На падение башни гостиницы "Украина"




Ночная грязная Москва,
Тебя бранить язык устанет.
Когда-нибудь найду слова,
И ты поймёшь, что я права,
И пусть тебе хоть стыдно станет
Что мне здесь дышится едва.
Падут, как срубленные ели
И все творенья Церетели,
И всё, что выстроил Лужков.
Так, может быть и впрямь, жестоко,
Погиб несчастный Вавилон
Но хоть и был заносчив он,
Всё ж до Москвы ему далёко.
Он был не столь уж развращён,
И много более приличен.
Хоть, как мы знаем, был отличен
Не только сбором всех племён,
Но долгостроем безобразным,
Архитектурно несуразным,
И хлипким, что важней всего.
Жаль, всё-таки несообразным
Был гнев, разрушивший его.
В среде вокруглитературной,
Столичной жизни рафинэ,
С повадкой якобы культурной
Блистать могла бы я вполне
В нелепице архитектурной!
Но волей злого дурака
Ни древнего особняка,
Ни парка скоро здесь не будет.
Бетонных монстров тесный ряд.

Кто прав, кто в этом виноват,
Пусть всех история рассудит.
Гляжу на панораму крыш
И думаю: «В Париж, в Париж…»
Но почему мне так обидно?
Ведь знали и сестра и брат -
Просить бессмысленно и стыдно…

Лопахин, пощади мой сад…

Пушкин