Тата сидела на краю бассейна. Она была очень несчастна.
Только вчера она вымолила у мамы чудного зеленого черепашонка, умеющего качать головой, с рубиновыми глазками навыкате. Накануне Тата долго не могла заснуть, разговаривала с ним в кровати, пока мама его не отняла. Утром черепашонок кивал Тате с тумбочки как лучший друг, обещая долгий день и счастливую жизнь. Теперь он лежал на дне бассейна, на чудовищной глубине, недосягаемый и такой же одинокий, как хозяйка. Тате казалось, что черепашонок укоризненно кивает ей со дна.
Слёзы стояли в глазах и никак не хотели проливаться. Сквозь них Тата увидела маму, почти бежавшую вдоль белых лежаков, задевавшую чужие ноги, растерянно извиняющуюся. Мама искала Тату, и Тате захотелось исчезнуть.
- Господи, Татка, я же просила не уходить из виду… Почему ты крылышки сняла?.. Наказание, в последний раз с тобой еду…, - тут мама осеклась, потому что душившие девочку слёзы наконец прорвались, и Тата зарыдала взахлёб, уткнувшись в мамин живот. Тата плакала от жалости к себе, черепашонку, всему слабому и беззащитному, прижимаясь к маме изо всех сил. Захлебываясь, она рассказывала о том, как взрослые девочки, до сих пор ее не замечавшие, подплыли к ней и попросили посмотреть черепашонка, как потом стали перекидывать его друг другу, уронили на дно бассейна и уплыли не оглянувшись, и как она, Тата, одинока и потеряна в этом враждебном мире. Мама молча гладила дочкины мокрые волосы и пухлые плечики, потом вытерла двумя пальцами Татин нос и неловко плюхнулась в бассейн. Игрушку мама достала со второго раза.
Они вернулись к своему лежаку под зонтиком. Шмыгая носом, Тата крепко прижимала возвращенное сокровище к груди. Мама обтерла дочку полотенцем, усадила в тень и достала из сумки мобильник.
Двенадцать тридцать. Батарея заряжена. Ни одного неотвеченного звонка. Конечно, отошла-то минут на пятнадцать всего…
Мама поёжилась, хотя тропическое солнце стояло в зените…




Главное - черепашонка достали. Хорошо, бассейн неглубокий был. Или мама-Ихтиандр:)