| Уехал в другой город – точно умер (из сургутских заметок) |
[Nov. 7th, 2011|12:07 am] |
В каждую из своих долгих отлучек из родного Екатеринбурга ловил себя на мысли о том, что дальняя командировка сродни смерти. Ведь что такое, по сути, смерть? Ты выпадаешь из привычного течения времени, выключаешься из привычных связей, исчезаешь из мест, где обычно пребываешь – тебя нет больше дома, нет на рабочем месте, нет в любимом баре, где ты любишь просиживать пятничными вечерами. Твоим близким легко проверить в такой период, каково это – не видеть тебя долгое время, не общаться с тобой, не пожимать тебе руку, не хлопать тебя по плечу, не рассказывать какую-нибудь ничего не значащую ерунду и не жаловаться на нахлынувшие неприятности. Чем это не смерть?
Но командировка сродни смерти чаще всего для окружения человека, отбывающего в командировку. Для самого командировочного такая поездка, напротив, насыщает жизнь, привносит в нее новые знакомства, новые впечатления, новые знания. Но не наша поездка в Сургут. Вот она обладает специфическими свойствами, которые лично меня заставляют почувствовать себя умершим. Ведь работать приходится под землей, примерно на той же глубине, на которой закапывают обычно гробы. К тому же, когда спускаешься в колодец, где пролегают каналы для телефонного и интернет-кабелей, ты на весь мир начинаешь смотреть с того ракурса, с какого смотрел бы из опускаемого в могилу гроба покойник (если бы он вообще мог смотреть). Небо становится еще дальше, сужается до размеров крупного глобуса. Дома становятся еще выше и кренятся сильно. Трава по краям колодца-могилы нависает над тобой густым лесом. В коротких паузах между протяжкой кабеля можно услышать, как ветер с тихим шелестом перебирает ее мягкими лапками. А еще можно рассмотреть в подробностях мураша, взбирающегося на травинку.
Как ни странно, за этими размышлениями я не улавливаю ни страха, ни отчаяния. Наоборот, в минуты, когда в голову взбредает мысль о том, что примерно такая вот она, смерть, становится как-то спокойно на душе, все горести отступают и даже осточертевший кабель не кажется больше ненавистным. Наверное, смерть не так уж и плоха. Особенно если воспринимать ее как поездку, как командировку в какой-то неизведанный еще город. Как очень длинную командировку. |
|
|
