Ночью тихо над районом.
Редким телефонным звоном
Отзовется тишина,
Захрапит чья-то жена,
Зашуршат по полу тапки,
Скрипнут детские кроватки,
И опять всё замолчит,
Холодильник лишь стучит.

Но, внезапно, — чей-то крик,
Один спившийся мужик,
То кричит, стучит по стенам,
По водопроводным венам
Водит ржавою трубой,
Бьёт себя второй рукой,
Шумно падает в углу,
В слой бутылок на полу.

Через стены, перекрытия,
Развиваются события.
Мечется он по квартире,
Выбивает дверь в сортире,
Громко рушится буфет,
Вылетел стеклопакет,
Люстра улетела тоже,
Телевизор уничтожен...

Слышно щелканье замков,
Ряд в милицию звонков.
Через перекрытия, стены
Ближе, ближе вой сирены.

Вот стук в дверь и крики матом,
Лязг затвора автомата,
Слышен выкрик: «мордой в пол!»
Что-то падает под стол,
Рвется ватника сукно,
Бьется мутное стекло...

Шум борьбы недолго длится
Вот алкаш на пол ложится,
Руки в стороны развёл,
К голове приставлен ствол.

Но так просто не уймется,
Шумно дышит, весь трясётся,
Он лежит среди бутылок
И кричит: «Стреляй в затылок!
Ну же, мент, стреляй в затылок,
что, зассал, стреляй в затылок,
ну стреляй же мне в затылок
хуле блядь давай в затылок
что не хватит твоих силок
ну сыкливый мент в затылок
ты стреляй же мне в затылок
сука чмо стреляй в затылок
ты бля планер без закрылок
ссышь мудак стреляй в затылок
ну стреляй стреляй в затылок
ну стреляй же блядь в затылок
что заныл стреляй в затылок
ну стреляй же мне