Идеи пристрастны. Умы, которыми они овладевают, ограничены этикой. И если человек 

идейный -- это подчинённый идеологии, то философ -- когнитивный хакер; существо, 

взламывающее рубежи дискурсов. И, всё же, он не учёный. 

В отличие от учёного, философ избавлен от плена фактов. Продукт его умственно 

деятельности невозможно валидировать. Это уподобляет философа поэту. Однако, в 

отличие от поэта, философ не может быть революционером. 

Философия исключает идеологическую вовлечённость. Любые «измы» философу противопоказаны. 

Его мышление должно быть свободно от ангажементов, чтобы мысль могла струиться 

без преград и торможений; всё в ней должно оставаться под сомнением: условным и 

относительным, лишённым притязаний на истину. 

Выполнение своей функции требует от философа определённой отстранённости от 

общества и утвердившихся в нём нарративов. В каком-то смысле, это бытие над 

миром. Там же, где возникает изоляция, возникает и энтропия, потеря социальной 

чувствительности, невозможность участвовать в общественной реальности, и, 

следовательно, толковать её эмпирически -- кабинет превращается в гроб.