дневник
Вместо того, чтобы написать ответ Г. и Д. про пош- и подлость, в которые нужно вступить, как в болото, чтобы пробраться к беловодью, покатил на Люсиновскую.

Удивительно, насколько иначе реагируют на тебя люди, когда ты на велосипеде. Готовы заговорить, рады спросить. Будто человек на велосипед безобиден по определению.

Около магазина долго мыслил про диаметр и сечение покрышек, прикидывая, как они встанут ли они меж перьями узкобедрого моего Colnago. Юноша продавец, который рад был спуститься с клиентом на улицу перекурить, сомневался в том, встанут ли двадцать миллиметров, я же доказывал, что двадцать встанет, а двадцать пять, может, до Казани и не доедет.

Рядом что-то с трудом высказывал товарищу бородатый заика средних лет, не сходя с грязного горного велосипеда. Чуть поеживаясь, я старался привыкнуть к температуре альтернативного сообщества, в которое, как в студеную воду, вступал.

Не только фрики. Великовозрастные дети мужского пола, в языках желтого пламени Мериды по крупным ляжкам, с выпирающими сквозь экипировку животами, выглядывали в торговом зале новые колесные игрушки, теснящиеся стадами по полу и свисающие окороками с потолка. А выше шел ряд с голыми рамами, как еще не родившимися душами

В кабинке примеривал потом велотрусы - такое стыдное изобретение, где в нейлоновой промежности прошит колом стоящий памперс, иногда и алый. Натаскивать эту перчатку на зад следует враскоряку и на голое тело. Изгибаясь налимом и общупывая себя поневоле, заметил в окно - кабинки в Веломире воткнуты в эркеры - что семейство аборигенов, шагающее с автобусной остановки, папа, мама, дочь, наблюдает мою бледную пляску в бликующем окне. Накинув на плечи лямки от трусов, посмеялся себе возможному - отощавший французский борец - и увидел в боковом окошечке внизу, как изучает некий блондин, вертя в руках связку ключей, моего пристегнутого коня... - вот не удержался и пощупал каучуковую лодыжку моего карагеза, действительно, необыкновенно узкую - и я, кажется, немного побледнел от гнева и гордости за этот его невольный жест.

Наука перестроений - левой рукой показывая поворот, вывернув голову назад, выруливал на кольцо, а автолюбители норовили проскочить прямо по полосе со стрелкой налево -  и в какой-то момент поймал себя на том, что разнуданно обкладываю их бранью самой площадной, в самый громкий из своих регистров, и ярость будто создает вокруг меня защитное поле, примерно равное по силе оберега их железным коробкам.

Александровский сад - при быстром движении легко отслеживать пешие маневры - замедленно данные в виде намерений маневра,- сладко отслеживать множественные курсы и давать галсы, норовя оказаться за спинами пешеходов, как в отработанной и поэтому безопасной, как горячая воронка, точке.

Над аркой, ведущей к дому, висела люлька, в ней два горца не спеша пятнали стену шпаклевкой и смеялись между собой на гортанном языке. Но ни одна капля не упала на нас, когда мы тенью влетели во двор. Взмыленный седок мечтал о скребнице, когда его воля и зрение изменяли положение ступней поверх ступеней, и еще вращающееся заднее колесо за плечом, засыпая, утихающе стрекотало, исчезая под уханием сердца