Химия и жизнь.
В детстве я училась в ряде школ, но перейду к финалу. В заключительном классе я сидела за партой с одной прелестной девулечкой: глазки-фиалочки в накрашенных длинных загнутых ресничках, маникюр недотроги, бюст уже не школьницы... Я от неё млела. Мы сидели на задней парте, потому что она была блондинка, причём, натуральная, поэтому, наверное, и двоечница, а я - хулиганка, прогульщица, притча во языцех всей школы. Таким полагалось место на "камчатке"; не знаю как сейчас...
Вот. И сидим мы на каком-то уроке, я к ней коленкой как всегда прислоняюсь [случайно], играем в сексуальнейшую настольную игру - крестики-нолики, и вдруг она мне шепчет соприкосновенно губками на ушко:
- Хочу сегодня сделать химию.
У меня шок. Обычно все уроки я для неё стряпала. Особенно сильна Танюша [да, так звали мою подружку!] была в сочинениях по литературе!
- Чего это вдруг?! - интересуюсь тоже шёпотом, при этом, мечтая прошептать свой шёпот ей в глупенький пухленький ротик.
- Для разнообразия...
- Не, но как-то слишком глобально!
- А я вообще такая, ты меня ещё плохо знаешь!
- Да уж... не ожидала!
- Ну, а что? Надоели прямые волосы... может, мне ещё в рыженькую окраситься?
Так я впервые узнала, что химия бывает не только неорганической или органической, но и парикмахерской. Не ведаю, существует ли посейчас подобная причёска, но в былом она осуществлялась путём накручивания деревянных бигуди на волосы и заливкой их каким-то раствором, фиксирующем поросль в заданном режиме где-то на полгода [второе название отсюда - шестимесячная завивка, или просто - шестимесячная)...].
Теперь Танюша работает в парфюмерном отделе одного из московских универмагов. И похожа на упитанную кудрявую болонку, но глазки всё такие же глупенькие и реснички загнуто накрашенные, а пальчики по-прежнему с идеальным маникюром. Только уже совсем не хочется отчего-то играть с ней в крестики-нолики...