ме ну эт?
я так долго учусь постигать Суть Лошадности, что уже не вижу различия между кобылой и жеребцом, завести, что ли, очки для чтения нормального шрифта.
валюсь спать, у нас тут снег выпал, Берлин как декорация Тима Бартона, и я почти уже в ней, с шотланцами, шотганами, Катей, затянувшимся объятием, сознанием сладкого бесстыдства, которое только острей от еще подымающего голову меня покладистого, совестливого. Вообще как вот писатели всякие пишут про себя, а? стыдно ведь. А врать еще стыдней. No end. Читал свои ноуэнды пушкин