Мемуар (с частичной девиртуализацией)


Тут-вот некий Евг. Гришковец вовсю торгует пиэсой Как я съел собаку, так я на это скажу вот что. Собаку съесть - невелика экзотика. Я её тоже ел - что-то среднее между говядиной и индюшкой. Но вот были в моей жизни такие кулинарные экзерсисы, что если бы о них знал Гришковец, то он бы устыдился вовек и уехал бы назад в своё кемерово рубать уголь или бить шышшку. Итак:

КАК Я СЪЕЛ ЖИВОГО ОСЬМИНОГА



лет 10 назад занесло меня на работу в Южную Корею. Примерно через месяц (который вылился для меня в краткий курс обучения приема пищи палочками, сидения по-турецки и распития местных
горячительных напитков), был я зван на кулинарный фестиваль провинции Чолла-Намдо, в которой я имел счастье проживать и работать. Проходило это мероприятие в фольклорном музее под открытым небом Наган, который представлял собой не что иное, как воссозданный корейский городишко образца 18 века - часах в полутора езды от нашего города. В общем погрузились мы с коллегами в машины и поехали. По приезде обнаружжилось, что фестиваль предмставляет собой длинный ряд тентов, каждый из которых был воздвигнут каким-либо уездом вышеназванной провинции. И в каждом тенте уезды-участники готовили вкусную и нажористую Пищу, которую везде, кроме данного уезда,готовить брезговали. Мы, не размениваясь на мелочи, двинулись к тенту какого-то занюханного островного уезда (как впоследствии выяснилось, это была родина одного из моих коллег и его жена работала там волонтёром). Сели за столик, корейцы что-то заказали. Корейским языком я и сейчас владею не изрядно, а тогда с ним вообще не дружил, так что выяснить что либо возможности не было, друзья только хитро переглядывались и обещали very-very especial food. Ну спешиал так спешиал, я после месяца пребывания в стране утренней свежести полагал, что меня трудно будет чем-либо удивить. О святая наивность! Впрочем, по порядку. Довольно быстро нам принесли соджу (это что-то вроде водки, но изготавливается из сладкого картофеля и крепостью всего 25 градусов. Стоит гроши, пьётся как компот, но утреннее похмелье после соджу - это не прочто похмелье, а Похмелье. Царь-Похмелье) и кимчхи на закуску и мы без церемоний принялись упитываться этой нехитрой снедью. Однако кимчхи - это не самый сытный продукт, поэтому я время от времени интересовался, когда же принесут еду, но в
ответ получал те же хитрые взгляды и очередной тост. Долго ли, коротко ли, но когда мы были уже изрядно во хмелю, официантка водрузила на стол громадную глубокую мису с водой, в которой весело резвилось десятка два небольших осьминогов. Корейцы их обожают, едят либо в жареном виде, либо в сыром, порубя на части и макнув в разные острые соусы, однако ни жаровни, ни ножа на столе не было - только палочки.
Значит, приносят это безобразие - а моё недоумение разделяет вся Европа: и как же это есть,
извините за выражение? Мое недоумение немедленно разрулил мой друг Ким Йонг-Мо, в просторечии Сеня (он и впрямь был католик, крещенный как Саймон. Бывало, поедет вечером в субботу к блядям в портовый бордель, а оттуда спешит в родимую деревню аккурат к воскресной заутрене. Очень был набожен). Взял он палочки, которыми едят, в одну руку. Другую руку он запустил в мису и выудил оттуда самого невезучего осьминога, который, оказавшись на воздухе, немедленно устроил распальцовку, что с его 8 ногами совсвем нетрудно, сами понимаете. Однако распальцовка хрен ему помогла, потому что Сеня взял одну палочку и, нимало не чинясь, засунул ему в сифон (сифон - это дырка, через которую осьминог выталкивает воду и таким образом двигается. По совместительству это ещё и жопа, что, наверное, удобно и логично), а затем резво обмотал болезного вокруг палочки, другой прижал, чтоб не развязался, макнул в острый соус и - ам!- проглотил. Потом запил рюмкою соджу и говорит: Follow me, дескать. Фоллоу-то фоллоу, а я как ни был пьян и голоден, однако трескать такую страсть побаивался. Оглянулся я вокруг и смотрю - а вокруг-то толпа корейцев собралась. Немаленькая. И с интересом ждет зрелища, как Большая Белая Волосатая Обезьяна будет всё это кушать. Тут я понял, что сейчас мне придется защищать честь не то чтобы Москвы иди России, а всей Белой Расы в целом, а это не шутка и отступать некуда в принципе, тем более я тогда даже приблизительно не представлял, куда это меня завезли. Короче, запустил я левую руку в эту мису и вытащил ещё одного восьминого господина. А он склизкий, лапами машет, ужас. Ну, мне Честь Белой Расы и состояние опьянения придали смелости, засунул я, как полагается, одну палочку ему в Жопу, обмотал, прижал другой, в соус макнул и в рот. А вот проглотить я его не успел - сноровка не та. И осьминог у меня во рту развязался, осмотрелся и решил что это вполне себе запупатая пещера и в ней можно комфортно жить. Теперь маленький зоологический экскурс. У осьминога 8 ног - это все знают. Но мало кто в курсе, что на каждой ноге у него до 300 присосок и присоски эти присасываются к поверхности с немалым усилием. Ну вот, эта скотина засунула мне одну ногу куда-то в пищевод, пару других - в носоглотку (это изнутри!), присосалось к нёбу и языку, а оставшиеся конечности выпростала изо рта и стала ими размахивать, как дирижёр-спиваков. Я было попытался его просто изо рта вытащить. Хрена лысого! Держит мёртво, гадёныш. Тогда я начал его разгрызать. Толку от этого, как выяснилось, все равно что пытаться резиновую пеорчатку жеватть - невкусно, а, главное, бесполезно. А тем временем дышать-то мне совсем нечем и я начал потихоньку синеть и хрипеть. Тут до моих корейских друзей дошло, что шутки кончились и если фирме придется платить за транспортировку моего трупа в Москву, то их самих так насадят на кукан, что мало не покажется. Ихние-то трупы транспортировать никуда не надо. Тогда самый сметливый из них сватил рисовую плошку, выкинул из нее рис, наполнил до краев соджей и пртянул мне. Я, булькая и давясь, поглотил эту пакость. Осьминогу пришлось хуже, ибо кожа у него - орган осязания и дыхания. Мерзавец мгновенно опьянел, размяк и спокойно соскользнул мне в желудок. А мне после этой порции спиртного так захорошело, что я уже без малейших эксцессов слопал ещё двух или трёх. И пришло мне счастье... Потом, уже на обратном пути, я поинтересовался у шутничков, а какого, собственно, рожна на этом-вот острове жрут осьминогов живьём - ведь удовольствие от этого, прямо скажем, сомнительное. Ответ меня убил. Оказывается, главное удовольствие состоит в том, что когда осьминог соскальзывает в желудок, он некоторое время там плавает и нежно касается своими трогальцами стенок желудка, отчего корейцу полагается испытывать Счастье и Удовольствие. Вот так-то. А вы говорите - собаки...

ЗЫ: Мне никто не верит, но дело в том, что во время экзекуции меня фотографировали, так что
доказательства у меня железные...