень. Но сама советская тоталитарная действительность есть не более чем тень грядущего “нового мира”.

И вот в этом новом мире вдруг в результате стихийного бедствия или террористического акта гибнет, предположим, дворец Ламы в Лхассе. Великий памятник архитектуры, храм, признанный общечеловеческим достоянием и взятый под охрану ЮНЕСКО. Все средства массовой информации, и, соответственно, все человечество в шоке. Журналисты полны решимости воссоздать великую святыню. Идя навстречу пожеланиям граждан, всемирное государство само или некий неофициальный, но все же более чем влиятельный фонд начинают сбор денег по всему миру для воссоздания буддистской святыни. Каждый должен внести небольшую сумму — не более доллара. Но с миру по нитке, а далай-ламе — храм. Может ли христианин делать жертву на строительство языческого храма?

И если электронные деньги ясно говорят, что он не перечислил желаемого доллара в фонд воссоздания Лхассы, его религиозно-политическая благонадежность сразу становится сомнительной. Он обнаруживает себя в качестве человека недостаточно терпимого, недостаточно открытого, а значит, становится источником потенциальной агрессии (у одной из влиятельнейших современных сект — сайентологии Р. Хаббарда — есть даже специальный термин для таких людей: “ПИН — потенциальный источник неприятностей”). Сделать его общественную и частную жизнь достаточно неприятной — это уже дело управленческой техники. Например, если он ученый — всегда можно отказать ему в грантах (научных стипендиях) на следующий год. И даже занятость в сфере частного бизнеса его не спасет.

Так можно ли быть уверенным, что на эти реально существующие и все более прочные рычаги власти не лягут недобрые руки?

В середине ХХ века люди начали размышлять о нравственной ответственности ученых-естественни-ков. Не всякое открытие столь нейтрально, что можно его приветствовать, не задумываясь о том, а что произойдет, если оно окажется у властителей с притуплённым совестным чувством. Современная христианская эсхатология также все настойчивее предупреждает, что человеческая история не может дать никаких гарантий против того, что современные и все более эффективные техники управления, техники контроля за поведением людей и технологии формирования массового сознания не обернутся однажды против самого человека.

Предположим, что современные демократии действительно управляются волеизъявлением большинства. Но это большинство не само вырабатывает свои взгляды, в том числе и религиозные. Убеждения, которые оно не прочь считать своими, предлагаются ему средствами массовой информации.

И здесь — еще одна черта, решительно отличающая общество “нового века” от традиционных. Информационная цивилизация делает возможной активную лепку мировосприятия людей. Не случайно “культурная революция” — это одна из первых массовых акций любого тоталитарного режима. Всех людей надо научить грамоте — чтобы все могли читать правительственные газеты и чтобы всем могли быть промыты мозги. “Культпросвет” ставит своей целью не приобщение людей к “классике мировой культуры”, но привитие навыка к потреблению агитпроповской продукции. То есть в конечном счете его цель — еще более отдалить человека от той самой классики и, вырвав его из привычного течения жизни и традиционной системы оценок, погрузить в мир красных цитатников.

Через “культурные революции” ХХ века (их репетиции были поставлены в Германии и Франции ХIХ века во время кампаний по “культуркампфу” и “секуляризации”) в мир пришел новый общественный строй. Предшествовавшая история знала авторитарные режимы, контролирующие внешнюю, экономико-политическую жизнь своих граждан, но в области убеждений требовавшие лишь внешних знаков лояльности. Мир газет и “культпросвета”, мир радио и массовых партий дал возможность создать новое, тоталитарное общество. Это общество требует уже реального единомыслия.

Царство антихриста в категориях политологии можно назвать не только глобальным и даже не только авторитарным. Оно еще и тоталитарно — оно претендует на контроль над убеждениями граждан. Апокалипсис это выражает знаменитой фразой о начертании, которое антихрист ставит на чело и на правую руку человека (см. Откр. 13, 16-17). Десница — это образ действия; чело — образ мысли.

Голос избирателей зависит от мнения средств массовой информации. А от кого зависят СМИ? Руководители телевидения и редактора газет все-таки не избираются населением. “Телезритель голосует кнопкой переключения программ”? Но он очень редко производит это “голосование” по политическим или нравственным мотивам — в основном он ищет что “поинтереснее” или “покруче”. Так что некоторый уровень первоначального вложения денег и профессионализма вполне позволяет создать телеканал с таким мировоззрением, которое в явном виде не приемлет большая часть телезрителей, но их постепенно можно приучить к новому для них мышлению (15).

Почти стихийный процесс секуляризации, который идет в западном мире в течение столетий, активно подгоняется информационными элитами ХХ столетия. А, значит, механизмы “демократического голосования” никак не могут служить гарантом от прорыва к власти явно антихристианских групп.

Comments

Размышления о национализме (часть 2)

С.С.БЕХТЕЕВ - К РЫЦАРЯМ БЕЗ СТРАХА И УПРЕКА

Mon Dieu, mon Roi, ma Dame
Наш девиз

Бьет наш последний, Двенадцатый час!
Слышите голос, сзывающий нас,
Голос забытый, но голос родной,
Близким, знакомым и нам дорогой.
Слышите вы этот властный призыв
Слиться в единый, могучий порыв,
В грозную тучу крылатых орлов,
Страшный для наших исконных врагов.
Рыцари чести и долга, вперед!
Гибнет отечество, гибнет народ,
Стонет под гнетом родная земля,
Стонут и плачут леса и поля!
Время не терпит, страданье не ждет,
Вождь Венценосный вас громко зовет
В даль роковую, кровавую даль,
Где притаилась людская печаль...
Взденьте кольчуги, возьмите булат,
Крест начертите на золоте лат,
К битве священной готовясь скорей,
Смело седлайте ретивых коней!
Время не терпит, страданье не ждет,
Гибнет отечество, гибнет народ,
Гибнут святыни родных очагов
В яростном стане кровавых врагов.
Голос Державный нас снова зовет
В грозный, великий Крестовый поход.
Рыцари чести и долга - вперед!

Многие патриотические организации и их лидеры, даже из "так называемых" Православных, не избежали соблазнов идолослужения, причём более страшного, нежелии почитание древнеязыческих богов природы. Их идолы - боги современного мiра. В этом они уподобляются своим заклятым врагам демократам, фетиширующим на "права человека", "свободу слова" и "законы рынка", а так же коммунистам с их многотомными теориями земного царства. Культом наших патриотов стали такие книжно-абстрактные понятия, как "нация", "народ", "армия" и "государство". И если либеральные фетиши в ходе перестройки и "шоковой терапии" были дискредитированы, и несколько отошли на второй план, то патриотические идолы активно берёт на службу наша действующая власть, и использует в своей игре против оппозиции (в том числе и патриотической). За годы правления Путина в нашей стране начался просто "патриотический бум", искусственный, умело сфабрикованный кремлёвскими политтехнологами во славу правящей группы. Одно из излюбленных слов нашего правительства - "государственник". Но к настоящей Русской идее это слово не имеет никакого отношения. Выше мы уже говорили об огромном значении для Русской Традиции нашей русской земли (которая суть Святая Русь), Царя (Помазанника Божьего) и хранимой нами, русскими, Истины Веры Православной. Формула графа Уварова - Православие, Самодержавие, Народность. Именно это всегда делало нас, собственно, Нацией, в её абсолютном понимании, а не атомарной толпой, в которую с утратой этих ценностей мы и превращаемся. Кроме того, мы не отрицаем любви русского человека не только к нации, но и к расе. Это вполне естественно и адекватно, и даже хорошо, потому, что эта любовь не абстрактная и вселенская большая, а вполне живая и не бесплодная. Защищать и заботиться о родных и близких - это ли не достойнейший плод любви. И уж коли мы Русские белые люди, то для нас вполне естественно и адекватно лучше относиться к своим таким же русским, чем к неграм с Ямайки, или китайцам. Что принципиально не исключает нашего уважения к другим расам и культурам. Исторически, русские всегда были терпимы и гостеприимны к иноземцам. Это всё равно, как если ты очень любишь свою жену и своих детей, и не дашь их в обиду ни соседу, ни прохожему, и при этом уважаешь своего соседа на столько, что встрянешь за него, если его начнёт избивать прохожий. Из этого ведь совсем не следует, что ты ненавидишь или сознательно не уважаешь прохожего?
А вот государство тут как бы и не причём. Его роль в Русской Традиции сугубо вторична. Дело в том, что государство - это всего лишь инструмент, который вполне может находиться НЕ В ТЕХ РУКАХ, и работать против Традиции. В истории так случалось много раз. К примеру, власти языческого Рима преследовали первых Христиан. Но особенно это касается государства современного, которое является в наши дни не носителем религиозного содержания, а мiрскими социально-экономическим институтом, и является прямым наследием коммунистического СССР, а вовсе не Святой Руси. В мiровой философии абсолютизация государства началась после французской революции немецким мыслителем Гегелем и его последователем Марксом. Можно сказать, что начиная с 1917 года Русская идея и государство - заклятые враги.
"Блаженна на земле отчизна, которая доставляет своим гражданам средства достигать Отечества Небесного!". "Только союзные с Царством Божиим, царства земные могут быть тверды и истинно благополучны". Свт.Филарет (Московский). Для Православного человека должно быть понятно, что со времени падения Монархии в России (чёрного февраля), когда "Удерживающий" (2 Сол. 2, 7) был отъят от среды, на карте мiра более нет царства, союзного с Царством Божиим. Отсюда и следует наше отношение к современной государственности как к идолопоклонству.

Comments

Поздравляю всех Православных Христиан с Крещением Господним!

Да хранит вас Бог!

В день Великого КРЕЩЕНЬЯ,
ждём от Господа прощенья.
Знаем снятие грехов
лишь до первых петухов!
Не забудьте помолиться
и святой водой умыться,
станет чище Ваша плоть!
Да хранит Вас всех Господь!

Comments

Размышления о национализме (часть 1)

С понятием национализма много неопределенностей по ряду причин: во-первых представители различных идейных течений загоняют это определения в собственные идеологические рамки (например евразийцы и нацболы), во-вторых обсуждение сего феномена находится под строгим государственным табу (т.е. ведётся в "нужном" ему направлении) и, наконец, обросло с подачи либеральных СМИ несчётным количеством нелепых мифов и искусственно сформированных стереотипов, подчас не имеющих собственно к национализму никакого отношения. Большинство населения "цивилизованного мiра", с подачи "общечеловеков" относятся к самому этому термину негативно, достаточно слабо представляя себе при этом о чём вообще идёт речь, но обязательно вспоминают Гитлера, холокост в 6 миллиардов невиннозамученных евреев и необоснованное возвеличивание собственной нации. Попытаемся самостоятельно объективно разобраться. Википедия в данном случае выдаёт невнятное определение: "Национали́зм (фр. nationalisme) — идеология и направление политики, базовым принципом которых является тезис о ценности нации как высшей формы общественного единства и её первичности в государствообразующем процессе. Отличается многообразием течений, некоторые из них противоречат друг другу. Как политическое движение, национализм стремится к защите интересов национальной общности в отношениях с государственной властью". Лично мне в этом определении безоговорочно понятны самое начало и самый конец. Попытаемся перенести вышеприведённое на чернозёмную почву русского поля экспериментов. Большинство русских националистов определяют нацию как совокупность людей, связанных единством происхождения, языка, религии, территории и т.д. При этом данная совокупность в их вооброжении наделяется некими личностными атрибутами, типа "национального духа", от которого якобы зависит бытие всея Государства, власти и элит. Здесь мы сталкиваемся с грандиозной проблемой. Дело в том, что никакого такого "духа" в природе не существует, ни на земле, ни на Небе. Люди, связанные определённым единством есть, а того, что должно стоять над ними, - нет. Так называемые красно-коричневые в поисках "национального духа" зашли дальше всех. Осознавая тщетность одухотворения абстракции в 90-е (география континентов у Дугина и подростковая героика у Лимонова), ныне они усердно сакрализируют материю: Русский ВПК и технологии будущего(газета "Завтра" и публицистика Максима Калашникова), или технократические высоты СССР (КПРФ). Многие же патриоты подались в Славное язычество и близкий ему национал-либерализм. Исторический идеал первых - всевластие народного собрания, на котором доминировали жрецы и торговцы, а князь с дружиной следили за порядком. У вторых примерно те же взгляды, только без историзма. Для современного человека вообще характерно признание главенства количества над качеством, коллектива над личностью и абстрактного над конкретным. Вот и Русский национализм не избежал соблазнов "царства количества".
По нашему глубокому убеждению, национального единства следует искать не в абстрактном множестве людей, а в конкретной личности, в человеке. Таким человеком является Монарх. Национализм лишь тогда имеет смысл, когда он персонифицирован в личность. Царь - символ Хрисиа, и одна из его ипостасей. Именно он, преображенный в свете Помазания Божьего, является действительным гарантом единства Русской нации, испокон веков хранившей верность Православию. Православная Вера и есть то единство, что связывает русских людей (далеко не всех, конечно, но более прочных связей я не знаю), причём не в книжных теориях, а в реале. Правиьнее сказать: Царь есть ЛИЧНОСТЬ нации, её "ДУХ" и Воля. Значит, РУССКИЙ НАЦИОНАЛИЗМ=ПРАВОСЛАВНАЯ МОНАРХИЯ. Следует добавить, что не менее важным субъектом выведенного нами понятия, является и сама РУССКАЯ ЗЕМЛЯ. Отечество земное (Катехон, Держава) - преддверие Отечества Небесного. Сразу на ум приходит знаменитый фольклорный оборот: "Царь-батюшка, земля-матушка". Земля - суть Святая Русь (ПРАВОСЛАВИЕ), Царь (САМОДЕРЖАВИЕ), Нация (НАРОДНОСТЬ) - главнейшая формула Русского национализма. А патриоты-не Монархисты, в большинстве своём люди честные, но слепые, к несчастью, поклоняться своей безликой абстрактной "нации". И они вместе со служащими "труду и партии" масонами и прочими детьми постмодерна, сражаются за демократию и тем помогают строить зловещую пирамиду нового мiрового порядка. Демократия в Аде, а на Небе - Царство. "Что было, то и будет, и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под Солнцем" (Еккл 1,9).

Comments

Красно-коричневые (продолжая продолжать)

ТАК ЛОЖЬ САМА СЕБЯ ВЫДАЁТ. Как известно, в ноябре 2009 г. член фракции КПРФ Борис Кашин внес законопроект в Госдуму, суть которого заключается в замене слов гимна России «Хранимая Богом родная земля» на «Хранимая нами родная земля». По мнению автора предложения, «значительная часть граждан Российской Федерации не исповедует никакой религии, относит себя к атеистам. Слова действующей редакции Государственного гимна «хранимая Богом родная земля» не соответствуют основам их мировоззрения». Его, конечно, не поддержали ни дума, ни "политбюро" родной компартии, по причине неконьюктурности такого предложения. Вот, что пишут комуняцкие источники: "Ясно, что думское большинство никогда его не примет. К чему же реально приводит инициатива депутата? Как известно, верующих в России 70 – 75% населения. В КПРФ их около половины. Предложение о замене именно данной строчки гимна, очевидно стравливает верующих и неверующих, настраивает против нашей партии.." Е.Рекант, КПРФ-Свердловск. Цинизм и маразм. Но ложь всегда выдаёт сама себя. "Но они немного успеют; ибо их безумие обнаружится пред всеми, как и с теми случилось" (2Тим.3,9). Неужто Борис Кашин не знает, что "значительная часть граждан РФ" не разделяют его коммунистических воззрений, и стало быть им не пристало ходить по улицам, названным именами их, коммуняцких, вождей мимо памятников палача-Ленина, политику которого они едва ли уважают?

Из одного ЖЖ: "В связи с очередной активизацией «антиленинских» и «антисталинских» высказываний, в том числе и со стороны некоторых представителей РПЦ, такой вопрос. Была ли какая-нибудь официальная реакция на эти безобразия со стороны руководства КПРФ, скажем, лично Зюганова Г.А.? Написал ли он послание Патриарху: мол, пора бы унять разбушевавшихся «ревнителей», которые – вольно или невольно – подрывают своими высказываниями авторитет Церкви? Поскольку фактически интересы Церкви противопоставляются и социальной справедливости, и державному величию – всему, с чем связано понятие Советской цивилизации".
Я в предыдущей заметке уже писал, как говорят о Православии господа "традиционалисты". Церковь для них - только лишь социальный институт, а не мистическое ТЕЛО ХРИСТА. Кто может подорвать авторитет Церкви? Той, ЧТО ПРЕБУДЕТ ДО СКОНЧАНИЯ ВЕКА И ВРАТА АДА НЕ ОДОЛЕЮТ ЕЁ! Сломаете зубы. "И за сие пошлет им Бог действие заблуждения, так-что они будут верить лжи, да будут осуждены все не веровавшие истине, но возлюбившие неправду".(2Фес.2,11-12).

Отношение к КПРФ и другим красно-коричневым у нас негативное и в силу их исторического безбожного марксистского наследия, и в виду отсутствия у этих организаций адекватных действий ныне. Заявляя о готовности защищать бедных, их старания бесплодны. Сказано: ПО ПЛОДАМ ИХ УЗНАЕТЕ ИХ. А плодов нет. О преступлених большевизма планирую написать чуть позже. В принципе, если не полагаться всецело на Бога, то ничего не получится никогда и ни у кого. Мы не призываем к пассивному ничего-не-деланию, напротив, Церковь земная - есть Церковь воинствующая, где каждый верный сын - суть воин Христов. Только линия фронта проходит совсем в другом месте. СЛЕПЫЕ ВОЖДИ СЛЕПЫХ, если слепой ведёт слепого, то оба упадут в яму. Быть может, в КПРФ много хороших людей, и много верующих, искренне желающих спасения своего народа, но в основе их организации - то же безбожие. ОПАСНО ХОДИТЕ. Нужно молиться о вашем вразумлении. Суть безбожие прописано в самих названиях ваших партий, можно сколько угодно рассуждать о различии названий и сути, но это будут сугубо светские рассуждения. Но мы, люди грешные, но верующие хорошо знаем, что название, ИМЯ - это СЛОВО (Реальный носитель качеств), то, что было в начале, и было Богом. И пока человек носит своё имя, он является именно собой. Когда же человек меняет имя, он меняет и свою суть. Так, уходя из мира в монастырь ради кардинальной перемены своего состояния, подвижник берёт новое монашеское имя. Он становится совершенно иным человеком, он покидает свою родовую и социальную среду, он меняет свою суть. Показателен и обычай брать фамилию (а фамилия - одна из разновидностей имени) мужа при вступлении в брак. Женщина демонстрирует тем самым (в наши дни, естественно, даже и не осознавая того) желание полностью подчиниться супругу, стать частью его, подтвердить свой изначальный статус - статус ребра Адама. То же и с названиями. И доколи улицы российских городов названы именами вождей-русофобов, в правительстве будут сидеть их потомки и прямые последователи.
Далее, по поводу советского прошлого: собственно прошлое, как и национальные достижения времён СССР, мы ни в коем разе не отрицаем, но предпочитаем смотреть на них как без либеральных, так и без коммунистических клише. Собственно раскол в нашем обществе (на "западников"-сторонников прогресса, и защитников традиции), который мы больше трёх сот лет не можем преодолеть - трагедия общерусская. У всех у нас кровь красная, а кости - белые. Не выстоять граду, который сам в себе разделён.

Comments

Критика национал-большевизма

Для начала приведу здесь целиком статью А.Елисеева "Традиция и национал-большевизм: критика справа"

"Перед тем как начать разговор на обозначенную тему, сразу уточню - для меня современный национал-большевизм и евразийство являются одним и тем же идейно-политическим феноменом, причём этот феномен чётко персонифицируется в лице А. Дугина - поэтому спор с национал-большевизмом (сиречь с евразийством) есть спор, прежде всего, с Дугиным.

Дугин, несмотря на не очень-то глубокую (хотя в общих чертах и правильную) критику многих национал-радикалов, несомненно, весьма талантливый мыслитель. Ему, в отличие от большинства бессистемно рефлексирующих патриотов, удалось осознать необходимость придания своей идеологии мощной методологической базы. Таковой он выбрал марксизм, что в определённом плане понятно, ведь Маркс (опять же, невзирая на ругань пещерной патриотии) создал в своё время прочную методологическую систему. Ещё в 1996-1998 гг. Дугин и его последователи фактически реабилитировали марксизм, хотя и попытались существенно обогатить его мистицизмом и державностью (наиболее яркий пример - статья Дугина "Парадигма конца" в 9-м номере "Элементов"). Насколько это удалось? По моему мнению, национал-большевизм так и не сумел стать чем-то, превышающим уровень одной из версий классического марксистко-ленинского большевизма - несмотря на претензию создать некий синтез "левого" и "правого". Ничего принципиального нового, если не считать фразеологии, они так и не предложили. При этом я убеждён, что национал-большевики вполне искренне считают свою фразеологию неким "третьим путём" между ортодоксальным большевизмом и либеральным Модерном. Действительно, на первый взгляд, складывается впечатление об альтернативности евразийства, ведь национал-большевики за религию, за национализм, они призывают "произвести глобальную ревизию всего левого дискурса - от утопического социализма эпохи европейского Ренессанса и Просвещения до современного неомарксизма" (А. Малер). Но это только на словах. В реальности же происходит метафизическое оправдание вполне ортодоксального большевизма.

В принципе, национал-большевизм позволяет полнее увидеть метафизический смысл большевизма, лучше понять, какие символы и нездешние силы стоят за этим направлением, а самое важное - отчётливее осознать его сущностное единство с либерализмом. И тут надо ответить на вопрос: "А в чём метафизическая сущность коммунистического учения?" Для этого необходимо взглянуть на данную проблему с точки зрения традиционной социологии и традиционной космогонии. Такой подход более чем оправдан, ибо традиционное мышление не разделяет столь резко социум и его физическую среду, как сие делает современная наука. Социальное здесь соответствует космическому, а космическое - социальному. Конкретно - четыре касты (брахманы-жрецы, кшатрии-воины, вайшьи - ремесленники, крестьяне и торговцы, шудры - слуги и наёмные рабочие) соответствуют четырём стихиям (воздуху, огню, воде и земле). Первые две касты и стихии являются символами неба, вторые - земли (в значении низа). Жрецы связаны со стихией воздуха, их духовность (сравни - "дух" и "воздух", "дуновение") жёстко ориентирована на небо. Стихия воинов - огонь, они стремятся охватить и небо, и землю подобно тому, как почитаемая ими кровь (красная, огненная жидкость) синтезирует духовное и телесное ("Кровь есть душа" - Библия, Книга Бытия). Вайшьи (особенно буржуа, т. е. элита "третьего сословия") символически выражают реалии водной стихии - денежная стихия такая же подвижная, слабофиксированная, ликвидная. Наконец, шудры соответствуют грубой, малоподвижной, косной земле и всему тому, что добывается из земли. При этом положение низов "третьей касты" весьма двойственно. Крестьяне и ремесленники обладают пусть и небольшой, но собственностью, и с этой стороны они ближе к буржуазии, но одновременно эти социальные группы заняты физическим трудом, обрабатывая землю и её продукты, что ставит их на одну доску с пролетариями. Эту двойственность в своё время хорошо подметили классики марксизма, теоретики четвёртой касты, рассматривавшие крестьянство как мелкую буржуазию, сочетающую трудовое и буржуазное начало (отсюда, кстати, такое глубинное недоверие к крестьянству со стороны последовательных коммунистов). С известной долей осторожности можно причислить крестьян и ремесленников к шудрам, или, по крайней мере, признать переходный характер их социального положения.

Взаимоотношения четырёх каст, равно как и взаимоположения четырёх стихий, могут быть гармоничными, а могут отличаться враждой. Так, жаркий и сухой воздух способствует огненной стихии, а холодный и влажный - нет. Вода может кормить почву, а может и затапливать её. И так далее, и тому подобное. Вместе с тем, при всём многообразии вариантов ясно, что наименее совместимы огонь и вода, т. е. касты кшатриев и вайшьев. Последние, например, как огня боятся войны, упорно отстаивая пацифистские и полупацифистские ценности. Знаменитое противопоставление Героя и Торгаша здесь более чем показательно.

Поэтому, с точки зрения "сакральной науки", можно и нужно говорить, в первую очередь, о противостоянии Огня и Воды. Евразийцы же переносят центр тяжести на борьбу Воды и Земли, т. е. Моря и Суши. Вообще, их абсолютизация геополитики, с её анализом вертикальной плоскости Земли крайне показательна - в данном случае заметно сугубо материалистическое стремление (очевидно, неосознанное) поставить землю выше неба.

Так что же, может быть противостояние Земли и Воды есть досужая выдумка евразийцев? Нет, конечно. Евразийцы совершенно верно отметили наличие данного конфликта, просто они сделали из него совершенно неверные выводы. Указанное противостояние является не противостоянием Традиции и анти-Традиции, оно есть противостояние двух анти-Традиций, двух материалистических мировоззрений, одно из которых, либерально-капиталистическое, ставит на первый план биологию, другое, пролетарско-коммунистическое - грубую материю.

Капитализм есть общество потребления, ставящее своей главной целью полное удовлетворение потребностей человеческой плоти, и потому его можно со всем основанием назвать социал-биологизмом (любопытна и показательна связь с водной стихией - известно, что тело человека на 80% состоит из воды). Как социально-экономический и политический строй он намного эффективней коммунизма, т. к. ставит во главу более организованную форму материи - живую природу. А вот коммунизм превозносит т. н. материю - "объективную реальность", представляющую собой совокупность всего вещества, в котором разум и жизнь выступают лишь компонентами некоего абстрактного, неразумного и неживого космического чудища. Коммунисты, правда, всегда пытались доказать, что они отличают вещество от материи, но все эти попытки выглядят неубедительно, слишком уж косна и неподвижна их "объективная реальность", которую смело можно сопоставить с самым тяжёлым элементом космоса - с землёй. Вот к этому-то материализму почвы и привязано евразийство с его культом географии, органично дополняющим грубый "вещизм" откровенных коммунистов.

В области конкретной практики цивилизационного строительства капитализм убедительно доказал своё преимущество, противопоставив коммунизму более гибкие и действенные, но сущностно одинаковые средства. Вот сейчас-то нам и понадобится порассуждать на тему плана и рынка, которая столь любима национал-большевиками и которую они кладут в основу своего деления на левых и правых в экономике. Дугинская концепция, как известно, объявляла ориентацию на рынок "правизной" в экономике, а план, напротив - "левизной". В то же время правизна в политике означала стремление к консерватизму (иерархии, единоначалию, державности), а левизна - к демократизму и либертарианству. Идеал национал-большевики видят именно в сочетании политической правизны и экономической левизны, отождествляя этот синтез с консервативной революцией. Понять, почему Дугин причислил рынок к правым ценностям сложно, хотя и можно, ведь старый, архаический консерватизм часто апеллировал к свободе хозяйственной деятельности, подчас полемизируя с либералами, считая их воззрения слишком уж унификаторскими. Малер дополняет Дугина, обращая более пристальное внимание на генезис "консервативного либерализма" и связывая его с влиянием рыночных отношений на поздние монархические режимы. "В экономике "правыми" являются сторонники рыночной, т. е. капиталистической системы, которая набирала силу в 17-18 вв., пользуясь полным невниманием традиционной власти (церкви и монархии), которая сама органично встраивалась в неё. Но на определенном этапе обнаружилась полная невозможность сочетать Традицию и Рынок, и силы капитализма (буржуазный класс) востребовали идеологического и политического выражения своих интересов, которое они получили в идеологии "либерализма". Здесь необходимо подчеркнуть, что "либерализм" изначально именно экономическая идеология - идеология свободных экономических отношений, свободы торговли. "Левыми" в экономике, соответственно, являются сторонники подчинённой, регулируемой, плановой экономики, которая нашла свое наиболее общее идеологическое оформление в "социализме" и его радикальной версии - "коммунизме"". Однако, в том то и дело, что либерализм отнюдь не основан на свободе экономической деятельности. Напротив, он представляет собой самое тоталитарное направление, доводящее планирование до своего абсолюта. То, что на первых порах либералы распространялись о полной свободе предпринимательства и фритредерстве, никого не должно обманывать, это, опять-таки, всего лишь фразеология, при помощи которой капиталистический уклад избавлялся от средневековой, феодальной регламентации. И как только он от неё освободился, то в его недрах немедленно началось создание мощнейших регламентирующих структур - монополий. Они существеннейшим образом ограничили свободу конкуренции, откровенным образом диктуя цены на определённые виды продукции. К этому ещё надо прибавить активность крупных банков, направляющих основные кредитные потоки в нужные отрасли и к нужным предпринимателям. Прямо-таки вопиёт о тоталитарной сущности капитализма т. н. "маркетинг", предполагающий создание потребностей у потенциальных покупателей. Вдумаемся, целью экономики является не столько удовлетворение потребностей, сколько их планирование с целью обогащения рекламодателей! Это уже не говоря об активном использовании в капиталистическом мире индикативного планирования и откровенного вмешательства государства в хозяйственную жизнь крупного капитала - естественно, с целью облегчения его существования (например, довольно часто применяются национализация убыточных отраслей, их "капремонт" и последующая реприватизация). Чем не плановая экономика? Несомненно, она более гибка по сравнению с экономикой социализма, ибо отводит определённое место свободе хозяйственной деятельности и учитывает стихийные факторы, неизбежные в экономике. Но, самое главное - либерализм создаёт впечатление соответствия собственному названию, да так лихо, что многие борцы с либерализмом (в том числе и нацболы) стали жертвой этого крупномасштабного обмана.

Либерализм, если отрешиться от множества "левых" и "правых" штампов, есть наиболее утончённая и действенная форма тоталитаризма. Помимо экономической тирании, он так же, как и его откровенный красный собрат (но только более гибко), предполагает и тиранию политическую. Манипулирование сознанием - лучшее тому подтверждение - оно, вне всякого сомнения, должно считаться наивысшей степенью насилия. Кстати, именно это манипулирование, осуществляемое грандиозными медиа-"империями", и скрывает от внимания, а самое печальное - понимания общественности наличие откровенного либерального террора против идеологических противников либерализма, которые подвергаются уголовным преследованиям, либо "более мягкому" административному давлению посредством "запрета на профессии" (ФРГ) или "информирования о неблагонадёжности" (США).

Более того, либерализм, который клянётся в приверженности правам человека, личности, индивидуума - практикует самый настоящий, хотя, опять же, замаскированный, коллективизм. Личность при капитализме не расцветает, не развивается, но, напротив, обезличивается. Знаменитый "индивидуум" либерального общества является не личностью, но единицей из числа некоего математического абстрактного множества, отличающейся от других единиц лишь количественно. Либерализм делает всех похожими друг на друга, стирая социальные (в первую очередь, сословные), национальные, религиозные, культурно-бытовые (единая одежда, стиль поведения и т. д.) и даже половые отличия. Получается. что либеральный "индивидуум" полностью растворен в коллективе и наилучшим образом реализует коллективистские черты "левых" и "правых" тоталитаристов - наивных оппонентов либерализма.

Либеральное общество - тоталитарно, но традиционное общество - плюралистично. Я намеренно употребляю именно этот, скомпрометированный в глазах традиционалистов, термин для того, чтобы ярче выразить свою мысль. Разговор ведётся, естественно, не о лживом либеральной "мифе" почти полного плюрализма (которого никогда не было и не будет), но о наличии в мире Традиции действительного и ответственного плюрализма, предполагающего диалектическое сочетание единства и многообразия-разнообразия. Для всего человечества это разнообразие означает резкое отличие друг от друга религий, этносов, государств, культурно-исторических типов (при единстве в творящей энергии Божества). Для каждой же из перечисленных "общностей" - резкое различие социальных (сословных) миров и исторических регионов (при единстве веры, крови, языка, территории и т. д.). Всё это вытекает из сути различных религиозных (глубже - эзотерических) традиций, которые, так или иначе, видят в Абсолюте не что иное как Божественное, в высшей степени чудесное, многообразие. Абсолют в оптике этих традиций есть и бытие, и небытие, и в то же время - ни то и ни другое. Он вообще - не это, и не то. И он же характеризуется сотнями и тысячами имён. Действительно, разве можно свести абсолютное и запредельное начало к какому-либо одному или нескольким знаменателям? Разумеется, нет.

И коль скоро тварный мир подобен миру Божественному, то его устроители обязаны усиливать разнообразие социальных отношений. И экономика - не исключение. Если либерализм и коммунизм пытаются свести всё многообразие хозяйственных институтов к частной или государственной собственности (показательно акционирование по западному образцу, имеющее своей целью превратить максимально большое количество людей в мелких капиталистов), то традиционное общество характеризуется наличием множества форм собственности. Здесь не имеется в виду пресловутое "равенство всех видов собственности" (такое же мифическое, как и полный плюрализм либералов) - какой-то из видов собственности всегда будет преобладать - преобладать, но не подавлять. Так, средневековая цивилизация предполагала преобладание крупного частного (некапиталистического) помещичьего хозяйства, однако, наряду с ним успешно существовали и другие виды собственности: мелкое крестьянское хозяйство, артельное коллективное хозяйство, корпоративно-ремесленное хозяйство, частное (мелкое и крупное) торговое хозяйство, государственное хозяйство. Все они были относительно суверенны - при верховенстве государства, точнее - Государя.

Как видно, сводить противостояние Традиции и Модерна в экономике к противостоянию плана и рынка абсолютно неправильно, т. к. план и рынок - это экономические инструменты, необходимые любому общественному строю так же, как необходимо денежное обращение или система кредита. Всё дело в их использовании. Забвение хотя бы одного из них ведёт к элементарному краху всей цивилизационной системы. Загвоздка в том, что на самом-то деле ни план, ни рынок неустранимы из экономики, просто их могут не замечать, а это уже чревато выходом из-под контроля - с последующей аннигиляцией системы. Так, советизм всего лишь объявил об абсолютной плановости, но рынок никуда не исчез, он просто был загнан в совершенно немыслимый формат существования. Посмотрите на цифры плановых заданий первой пятилетки, сравните их с цифрами выполнения, и вы поразитесь несостыковке. Практически в каждую пятилетку заранее намеченные рубежи не совпадали с достигнутыми - сказывалась экономическая стихия. Но даже не это страшно.

Сталинская мобилизационная система решала задачу спешного создания мощной индустриальной базы, необходимой для успешного ведения войны, и, в перспективе - восстановления разрушенной мирной экономики. Как только эти задачи были выполнены, возникла необходимости известной децентрализации, ибо постоянно работать в режиме мобилизации просто невозможно. Надо было создать компактный частный сектор, хотя бы - в сфере услуг. Но вместо этого произошло сохранение прежней госмонополии - при ослаблении реального контроля со стороны государства, которое уже не могло выдерживать прежние темпы. В результате, в хрущёвско-брежневское время возникла настоящая альтернативная - частнокапиталистическая - экономика. Возникла она в подполье (т. н. "теневая экономика"), однако, её обороты (примерно 80 млн. рублей - почти полбюджета) свидетельствуют в пользу того, что в 70-80-х гг. мы имели самый настоящий классический рынок, только рынок, неконтролируемый государством и в полной мере работающий против страны и народа. Собственно говоря, сама буржуазная революция 1991 г. имела мощнейшую социальную базу в лице вполне сформировавшегося отечественного криминального капитала. После этого быть большевиком и говорить о "теряющей авторитет монархии и теократии", которые "аккуратно сочетались с набирающими силу рыночными отношениями" (Малер) не очень-то корректно.

План и рынок должны сочетаться и поддерживать разнообразие всех видов собственности (при ограничении капитала и приоритете артельного коллективизма), причём само плановое регулирование необходимо строить как "плюралистическую" систему, в рамках которой составление плановых заданий осуществляется с учётом мнения предприятий, их руководителей и работников.

Теперь надо просмотреть ещё один евразийский "триллер" - "противостояние Труда и Капитала". В оптике дугинизма эти две категории также приобретают характер манихейских Света и Тьмы, хотя в реальности снова имеют место быть необходимые экономические инструменты. Они, впрочем, тоже могут приобрести характер чего-то опасного и вредного, если их использовать не во благо, а во вред, абсолютизируя одну из функций экономического целого.

Ведь что такое столь пугающий наших левых капитал? Грубо говоря, это деньги, увеличивающие стоимость посредством выполнения хозяйственных операций. Или ещё грубее - это деньги, приносящие прибыль в виде денег. Без капитала немыслима экономика - как, например, обеспечить промышленное развитие без вложения туда капиталов (вспомним столь часто встречающееся слово "капиталовложение"), которые создают новые, столь же необходимые капиталы? Очевидно, что здесь нет ничего пугающего. Но это, конечно, до тех пор, пока капитал ориентирован на увеличение массы конкретного продукта. Если же он функционирует ради себя же самого, тогда начинается абсурд. Деньги, ставшие целью экономики, а не её средством, сводят к некоей адской бессмыслице - нечто, не имеющее особой ценности само по себе (бумажки, металлические кружочки, пластиковые карточки и т. д.) превращаются в идеальную ценность. То есть, происходит радикальная фальсификация природы и вообще - Богом сотворённой реальности. Капитал с маленькой буквы становится тем самым Капиталом, который снится большевикам в их кошмарных снах. Но, повторюсь, сам по себе капитал (как и сам по себе рынок) не есть нечто отрицательное. Отрицательное же значение может приобрести абсолютно всё, если его доводить до абсурда. Например, жизнь, понимаемая как вечное физическое существование, или хотя бы как абсолютная ценность. Так, православные богословы вполне определённо указывают на то, что если бы не было смерти, падший человек безмерно укрепился бы в своих грехах.

Против Капитала с большой буквы есть одно весьма действенное средство - ограничение капитала, который пишется с буквы маленькой. Огромные объёмы финансово-промышленных ресурсов всегда представляли собой весьма реальную угрозу раздавить своей массой личность владельца, превратить его в раба денег, навязывающего свое извращённое понимание реальности другим людям. Поэтому, необходимо ликвидировать крупный капитал и ввести строгий (но не тоталитарный) контроль за капиталом средним и мелким (финансовый капитал следует отменить полностью).

Далее следует "лучезарный Труд". Это тоже средство, конкретно - задействование капиталов, орудий, знаний и т. д. в целях преобразования окружающей человека среды. Труд не может противостоять капиталу, ибо сам капитал возникает в результате труда, речь должна идти лишь о приоритете труда над одним из своих следствий. Причём, обе реальности вполне возможно рассмотреть с "точки зрения" друг друга. Так, труд является (в определённом смысле) овеществлённым капиталом, а капитал - соизмеренным трудом. Труд также может принять характер чего-то инфернального, причём в этом случае он становится оборотной стороной того самого вредоносного Капитала.

Абсолютизация труда в сущности есть сугубо буржуазное явление и в социализме оно возникло как некое отражение реалий капитализма (коммунизм вообще "выполз" из капитализма - из его рационалистической философии Просвещения и классической политэкономии). Ведь именно в недрах протестантизма (главным образом, кальвинизма) родилась особая буржуазная этика, возвеличивающая длительный и упорный, можно даже сказать, аскетический труд ради накопления.

Лишь на первых этапах развития капитализма, да и то - в глазах индустриальных рабочих, капиталист представлялся этаким пузатым бездельником. В реальности же это - деловой и энергичный человек, проводящий большую часть времени за интенсивным трудом. В огромном количестве случаев капиталист живёт как самый настоящий аскет, существенно ограничивающий себя в удовлетворении материальных потребностей. Весьма распространён образ бизнесмена, питающегося кашкой и калорийными таблетками, бизнесмена, для которого предметы роскоши являются лишь атрибутами, символизирующими его отдаленность от массы "низших существ". Конечно, такой тип капиталиста не является единственным, но его наличие говорит о многом.

В традиционном обществе труд не считался чем-то абсолютным. "Лень" имела не меньшее значение, ибо она давала возможность сочетать накопление (материальных и духовных ценностей) с их ритуальным растрачиванием. Труд был равнозначен празднику (ср. "праздник" и "праздность"), во время которого человек уподоблялся Солнцу и Абсолюту - щедро и безвыгодно тратящему свою творящую энергию. Традиционное общество с его храмовой и аристократической роскошью, с грандиозными частыми праздниками (особенно выделяются пиры русских князей, на которых осуществлялись огромные траты запасов продовольствия) было обществом мистическим, иррациональным. Поэтому-то вожди протестантизма, давшего начало рационалистическому капитализму, и накинулись с такой яростью на роскошь и великолепие средневековой цивилизации, разоблачая её с позиций трудового, прямо-таки большевистского аскетизма. Кстати, не случайно кумир наших национал-большевиков Э. Никиш был в таком восторге и от большевиков, и от протестантов - сказалось его сугубо рационалистическое мышление, которое вполне может сочетаться с самым пламенным национализмом (но в этом случае уже не может идти разговор о традиционализме). Для меня такие симпатии к протестантизму просто непонятны, как, впрочем, непонятны и симпатии нацболов к старообрядчеству, породившему из своей среды такое огромное количество буржуазных либералов.

Как очевидно, основные "оппозиции" национал-большевизма не носят характер какого бы то ни было антагонизма. Точно так же и сам большевизм ("простой" и "национальный") ни в коей мере не является оппозицией капитализму - он капитализм, но только - государственный и примитивный. А капитализм есть коммунизм - буржуазный и рыночный, гибкий и эффективный. Вспомним-ка слова наших обывателей о том, что де на Западе и построен настоящий капитализм. Вспомним и то, с какой лёгкостью эти обыватели поменяли красную "веру" на веру в зелёный доллар. Так что же, неужели снова катить с горы Красное Колесо, которое, как выяснилось, катится действительно вниз - в капиталистическое болото, гасящее любое огненное чувство?"

Вцелом, статья разумная, но меня лично смутило то место, где автор рассуждая о методологии патриотической оппозиции, сопоставляет работы в этом направлении с марксизмом. Мол де мощнейшая интеллектуальная база. Более десокрализированного взгляда на Русскую идею не встречал у якобы Православных публицистов. Впрочем, автор, по видимому, таких слов и не знает. Духовный смысл миссии МОСКВА-ТРЕТИЙ РИМ ему, скорей всего, знаком лишь в общих чертах, в рамках политического дискурса, так сказать. Ох уж эти традиционалисты. Им почему-то проще опелировать к европейским "новым правым", чем к выдающимся гениям Русской мысли - таким как И.Ильин, или А.Хомяков; и копаться в Ведизме и Гиперборействе, чем разобрать труды Славянофилов. Ну да Бог с ними.

Comments

О Гитлере, Дугине, Консервативной революции, Евразийстве и нацболах

Набрёл на сайт известного "нового правого" "традиционалиста" Александра Елисеева, который в середине 90-х был причастен к изданию журнала "Нация", где всякую оккультную чепуху пытались мешать с Русской идеей наподобие Дугина. Вот выдержки из него:

"Порой складывается впечатление, что главным врагом русского народа являются "русские националисты". Именно из их "брутальной", а на самом деле типично интеллигентской среды, льются грязными потоками "разоблачения" христианства, нападки на Московскую Русь, проклятия в адрес петербургского периода, смердяковские сожаления о том, что русские не легли под "Гитлера-освободителя" и прочая нигилистическая чушь".
"Любопытнейшим образом наши германофилы, яростно критикующие азиатчину и ставящие во главу угла расовый принцип, смыкаются с "партией" евразийцев, также принижающих русскость. О чём говорить, если и у германолюбивых наци, и у азиатствующих национал-чингисханчиков один и тот же общий кумир - барон Унгерн фон Штернберг. И те, и другие явно выдвигают его на роль этакого Че Гевары от Традиции".

Здесь и не поспоришь.

"Сам Унгерн ненавидел русских лютой ненавистью, более предпочитая бурят. Он окружил себя веселенькой компашкой лам и шаманов. При этом он ещё и обладал ханским титулом. Да, чтобы там ни говорили - барон был законченным евразийцем".

Спорные сведения о бывшем царском офицере, но мы ещё вернёмся к нему.

"Нашим гитлероманам следовало бы задуматься над следующим любопытным фактом - их якобы злейшие враги - евразийцы - являются ничуть не меньшими германофилами, чем они сами. Так, один из наиболее упёртых фанатов Чингисхана Дугин в своем объемном трактате "Основы геополитики" предложил сделать Прибалтику зоной влияния нового "Рейха". Новоявленный "хаусхофер" грезит о тройственном союзе Москва-Берлин-Токио как об основе грядущего евразийского порядка. Да ведь если припомнить хорошенько, то и Гитлер делал вполне евразийские шаги, заключая союз с японской военщиной против арийской России или объявляя арийцами чеченцев (славяне такой чести не удостоились). Ещё и сегодня есть среди чеченских бандитов искренние фанаты Рейха, такие, например, как знаменитый Мовлади Удугов, чья партия "Нохчи" имеет своей эмблемой свастику, и чьи эмиссары частенько принимаются некоторыми недалёкими правыми радикалами из Западной Европы".
"Наша крайне правая интеллигенция не имеет достаточного мужества и силы быть русскими прежде всего прочего, хотя и желает этого. Ей легче упасть на чьё-то могучее плечо - немецкое, тюркское, китайское и т. д., легче раствориться в "Великой Евразии" или в "Новом Рейхе". А у многих всё это ещё усугубляется отсутствием расовой чистоты, которую они с пеной у рта защищают. Бог мой, сколько видел я полукровок (в основном татарско-русских), возвеличивающих Рейх и презирающих Россию! И среди них были как евразийцы, так и нацисты. И стоит ли удивляться? Расово-смешанные браки всегда порождают некую войну двух (или даже более) начал в психике человека. Побеждает одна из "частей", но победа сия непрочна (другая-то часть никуда не делась). Тогда побеждённое начало воздействует на победившее, и человек начинает отрицать ту самую нацию, к которой он себя относит, и чьим патриотом он себя (часто вполне искренне) считает. Ему теперь надо выбрать нечто третье, что возвышалось бы и над одной расовой компонентой, и над другой. Вот таким третьим и является германство с евразийством".
"Рассуждая с точки зрения Традиции, можно сделать только один вывод - признав, что мы взяли имя откуда-то извне (у германцев, иранцев, индоариев, черкесов и т. д.), мы признаем и то, что и суть своя - "самое само" - нам сообщена и нам навязана. Мы признаем, что мы стали собой благодаря кому-то другому, то есть мы ещё и ещё раз распишемся в своей ущербности. И все потуги наших патриотишек произвести себя от "варяг с греками" свидетельствуют об их глубочайшей женственности. "Патриот", произведший собственное имя от иноплеменников, напоминает женщину, "слетающую" в ЗАГСе со своей фамилии на фамилию супруга. Примерно так же ведут себя и патриотишки наши - бабы, мечтающие выйти замуж за "интересного мужчину" - иностранца.
Неудивительно, что "заимствуя" своё национальное имя, патриоты заимствуют также имя политическое. Нет, пожалуй, ни одной заморской кликухи, которую бы не примерили на свои гнилые мозги наши патриотишки. "Нацисты", "фашисты", "национал-капиталисты", "национал-демократы" - всё перепробовано, всё побывало в широченной патриотской глотке. Даже и вроде бы русское слово "большевик" (в смысле "национал") прихвачено у товарищей-эсдеков, а те скоммуниздили свою "самую передовую" идеологию у "загнивающего" Запада".

К сожалению, сам Елисеев не может привести сколько нибудь вразумительной методологии по обретению господами националистами истинной "русскости". И вслед за ранним Дугиным употребляет, на мой взгляд, бессмысленное понятие - консервативная революция. Не понятно, как человек, называющий себя Традиционалистом, и изъявляющий приверженность концепции МОСКВА - ТРЕТИЙ РИМ, может отрицать указанный в Откровении Иоанна Богослова НЕИЗБЕЖНЫЙ ЭСХАТОЛОГИЧЕСКИЙ КОНЕЦ МIРА. Т.е. движение от Традиции к упадку (Власти Антихриста). В ПОСЛЕДНИЕ ВРЕМЕНА с ним сразится оставшийся Верными Завету СТАН СВЯТЫХ И ГРАД ВОЗЛЮБЛЕННЫЙ, Наша ДЕРЖАВА - Третий Рим, который стоит после падения двух, а четвёртому, как известно, не бывать. "Ибо тайна беззакония уже в действии, но не исполнится, пока не будет изъят УДЕРЖИВАЮЩИЙ из среды". Мне могут возразить, что РФ - не Держава, но хранителем нашей мистической истины является Русская Православная Церковь, которая, вне зависимости от попущенных Богом на долю русского народа тяжких испытаний, хранит Истину Православной Веры - Кровь Нового Завета, и через Причастие Святых Тайн её, каждому даруется возможность Спасения души. "Помните, что Отечество земное с его Церковью есть преддверие Отечества небесного, потому любите его горячо и будьте готовы душу свою за него положить...(Св. Праведный И.Кронштадтский). РФ тут ни при чём. Здесь работают иные законы. "ИБО ВСЯКИЙ, РОЖДЕННЫЙ ОТ БОГА, ПОБЕЖДАЕТ МIР; И СИЯ ЕСТЬ ПОБЕДА,ПОБЕДИВШАЯ МIР, ВЕРА НАША. КТО ПОБЕЖДАЕТ МIР, КАК НЕ ТОТ, КТО ВЕРУЕТ, ЧТО ИИСУС ЕСТЬ СЫН БОЖИЙ?" (1ИОАН. 5,5-6)
Черевато Православному традиционалисту "спорить со Святым писанием", ведь Бог поругаем не бывает, а человек что посеет, то и пожнёт. Следует напомнить, что поступательное развитие цивилизации от первобытности к совершенному обществу посредствам ПРОГРЕССА декларируют таки леваки - либералы и марксисты. Собственно революции - их род деятельности. Кто был самым первым революционером - известно. Так приспешники Антихриста готовятся к приходу его. Вот, вкратце, смысл русской истории. На наш взгляд, находиться в Традиции - это значит Стоять в Истине. Можно провести сравнение с подвигом тех героев, что до последнего не сдали Брест врагу. Защитить Святыню от неминуемого врага - и есть наше РУССКОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ, наш Традиционализм, если хотите. Защитникам Бреста в окружении революции не нужны. "Кто ведет в плен, тот сам пойдет в плен; кто мечем убивает, тому самому надлежит быть убиту мечем. ЗДЕСЬ ТЕРПЕНИЕ И ВЕРА СВЯТЫХ" (Откр. 13,10).

Comments

Скоро станет легко - мы скоро умрём.

Вот, что показали исследования по сейсмическому районированию и прогнозу землетрясений:

О прогнозе землетрясений на Байкале
(В связи с защитой оз. Байкал от нефтепровода ВСТО, см. Раздел "Экологический надзор").

К отловина озера Байкал, возникшая миллионы лет назад и продолжающая развиваться в условиях растяжения земной коры, представляет собой ничто иное, как обычную трещину (рифт), заполненную водой. А как известно из механики разрушения твердых сред, у концов любой трещины концентрируются наиболее значительные упругие напряжения, которые и способствуют дальнейшему ее вспарыванию.

Такое вспарывание происходит как постепенно, так и в виде быстрых подвижек. В природе такие «скачкообразные» подвижки порождают новые трещины, а быстрый сброс упругих напряжений при их внезапном появлении проявляется сотрясениями – тектоническими землетрясениями.

Доказательством продолжающегося вспарывания гигантского Байкальского рифта у северного берега озера, где и планируется участок трассы нефтепровода ВСТО, являются Кичерская и Верхне-Ангарская котловины, названные так по имени рек Кичеры и Верхней Ангары, текущих вдоль них и впадающих в Байкал. Это один из самых опасных в сейсмогеодинамическом и сейсмическом отношении участок Байкальской рифтовой зоны (БРЗ). Здесь сохранились следы древних 10-11-балльных землетрясений, подобных относительно недавнему Муйскому землетрясению 1957 г. на востоке БРЗ, но произошедших более 500 лет тому назад. Имеются все основания полагать, что за столь продолжительное, 500-летнее, сейсмическое затишье у северных берегов Байкала накопились огромные упругие напряжения, которые непременно должны разрядиться крупным землетрясением.

О чрезвычайно высокой вероятности возникновения таких землетрясений в Алтай-Саян-Байкальском регионе нами неоднократно сообщалось в научной печати и на тематических сейсмологических конференциях, в том числе и в Иркутске. В этих публикациях (см. список) неоднократно указывалось на миграцию сейсмических очагов в северо-восточном направлении вдоль протяженного Трансазиатского сейсмоактивного пояса, пересекающего регионы Средней Азии, Алтая, Саян и Забайкалья. Недавнее крупнейшее для юга Сибири землетрясение 2003 года на территории республики Алтай со всей убедительностью подтвердило этот долгосрочный прогноз. Теперь – «очередь» за Саянами и Прибайкальем. По нашим расчетам, не менее крупные землетрясения в этих регионах должны произойти в течение ближайших 10-15 лет. Одним из вероятных мест расположения такого сейсмического очага – северная оконечность Байкала.

Думаю, не стоит объяснять, что произойти всё это может в самом ближайшем будущем. Мама, мы все умрём! Всё, собираю тревожный чемоданчик. Более всего, окромя моей грешной душёнки, жалко коллекцию музыки, сотни дисков и балванок, кропотливо отобранную за годы меломанства. Она будет уничтожена. Больше нечего передать потомкам. Людей похоронит то, что они всю свою жизнь создавали.

Comments

9 января к 15.00 приехал на квартирник "Флирта" и "Серого дыма"

на такси через весь город, сильно обросший после долгой болезни. У Паши хорошо, уютно, пахнет старым диссидентским самиздатом и табачным дымом. О предстоящем квартирнике писали в интернете, потому что писать о таких делах больше негде. Народу было не много и почти все лица досадно знакомы. Сходили с двумя чуваками в киоск за водкой. Музыканты из "Серого дыма" привезли комбики и микшер - квартирник задуман в электричестве! Пока шла настройка, давясь выпили наш злосчастный литр обступив его тесным кругом. Было весело и сквозило от открытой форточки. Легендарный мифический Олег Сурусин довольно расказывал байки и смущенно фотографировался с пьяно хихикающими девочками. Рядом на кровати лежало чьё-то "обкуренное" тело. Спустя час все собрались в большой комнате, и Паша раскидал по полу матрацы и фрагменты дивана, чтоб на них сидеть, и по кругу побежали баллоны с пивом сомнительного качества. Начался концерт лихо и энергично до боли знакомыми аккордами. "Флирт" играли без своего гитариста и, наверное, поэтому их выступление было коротким. Всего около 30 минут, но запомнится, видимо, надолго, ибо "легенды сибирского панка" выступают ныне всё реже. Сур драл глотку с максимальной отдачей, эмоции зашкаливали. "Глобус", "Три медведя", "Город лжи", "Лютая погодка", "До посинения", "Новенький" и спустя годы слушаются просто отлично. Качеством текстов и особенностью звучания, особенно вживую, "Флирт" заставляет во многом пересмотреть, скажем так, соотношение сил в отечественном андеграунде. Когда то магнитоальбомы группы этой группы воспринимались юным умом не иначе, как глоток свободы от строгих назиданий комсомола, как вызов государственному ханжеству. Всё это осталось далеко в прошлом, общество переменилось (государство, впрочем, менее ханжеским не стало), а сраная контркультура, давно ставшая ещё одним развлекательным жанром, последнее десятилетие высерает лишь бездарность. Чувство ностальгии по "героическому" времени рок-н-ролла усиливалось после каждой песни. Высшей точкой этого настроения стала исполненная Суром ближе к концу песня на смерть Егора Летова с рефреном "Всё как у людей".
Следующий получасовой сет от группы "Серый дым" я, к сожалению, позитивно оценить не смог. Ребята почти виртуозно выдавали искромётный коктейль из сёрфа, сайко и рок-н-ролла. Короткие песни с лаконичной мелодикой и скучными текстами в форваторе Свина и "АУ". Возможно исполнять свои песни "Серому дыму" уместнее было бы на английском? Сильно порадовал всех кавер Инструкции "Рок-н-ролльный фронт" в их исполнении. Что ещё петь зимой в Сибири? Пока музыканты "Серого дыма" отдыхали, свободный микрофон поочерёдно занимали их молодые соратники по рок-н-ролльному фронту и во всё горло орали собственновымученные тексты. Басист и ударник "Дыма" усиленно пытались им подыграть. Получалось по разному. "Ультраправое" крыло андеграунда представлял талантливый Тима Черепанов, правда ему не удалось перекричать ни разгорячённую алкоголем тусовку, ни собственную гитару. Дослушать всех до конца я был не в силах, так как к концу вечера был уже изрядно пьян, и вызвал тачку до дома. К вечеру на улице сильно похолодало.

Comments