...
David Tuller “Cracks in the Iron Closet”.

После пионерлагеря отчитался о проделанной работе: показал родителям монструозную деревянную ложку (занимался в кружке), допотопный противогаз в сумке (украл после военной игры, прятал в траве у забора) и с выражением прочитал стишок:
Ты какой-то не такой
Ты наверно голубой
Не пойду гулять с тобой.
Вторую строчку, которая "писю трогаешь рукой", пропустил из цензурных соображений. Родители переглянулись и спросили: «Саша, а кто такие голубые?» Я сказал то, что знал: «Это те, кто волосы красят.»

Возле станции Краснопресненской видел салон красоты "Гея" с замечательной вывеской:

САЛОН

Красоты
Гея

Подписал однажды петицию, чтобы геев брали в бойскауты.

Так вот. Интересуясь темой "Россия глазами иностранцев", прочитал книгу одного гомосексуального деятеля из Лос Анжелеса. Узнал много нового: что бассейн "Москва" был злачным местом, что Горький, желая отомстить за совращенного сына, ходатайствовал за статью против мужеложества, что туалет в Александровском саду на гомосексуальном жаргоне назывался аж "взлетно-посадочная полоса номер один", а Петр Первый не мог заснуть, не положив голову на мужской живот, что при перемене пола сперва имя меняется на женское, а потом уже на государственные деньги отчекрыживается лишнее и так далее. Расмешило признание, что летел Дэвид с миссионерским намерением поведать затурканым гей-славянам про айдентити и что "в этом нет ничего дурного", но оказалось, что те давно не комплексуют, и вопрос о больших негритянских хренах интересует их гораздо больше чем айдентити, прайваси и сосаяти.

Представляете, автора ограбили кавказцы-гомофобы в грузинском ресторане "Zaidi i Proprobui".

"During the years before perestroika, every Soviet city had not only a pleshka, but also a marshrut - a network of downtown streets, hotel lobies, and metro stations frequented by homosexuals. The circuit also included toilets as "the golden ring", a punning reference to a major tourist attraction - the circle of medievel Rusisian cities surrounding the capital. One of the toilets had been the site of a ladies millinery shiop, so "to go buy a hat" meant a cruise in that location. Another went by the nicname "Indian tomb". The premier toilet, right under the walls of the Kremlin at the edge of Red Square, was dubbed "Landing Strip Number One".

В иных местах переставал понимать, кому что отрезали, куда трансплантировали и какого рода он/она/оно получился (автор встретил даже лесбияна из анекдота, который любил женщин, но любил их как женщина), но нельзя сказать, что книга только про "это дело". Есть и менее экзотические воспоминания.

"Though by American standards I consider myself to be open and emotionally expressive, in Moscow I sometimes felt like a carbon copy of a person: pallid, stodgy and hopelessly boring."

"I strolled down to Lubyanka, the square named for the massive KGB headquarters squatting on the corner. Children's World, a famous toy and clothing store, hunched directly opposite. The bizarre juxtaposition of these two icons of the Soviet life - the one filled with gifts for children who might, as adults, disappear into the other - struck me as an eloquent expression of totalitarian insanity."

"When recounting a story or adventure, Russians usually revert to the present tense, a verball quirk encountered far less frequently in English."