| |
[Mar. 1st, 2020|05:03 pm] |
Можно свыкнуться с тем, что живые люди интересуются
творчеством Асадова, Шаова, Жванецкого. (Жванецкий,
может, зря в этом списке даже: он не отрыжка культуры,
которую проще пережевывать, в нем что-то есть настоящее.
Наверное, концентрированная Извечная Тоска Еврейского
Народа. Даже совсем настоящее, особенно если его не
слушать.) Намного труднее -- невозможно -- с тем,
как много такого, чем следует интересоваться.
Столько людей пишут хорошо и подворачиваются под руку,
что, по-видимому, я и о десятой части их никогда
не услышу -- и это только по-русски. Они просто
умрут, и о них сразу забудут. Мы тоже, конечно,
и о нас (ну, обо мне) тоже, но это слабое утешение.
Как-то неловко, невежливо получается, трудно
сформулировать даже. Да и не столько в людях дело,
сколько, собственно, в (обобщенных) текстах. Но у меня,
наверное, все-таки нет сил открывать теперь уже
взрослый журнал, уговаривать художников нарисовать
что-нибудь бесплатно и проч. Мир изменился.
Зависть вызывают те, кто всерьез думает уютное "если
б он был действительно хорошим [подставить нужное], я б
его знал", и способен в это поверить. Дело не в смешной
эгоцентричности, а в неумеренном оптимизме. |
|
|
