Православной Церкви на Донбассе очень непросто
в деталях не соглашусь (например, с тем, что там в заг вынесли),  но в целом - правильный батюшка и хороший:

- Ну, это первая война в моей жизни, надеюсь, что и последняя. Ко многим проблемам военного времени мы оказались не готовы. Но как священнику мне было проще других - Тот, кому я служу — Господь Иисус Христос, Он ведь никуда не ушел. То есть поменялась обстановка, флаги, но я делал то, что должно делать священнослужителю. Несмотря ни на что, я оставался гражданином страны и отцом семейства. Это помогло сохранять общее направление, постоянно реагировать на меняющуюся обстановку в Донецке и определяло все мои дела летом 2014 года, когда мы делали все, что в наших силах. Те ценности, которые мы прививали долгое время в Донецке, связи с хорошими добрыми людьми, в том числе с журналистским сообществом — все, к сожалению, стало уходить. Яркие журналисты вынуждены были покинуть город, вместо журналистики пришла пропаганда. Почетные горожане также не поддержали все происходящее. Вместо них появились те люди, которые хотели войны. Мы остались с этим один на один в городе.

У меня было несколько серьезных встреч, когда были попытки освобождения заложников и пленных, приходилось общаться с полевыми командирами. В тот момент вряд ли чувствовал реальную опасность, до конца не оценивал последствия — действовал по ситуации, как священник, понимая, что пришло, наверное, время испытаний. Делал это не для великой идеи, а просто понимая, что можешь кому-то помочь, хотя бы воды привезти в больницу – бери и делай. А потом этих возможностей становилось все меньше и меньше, стали рваться социальные связи, а новые устанавливать и не хотелось.

<...>

- Неприятный, наверное, вопрос, но как бы прокомментировали случаи, когда кто-то из священников УПЦ МП повели себя не как священники, не как граждане Украины, а призывали к предательству, благославляли боевиков?

- Есть несколько мифов о Церкви, и одно из заблуждений - это то, что высказывания одних священников являются мнением всех остальных. Природа Церкви — сетевая. Если вы думаете, что в Церкви одно мнение, то глубоко ошибаетесь. Общий у нас только Символ веры. Это то же самое, что сказать, что все пользователи Фейсбука имеют одинаковое мнение, если у них стандартный профиль [тут правильнее было бы сказать не "имеют одинаковое мнение", а "подлежат коллективной ответственности" - altrfr]. Есть, конечно, священноначалие, которое озвучивает некоторые вещи, а есть конкретный человек, его простая приходская жизнь, где он живет своей реальностью, он пришел в Церковь, ища спасения. У нас в УПЦ деление не на проукраинских и пророссийских. У нас совершенно другие категории и классификация - есть сельский батюшка, есть городской, есть образованный, есть необразованный, есть откровенные коммерсанты и есть нестяжатели, которые готовы все отдавать, есть молодые активисты и созерцательные старцы.

Но есть и люди, да, они есть, я не отрицаю, которые решили проявить свою политическую позицию в новых условиях, забыв, что у них есть сан и обеты, которые они давали перед Евангелием и Крестом. Таких человек 10-15 наберётся во всей Донецкой области. Плюс ещё «гастролёры» из России, часто заштатные или запрещённые в служении, эдакие православные «солдаты удачи».

На самом деле Православной Церкви на Донбассе очень непросто. Потому есть колоссальные ожидания от новых «властей» непризнанных республик, но Церковь не отвечает этим ожиданиям. Им бы хотелось встроить Церковь в некую государственную структуру, но этого не происходит. То есть на территории, неконтролируемой украинской властью, по-прежнему действует Украинская Православная Церковь — и все. Священноначалие сохраняет довоенную структуру церковно-государственных отношений – «Церковь отделена от государства» и всячески противится вмешательству во внутренние дела церковных общин.

Причем границы епархий не поменялись, они не совпадают с картой Минских соглашений. Духовенство находится на своих местах, совершаются богослужения, требы. Есть небольшой отток, кто-то уехал в Украину, кто-то в Россию, кто-то уже 2 года ездит туда-сюда к своим семьям, но 90% духовенства остаются на своих местах. Мотивы, понятно разные, кто-то адаптировался к войне, кому-то банально просто некуда ехать.

<...>

- У боевиков есть подразделение, которое называется «Русская православная армия», почему Церковь публично от нее не дистанцируется?

- Я лично, будучи пресс-секретарём Донецкой епархии, общался со священником, который по личной инициативе пришел к этим людям с намерением их окормлять. Ну так они его, мягко говоря, послали. Вот батюшка-инициативщик и сокрушался по этому поводу. То есть у этой «РПА» нет священников, это какая-то парадоксальная структура. О том, что Церковь не имеет к ним никакого отношения, на самом деле неоднократно официально заявлялось от имени отдела внешних церковных связей УПЦ.

<...>

Кстати, в Луганской области был такой случай, когда заштатного митрополита, владыку Иоанникия, который страдает болезнью и уже давно не управляет епархией, а просто находится на покое, привезли на инаугурацию Плотницкого, дали в руки иконку — «благослови». А архиерей даже не знает, кто перед ним, зато картинка для СМИ получилась красивая.

Тут такая тонкая вещь — сами-то они (боевики — ред.) понимают, что их не сильно жалуют. Были факты, что не найдя поддержки у местных священников, они вынуждены были прибегать к услугам заштатных священников из России. Есть такой «игумен Афанасий», который весной 2014 года приехал захватывать Донецкую ОГА, считая это своим долгом. Вместо пользы принёс вред.

Священник не может отказать в исповеди, венчать, если люди православные, или крестить детей. Я и венчал, и крестил, и исповедовал и "ополченцев", и участников АТО. Но освящать оружие — это без меня.

итп http://www.62.ua/news/1303844


кст: мама Клыха: моего сына в российской тюрьме склоняют к принятию ислама


офф-т:
отлично

отсюда

говорю, вот где невест искать: ты потом бухаешь, а она только рада и подругам хвастает: "Мне муж новую пробку справил!"


+++
В конце 1920-х годов врач Алексей Замков проводил эксперименты по применению мочи беременных в лечебных целях, создав в итоге препарат «гравидан». Замков испытал гравидан на себе, обнаружив сильное тонизирующее влияние препарата на состояние психики. По его собственным записям: «Будто выпил бутылку шампанского! Длился этот подъём, ну, дней 10. А подопытная фауна неистовствовала. Старый рысак, которого готовили к забою, после инъекции показал рекордную резвость. Всякая тварь крепла, плодилась и размножалась, как в раю».
Сведения о необычном препарате (в немалой степени усилиями М. Горького) дошли до высшего руководства страны и постановлением ЦК ВКП(б) в мае 1932 года Замков был назначен директором специально созданной лаборатории урогравиданотерапии, его пациентами стали известные советские политики и деятели культуры — Молотов, Калинин, Клара Цеткин, Максим Горький и др. В нескольких больницах Москвы начали открываться так называемые «гравидановые точки», где практиковалось лечение препаратом Замкова. В Хотьково для производства гравидана был создан Совхоз Урогравиданотерапии, который возглавил Замков. Позднее совхоз реформирован в Государственный институт урогравиданотерапии. На волне популярности гравидан применялся для лечения практически любых заболеваний. С 1936 года в прессе начали появляться публикации против деятельности Замкова, однако в связи с тем, что его жена Вера Мухина работала над созданием скульптуры «Рабочий и колхозница», Институт урогравиданотерапии был ликвидирован только в 1938 г. https://www.facebook.com/singingfoot/posts/1250688844943444


+++
ноу комментс, запомнить. Суки.

спокойной ночи