Below are the 4 most recent journal entries recorded in avrom's LiveJournal:

Thursday, December 29th, 2011
3:09 pm	"Нас держит память о мёртвых" или "Российские спецслужбы ликвидируют любого". Авраам Шмулевич "Нас держит память о мёртвых". Развернется ли Абхазия в строну Тбилиси? Взгляд ветерана абхазо-грузинской войны. Мой собеседник - Ибрагим Яганов, Председатель Общественного Движения "Хасэ" Кабардино-Балкарии, бывший командир батальона черкесских добровольцев в Абхазии (1992-1993 гг). (Первая часть интервью Кремлю необходима война с Грузией. Взгляд из Кабардино-Балкарии на прошедшие выборы. Федералов бояться больше, чем боевиков - здесь ). Авраам Шмулевич – Что происходит сейчас в Абхазии? Ибрагим Яганов – Сейчас там оранжевая лихорадка. Авраам Шмулевич – На абхазов так повлияли российские и юго-осетинские протесты против фальсификаций на выборах? Ибрагим Яганов – Это мандарино-апельсинная лихорадка. Мандарины подошли, Новый год на носу. Народ поэтому занят житейскими делами, а власти стараются резких движений не делать. Авраам Шмулевич – Они довольны своей независимостью? Ибрагим Яганов – Абхазия сейчас и экономически и политически подвязана к России. Независимость продекларирована, но реально ее просто нет. Нет ни экономической, ни политической, ни другой независимости. Авраам Шмулевич – А молодежь? Ибрагим Яганов - Прошло почти двадцать лет. Выросло целое послевоенное поколение, для них война – история. А те, кто воевали – многие из них уже в серьезном возрасте, многие ушли из жизни. Многие больны, и государство не в состоянии оказать им серьезную поддержку. Авраам Шмулевич – А какое отношение к Грузии сейчас в Абхазии? Ибрагим Яганов – Молодежь смотрит в сторону Тбилиси . Сейчас жители Абхазии могут сравнить то, что происходит на правой, сочинской стороне, с тем, что происходит на левой стороне, за Ингури. Грузия определила статус Южной Осетии и абхазии как оккупированных территорий. И люди, живущие на оккупированных территориях, имеют соответствующие льготы. И отношение к абхазам, которые бывают в Грузии, лучше, чем отношение даже на границе в Адлере Авраам Шмулевич – То есть отношение грузин и властей Грузии к абхазам лучше, чем отношение российских властей? Ибрагим Яганов – Это факт. Я вполне ответственно это заявляю. Российская политика в Абхазии претерпевает большое поражение. То, что Россия оказывает большую материальную поддержку Абхазии – так, как обычно, эта поддержка оседает где-то наверху, в руководстве. Основная масса ее не чувствует, она на позиции выживания. А самое главное для народа – жить достойно. И я уверен, что абхазы, в конце-концов, выберут достойную жизнь. А откуда она придёт, со стороны Сочи или Гали – я думаю, это вопрос времени. Авраам Шмулевич – В 92-93 годах, во время войны, ты командовал батальоном черкесских добровольцев, затем был представителем Президента Абхазии в Кабардино-Балкарии, до тех пор, пока этот институт представителей не было упразднен в связи с признанием Абхазии Россией и открытием официального посольства и консульства... Ибрагим Яганов – Я тебе скажу откровенно... Мы, те, кто там воевали, делаем анализ происходящего, делаем некоторые выводы. И мы в корне поменяли отношение к этой проблеме. Но у меня есть один барьер, котрый я не могу перешагнуть. Единственное, что меня сейчас очень сильно удерживает – это память погибших ребят, которые верили во что-то, это был период, когда мы все верили во всё это. Ввиду того, что мы живы – мы свое мнение поменяли, а они не могут поменять – и эта память нас очень сильно держит. Авраам Шмулевич – А что вы тогда думали об отношении Абхазии и Грузии? Ибрагим Яганов – Грузию мы тогда считали малой империей, вслед за Россией. Авраам Шмулевич – А что ты думаешь сейчас? Ибрагим Яганов – Если бы Грузия нашла бы волю признать тот факт, который существует – это был бы очень серьезный шаг для наведения нормальных, экономических, социальных и политических взаимоотношений с Абхазией. Тогда ситуация в корне изменилась бы, пошли бы новые контакты, и они очень серьезно изменили ситуацию. Некоторые силы, которые держатся именно на этих противоречиях – они остались бы без потенциала и почвы. У Грузии были бы значительно более эффектные и благоприятные позиции, в том числе и в отношениях с Россией. Авраам Шмулевич – У Грузии есть тут два принципиальных момента. Первое – земля Абхазии, которая была исторической частью Грузии, на которой грузины жили многие века. Второе - проблема беженцев – самая большая проблема. У Грузии двести тысяч беженцев из Абхазии, которые жили там на протяжении поколений, даже потомки тех, кто приехали в Абхазию в советское время – уже несколько поколений выросло в Абхазии. Грузины считают, это консенсус там, что не могут отказаться от возвращения беженцев, а абхазы (и юго-осетины тоже) считают, что не могут их принять, что если беженцы вернутся, то абхазы снова станут меньшинством и потеряют всё. Ибрагим Яганов – Ты знаешь, что удивительно – абхазы и так становятся меньшинством. Очень много армян сейчас заезжает, да и грузинские беженцы, несмотря на все проблемы, возвращаются, разными путями, Гальский район уже заселён грузинами. Те беженцы, которые находятся в Тбилиси, - выросло новое поколение, для них Абхазия – красивая сказка, о которой рассказывают старшие. Я не думаю, что все они хотят вернуться. Хотя возможности какие-то префренции заработать на этой волне они тоже не упустят, по той причине, что других шансов у них так же нет, и это нормальный процесс. Несмотря на то, что политической воли вернуть всех беженцев в Абхазию нет, процесс возвращения грузин в Абхазию медленно идет. Неформально, тихо, спокойно – но идет. Если сейчас сравнить число абхаз и остальных – я сомневаюсь, что абхазов будет большинство. Авраам Шмулевич – Ты сказал, что вы, абхазские добровольцы, сейчас по иному смотрите на эту войну. Это общая позиция всех абхазских ветеранов в Кабардино-Балкарии, в Черкессии? Ибрагим Яганов – Большинства. Мы знаем, что война кончилась, что надо жить дальше. Несмотря на то, что было, злости или неприятия грузинской стороны у меня нет, и у очень многих моих товарищей тоже нет. Да и исторически Грузия и Кабарда всегда были добрыми соседями, всегда друг друга выручали. Здесь, в Нальчике, у нас тоже живут грузины, и к ним отношение как к своим, такое всегда было. Я могу этим гордиться, толерантность и уважительное отношение к людям любой национальности у нас всегда есть и было и, надеюсь, будет. Поэтому я двумя руками за налаживание отношений с Грузией. К сожалению, мы в составе Российской Федерации, и вынуждены считаться с теми условиями, в которые они нас поставили. Также мы вынуждены считаться и с тем, что двадцать лет – срок, в принципе, большой, но и одновременно не очень большой, память еще свежа. И просто так перешагнуть через прошлое и в корне поменять отношение - непросто. Авраам Шмулевич – Я не думаю, что Грузия признает независимость Абхазии как независимого государства. Но, думаю, возможна какая-то форма федерации. Различные грузинские и государственные и общественные деятели мне неоднократно говорили, что они предлагали абхазам и юго-осетинам самую широкую автономию, свой парламент, министры в правительстве, и т.д. Как ты думаешь, есть ли шанс, что абхазское руководство и абхазский народ согласятся на ту или иную форму конфедерации, федерации, на ту или иную форму вхождения в состав Грузии? Я лично думаю, что у абхаз есть только два выхода, две возможности. Или та или иная форма объединения с Грузией, лучшее всего на конфедеративных, федеративных началах. Или поглощение Россией, превращение в придаток, как какая-нибудь Тува была, или просто превращение в российскую губернию. Они это понимают, абхазы? Ибрагим Яганов - Они это, в принципе, понимают. Я уверен, что шанс есть, и очень большой. Тем более, этому способствует российская политика, проводимая в Абхазии. Если все будет продолжаться и дальше в этом же направлении, то, благодаря неимоверным усилиям российских чиновников, этот шанс будет расти. И я думаю, в ближайшее время, такая возможность станет темой для серьезного разговора. Авраам Шмулевич – А какие-то официальные или общественные лица в Абхазии могут об этом, об этой возможности, говорить? Ибрагим Яганов – Там есть люди, которые могли бы об этом говорить, в принципе, но они просто побоятся по той причине, что их сразу предадут анафеме, там сейчас это очень быстро делается. Авраам Шмулевич – Насколько российские спецслужбы контролируют ситуацию в Абхазии? В Грузии я неоднократно слышал мнение, что абхазы сами ничего сделать не могут. Как только они сделают шаг по направлению к Грузии, эти люди будут сразу ликвидированы, вступятся российские власти. Ибрагим Яганов – К сожалению, это очень близко к правде. Самостоятельность Абхазии была продекларирована. На самом деле её, фактически, нет. Авраам Шмулевич – Могут ли, технически, абхазы, если захотят, проводить какие-то переговоры, которые останутся неизвестны российским властям? Ибрагим Яганов – Нет. Ни одного шага самостоятельно, никаких переговоров, даже экономических, они сделать не могут. Всё под контролем. Авраам Шмулевич – Возможны ли, теоретически, какие-то массовые выступления абхаз против российской власти, если абхазская элита этого захочет? Ибрагим Яганов – Нет, пока нет. Благодаря уникальной природе основная масса населения имеет хорошую возможность выживать благодаря собственным ресурсам. Поэтому они еще долго смогут терпеть. Но этот беспредел – он продолжается, он растёт. Есть и давление со стороны властей самой Абхазии. Та же коррупция, что и в России, импортирована и туда, по той причине, что деньги-то российские. Поэтому говорить о каких-то массовых выступлениях пока в Абхазии невозможно, преждевременно. (Comment on this)
Monday, May 17th, 2010
4:49 pm	Кровь в Черкесске Кровь в Черкесске Больное общество Северного Кавказа Убийство советника Президента КЧР Фраля Шебзухова все еще вызывает много вопросов. Собственно, главный вопрос тут один – кому мог настолько помешать этот незамешанный в коррупции чиновник, что этот «кто-то» решил устранить фактически уже назначенного Премьер-министра? Однако главного убийцу определить уже можно четко и однозначно – это существующая в республике (как и на всем Кавказе) кланово-олигархическая система. В девяностые-нулевые годы она еще более-менее обеспечивала в кавказских республиках если не законность и стабильность, то, хотя бы, управляемость, но в наступающем десятилетии окончательно пошла «в разнос» - и, если не будут проведены серьезные реформы в управлении, ничего, кроме хаоса и крови, Кавказу, а за ним и всей России, ждать не приходится. Забитый бейсбольными битами, а затем дострелянный из пистолета в среду вечером в столице Карачаево-Черкессии г. Черкесске кандидат в премьер-министры Фраль Шебзухов на момент своей трагической гибели не занимал влиятельных постов. Официальная его должность - советник президента Карачаево-Черкесии Бориса Эбзеева. Ранее - глава Адыге-Хабльского района, еще ранее – офицер милиции из отдела по борьбе с организованной преступностью. В Карачаево-Черкесской республике должность Советника президента является как бы резервной. Советниками становятся, как правило, те, кто, будучи близок к президенту, в силу определенных причин, вынуждены отдать портфель (в таком случае они пребывают в этой должности до пенсии), либо «запасные». Те, кого действующий президент готовится при удобном случае «двинуть» на важный пост. Убитый Советник принадлежал как раз ко второй категории. Фраль Шебзухов был давним сотрудником и личным другом президента Эбзеева. После начала парламентского кризиса, о котором я писал в предыдущей статье (Авраам Шмулевич. Предыстория убийства. Парламентский мятеж в Карачаево-Черкесии. http://www.apn.ru/publications/article22742.htm) он был представлен президентом на должность премьер-министра республики, и за этим решением, по словам депутатов, стояли представители олигархических кланов: сенатор Радмир Айбазов (карачаевец) и Назир Хапсироков (черкес), оба находятся в Москве. Кандидатура была торпедирована депутатами парламента республики, от так называемой «карачаевской фракции». Насколько можно судить, происходил закулисный торг, в котором важную роль играли и «политические игры» вокруг фигуры карачаевского же политика сенатора Ратима Айбазова. Но, почти наверняка, через короткое время, после определенных торгов карачаевские депутаты, "показав зубы" и президенту, и Айбазову, позволили бы уговорить себя, и Шебзухов, возможно, уже сегодня был бы премьером. Покойный был консенсусной фигурой, устраивал и карачаевские, и черкесские олигархические кланы, не имел личных врагов, зато имел очень хорошие отношения с действующим президентом, большой опыт в местной политике, отношение к нему было или положительное, или нейтральное. Также не имел он и заметных бизнес-активов, не был замечен в попытках их заполучить. Этот человек всю свою сознательную жизнь провел на госслужбе. Поэтому можно с абсолютной уверенностью предположить, что убийство связано с планами президента Эбзеева провести через парламент кандидатуру Шебзухова, хотя конкретный заказчик тут не просматривается, и трудно предположить, кому из влиятельных фигур он мог настолько «перебежать дорогу». Будучи черкесом, Шебзухов никогда не враждовал с карачаевцами. Назначение премьером черкеса - это давняя политическая традиция в Карачаево-Черкесии, окончательно утвердившаяся еще в начале 90-х. Так что назначение премьера-черкеса должно было пройти быстро. Механизм этнических квот всегда помогал стабилизировать ситуацию в республике – в том числе и в кризисные 1993-й, 1995-й, и 1999-й годы. Несколько ключевых фигур общественных движений кооптировались во власть - и «разборки» прекращались. Система эта устраивала всех. И когда Эбзеев (карачаевец) нарушил ее, назначив премьером, вместо полагающегося черкеса, этнического грека Владимира Кайшева, даже часть карачаевской элиты высказывала недоумение этим решением. Премьер по должности хоть и не главная фигура, однако, весьма значительна, в силу хотя бы того, что именно он подписывает бюджетные гарантии под кредиты, выданные предпринимателям. Общественно-политическая жизнь в республике «на поверхности» представляется тихой и подконтрольной. Про черкесские организации я уже писал, поэтому стоит коснуться ситуации в карачаево-балкарских общественных движениях. ( Read more... ) (Comment on this)
Thursday, May 13th, 2010
3:25 pm	Предыстория убийства. Парламентский мятеж в Карачаево-Черкесии Предыстория убийства. Парламентский мятеж в Карачаево-Черкесии Вчера вечером в столице Карачаево-Черкессии г. Черкесске убит один из самых видных местных политиков Фраль Шебзухов. Он являлся самым вероятным кандидатом (практически уже назначенным) на вакантный пост Премьер-министра республики и занимал должность советника президента Карачаево-Черкесии (КРЧ) Бориса Эбзеева. Шебзухов не имел заметных бизнес-активов, не был замечен в попытках их заполучить, всю свою сознательную жизнь провел на госслужбе. очевидно, что его смерть связана именно с государственной деятельностю и планами назначения на должность премьер-министра. Пока, через 15 часов после убийства, рано делать какие бы то выводы и предположения о заказчиках и исполнителях этого престепления. кроме одного — ситуция в республике, в черкесском мире и на российском Ккавказе в целом будет ещё более дестабилизирована и что системе российского управления в этом самом проблематичном регионе федерации нанесен ещо один мощный удар. Убийство Шебзухова стало дальнейшим развитием охватившего республику политического кризиса. До получения первых результатов следствия самое время вспомнить события последних двух недель. * * * Действующая в Росси система власти основана на сложной системе недоговоренностей, на том, что Федеральный Центр, действуя внезаконными подковерно-аппаратными методами, манипулируя финансовыми потоками, диктует свою волю обществу и местной власти. Общественные группы и местные элиты, такими же внезаконными подковерными методами доводят свое мнение до Центра, лавируя между различными Башнями Кремля и играя на внутренних противоречиях внутри кремлевской властной группы. Однако эта «византийская» система работает только в отлаженном бюрократическом государстве, когда все участники властной игры хорошо выдрессированы, знают и умеют использовать ее правила. В век «заката империи», когда Система уже не способна обеспечить попадание на верхние этажи Власти достаточно квалифицированных кадров, происходит разбалансировка механизма управления, местные властные группы начинают не просто перетягивать одеяло на себя, но разрывать его на части. И в один прекрасный момент оказывается, что система уже полностью неуправляема. Невидимые, неоговоренные в публичном Законе властные механизмы, составляющие «одеяние» центральной Власти, просто рассыпаются — и Центральная Власть оказывается абсолютно голой и абсолютно беспомощной Именно начало этого процесса «раздевания власти» мы и наблюдаем сегодня в Карачаево-Черкесиии. В Карачаево-Черкесии разворачивается я политическая интрига, могущая иметь самые непредсказуемые последствия и посавитть под вопрос всю сложившуюся в Российской Федерации «путинскую систему управления». Во время недавнего (21 апреля) визита в республику полпред президента РФ в СКФО Александр Хлопонин, «Новый Наместник Кавказа», как его неофициально именовали в СМИ и в кулуарах власти, прямым текстом в очень категорической форме, говоря простым языком, «повелел» местной власти до 1 мая назначить нового Премьера, причем обязательно черкесской национальности. По закону Председатель Правительства назначается Главой республики по согласованию с Народным Собранием. Это был первый выезд нового руководителя Кавказа «на места», первое демонстративно-публичное проявление властных полномочий наместника Кремля, место для которого также было выбрано демонстративно — Борис Эбзеев летом 2008 года стал первым назначенцем Дмитрия Медведева на Северном Кавказе. Но местная власть спокойно проигнорировала «руководящее указание». ( Read more... ) (Comment on this)
Wednesday, April 29th, 2009
8:58 pm	Правительство Черкесии в изгнании Правительство Черкесии в изгнании: "Если Россия не пойдет на уступки, она потеряет не только Черкесию, но и весь Кавказ" Авраам Шмулевич ( Read more... ) (Comment on this)