Камбоджа - VIII. История про краму

В Сием Рипе мы встречали их повсюду. Их ткут на ручных станках в маленьких мастерских, они продаются на всех сувенирных развалах, среди храмов Ангкора бродят закутанные в них крестьяне, привозящие из окружающих деревень фрукты для туристов. Мы не удивлялись: ведь крама - традиционнейший элемент кхмерской одежды. Широкая полоска ткани - платок или шарф. Нечто вроде батакского улоса, к которому мы привыкли на Самосире. Универсальная вещь! Шарф (для крастоты), платок (от солнца), подвязка (прихватывать соломенную шляпу во время работы или езды), сумка (узелок для еды), "кенгурушка" (носить детей на груди или спине).

Поэтому мы охотно прикупили пару крам традиционных расцветок (красную и бело-серую), тем более, что моя индийская "тряпочка для головы" с "омом" посредине за два года уже изрядно сносилась. Но приехав в Пномпень, мы так ни разу и не надели их. Сперва-то мы просто удивились: в столице никто их не носит! Через пару дней я все же нашел краму в Пномпене. В музее. Красные платки были повязаны на шеях двух манекенов, изображавших униформу бойцов полпотовской армии - мужчины и женщины.


1. Костюмы красных кхмеров из музея
2. "Кадр красных кхмеров несет фрукты в своей краме". Фото из книги "История Демократической Кампучии"

17 апреля 1975 года красные кхмеры входили в столицу. Там царил хаос. Беженцы со всей страны, спасавшиеся от войны и голода удвоили ее население, продуктов не хватало. Остатки правительственной армии, чиновники, бизнесмены и иностранные советники, не успевшие покинуть столицу, искали пути для бегства. Отряды Пол Пота входили в город практически беспрепятственно по центральным проспектам. Я не знаю, все ли жители столицы были на их стороне, но на фотографиях множество людей радостно приветствуют их. Как пишут свидетели, в ответ на приветствия бойцы начали стрелять в воздух. Не знаю, сразу ли поняли жители смысл этой стрельбы или приняли ее за салют победы. Но солдаты продолжали стрелять поверх голов, объявляя, что жители должны немедленно покидать город. И вскоре пномпеньцы под дулами автоматов освободителей покидали свои дома. Почти два миллиона человек пешком были отправлены в отдаленные сельские районы. Пациенты больниц были обязаны следовать со всеми. Много больных, стариков и грудных детей погибло в дороге. В городе в общей сложности (включая войска и новую администрацию) осталось 40 000 человек. Пол Пот и руководство вошли в столицу лишь спустя несколько дней.

История Со Ри из Такео, пережившей эвакуацию "Мой муж был солдатом Лон Нола (правительственных войск) и лежал раненным в госпитале. Солдаты приказали уходить из города. Я ответила: я не могу, потому что беременна, а мой муж тяжело болен. Но они грозили. Мы много кричали от отчаяния. Я нашла пустую конную повозку, погрузила туда мужа и впряглась, привязав свой шарф (краму). Мы хотели идти в Такео, но солдаты повернули нас на другую дорогу. Я тащила повозку до тех пор, пока не воспалилась промежность. По дороге моего мужа вытащили и расстреляли. А я пришла в Чамкар Лео, что в Кампонге. Через месяц я родила там дочь." (из книги История демократической Кампучии, Центр документации Камбоджи)

Спустя 20 лет выжившие пномпеньцы все еще продолжали возвращаться в свой город.

Пномпеньцы приветствуют красных кхмеров:


Исход из столицы.








Пустой Пномпень:



Карта переселений из городов:




Полпотовцы объясняли эту срочную эвакуацию (а так произошло не только в столице, но во всех крупных городах) возможностью американских бомбардировок. К тому же скопление беженцев в городах привело к недостатку продуктов и голоду. И во всем этом есть правда. Так же, как и в том, что красные кхмеры были убеждены, что только крестьяне (и с некоторыми оговорками рабочие), как люди не подверженные коррупции, феодальному сознанию и капитализму, способны к революционным преобразованиям. Правда и в том, что проведя долгие и тяжелые партизанские годы в джунглях, они не испытывали особой симпатии к горожанам, считая город порождением дьявола, а горожан - продажными стяжателями. А какая из этих правд важнее, я не пока не знаю. Но разобраться попробовал, о чем расскажу позднее.

Мы уже поняли, что к истории красных кхмеров даже в столице люди относятся очень по-разному. К тому же состав жителей в результате всех переселений изменился, видимо, много "понаехало" из провинции. И еще мы, чисто по-европейски предполагали, что в любом случае крама может стать неким символом левацкого эпатажа и молодежной субкультуры - вроде арафатки. С другой стороны в Камбодже сильны идеи возрождения национальной культуры и ремесел. Но нет, факт остается фактом: в крупном городе краму найти очень трудно.