|
| |||
|
|
кнспрлг Джемаль: Методологическая ошибка политических аналитиков состоит в том, что они по старинке мыслят «государствами»: что сделает Россия, чего хочет США, о чем думает Китай и т.п. Такой подход был уместен разве что в XIX веке, да и то с оговорками. До наступления Нового времени (в 1789г.) страны и народы были только фишками, на которые играли друг с другом правящие дома – Бурбоны, Габсбурги и т.д. После Первой мировой войны буржуазные национальные государства, оформившиеся за предыдущее столетие благодаря «сильному и холодному ветру на юге Франции» (так переводится слово «мистраль», но мы, конечно, имеем в виду Наполеона Бонапарта) опять превратились в условные обозначения на географической карте, в которые играют кланы, образующие верхушку мировой элиты. Поэтому бессмысленно ставить вопрос «Чего хочет Америка?». США сегодня – это такая же виртуальная площадка (и даже, возможно, в гораздо большей степени!) как какая-нибудь Нигерия: внутри нее также действуют кланы, влияние и задачи которых не совпадают с так называемыми «национальными интересами». Более того, «национальные интересы» – это способ формулировать приоритеты клановой стратегии так, чтобы было понятно человеку с улицы. и он же про масонский след в египетских событиях а у него в каментах ваще чего тока нет В России люди гибнут от клещевого энцефалита, а ведь это последствия биологического оружия, использованного японскими милитаристами в 30-е годы для ослабления боеспособности Красной Армии на Дальнем Востоке СССР. Вирус клещевого энцефалита был открыт тогда специальной экспедицией, которую финансировала армия - комиссары запаниковали, когда среди солдат стало распространяться неизвестное заболевание. Оказалось, что для российского клещевого энцефалита ближайшим родственным является энцефалит Б, открытый в Японии в 20-е годы во время эпидемической вспышки. Переносчиком там служил комар, а само заболевание имело эндемический (локально-местный) характер. Российский клещевой энцефалит, начиная с 30-х годов ХХ века, распространился с Дальнего Востока по всей Сибири вплоть до Восточной Европы. Версия о причастности японских военных микробиологов к появлению новой смертельной болезни возникла с самого начала, но подтверждение она получила после окончания Второй Мировой войны. Особым направлением следствия над японскими военными преступниками было выяснение обстоятельств деятельности лаборатории военных микробиологов "отряда 731" Квантунской армии в Манчжурии. Начиная с 1935 года в секретном городке в 20 километрах от Харбина от варварских опытов погибало ежегодно до 600 подопытных — русских и китайцев, а также изредка американские и английские военнопленные. К 1939 году был сооружен целый завод по производству бактерий чумы, холеры, сибирской язвы, брюшного тифа. Следы преступлений скрыть не удалось: собранные свидетельства вошли в материалы Хабаровского процесса 1949 года, однако основные материалы следствия остаются до сих пор засекреченными, обвинение японских милитаристов в распространении у нас зараженных энцефалитом клещей ни разу не звучало официально. А ведь речь идет не о мифе, а о серьезном обоснованном обвинении, которое может и должно быть проверено в ходе специального следственного исследования под эгидой соответствующих российских и международных организаций! Об этом: http://poluyan.livejournal.com/12140.ht |
||||||||||||||