Всё, что будет ниже, состоит из трёх частей:

того, что я наблюдал лично;

рассказов местных жителей;

информации из видео и местных пабликов, которую я самостоятельно подтвердить не могу.

Поэтому я не утверждаю, что всё произошло именно так. Но история получилась настолько странной, что я решил её рассказа. Живу ж я на границе дыныры и рф. До границы, по разным оценкам, около двадцати километров. Из-за своего расположения город давно считается своеобразным логистическим хабом.

Через него постоянно кто-то ехал, что-то перевозили, кого-то распределяли. Особенно много здесь было военных, связанных с ДНР. Их могли привозить, временно размещать, сортировать по подразделениям, а затем отправлять дальше. Вокруг города находились разные объекты, места временного размещения и прочая инфраструктура.

В какой-то момент даже начали строить что-то вроде санатория или большого комплекса для военных. Поэтому к колоннам машин, грузовикам и различной активности местные жители давно относились относительно спокойно.

Но в конце зимы — начале весны этого года по городу поползли довольно странные слухи.

Слухи о стройке за городом

Люди начали рассказывать, что где-то за городом якобы строят огромный подземный объект.

Кто-то называл его военной базой. Кто-то — складским комплексом. Кто-то вообще говорил, что там создаётся целый подземный город.

Разумеется, большинство воспринимало это как типичные местные слухи.

В небольших городах такое постоянно происходит. Кто-то увидел ночью несколько грузовиков, пересказал соседке, соседка добавила подробностей, а через неделю уже половина города обсуждает строительство секретного бункера размером с Москву.

В основном эти истории рассказывали пожилые люди:

«Я видела, туда ночью цистерны с топливом ехали».

«Там какие-то огромные кабели прокладывают».

«Машины идут постоянно, но только ночью».

«Туда завозят бетон, трубы и генераторы»

«Возле того места усилили охрану».

Насколько это соответствовало действительности, никто не знал.

Лично я никакого подземного города не видел. Да и большинство людей, которые распространяли эти истории, тоже не могли показать ни фотографий, ни точного места, ни каких-либо других доказательств.

Поэтому слухи постепенно превратились в городской фольклор.

Одни говорили, что там обычные склады. Другие считали, что строят защищённое хранилище топлива. Третьи вообще смеялись и говорили, что местные бабушки пересмотрели фантастических фильмов.

А потом началось лето.

В город внезапно вцепились

Примерно с конца июня или начала июля по городу и его окрестностям начали наносить удары с такой интенсивностью, какой раньше здесь практически не было.

До этого прилёты тоже случались. Война всё-таки идёт не первый год. Люди уже привыкли.

Но в этот раз всё выглядело совершенно иначе.

Начали гореть заправки. Практически каждый день вокруг города можно было увидеть огромные столбы дыма и огня. Били по энергетической инфраструктуре, дорогам, железнодорожным объектам и каким-то точкам за пределами города.

Иногда создавалось ощущение, что город просто методично изолируют.

Свет почти исчез.

Его могли включить на несколько часов, а потом снова отключить. Иногда электричество появлялось на три-четыре часа в сутки, иногда его не было значительно дольше. С водой происходило примерно то же самое, потому что без электричества нормальная работа насосов становилась невозможной.

Постепенно город вошёл в состояние почти полного блэкаута.

Продолжалось это около месяца, возможно немного дольше. Точные сроки сейчас назвать сложно, потому что в такой обстановке дни быстро начинают сливаться.

Просыпаешься — света нет.

Проверяешь воду — воды нет.

Телефон почти разряжен.

Интернет либо отсутствует, либо работает урывками.

На улице снова что-то гудит.

Где-то очередной взрыв.

А вечером люди обсуждают, какую заправку сегодня подожгли и где ещё можно найти бензин.

Бензин стал отдельной проблемой

Генератор сам по себе ничего не решает, если тебе нечем его заправлять.

Первое время многие пытались продолжать жить как обычно. Владельцы магазинов запускали генераторы, люди заряжали технику, холодильники старались поддерживать хотя бы несколько часов в день.

Но топливо быстро превратилось в дефицитный ресурс.

Часть заправок была повреждена. До некоторых невозможно было нормально добраться. Поставки нарушились. Там, где бензин появлялся, возникали очереди.

Маленькие магазины и сервисы начали закрываться не потому, что их разбомбили, а потому, что они просто не могли оплачивать постоянную работу генераторов.

Люди тоже начали экономить топливо. Генераторы включали только на короткое время: зарядить телефоны, охладить продукты, набрать воду, запустить насос.

Полки в магазинах полностью не опустели, но ассортимент заметно сократился. Некоторые товары пропадали, некоторые быстро дорожали, а что-то просто переставали завозить.

В город стало сложнее что-либо привезти. Из города — сложнее вывезти.

И вот тут люди начали задавать главный вопрос:

Почему именно наш город?

Почему нас так методично били?

Да, город имеет логистическое значение.

Через него проходят дороги. Есть железнодорожные развязки. Через него перемещаются люди, техника и грузы. До границы недалеко.

Но подобных городов в регионе ещё пару тройку. Но там все как обычно было.

Здесь же создавалось ощущение целенаправленной блокады.

Уничтожались или повреждались заправки.

Нарушалось электроснабжение.

Возникали проблемы с водой.

Били по железнодорожной и дорожной инфраструктуре.

Одновременно что-то постоянно происходило за городом.

Разумеется, на фоне отсутствия нормальной информации люди начали придумывать собственные объяснения.

Кто-то говорил, что в администрации сидят украинские агенты и передают координаты.

Кто-то утверждал, что весь город «продали бандеровцам».

Кто-то был уверен, что украинская разведка купила половину местных чиновников.

Другие считали, что удары наносятся исключительно ради запугивания населения.

Были и более приземлённые версии: город просто используется как логистический узел, поэтому украинская сторона решила нарушить снабжение и транспортное сообщение.

Лично мне последняя версия казалась наиболее логичной.

Но даже она не до конца объясняла интенсивность происходящего.

Люди уже не столько боялись, сколько находились в состоянии полной растерянности. Многие говорили примерно одно и то же.

«Мы понимаем, что здесь война. Но почему именно сейчас и почему настолько сильно?»

За месяц у людей заметно изменилось настроение. Про это след пост накидаю.

После примерно месяца такого существования интенсивность ударов резко снизилась.

Не постепенно, а довольно резко, буквально за день-два.

За два-три дня начали восстанавливать электричество. Потом более-менее вернулась вода. Возобновилась работа магазинов. Стало проще с топливом. Город начал возвращаться к относительно нормальной жизни.

Не к довоенной, разумеется. Здесь понятие «нормальная жизнь» давно стало условным.

Но разница ощущалась колоссально.

Ещё недавно каждый день что-то горело, гудело и взрывалось. Люди заряжали телефоны от автомобилей и собирали воду во всё, что могли найти.

А затем удары практически прекратились, свет восстановили и город снова заработал.

Я тогда подумал:

Неужели они действительно били по какой-то конкретной цели и в итоге её уничтожили?

Другого очевидного объяснения у меня не было.

Видео о том самом «подземном городе»

Примерно через неделю или полторы после этого по местным пабликам и личным перепискам начало распространяться видео.

Мне его переслали знакомые. Кто был его первоначальным автором, я не знаю. В одних сообщениях утверждалось, что это материалы украинской разведки. В других — что это видео какого-то украинского военного подразделения.

На видео рассказывалось, что за нашим городом действительно находился крупный подземный объект.

Не просто небольшой бункер или склад, а якобы целый подземный логистический комплекс, который в местных пересказах сразу начали называть «подземным городом».

Согласно этой версии, через него снабжалась значительная часть подразделений ДНР.

Там якобы хранились:

топливо;

газ;

продовольствие;

боеприпасы;

технические материалы;

оборудование;

другие запасы, необходимые для снабжения фронта.

Также утверждалось, что объект охраняло большое количество военных и обслуживающего персонала.

Цифры назывались разные. Кто-то говорил о 600–700 погибших. Кто-то — примерно о тысяче. Никаких надёжных подтверждений этим цифрам я не видел, поэтому относиться к ним как к установленному факту нельзя.

Но общая версия звучала так: украинская сторона заранее знала точное местонахождение комплекса и в течение нескольких недель методично уничтожала не только сам объект, но и всю связанную с ним логистику.

Именно поэтому атаковали железнодорожные развязки.

Именно поэтому нарушали электроснабжение.

Именно поэтому город пытались отрезать от нормальных поставок.

Сначала уничтожили маршруты снабжения и инфраструктуру вокруг, затем добивали сам объект. А после того как цель была уничтожена, интенсивность атак резко снизилась.

Я не могу сказать, правда это или красивая версия, появившаяся уже после событий.

Но она пугающе хорошо объясняла то, что происходило у нас на протяжении месяца.

Получается, секретный объект был секретным примерно для всех, кроме местных бабушек и украинской разведки.

Был ли там настоящий подземный город?

Честно — я не знаю.

Но несколько вещей я знаю точно.

В конце зимы и начале весны люди действительно говорили о масштабной стройке за городом.

Ночью действительно наблюдалось движение тяжёлой техники, цистерн и грузовиков.

В начале лета город действительно начали атаковать с необычно высокой интенсивностью.

Город действительно почти месяц жил без стабильного света и воды.

Заправки и логистическая инфраструктура действительно становились целями.

После нескольких недель ударов атаки действительно резко ослабли.

А затем появилось видео с рассказом о якобы уничтоженном подземном комплексе.

И это ещё не самая странная часть

За время блэкаута я от скуки помогал работать в шаурларке, истории с которого, я писал.

За несколько недель я увидел полный набор человеческих реакций: панику, агрессию, отрицание, фанатизм, цинизм, взаимопомощь и абсолютный бытовой сюрреализм. Про это ща накидаю отдельно.

В Пензенской области вновь фиксируются случаи принудительной отправки мужчин на войну. В связи с этим жители поселка Башмаково, расположенного примерно в 130 км от Пензы, создали народную дружину для защиты односельчан от вербовщиков, которые задерживают мужчин на улицах и принуждают подписывать контракт с Минобороны. Об этом сообщил пензенский блогер Станислав Морозов, опубликовавший два видео, на которых, предположительно, местные жители отбивают мужчин у вербовщиков.

Две жительницы Башмаковского района подтвердили «7×7», что практика насильственной отправки мужчин существует как минимум с весны 2026 года. Одна из собеседниц утверждает, что если вербовщики по ошибке задерживают несовершеннолетних, их «просто избивают и оставляют в лесу». Еще одна женщина рассказала изданию, что полтора месяца назад на войну отправили ее родственника Виктора Балашова. По ее словам, мужчину доставили в военкомат Октябрьского и Железнодорожного районов Пензы, избили и вынудили подписать контракт.

Еще один случай «7×7» описала местная зоозащитница: 3 марта в селе Подгорное сотрудники администрации забрали из дома находившегося в состоянии алкогольного опьянения Сергея Милкина и, несмотря на проблемы с сердцем, отправили на войну, а уже 27 марта он погиб. Соответствующий пост его жены Елены Павловой сохранился в местном паблике.

Как утверждает родственница Балашова, в народную дружину вступили около 250 жителей Башмакова. Они собирали деньги, распространяли информацию и организовывали дежурства в поселке и соседних селах. Женщина считает, что выполнение плана по набору контрактников контролирует глава Башмаковского района Тамара Павлуткина. По ее словам, 27 июля нескольких участников дружины вызвали в полицию и пригрозили «всех закрыть», если они продолжат свою деятельность.

В приемной районной администрации «7×7» заявили, что «в районе все спокойно», а о существовании дружины и вызовах в полицию там слышат впервые. Соединить журналистов с Тамарой Павлуткиной сотрудники администрации отказались.

О том, что в Пензенской области активизировались облавы на мужчин, которых ловят и заставляют отправляться на фронт, стало известно в июне. В начале июля ФСБ возбудила против Морозова уголовное дело о «призывах к экстремизму» — за ролик, где блогер призывал пензенцев сопротивляться сотрудникам военкоматов.

The Moscow Times - https://ru.themoscowtimes.com/2026/07/28/vpenze-vozobnovili-prinuditelnuyu-mobilizatsiyu-nasvo-a202027

Сбербанк наблюдает дефицит рублевой ликвидности на российском межбанковском рынке из-за бьющего рекорды оттока в наличные, заявил в среду зампред правления, финансовый директор банка Тарас Скворцов.

С начала июля объем «кэша» в обращении вырос «почти на 600 млрд рублей», сказал он на конференц-звонке с аналитиками: «Это абсолютный рекорд и в этом году месячный, и вообще исторически максимальный июль».

«Проблема основная связана с двумя факторами. Первый — это повышение налогов. Мы все еще ‌не адаптировались до конца к новым ставкам. Я имею в виду мы — российская экономика, малый бизнес. И второе — это тезисы, которые идут от некоторых политиков, в том числе популярных, о том, что давайте заберем вклады, давайте заморозим и так далее», — пояснил Скворцов.

По словам банкира, это привело к напряженности на межбанковском рублевом рынке, где ставки держатся выше ключевой ставки ЦБ РФ. «Вот последние больше года таких долгих периодов, подобной ситуации не было. И мы предполагаем, не исключаем, что и дальше будет такая ситуация», — сказал Скворцов. В этих условиях важно, что ЦБ поддерживал банки финансированием, в том числе на короткий срок, подчеркнул он (цитаты по «Интерфаксу» и Reuters).

По данным самого Центробанка, в июле структурный дефицит ликвидности банковского сектора РФ достигал 2,4 трлн рублей — максимума с марта 2022 года, когда вкладчиков охватила паника и они выстраивались в очереди перед банковскими отделениями, чтобы забрать свои деньги. С начала июня ЦБ влил в банковскую систему 1,6 триллиона рублей дополнительных кредитов, в том числе 1,2 трлн рублей по операциям репо. В середине месяца задолженность банков перед регулятором достигала 7,4 трлн рублей, а к 29 июля снизилась до 6,7 трлн, следует из его статистики.

Дефицит ликвидности банковской системы устойчиво держится выше 2 трлн рублей (2,2 трлн на 29 июля), отмечает аналитик ИК «Велес Капитал» Юрий Беликов. «Основным каналом чистого оттока ликвидности по-прежнему выступают наличные деньги в обращении», — подчеркивает он. С начала июля из банковской системы в «кэш» ушло еще 584 млрд рублей, приводит статистику Беликов, а с начала года — около 2 трлн.

По словам Скворцова, проблема ухода в наличность — это проблема не только ЦБ, она глубже и заключается в коммуникации власти с бизнесом. «В наших интересах, всех участников рынка финансового, как можно быстрее привести (этот тренд) к снижению и максимально сократить отток в наличность, потому ‌что это достаточно серьезная проблема сегодня для всех», — сказал банкир.

The Moscow Times - https://ru.themoscowtimes.com/2026/07/29/sereznaya-problema-sber-zayavil-onehvatke-rublei-ubankov-iz-za-rekordnogo-ottoka-vnalichnie-a202147