Следующий тост - за великую русскую литературу!

   Тим читал вчера Ивана нашего Сергеича, читает он медленно,
никак не может дойти до дела, пришел с вопросом: Санин тоже подлецом
окажется? Как меня порадовало это «тоже»! Бедный, бедный Иван Сергеич,
вечный сиделец на краю чужого гнезда… Где ж ты, положительный герой
русского романа, отзовись, дай ответ… Не даёт ответа. «Ах, почему в
России мало талантов авторских, мой друг?..»((с) Щербаков) и такое
бесконечное количество графоманов, у которых только и можно найти тебя,
положительный герой. Но кому ж ты нужен, взятый оттуда, недостоверный,
немотивированный и несимпатичный. Кому может быть симпатичен герой без
рефлексии? Сильный, смелый и принципиальный. Это уже герой советского
романа, из тех, которые к русским романам причисленными быть не могут.
Впрочем, нет. Ты говоришь о положительном типе (не о литературном типе,
а так, о типчике эдаком). Стало быть, рассматривай не плюсы, которых
нет, а минусы, которые есть. То есть гадкие черты, всякое фи. И таки да
– кого не возьми из симпатичных (тех же ивансергеечевых) – все слабы,
трусливы и беспринципны. Но есть ведь еще и Онегин с Печориным, этих
ребят слабыми не назовешь. Ну Ленский и Максим Максимыч, которые не
герои, по человечески как-то приятнее. Конечно, я вам не скажу за всю
Одессу, мне (читай – тебе) эгоистичные гады, лишние, но харизматичные,
человеки всё ж милей. Всё, запуталась, не фиг потому что претендовать
на объективный анализ. Поганяй имху имхою и взятки гладки с тебя.

    Позвольте возразить, ничего ты не запуталась. Различай,
что милей и ближе, а что - положительный герой. То есть кто. Печорин
душка? Определенно. Положительный? Нет, такой же желчный провокатор,
как и Михаил Юрьич. Лаевский так понятен, близок, жалок, - кого и не
любить, как его, подлеца. Правда, возвращаясь к романам и к Ивану
нашему Сергеичу, его главных любить трудно. У меня (читай – тебя) не
получается. В отличие от главных Гончарова. Вот ведь два отличных парня
– Илья Ильич и Адуев-дядюшка. Райский только подкачал, он какой-то из
саниных-ганиных. А вот интересно, Гагин из «Машеньки» - не Тургеневу ли
поклон? Спецы по Набокову, ау…

   Вот, любимого вспомнила, в смысле Гончарова. Про диванную спинку:

 - Я не ломал, - отвечал Захар, - она сама изломалась; не век же ей быть: надо когда-нибудь изломаться.

    И ещё Захар :


 А сам, кажется, думал: «Да и что за спанье без клопа?».


   А самый кайф, не удержусь :

А где немцы сору возьмут, - вдруг возразил Захар. - Вы поглядите-ко,
как они живут! Вся семья целую неделю кость гложет. Сюртук с плеч отца
переходит на сына, а с сына опять на отца. На жене и дочерях платьишки
коротенькие: все поджимают под себя ноги, как гусыни... Где им сору
взять? У них нет этого вот, как у нас, чтоб в шкафах лежала по годам
куча старого, изношенного платья или набрался целый угол корок хлеба за
зиму... У них и корка зря не валяется: наделают сухариков, да с пивом и
выпьют! Захар даже сквозь зубы плюнул, рассуждая о таком скаредном
житье.

   Вот. А ты «герой, герой»…