Бардо жизни
Я изможден, обескровлен, выхолощен. Поездка в Москву оказалась другим временем, другим мной, который потерял почву под ногами, но обрел новые горизонты. Наверное, кого-то я за время моего пребывания в Первопрестольной изрядно утомил своей персоной и порождаемыми ею проблемами, поэтому прежде чем начать свою небольшую повесть я хочу...эээ... нет, конечно, не извиниться - прощения просить мне точно не за что, но - сказать спасибо, что были терпеливы и снисходительны к слабостям Вашего покорного слуги. Спасибо всем, кого встретил, я вас всех люблю и уважаю, встреча с каждым из Вас дарила неподдельную радость (именно ею во многом и были обусловлены мои милые шалости;)), но отдельно хочу сказать спасибо Але и Вовке - за то, что Вы есть, и Насте - за то, что у Тебя есть деньги...)))

Эти несколько дней разительно отличались от моих будней и даже от обычных уик-эндов - они были длинными, почти бесконечными, и одно событие перетекало в другое, я ни на мгновение не останавливался, напротив - мчался куда-то, и при этом казалось, что само время остановилось, замерло, словно образовалась какая-то тихая темпоральная заводь, и в ее кристальной глади отражаются призраки прошлого и неясные расплычатые и влекущие образы будущего. Это было путешествие, по своему характеру диаметрально противоположное моему недельной давности пути, когда я отправился за грань собственнного сознания в полном одиночестве и только благодаря ему этой грани достиг, когда никто и ничто не отвлекало меня от моего неудержимого стремления к безысходности...

...В пятницу вечером я вышел с работы и бодрым шагом направился по проспекту Медиков в сторону центра. Путь был не близкий, однако до поезда еще оставалось больше двух часов, поэтому я решил прогуляться напоследок. Затратив аккурат два часа на прогулку по сумрачному Петербургу - с облетелыми мрачными стволами кленов, с пустыми и нелепыми фонтанами, с свинцовыми, сурово и осуждающе нависавшими тучами, я пришел на Московский вокзал и благополучно сел в поезд до Твери, в которую должен был приехать в четверть третьего ночи. Было еще очень рано - лишь начало десятого, и спать мне естественно не хотелось, поэтому я решил завалиться в вагон-ресторан, где и провел добрых два часа, прихлебывая Stella Artois. Половину этого времени мне рушила мозг Люба Успенская, кричавшая свою суровую кабацкую правду из двд-шника. Только ближе к одиннадцати я заметил, что сижу в ресторане совершенно один и вполне могу сменить пластинку, тем более что историю про "девочку по имени "хочу", которая ищет мальчика по имени "могу" я к тому времени уже выучил наизусть. На выбор мне предложили группу "Мираж" и Валеру Леонтьева, и я предпочел "золотые голоса" Гулькиной и Суханкиной своему земляку. Понаслаждавшись некоторое время "музыкой, нас связавшей" я решил, что пора немного подремать перед долгой ночью, сулившей мне унылое ожидание на тверском вокзале первой электрички на Москву.

Проснулся я от бесцеремонных тычков в бок - в ночном сумраке надо мной нависала какая-то суровая старуха и активно меня будила. Поняв, что я проснулся, она задала какой-то, как мне показалось, совершенно глупый в своей неуместности вопрос - "А что вы делаете на нашем месте?" Задан он был весьма жестким тоном, мне ничего лучшего в голову не пришло, как констатировать очевидное и я машинально буркнул: "Сплю". Тут наконец до меня стало доходить, что это не театр Антонена Арто, это я просто проспал свою станцию, как это уже не раз случалось раньше и, думаю, еще не раз случится впредь (тьфу-тьфу, типун мне на язык). В общем так оно и было. Когда я судорожно начал искать телефон, чтобы узнать который час, было уже 17 минут третьего, то есть я опоздал буквально на три минуты. Однако, хоть это было довольно неприятное открытие, я не очень расстроился, так как понимал, что в любом случае этот поезд, шедший на Ростов, будет пока перемещаться где-то в окрестностях столицы и я спокойно могу выйти на следующем полустанке. А вот для проводниц появление моей заспанной физиономии с всклокоченными волосенками в дверном проеме их купе было большим и очень неприятным сюрпризом, потому как теперь в их вагоне оказался безбилетник, которого некуда было девать, и который в случае его обнаружения ревизором мог оказаться для них источником больших неприятностей...

продолжение следует