| Павел Литвинов о Вадиме Кожинове |
Jan. 26th, 2009|11:25 pm |
Павел Ливинов у Шендеровича на Радио "Свобода":
[...] 63, вот такие годы. Потом я подружился, в основном мы пьянствовали вместе с Юзом Алешковским, с которым мы продружили много лет. И как-то были в Москве в то время, если интересовался человек искусством, мне мама внушила любовь к поэзии, это все как-то естественно пересекалось. И был у меня замечательный знакомый, старший товарищ, вы сейчас будете поражены, когда услышите его имя, который меня ввел более интенсивно в массу разных культурных, неофициальных искусств круги. Его звали Вадим Валерианович Кожинов.
Виктор Шендерович:
Поразительно!
Павел Литвинов:
Но это факт. Я должен отдать должное, что это был энтузиаст. Я от него услышал впервые, он пел песню Окуджавы, я у него видел первый раз, читал стихи Сапгир.
[...]
Там были еще такие люди как Гачев, Шрагин, был замечательный круг. И в общем все, что я потом нашел, более поздние мои друзья, как Лариса Богораз, Горбаневская. С Горбаневской я в первый раз тоже познакомился у Кожанова, она читала стихи.
[...]
Были совершенно поразительные вещи, я массу услышал вещей о структурализме, массу вещей об искусстве и движениях. Он был такой энтузиаст.
И тогда я не замечал в нем ни антисемитизма, ни русского национализма, в нем были некоторые качества, которые мне не нравились, но, безусловно, он был очень привлекательным человеком.
Виктор Шендерович:
Раз мы случайно задели эту мину-растяжку, как это появляется - антисемитизм? У меня есть такая версия, может быть немножко примиряющая, такая миролюбивая версия о том, что это разновидность болезни, о что человек, приличный, хороший человек может это подцепить как какую-то дурную болезнь при случайных обстоятельствах, и он не очень отвечает за это, не очень виноват. Хороший человек, но больной. Я таких людей встречал, очень милых, добропорядочных, симпатичных и умных за пределами этой темы. Как только они касались этой темы, им отказывало чувство юмора, логика, то есть было такое ощущение, что это зона болезни, вот тут больно. И совершенно иррационально. У вас есть какое-нибудь другое объяснение?
Павел Литвинов:
Это, наверное, одно из объяснений. Я думаю, что вы, наверное, правы. Хотя, я думаю, у многих из того поколения типа Кожинова, он выбрал как позицию, ему нужно было вот этот круг, вот этот журналы, которые... То есть он это выбрал, как...
Виктор Шендерович:
Слово «выбор» тут очень точное. Человек выбирает позицию.
Павел Литвинов:
Потому что этого точно не было. Я говорю, что были некоторые неприятные лично моральные качества, которые для меня были неприятны, но тем не менее, я его очень уважал.
Виктор Шендерович:
Этот случай подтверждает мою версию именно о болезни, где-то подцепил, неосторожная, случайная связь, какой-то неосторожный контакт.
Павел Литвинов: У него первая жена была еврейка. [...]
http://www.svobodanews.ru/Transcript/2009/01/25/20090125183144563.html
P.S.
по всей расшифоровке, увы!: "Кожанов"
P.P.S
кроме Кожинова там конечно много еще о ком: Галич, Алик Гинзбург, Андрей Амальрик, Бабицкий, даже Барак Обама |
|