12 апреля
Я служил в т.н. "космических войсках" - обслуживали техздания, откуда велась связь со спутниками. Спутники передавали по территории от одной станции к другой, с Камчатки до Прибалтики. Офицеры рассказывали много историй - в основном кто как матерился при перегрузках и нештатных ситуациях. Например:

Однажды спускаемый аппарат приземлился не в степь, а в горы. Упал на склон и покатился к обрыву - спасло дерево, единственное тут. Прикатился к нему и привалился люком. Сидели там, ждали, пока вызволят. Еще баян:

в Колпашево старослужащий, сидя за пультом, упивался крутизной перед молодыми солдатами, щелкал по кнопкам, долбасил по клавишам - в отсутствие офицеров, конечно. А связь не отключил. И американский спутник отстрелил кассету. Приехали особисты, давай пытать солдата: вспоминай. Тот не вспомнил. Да и вспомнил бы, что с того толку, коды-то американцы поменяли небось сразу же. Еще:

лет пять тому ездили в Звездный городок с немцем-фотографом. Тот делал снимки российского модуля МКС "Звезда". "Скажи вон ему - проходил мимо инженер, - пусть возьмет отвертку и делает вид, что тут что-нибудь откручивает". Я отловил его за халат. Тот улыбнулся: "да что тут откручивать, это ж стенд", но взял отвертку и постоял с лицом не хуже чем у Королева, упершись крестовой отверткой в шлиц. Запомнилось, что

внутри модуля все тумблеры были железные, точь в точь как на УАЗе-буханке, и с подписями на алюминиевых табличках, по-русски. Сбоку были фломастером по кусочкам пластыра по-английски подсказки намалеваны. Американцы все эти "ВКЛ" учили. Летает на 386 процессорах. Они опробованы - а в дум-3 на орбите не играть, быстродействие не нужно. Еще

в Германии встречался с инженером, работавшим над "Бураном" - рассказывал, как они на Байконуре сидели и копировали чертежи из американских журналов. Зачем нужно было отрывать от семей, чтобы делать то, что и в Москве можно было делать? удивлялся. Понос от воды у всех был, жара, жили в бараках, делать кроме работы было нечего, вечерами смотрели закаты. Еще

у меня брелок от ключей - кольцо из нержавеющей стали, со сложными бухточками и косыми, в середки бухточек, просверлами. Снято с неполетевшего корабля. Или недолетевшего? Да,

вспомнил самый страшный баян: старый лысый майор рассказывал, что Комаров знал про разгерметизацию, у него горела индикация неисправности. И знал, что при входе в плотные слои изоляция корпуса не выдержит. И все-таки нажал. Деваться было некуда. Остаться на орбите - тоже умереть, просто иначе. Что думал он в ту минуту, когда отбрасывал с рычага крышечку защиты? (Майор этот был, вспомнилось, с самого дальнего здания, около которого рос высокий тополь, резанный по диагонали: внизу зеленый, сверху желтый - от излучения передатчика?). Еще

на Байконуре солдаты подключали к магистралям продувные шланги. Один солдатик решил подшутить над другим, приставил ему сзади к ягодицам шланг и нажал спуск.

Вроде как все это баян и пелевин, а ведь все равно какой бесконечный челлендж был в этом времени, с напяленной на затылок нагуталиненной, выглаженной на двух кирпичах ушанкой.