Пастернак, Окуджава и Чуковский были самой настоящей номенклатурой - не в том смысле, что их назначили писателями, а в том, что вопросы их жизни (поездки, дачи, издания, гонорары, наказания) решались не на том уровне, где решались вопросы рядового советского человека, а существенно выше. Я, кстати, не уверен насчет Окуджавы.

Это не их вина, а механизм власти, сам приписывающий людей к уровням номенклатуры. С учеными всякими академиками то же самое было.